Yorik

К хищной птице с выпученными глазами :)

Пролог. Так уж получилось, что к концу XVI в. вся Япония была охвачена жестокой гражданской войной. Крупные местные кланы во главе со своими князьями – даймё, только тем и занимались, что воевали друг с другом, пытаясь заполучить больше земли, риса и влияния. Старую родовую знать при этом вытесняла новая, добивавшаяся силы и влияния с мечом в руке. Старые кланы уходили в небытие, а новые возвышались. Вот и клан Ода находился сначала в подчинении у клана Сиба, семьи сюго (яп. «протектор», «защитник») — должность военного главы провинции в Камакурском и Муроматском сёгунатах в Японии XII – XVI вв. В западной историографии часто переводится как «военный губернатор») из Овари, но сумел перехватить у него власть в провинции, пока глава рода Сиба был в Киото, и в суматохе войны Онин. Сначала феодальным властителем в Овари стал отец Ода Набунага. А сам Нобунага принял у него власть в 1551 году, когда ему было семнадцать лет. В 1560 году влиятельный местный даймё Имагава Ёсимото с 25-тысячного войском напал на Овари из провинции Микава, рассчитывая на юность Ода. Тот всего с тремя тысячами воинов встретил его в ущелье близ Окэхадзама, застал врасплох и… убил! Упрочив свою власть, он покончил с сёгунатом Асикага и долгое время воевал с Такеда Сингэном, еще одним таким же боевым генералом, стоявшим у него на пути. Несколько раз они сражались друг с другом в Каванакадзима, на границе своих владений, но ни одному из них не удалось нанести другому роковой удар. После смерти Сингэна его сын Кацуёри унаследовал земли отца и ненависть к Ода. Он стал влиятельным даймё и в июне 1575 года он ответил свергнутому сёгуну Асикага Ёсиаки на его призыв уничтожить Нобунага, что сделает это, и повел свою армию к границам провинции Микава, где тогда еще молодой Токугава Иэясу (которого до того звали Мацудайра Мотоясу) управлял землями Нобунага. Иэясу отправил к Нобунага просьбу о помощи. Тот немедля двинул свои войска и… вот так и случилась историческая битва при Нагасино. Геройский подвиг Тории Сунъемона у стен замка Нагасино. Уки-ё художника Тоехара Тиканобу. Между тем Кацуёри сначала направил свои войска к замку Нагасино, который упорно защищал один из приближенных Иэясу. Замок был осажден, но взять он его не сумел, а между тем армия Ода-Токугава была уже близко и встала лагерем в Ситарагахара, хотя и не напала на войско Такэда Кацуёри, а начала строить полевые укрепления. Опасаясь возможной атаки с тыла, Такэда Кацуёри, тем не менее, пренебрег советом своих советников отступить перед численно превосходящим его противником, и сначала снял осаду с замка Нагасино, а затем расположил свою армию на равнине реки Гатанда лицом к армии неприятеля в Ситарагахара. Битва, вошедшая в историю. Почему эта битва в японской истории занимает такое видное место? Каким образом союзным войскам удалось разгромить «непобедимую» конницу Такэда? Достоверно ли показана битва в знаменитом фильме Куросавы «Кагэмуся»? Было ли участие в бою аркебузиров, скрытых за частоколом, принципиально новой тактикой? Специалисты по периоду Эдо нередко преувеличивают роль войск Токугава в этой битве, прославляя тем самым его будущий сёгунат, вот почему не следует принимать их утверждения на веру. При скрупулезном изучении исторического документа, составленного приближенным Нобунага Ота Гуити, картина представляется несколько иной. О чем в своих исследованиях писали и англичанин Стивен Тернбулл, и японец Мицуо Курэ. Начнем, пожалуй, с места битвы. У Ситарагахара, где река Рэнгогава текла в долине между крутых холмов и где 15-тысячная армия Такэда сошлась в бою с 30-тысячным войском Ода-Токугава. В то время армия Такэда считалась более сильной, поэтому военачальники Ода-Токугава, несмотря на численный перевес, решили занять оборонительную позицию. Приказ был отдан и с японской тщательностью выполнен: перед позицией были выкопаны рвы и установлены бамбуковые решетки, защищавшие лучников, копьеносцев с длинными копьями и аркебузиров. Современная реконструкция битвы при Нагасино. Аркебузиры на поле боя. Аркебузиры или укрепления? Раньше считалось, что в этой битве на стороне союзных войск участвовало три тысячи стрелков-аркебузиров, но в ходе недавних исследований удалось выяснить, что их было меньше полутора тысяч. И действительно, в исходных документах есть число 1000, и есть доказательства, что позднее кто-то переправил его на 3000. Однако и так ясно, что в войске из 15000 человек такое количество стрелков решающего значения иметь не может! В 1561 году у Отомо Сорин на Кюсю служили две