Yorik

Портреты 19 в. из Джайпура, Индия (был там, потрясающий город) http://terraoko.com/?p=211716

Думаю Shurfу очень понравится инфа Отрывок из статьи спецкора "Независимой газеты" Евгения Рожкова: Во время военных действий, когда воины сходились в рукопашном бою, чукчи использовали необычный тактический прием. Из их задних рядов вдруг в воздух взлетали воины, пролетали над головами противника и опускались в их тылу. Противник, зажатый с двух сторон, быстро сдавался на милость победителя. Долго не могли распознать, каким образом воины взлетают в воздух и пролетают до двадцати–сорока метров. Оказывается, они прыгали на древко копья, которое держали два воина. Те раскачивали копье, оно пружинило, и натренированные воины-чукчи взлетали в воздух. Как делали чукчи, выражаясь современным языком, копья-батуты, противники выяснить так и не смогли. Эту тайну разгадал краевед Эдуард Гунченко. Сам Гунченко родился и всю жизнь прожил в чукотском селе Марково, основанном казаками-первопроходцами более чем триста лет назад. Гунченко после окончания института вел большую исследовательскую работу, был основателем Марковского краеведческого музея, который теперь стал филиалом Чукотского окружного музейного центра «Наследие Чукотки». Умер Гунченко в самом конце прошлого века. Но в 1992 году при личной встрече он рассказал автору этих строк, как изготавливалось, а вернее, выращивалось древко копья-батута. Времени на это требовалось довольно много. В пойме реки Анадырь, возле сел Марково, Ваеги, в поймах некоторых других рек растет лес. Чукчи находили росток березы, обрезали нижние веточки и начинали маленький стволик скручивать, но так, чтобы не повредить ни кору, ни ствол, а только закрутить его. Деревце росло, срезались лишние веточки, а ствол все скручивался и скручивался. И так до тех пор, пока береза вырастет до нужного размера – более двух метров. Вот такой высушенный, скрученный ствол и становился древком копья-батута. Его для прочности обматывали нитками оленьих сухожилий, ремнями кожи, пропитывали жиром. Об этом методе выращивания древка Гунченко поведали древние старики, возраст которых подходил к столетнему.

Горячие войны холодных краёв «Первое упоминание о чукчах в письменных источниках относится к 1641г. в связи с тем, что в районе Колымы они напали на русских сборщиков ясака (подать пушниной, собираемая с аборигенов). Стоит обратить внимание, что это была агрессия со стороны чукчей, до их территорий русские в то время ещё не дошли.» «(...) Форпост русской власти на северо-востоке Сибири перестал существовать. Это не только свидетельствовало о прекращении боевых действий против чукчей, но и означало фактическое поражение России.» «…В чукотском мифе о творении мира предназначением русских считается производство чая, табака, сахара, соли и железа, и торговля всем этим с чукчами. Но, по непонятой причине, русские презрели своё предназначение и стали воевать...» Сейчас чукча в массовом сознании воспринимается прежде всего как герой русского народного фольклора, юмористический персонаж, если серьёзнее - представитель одного из "отсталых коренных народов крайнего севера" http://p-w-w.org/MGa...tem.php?id=3785 В реальности народ чукчей представлял из себя прямо противоположный тип, нежели теперь мы привыкли думать. Чукчи были умелыми и энергичными воинами, грозой арктического побережья, где разворачивались самые северные войны человечества. Эскимоско-чукотские войны Берингов пролив, отделяющий побережье Азии от Америки, недостаточно широк, чтобы стать преградой для морских зверобоев. В больших байдарах, кожаные борта которых не боялись столкновения с ледяным краем, чукчи пересекали его студеные воды ради добычи и торга. Память об эскимоско-чукотских войнах крепко сохранилась в преданиях обоих народов. http://p-w-w.org/MGa...tem.php?id=3783 http://p-w-w.org/MGa...tem.php?id=3784 Чукотская резьба по кости Чукчи и эскимосы встречались, чтобы торговать. Моржовые кожи обменивались на редкую здесь деревянную утварь, мех и тюлений жир. Обмен всегда носил военный характер. В одной руке всегда держалось копье. Любое недоразумение могло привести к кровавой развязкя. Очень часто обмен проходил в виде "немого торга". Одна сторона оставляла свои товары и отходила. Представители другой стороны клали напротив нужной им вещи свои и тоже отходили. Иногда, прежде чем удавалось "договориться", приходилось делать несколько встречных предложений. Обиды множились, лилась кровь. Набегами чукчей на жителей американского побережья двигала месть. Попутно захватывалась добыча и пленники. В тех случаях, когда война становилась затяжной и бесперспективной для