тысячи аркебузиров, а у самого Нобунага, когда в 1570 году он объявил войну клану Миёси, вместе с подкреплением из Сайга насчитывалось две-три тысячи ружей. Конечно, аркебузиры были и в армии Такэда, но в бою при Ситарагахара серьезной огневой поддержки они ей почему-то не оказали. Ода Набунага. Старинная японская ксилография. Распространенный миф гласит, что конница Такэда галопом помчалась на позиции союзных войск и была в буквальном смысле этого слова скошена огнем аркебуз. В конце периода Хэйан и в период Камакура конные самураи с луками действительно составляли большую часть войска, но с появлением огнестрельного оружия военачальники стали по-другому использовать в бою всадников – причем именно для того, чтобы уберечь их от огня аркебузиров. К тому времени, как состоялась битва при Ситарагахара (так в Японии очень часто называют битву при Нагасино), японские самураи уже привыкли сражаться пешими, пользуясь поддержкой пехотинцев-асигару. Многочисленные атаки конницы, показанные в фильме Куросавы, в реальной жизни были попросту невозможны. По крайней мере, можно с уверенностью утверждать, что после первой же неудачной атаки военачальники Такэды сообразили бы, что раскисшая после ночного дождя земля непригодна для кавалерийской атаки. Но в таком случае, почему же армия Такэда потерпела поражение? Доспехи Ода Набунага. Укрепления против пехоты Топографические особенности поля боя при Ситарагахара таковы: река, а точнее протекающий по заболоченной низине с севера на юг большой ручей. По берегам его слева и справа тянулась полоса узкой и ровной поймы, за ней начинались довольно крутые холмы. На своем, то есть на западном берегу войска Ода и Токугава выстроили целых три линии различных полевых укреплений: рвы, земляные валы, насыпанные из грунта, вынутого при строительстве, и деревянные частоколы-решетки. Раскопки в этом районе показали, что за короткий срок союзникам удалось возвести поистине колоссальные укрепления. Золотой зонт – штандарт Ода Набунага и его флаг-нобори с тремя монетами эйраку цухо (вечное счастье через богатство). Мон Ода Набунага Мон Иэясу Токугава Воинам армии союзников было строго запрещено покидать позиции и бросаться навстречу противнику. Объединенные войска союзников, вооруженные луками, ружьями с фитильными замками и длинными копьями, находились на этих укреплениях и ожидали атаки Такэда. И она началась с атаки «саперов», которые должны были железными кошками растащить бамбуковые решетки, а чтобы защититься от огня, они использовали станковые щиты татэ. И вот они-то и были сметены залпами аркебуз, так что им даже не удалось подойти к частоколу по скользкой болотистой почве. Но следующая цепь атакующих к первому частоколу все-таки прорвалась и ухитрилась его повалить. Вот только радости им это не доставило, так как перед ними оказалось второе препятствие – ров. Атаки воинов Такеда шли одна за другой, но смельчаки уничтожались по частям, а рвы приходилось преодолевать буквально по трупам. Многие были убиты при попытке повалить второй частокол, после чего измученным воинам Такеда наконец-то дали сигнал к отступлению. Миф о непобедимой армии Такэда развеялся над рвами Ситарагахара, заполненными телами погибших. Битва при Нагасино. Расписная ширма. Действие аркебузиров. Фрагмент ширмы. Почему Такэда Кацуёри решил ввязаться в эту бойню? А к этому его принудила армия Ода и Токугава, так как угрожала его тылам. Ну и сам Кацуёри был еще слишком молод и был слишком уверен в своей великолепной армии. К тому же всех разведчиков-ниндзя Такэда союзники сумели перебить раньше, чем те успели доложить ему о глубине оборонительных укреплений; к тому же туман, характерный для сезона дождей, не давал возможность рассмотреть их издали. Кацуёри следовало бы отказаться от лобовой атаки на столь прочные укрепления противника. Вспомнив о времени года, он мог бы затаиться на день-другой и дождаться сильного ливня, который вывел бы из строя все огнестрельное оружие союзников. Старые вассалы Такэда, которые воевали еще с его отцом Такеда Сингэном, пытались отговорить его начинать бой на таких условиях, но Кацуёри не стал их слушать. После военного совета один из военачальников заявил, что иного выхода, кроме как атаковать, подчиняясь приказу, у него нет. Смерть от пули самурая Баба Миноноками. Уки-ё художника Утагава Куниёси. Какой урок Нагасино оказался для японцев самым важным? Почти прописная истина: ни одна армия не может прорвать заранее укрепленные и надлежащим образом обороняемые позиции неприятеля, имеющего к тому же численный перевес. Ни Ода Нобунага, ни Тоётоми