обеих сторон, заключалось перемирие. Мирный договор скрепляли присягой солнцу и возмещением материального ущерба. http://p-w-w.org/MGa...tem.php?id=3787 Коряко-чукотские войны Чукотско-корякские войны, окончившиеся лишь в семидесятых годах XVIII в., отличались особой жестокостью, особенно среди оленеводов. Каждое племя находилось в состоянии потенциальной вражды друг к другу. Воевали из-за оленей. Чукчи, не имевшие больших оленьих стад, как у коряков, направили все свои усилия, чтобы стать хозяевами главного богатства тундры. За пятьдесят лет войны, с 1725 по 1773 г. им удалось отбить у коряков 240 000 голов этих животных. В том веке окончательно складывается у чукчей пастушеское оленеводство главным образом за счет насильственно отнятых стад у коряков. Многим корякам, обедневшим в войнах с чукчами, пришлось "сойти на берег" и заняться охотой и рыбной ловлей. В этой борьбе чукчи всегда были первыми. Их желание иметь стада подкреплялось воинским умением и неистощимой энергией. Отряд корякских воинов численностью в 50 человек не решался оказать сопротивление чукчам, если в их отряде было 20 бойцов. Собираясь на большие военные операции, чукчи могли выставить 200-300 бойцов. Самые большие ополчения, которые выставлялись против русских, насчитывали около 3000 человек. Первые русские путешественники отмечали, что в бой чукчи шли под грохот бубнов, на которые была натянута человеческая кожа. Оружие и доспехи северных народов http://p-w-w.org/MGa...tem.php?id=3789 Чукотский воин в полном вооружении: ламеллярный костяной панцирь (односторонний) с кожаной нагрудной пластиной, деревянным наспинным щитом с одним «крылом», ламеллярным шлемом из костяных пластин, в наруче и поноже (реконструкция) Собираясь в набег, чукчи брали основное оружие дальнего боя - лук, изготовленный из двух пород дерева: березы и лиственницы. Наконечники изготавливались из кости, клыка и камня, на тетиву шли нарезанные из тюленьей кожи ремни или сухожилия. Колчан чукчи носили удобно, как ранец, за спиной. Свои меткие выстрелы чукчи и коряки "подкрепляли", смазывая наконечники ядом. В тундре растет неказистый лютик, корень которого вполне годился для изготовления смертоносного зелья. Рана опухала, и через несколько дней человек умирал. http://p-w-w.org/MGa...tem.php?id=3779 Чукотское защитное вооружение. Ламеллярный панцирь типа корсет-кираса из роговых пластин, связанных ремнями из кожи нерпы. Ламеллярный шлем из аналогичных пластин. Поножа и наруч (односторонние). Поножа надевалась на левую голень, налокотник – на левую руку Защитить тело человека в бою должен был панцирь из моржовой кожи. Ровными полосами моржовая кожа опоясывала воина - нижний ряд нашивался на верхний. Панцирь расходился к низу широким раструбом, грудь прикрывала пластина из кожи сивуча. http://p-w-w.org/MGa...tem.php?id=3780 Ламеллярный костяной панцирь эскимосов Кодьяка типа корсет-кираса (короткий); под нагрудную часть прикреплена большая кожаная пластина http://p-w-w.org/MGa...tem.php?id=3781 Эскимосские ламеллярные корсет-кирасы из костяных пластин Но самой "приметной" частью доспехов был щит, отброшенный за спину воина, словно он собрался подняться в воздух на дельтаплане. Спинная часть щита, состоявшая из широкой доски, обтянутой кожей, возвышалась над головой воина. Боковые "крылья" легко складывались на сгибах, закрывая в нужный момент грудь и лицо. Чтобы приводить их в движение, на крыльях были петли. Требовалось время, чтобы освоиться с панцирем, имевшем целую систему ремней, петель и пряжек. Ленточный панцирь, который чукчи называли "мэргэв", имели не все воины. Он был все-таки тяжел и неудобен, как, впрочем, и любые доспехи. Пожалуй, единственным неоспоримым удобством он обладал для убегающего - задняя часть щита надежно защищала спину и голову от стрел врага. Поэтому наиболее храбрые чукотские воины считали постыдным его носить, как явный знак трусости. http://p-w-w.org/MGa...tem.php?id=3782 Панцирь "Мэргэв" Легкие маневренные нарты и оленья упряжка стали основным транспортом чукотско-корякских войн в отличие от эскимосо-чукотских военных кампаний, когда к вражескому берегу десант доставляли весельные байдары. И если отряд проскакивал в стойбище врага незамеченным, схватка, как правило, была короткой. Атака проводилась на рассвете. Часть воинов на лыжах окружала ярангу и разрушала ее, выдергивая стойки жилища. Именно для этой цели и были незаменимы арканы, метко набрасывать которые чукчи или коряки умели с детства. В это же время другие копьями протыкали покров яранги, стараясь перебить всех, кто находился в спальном пологе. Остальные на полном скаку подлетали на нартах к