Хидэёси, ни Токугава Иэясу или Такэда Кацуёри ни словом не упоминали об особенно эффективном применении аркебуз, поскольку сосредоточенный огонь не был новинкой для японских тактиков. Реконструкция ограды на месте битвы при Нагасино. Изобретательность и традиционность Причем уже в наше время высказывалась гипотеза, что еще до того, как первые аркебузы в 1543 году попали в Японию, пираты и торговцы уже привозили сюда немало ружей с фитильным замком. Аркебуза середины XVI века была тяжелым и довольно примитивным образцом гладкоствольного огнестрельного оружия, хотя и более легкого, чем мушкет. Она имела дальность действительного огня не более 100 м, и то для достаточно крупной мишени – такой, как человеческая фигура или всадник на лошади. В безветренный день от густого дыма при выстрелах аркебузир был вынужден прекращать огонь. Их перезарядка требовала немало времени, около полминуты, что в условиях боя на близкой дистанции можно было считать роковым фактором, ведь тот же всадник мог за это время беспрепятственно проскакать большое расстояние. В дождь аркебузы стрелять не могли совсем. Но как бы там ни было, а всего лишь за несколько лет Япония стала крупнейшим экспортером ружей в Азии. Основными центрами производства аркебуз были Сакаи, Нэгоро и Оми. Причем они же поставляли и отряды наемников, вооруженных аркебузами. Вот только хороший порох японцам производить никак не удавалось из-за отсутствия селитры, и его им приходилось ввозить из-за границы. Памятник Такэда Кацуёри в префектуре Яманаси. Появление пеших воинов асигару и учащение случаев массовых рукопашных боев изменило все традиционные представления японцев о войне. Кончилась эпоха церемониального начала сражений с приветственными криками, перечислением заслуг своих предков перед лицом врага и свистящими стрелами, а воины в разгар битвы перестали удаляться в сторону для разрешения личных споров. Поскольку тело самураев защищали прочные доспехи, особое значение приобрело такое оружие, как копье, а к помощи мечей стали прибегать лишь в самом крайнем случае. Однако искусство лучника по-прежнему было в цене. Аркебузиры так и не смогли вытеснить из японской армии лучников, поэтому-то их отряды бились бок о бок; по дальности стрельбы эти два вида оружия были сравнимы, а скорострельность лука превосходила скорострельность аркебузы. Воины, вооруженные аркебузами, луками и копьями, образовывали объединенные отряды, которые возглавляли самураи. Неверно было бы полагать, что японские методы ведения войны полностью преобразило появление огнестрельного оружия: оно стало лишь одним из множества факторов, под влиянием которых проходил процесс. Нобунага был талантливым полководцем, но не знал, что короля делает свита. Был груб с подчиненными и однажды при всех ударил своего генерала Акэти Мицухидэ. Тот решил отомстить и предал его, вынудив совершить сэппуку, правда и сам в итоге погиб. Уки-ё художника Утагава Куниёси. Интересно, что японцы, практически ничего не изменившие в конструкции самих ружей, создали к ним много оригинальных приспособлений. Например, лакированные прямоугольные футляры, надевавшиеся на казенную часть аркебуз и предохраняющие их запальные отверстия, и фитили от дождя. Наконец, они придумали уникальные «патроны», значительно ускорившие стрельбу из аркебуз. Европейские мушкетеры, как известно, хранили порох в 12 «зарядцах», имевших вид кожаной либо деревянной трубки с крышкой, внутри которой находился заранее отмеренный пороховой заряд. Японцы сделали эти трубки деревянными и… сквозными, с коническим отверстием в донышке. В это отверстие вставлялась круглая пуля и затыкала его, после чего сверху на нее насыпался порох. При заряжании трубка открывалась (а эти трубки, как и у европейцев, у японских асигару висели на перевязи через плечо), переворачивалась и порох высыпался в ствол. Затем стрелок нажимал на пулю и выталкивал ее в ствол вслед за порохом. Европеец же за пулей должен был лезть в сумку на поясе, что удлиняло процесс заряжания на несколько секунд, так что японцы из своих аркебуз стреляли примерно в полтора раза чаще, чем европейцы из своих мушкетов! Тории Сунъэмон – герой Нагасино Имена героев битвы при Нагасино в основной массе остались для истории безымянными, поскольку сражалось там очень уж много людей. Конечно, японцы знают некоторых из тех, кто там отважно сражался. Однако самым известным среди них оказался не тот, кто убил больше всего врагов, а тот, кто проявил себя образцом самурайской стойкости и верности своему долгу. Этого человека звали Тории Сунъэмон, а его имя было даже увековечено в названии одной из станций японской железной дороги. А было так, что, когда замок Нагасино был осажден, именно Тории Сунъэмон, 34-х летний самурай из провинции Микава, вызвался доставить сообщение о его бедственном положении в армию союзников. В полночь 23 июня он незаметно выбрался из замка, по крутому обрыву в темноте спустился к реке Тойёкава, и, раздевшись, поплыл вниз по течению. На половине пути он обнаружил, что предусмотрительные самураи Такэда протянули поперек реки сеть. Сунъэмон в сети прорезал отверстие и таким образом сумел ее миновать. Утром 24 июня он поднялся на гору Гамбо, где и зажег сигнальный костер, известив таким образом осажденных в Нагасино об успехе своего предприятия, после чего он с максимальной быстротой направился в замок Окадзаки, который от Нагасино находился в 40 километрах. Самурай демонстрирует своему господину голову врага. Гравюра Утагава Куниёси. Между тем и Ода Набунага, и Иэясу Токугава только и ждали, чтобы поскорее выступить, и тут к ним явился Тории Сунъэмон и сообщил, что провианта в замке осталось всего на три дня, а потом его господин Окудайра Садамаса совершит самоубийство, чтобы таким образом сохранить жизни своих солдат. В ответ Нобунага и Иэясу сказали ему, что выступят на следующий день и отправили его обратно. На этот раз Тории зажег на горе Гамбо три костра, извещая своих товарищей, что помощь близка, но затем попытался вернуться в замок той же дорогой, которой и пришел. Но самураи Такэда тоже видели его сигнальные огни, и нашли дыру в сети, поперек реки, и теперь привязали на нее колокольчики. Когда Сунъэмон начал ее резать, раздался звон, его схватили и привели к Такэда Кацуёри. Кацуёри обещал ему сохранить жизнь, если только Сунъэмон выйдет к воротам замка и скажет, что помощь не придет, и тот согласился это сделать. А вот дальше то, что произошло, описано в разных источниках по-разному. В одних, что Тории Сунъемон был поставлен на берегу реки напротив замка, откуда он прокричал, что войско уже на пути, призвал защитников держаться до последнего, и был немедленно пронзен копьями. Другие источники сообщают, что его перед этим привязали к кресту, а после его слов так на этом кресте перед замком и оставили. В любом случае, столь мужественный поступок привел в восхищение и друзей, и врагов, так что один из самураев Такэда даже решил изобразить его, распятым на кресте вверх ногами, на своем знамени. Вот этот флаг с изображением распятого Тории Сунъемона. Автор: Вячеслав Шпаковский https://topwar.ru/100523-bitva-pri-nagasino-pehota-protiv-vsadnikov.html

Асигару в рисунках «Армор моделлинг» Три материала про японских пехотинцев-асигару вызвали большой интерес читателей ВО. Большой интерес вызвала и сама книга «Дзохё моноготари» Мацудайра Изу-но-ками Набуоки, которую он написал в 1650 году, спустя полвека после сражения при Сэкигахара, ведь это действительно «живой материал», написанный солдатом и для солдат. Многих интересовало, насколько эта тема нашла свое отражение в японской исторической литературе, и вот тут им, можно сказать, повезло. Дело в том, что так уж получилось, что вот уже много лет я постоянно получаю из Японии журналы «Модел грэфикс» и «Армор моделлинг». Первый – о новинках моделирования вообще – танки, самолеты, авто, мотоциклы, роботы-гандамы, словом, весь модельный уменьшенный мир, а второй уже только о моделях бронетехники – какие модели, какие фирмы выпускают, как их собирать, как красить, как «грязнить», какие диорамы читатели делают – в общем, очень интересный журнал, в котором 10% текста дается на английском, чего мне вполне хватает. И вот последнее время из номера в номер «Армор моделлинг» не только публикует материалы о сборных моделях японских замков и миниатюрных наборах доспехов, но и сопровождает все это черно-белыми иллюстрациями в характерной японской манере, но выполненными очень тщательно. То есть это готовые эскизы для любого художника – бери, перерисовывай (немного), раскрашивай – и… готовые авторские иллюстрации у тебя в руках, причем никто даже и не придерется, особенно, если обработать их на компьютере. Но будет ли это вообще – кто знает. А рисунки есть теперь. Поэтому есть смысл на их основе продолжить рассказ о пехотинцах асигару, сопроводив их наглядными пояснениями. Рис. 1. Вот они – «красавцы», одетые в доспехи и шлемы дзингаса. Обратите внимание на самый крайних доспех слева. Это карукатанэ-гусоку – доспех из пластинок в форме карт, соединенных кольчужным плетением и нашитых на ткань. Пластинки эти могли быть металлическими, а могли быть и кожаными, из прессованной