оленьему стаду и, поделив его на части, угоняли. Оборонительные сооружения и крепости северных народов Чукчи и коряки использовали нарты не только как транспорт, но и как незаменимое оборонительное сооружение. Нарты расставляли вертикально по кругу, связывая между собой накрепко ремнями. Сверху на них набрасывали моржовые кожи, закрепляя, где нужно ремнями. На пути врага вырастал "оборонительный вал", из-за которого лучники вели обстрел. http://p-w-w.org/MGa...tem.php?id=3786 Оседло живущие на берегу моря зверобои имели возможность подойти к строительству защитных сооружений основательно. В годы войны они сооружали крепости на скалистом мысу или островках, окружая их каменным валом, по верху огораживая деревянным частоколом. Подобный форт становился просто неприступным, после того как чукчи прибегали к помощи своего местного союзника - мороза. Прием был настолько же прост, насколько и эффективен. Облитые водой скаты, покрывались ледяной коркой, становясь неприступными для врага. Воспитание воинов http://p-w-w.org/MGa...tem.php?id=3774 После победы над врагом чукчи татуировали свое тело: обычай татуировать на руках изображение убитого врага очень древний. Как правило, победитель татуировал точку на задней стороне правого запястья. У опытных воинов такие точки сливались в одну сплошную линию, идущую от запястья по направлению к локтю. Корякские и чукотские женщины носили нож, которым в случае победы врага убивали своих детей, а потом и себя. Обычай предпочтения смерти плену очень древний. В тех случаях, когда человек попадал в плен, он становился рабом. Чукчи довольно редко применяли по отношению к пленным пытки. Но если им в руки попадал военачальник или знаменитый воин - ему приходилось туго. Победить и спасти жизнь не только свою, но и всей родовой группы - эта задача была по плечу не только смелому, но и тренированному воину. Сама жизнь приучала действовать в экстремальной обстановке. Любимой игрушкой чукотских детей был лук, а высшей оценкой мастерства лучника - выстрел стрелы, расщепляющей воткнутый в землю прут. http://p-w-w.org/MGa...tem.php?id=3788 Насколько серьезно подходили к подготовке воина, говорит метод, который практиковали коряки для вырабатывания у детей реакции на внезапную опасность. К ребенку подкрадывались и обжигали его острым, раскаленным предметом. В результате добивались того, что ребенок от малейшего шороха или прикосновения отскакивал в сторону. Заканчивалось обучение тем, что отец отправлял сына с каким-нибудь заданием, а сам крался следом. Выждав удобный момент, он спускал с лука стрелу, целясь в сына. Выдержавший экзамен оставался в живых, вовремя отпрыгнув в сторону. Проваливший - падал замертво. Суровые законы жизни на Крайнем Севере, войны выработали у чукчей презрение к смерти. Побежденный в поединке не просил пощады, а просил смерти. Выработалась формула - равнодушное обращение к противнику с просьбой о смерти: "Что ж, если я стал для тебя диким оленем, торопись!" - то есть убей. Русско-чукотские войны Первое упоминание о чукчах в письменных источниках относится к 1641г. в связи с тем, что в районе Колымы они напали на русских сборщиков ясака (подать пушниной, собираемая с аборигенов). Стоит обратить внимание, что это была агрессия со стороны чукчей, до их территорий русские в то время ещё не дошли. Непосредственно на Чукотке русские первопроходцы (казаки под предводительсвом атамана Семена Дежнева) появились в 1648 г. В 1649 году Дежнев в верхнем течении Анадыря основал зимовье, на месте которого в 1652 г. был построен Анадырский острог. http://p-w-w.org/MGa...tem.php?id=3778 Семён Дежнёв Чукчи и русские сразу не взлюбили друг друга и их встречи редко оканчивались мирно. Попытки заставить чукчей платить ясак предпринимались неоднократно, однако без особого успеха. Вообще, среди народов Крайнего Севера чукчи оказали русским наиболее ожесточенное сопротивление. Надо отметить, что к этому времени чукчи были местными экспансионистами и вели частые войны против соседних народов. Именно чукосткий беспредел привел к тому, что коряки, ительмены и юкагиры с радостью и облегчением приняли русское подданство и ходили вместе с русскими в походы на чукчей. Эскимосы же старались устрашить чукчей жестокостью: например, убивали пленных, просверливая им головы. Тем временем, в 1727 г. по инициативе якутского казачьего головы Афанасия Шестакова Сенат Российской империи утвердил "мнение": "Иноземцев и которые народы сысканы и прилегли к Сибирской стороне, а не под чьею властию, тех под российское владение покорять и в ясачный платеж вводить". С этой целью на Чукотку отправили экспедицию численностью в 400 солдат