кожи. Они были очень легкими, дешевыми и были излюбленной формой защитной одежды у беднейших воинов периода Сэнгоку и большую часть эпохи Эдо. На рукавах и на ногах видны защитные пластинки. Но не надо обольщаться – в большинстве своем они были из… полос бамбука либо опять-таки из кожи, спрессованной в несколько слоев и покрытой знаменитым японским лаком! Интересно, что у двух воинов по два меча, а у того, что слева – один. Это как раз и означает, что он… крестьянин, попавший в асигару по набору, а вот те двое, что справа, просто обеднели и ни на что лучшее уже претендовать не могут! Обратите внимание, что все трое в шлемах конической формы с назатыльниками из ткани. Произошли эти шлемы (дзингаса – «военная шляпа») от народного головного убора «каса» и особую популярность получили в середине и конце периода Эдо. Они применялись различными слоями населения от самураев до простого народа; но особое распространение получили именно среди асигару. Эти шлемы отличались разнообразием форм и материалов. Они могли быть сделаны из железа, кожи, бумаги, дерева или бамбука. Отличительной особенностью являлась малая высота и очень широкие поля шлема. При этом поля и тулья были одним целым, а зачастую и неотличимы друг от друга. Металлические шлемы мастера склепывали из нескольких сегментов, в отличие от европейского шлема капеллина, у которого поля приклепывались к тулье. Рассчитывались они больше на защиту от солнечного света и осадков, чем от холодного оружия. Дзингасы обычно покрывались лаком (обычно черным) и снабжались подшлемником в виде подушечек, а на голове фиксировались подбородочным ремнем, прикрепленным к шлему через кольца. Иногда имели тканевую защиту шеи, прикрепляемую за дополнительные кольца. Выделяют несколько типов шлема дзингаса. Первый - топпай-гаса конической или пирамидальной формы. Использовались они, обычно, стрелками из аркебуз. Итимондзи-гаса имели плоскую форму с небольшой выпуклостью в середине. Бадзё-гаса - это шлемы-шляпы для верховой езды. Форма у них была близкой к колоколовидной, иногда с приподнятыми спереди полями. Бадзё –гаса - шлем всадников. Еще один шлем этого типа. Шлем пехотинца топпай-гаса. Хара-атэ карута-татами до – доспех пехотинца асигару. Хара-атэ – «защита для живота». Карута – это маленькие пластинки, соединенные проволокой и нашитые на ткань. Ну, а слово «татами» подчеркивало, что доспех может легко складываться. Тетсу кикко татами до – тот же доспех для асигару и тоже складной, но его названием подчеркивается, что пластинки в нем металлические («тетсу» - сталь) – иначе было бы написано «кава» (кожа), тоже соединены проволокой и нашиты на ткань. «Кикко» – говорит о том, что они пластинки шестигранные. Кусари гусоку - это доспехи из кольчуги, причем кольца у японцев никогда не сводились и не заклепывались (!), а соединялись так же, как наши кольца на брелоках для ключей, то есть через два с половиной витка! Карута-катабира – пожалуй, один из наиболее необычных доспехов асигару. Пластинки на нем, как вы видите, в шахматном порядке нашиты на кольчугу. Рис.2. Асигару, как и все люди, отправляли свои естественные надобности, и как они это делали, японцы нарисовали тоже! Прежде всего, надо иметь в виду, что набедренная повязка – фундоси, показана на рисунке справа, отличалась от того, чем пользовались европейцы, и отсюда следует, что и «разоблачались» они также иначе. Нужда справлялась солдатами в ямы, поперек которых укладывались две доски, чем достигалась высокая скорость «оправления». Но «благодать чрева» в отличие от европейцев в Японии была ценностью, которую те же асигару собирали и продавали за деньги. Не было в Японии крупного рогатого скота. Кони были только у самураев и… чем же удобрять рисовые поля? Вот этим они их и удобряли, а затем все это месили ногами. Так что то, что в обычае у них были ежедневные омовения – не удивительно. Рис. 3. Главным оружием асигару являлись длинные копья, которые нередко выделывались из бамбука целиком, включая и наконечник! То есть если на него металла не хватало, то его просто срезали, либо наискось, либо в форме ножевидного острия и… даже этим можно было не только ранить, но даже убить и лошадь, и всадника! Именно с такими бамбуковыми копьями наученные самураями крестьяне сражаются с бандитами в культовом японском кинофильме «Семь самураев». Рис. 4. В эпоху Сэнгоку и затем в эпоху Эдо главным оружием асигару стало огнестрельное – фитильные, заряжающиеся с дула аркебузы более легкие, чем европейские тяжелые мушкеты, требовавшие сошек. Основные калибры огнестрельного оружия были следующие: 14-мм «стандартный» калибр, 27-мм – калибр для тяжелых «снайперских» ружей и 85-мм для «ручных пушек». Последние, естественно, чугунными ядрами не стреляли, а стреляли картечью, обрубками бамбуковых стволов с порохом внутри («гранатами») и… «реактивными снарядами» – простейшими пороховыми ракетами. До нас дошли также 70-мм казнозарядные артиллерийские орудия, стрелявшие чугунными литыми ядрами. Покупали японцы у европейцев и пушки, но… без лафетов, только стволы. А лафеты они делали сами, используя для этой цели… связки хвороста иp рисовой соломы. Канонирами опять же были самураи, а вот всю самую тяжелую работу делали асигару. Доспех харамаки-до XV в. из Токийского национального музея. Такой доспех мог носить и асигару, но только предварительно убив его владельца-самурая. Тот же доспех, вид со спины. Хорошо видно, как он завязывался. Так что все это «сказки», что самураи могли в отличие от европейских рыцарей сами одеваться и раздеваться. Во всяком случае, с доспехом харамаки этот бы номер у вас не прошел. Рис. 5. На этом рисунке показано устройство казнозарядного японского орудия калибра 95-мм и работа с ним. Причем обратите внимание на хитрость японцев: казенная часть орудия у них уравновешивалась привешенными на ствол камнями! Цельнокольчужные доспехи кусари татами гусоку эпохи Эдо. Рис. 6. Уже в то далекое от нас время японцы были большими выдумщиками. Так, для защиты от стрел, пуль и артиллерийских снарядов они применяли вязанки из бамбуковых стволов, обладавших колоссальной прочностью. Крупнокалиберная артиллерия, чтобы пробивать такие вязанки, была редкостью, и японцы использовали относительно малокалиберные стволы с большим зарядом пороха - своего рода «противотанковые ружья»... Поскольку никакой стрелок отдачи такого ствола бы не выдержал, их устанавливали на специальные станки, основание которых загружали камнями. Рис. 7. Японцы большое значение уделяли и снайперской стрельбе. Снайперов вооружали длинноствольными тяжелыми мушкетами и создавали для них тщательно оборудованные стрелковые гнезда. Внутри находился и запас воды, и емкость для сбора «благодати чрева». Один стрелок только стрелял, тогда как два других заряжали ему мушкеты. «Точка» тщательно маскировалась, причем первый выстрел следовало сделать по командиру противника, а уж потом, выдав себя дымом выстрелов, можно было стрелять и «просто так». Татами-гусоку самурая. Во все времена были люди, стремившиеся показать «близость к народу» хотя бы одеждой! Рис. 8. Близость к Японии Китая привела к тому, что японцы активно использовали ракетное оружие: разрывные и зажигательные ракеты, сделанные из бамбуковых труб с металлическим наконечником. Ими стреляли из пушек и тяжелых ружей. Рис. 9. Даже сражаясь в поле, самураи и асигару старались укрепить свои позиции рвами и оградами из бамбуковых стволов, которые связывались в виде решетки. Такая конструкция было непреодолима для конницы, но не мешала ни стрелять, ни действовать копьями. Одной из задач асигару было повалить эти ограды при помощи железных «кошек», а для того, чтобы подойти к ним поближе, применялись деревянные станковые щиты – татэ. Рис. 10. Японцы строили самые различные укрепления, но в основном выглядели они так, как показано на этом рисунке. Причем бойницы были прямоугольными, треугольными или круглыми. Автор: Вячеслав Шпаковский https://topwar.ru/100436-asigaru-v-risunkah-armor-modelling.html

Как часто в Европе восстания «за лучшую жизнь» принимали религиозную окраску? «Когда Адам пахал, а Ева пряла, кто был господином?» – спрашивали последователи Джона Уиклифа в Англии и… громили усадьбы своих лордов. А вот было ли что-нибудь подобное в Японии – стране, отгородившейся еще в начале XVII века от всего другого мира и придерживавшейся строгих правил изоляции вплоть до появления «черных кораблей» адмирала Перри. Оказывается, и здесь имело место кровавое восстание с религиозной подоплекой, хотя среди причин его имелись и другие обстоятельства и прежде всего банальный голод. А было так, что в 1543 году буря выбросила на берег японского острова Танэгасима китайскую джонку, на борту которой находилось двое португальцев. Так японцы впервые воочию увидели «южных варваров», познакомились с их огнестрельным оружием и… с христианской религией. Очень скоро на землю Японии пришли португальцы – иезуиты. Люди деятельные и практичные, они начали с того, что выучили японский язык, втерлись в доверие к нескольким даймё и начали пропаганду веры в Иисуса Христа. Вообще-то дело это было не очень-то благодарное. Японцы от рождения были убежденными синтоистами, то есть верили в ками – духов природы. Замок Симабара. Современный вид. Затем на этот синтоизм накладывались буддийские верования, различавшиеся от монастыря к монастырю и от секты к секте. Причем некоторые из этих сект утверждали, что спастись – а идея загробного спасения это самое главное в любой религии, можно было без особого труда. Например, членам секты «Чистой земли» достаточно было провозгласить молитвенное обращение к Будде Амиде, как спасение им было гарантировано! То есть культовая практика амидаистов была очень проста – повторяй магическую нэмбуцу «Шаму Амида Буцу» (Слава Будде Амида) и всё, все грехи с тебя смываются. Можно было даже и ничего не говорить, а просто прокрутить молитвенный барабан с этой надписью! Но разные секты обращались к разным социальным слоям, но только лишь христианская идея оказалась наиболее универсальной. Конечно, самураю, например, было трудно понять бога, который советовал после удара по правой щеке подставлять еще и левую. Главная башня замка Симабара. Но крестьянин понимал это очень хорошо. Число христиан в Японии стало быстро расти, причем христианами становились и многие даймё! Отношение правительства страны к христианам менялось. То их просто терпели, а миссионеров использовали в качестве переводчиков и посредников в торговле с Китаем и европейцами, то начинали всячески притеснять и даже распинать на крестах. Положение христиан особенно ухудшилось после того, как многие христиане поддержали Тоётоми Хидеёси против Иэясу Токугава. И если сам Иэясу был человеком широких взглядов и видел пользу во взаимопроникновении культур, то его сын Хидедата считал, что христианская культура разрушит вековую культуру Японии и потому должна быть запрещена. Ну, а после истребления клана Тоётоми в 1615 году нашелся и повод к преследованию христиан – они мятежники, они «плохие японцы». Обезглавленные восставшими статуи бодхисаттвы Дзидзо. Бакуфу Токугава в лице ставшего сёгуном Хидетада сразу призвало всех даймё притеснять христиан, хотя многие даймё им и симпатизировали. Например, Мацукура Сигэмаса – активный участник кампании против Осаки, был сначала расположен к христианам, но зато, когда третий сёгун Токугава Иэмицу упрекнул его в недостатке служебного рвения, он начал столь усердно их преследовать, так что в итоге казнил около 10 тысяч человек. Войска сёгуна карабкаются на стену замка Хара. Даймё Кюсю Арима Харунобу поддерживал и защищал христиан. Но после Сэкигараха его сына Наоцуми перевели из Симабара в Хюга, хотя многие из его подданных остались на прежних местах. После битвы при Сэкигахарадаймё христианин Кониси Юкинага был казнен по приказу Иэясу, и это также вызвало недовольство его самураев, пожелавших отомстить Токугава. Все эти люди нашли себе убежище неподалеку от замка Симабара. Один из флагов восставших с христианской символикой, чудом сохранившийся до нашего времени. Ну, а Мацукура продолжал демонстрировать свою преданность Токугава и предложил… напасть на Лусон (Филиппины) и разгромить базу испанских миссионеров, откуда они приплывали в Японию. Бакуфу сказало «да», он назанимал денег у купцов из Сакаи, Хира-то и Нагасаки и накупил оружие. Но тут бакуфу одумалось, что, мол, время для заморских войн еще не пришло и запретило это предприятие. А тут Мацукура Сигэмаса умер, и выплачивать долги должен был его сын Кацуиэ. Денег у него не было, и он резко повысил налоги на крестьян и начал собирать их самым безжалостным образом, чем вызвал массовое недовольство. Ситуация в Симабара резко обострилась, и, понятно, что среди крестьян-христиан тут же пошли слухи, что вот-вот придет апостол и спасет их. Японские крестьяне – стрелки из аркебуз. Масида Дзинбэй, один из соратников Кониси Юкинага, бывший набожным христианином, вместе с Арима Харунобу решил, что настал удобный момент для восстания против клана Мацукура и… принялись активно распускать слухи о скором приходе Спасителя. Между тем весной 1637 года ожидался такой плохой урожай, что угроза голода стала реальностью. А тут еще 16 крестьян Арима были взяты под стражу за молитвы, возносимые Христу, то есть пострадали за веру. Тогда их казнили, и… именно это и стало поводом к всеобщему восстанию. Толпа разъяренных крестьян напала на чиновника бакуфу и убила его, а затем крестьяне пошли против правительства и богатых буддийских храмов. Бунтовщики убивали буддистских жрецов, а потом направились к замку Симабара, демонстративно надев на шесты головы поверженных врагов. На острове Амакуса также началось восстание, и там мятежники и вовсе уничтожили правительственный отряд, посланный на их подавление. Намбандо-гусоку или намбан-гусоку – доспехи европейского образца, предположительно принадлежавшие Сакакибара Ясумаса. В общем-то, вне пределов Японии были изготовлены только лишь кираса и шлем, а все остальные детали местного производства. Токийский национальный музей. Нужен был Спаситель, и Масуда Дзинбэй объявил им сына Сиро Токисада (христианское имя - Иероним). Ему поверили, тем более что он по слухам опять же являл чудеса, но захватить замок Симабара мятежникам, тем не менее, не удалось. Зато они починили укрепления пустовавшего неподалеку замка Хара, куда вскоре сошлось около 35 тысяч человек. Руководили армией мятежников 40 самураев, кроме того, в замке находилось еще 12-13 тысяч женщин и детей. Все остальные были крестьяне, причем многие из них умели стрелять из ружей, так как были обучены этому еще Мацукура Сигэмаса, готовившего их к рейду на Лусон! Восставшие вывесили на стенах замка знамена с христианской символикой, поставили католические кресты и… все дружно решили умереть за веру! Очень забавные «современные доспехи» катануги-до («торс монаха»), принадлежавшие Като Киемаса, одному из военачальников Хидеёси во время войны в Корее. Кираса изготовлена из пластинок санэ, соединенных шнурами и чеканной пластины на правую сторону груди. Токийский национальный музей. Армия бакуфу имела численность около 30 тысяч человек, и сразу же понесла тяжелые потери, когда пыталась взять замок Хара штурмом. Его защитники продемонстрировали врагу и мужество, и… удивительную меткость стрельбы, убив в бою одного из командиров их противников. Тут уж власть поняла, что «дурные примеры очень заразительны», и что последствия происходящего могут быть для нее роковым. Поэтому на подавление восстания собрали отряды даймё с Кюсю, причем особенно много бывших христиан, которые отреклись от веры, чтобы они в бою заслужили себе прощение. Теперь армия бакуфу насчитывала 120 тысяч воинов, вооруженных пушками и аркебузами, и вновь осадила замок Хара. В экспозиции Санкт-Петербургского музея артиллерии и инженерных войск есть и доспехи самурая с изображением креста на отворотах шлема – фукигаэси. Восставшие продолжали защищаться упорно и умело, и разрушить замок солдатам Токугава никак не удавалось. Тогда бакуфу обратилось за помощью к голландцам и попросило их выслать из Хирато корабль, обстрелять замок из корабельных орудий. В ответ мятежники отправили бакуфу письмо, обвиняя его в трусости, в котором заявляли, что оно способно воевать с ними только руками чужеземцев. И это обвинение, а может быть, и боязнь «потерять лицо» в глазах народа - заставило бакуфу отозвать корабль. Вместо него нашли ниндзя, которым тайно приказали пробраться в замок, но многих из них поймали еще на подступах, в окружавшем замок рву, а остальных схватили в замке, так как они не говорили на диалекте симабара и языка тамошних христиан просто не понимали. Судзи-кабуто из 62 металлических полос. Токийский национальный музей. Кавари-кабуто – «фигурный шлем». Типичный шлем эпохи Эдо, когда декоративность стала важнее защитных свойств. Токийский национальный музей. К середине февраля 1638 года защитники замка Хара израсходовали практически все боеприпасы и продовольствие. Военачальник войск бакуфу Мацудайра Нобуцуна приказал вскрывать трупы убитых защитников замка, чтобы узнать, чем они питаются, но, кроме травы и листьев, там не было ничего! Тогда Мацудайра назначил штурм на 29 февраля, но отряд под командованием Набэсима полез на стены замка раньше, поэтому битва за замок состоялась 28 февраля. Бой шел два дня, после чего замок Хара пал. Сиро Токисада погиб в бою, а победители убили всех, кто находился в замке, включая женщин и детей. Седло-кура и стремена-абуми знатного всадника. Токийский национальный музей. Тем не менее, в апреле 1638 года владения Мацукура были конфискованы бакуфу, а Кацуиэ, бравший с крестьян непомерные налоги и подвергавший их пыткам и истязаниям – казнен! После подавления восстания в Симабара десять поколений японских самураев не знали войны! Христианство было запрещено, но тайные секты христиан, хотя и малочисленные и маскировавшиеся под буддистов, в Японии сохранялись до середины XIX века, когда они наконец-то смогли выйти из подполья. В 1962 году о восстании в Симабара в Японии был снят кинофильм «Восстание христиан». Кадр из фильма. Автор: Вячеслав Шпаковский https://topwar.ru/100557-kresty-simabara.html

Потому что аналогов в железе нет по средневековью.

Наверное надо зарегистрироваться вначале, а то опять пишет, что не найдено :(

Да, а его загнали в скифов :(

Ссылка не открывается :(