и казаков, опорной базой которой стал Анадырский острог. http://p-w-w.org/MGa...tem.php?id=3775 Анадырский Острог (реконструкция) Во главе был поставлен Шестаков, а начальником военной команды определен капитан Тобольского драгунского полка Дмитрий Павлуцкий. В 1729 г., разделив свои силы на два отряда (каждый был пополнен якутами и коряками), Шестков и Павлуцкий начали покорять Чукотку. Следует отметить, что сенат постановлял аборигенов "уговаривать в подданство добровольно и ласкою". Однако, Шестков и Павлуцкий, не всегда ограничивались ласкою, да и аборигены не все были восприимчивы к ней. Чукчи, не смотря на то, что могли противопоставить мушкетам и саблям завователей лишь стрелы и копья с костяными наконечниками, оказали русским ожесточённое сопротивление. В марте 1730 г. они разгромили отряд Шестакова, убив самого казачьего голову. Отряду Павлуцкого чукчи дали три крупных сражения, в которых понесли серьезные потери. Это были действительно крупные сражения, по дальневосточным меркам просто огромные. Говорят, и сейчас в тундре можно найти поля, усеянные остатками панцирей из кожи моржа или сивуча и костяными наконечниками... После поражений от Павлуцкого, чукчи отказались от открытых битв с русскими, перейдя к партизанским действиям, продолжая воевать с принявшими российское поддантво коряками и юкагирами. Узнав о войне, сенат в 1742 г. издал указ: «на оных немирных чюкч военною оружейною рукою наступить, искоренить вовсе». Сдавшихся же предписывалось «из их жилищ вывесть и впредь для безопасности распределить в Якуцком ведомстве по разным острогам и местам». В 1744-1746 гг. Павлуцкий, произведенный в майоры, с командой в 400-650 солдат, казаков и ясачных юкагиров и коряков совершил три похода на Чукотский полуостров. В марте 1747 г. близ Анадыря чукчи разгромили отряд Павлуцкого. С русской стороны в сражении погибли сам майор, 40 казаков и 11 коряков. К тому же чукчам удалось захватить оленей анадырского гарнизона, оружие, боеприпасы и снаряжение отряда Павлуцкого, в том числе одну пушку и знамя. Этот разгром произвел ошеломляющее впечатление на русские власти. Сенат и Сибирский приказ спешно приняли решение о переброске в Анадырь дополнительных войск. События, развернувшиеся в 1730-1750-х гг. на Чукотке и Камчатке, были насыщены многочисленными сражениями, взятием русских и аборигенных крепостей-острогов, взаимным ожесточением и немалыми жертвами. На основе этих событий можно было бы снимать вестерны покруче голливудских. Война чукчей с русским колониальными войсками продолжалась почти 150 лет. Причем на определенном этапе чукчи даже одержали в ней победу. http://p-w-w.org/MGa...tem.php?id=3776 Чукотские воины после первого оружейного залпа, произведенного русскими, стремительно бросились в атаку, не дав казакам перезарядить ружья. Завязалась рукопашная схватка. Чукчам удалось захватить оружие, боеприпасы и снаряжение отряда Павлуцкого, в том числе железную пушку и знамя В начале 1763 г. в Анадырь прибыл новый комендант подполковник Фридрих Плениснер. Ознакомившись с состоянием дел, он предложил вообще ликвидировать Анадырскую партию. Во-первых, на ее содержание за время существования было израсходовано 1 381 007 руб. 49 коп., тогда как от ясачного и других сборов получено всего 29 152 руб. 54 коп. Во-вторых, чукчи в подданство не приведены, чукотско-корякско-юкагирские столкновения не прекратились. И Сенат согласился с закрытием Анадырской партии, признав, что она "бесполезна и народу тягостна". В 1765 г. из Анадыря начался вывод войск и гражданского населения, а в 1771 г. - разрушены крепостные укрепления. Форпост русской власти на северо-востоке Сибири перестал существовать. Это не только свидетельствовало о прекращении боевых действий против чукчей, но и означало фактическое поражение России. Это позволило чукчам проникнуть на Анадырь, оттеснив коряков на Гижигу, а юкагиров - на Колыму. Но появление у берегов Чукотки английских и французских экспедиций заствило власти Российской империи снова задуматься о покорении этого края. В 1776 г. Екатерина II указала приложить все усилия для принятия чукчей в подданство. Действуя не военной силой, а подкупом, русские добились значительно большего. В марте 1778 г. стараниями коменданта Гижигинской крепости капитана Тимофея Шмалева и сибирского дворянина, крещеного чукчи Николая Дауркина с "главным" тойоном Омулятом Хергынтовым был заключен договор о принятии чукчами русского подданства. http://p-w-w.org/MGa...tem.php?id=3777 Летний острог по Охотскому тракту По указу Екатерины чукчи освобождались от ясака на 10 лет и сохраняли независимость во внутренних делах. Сравнительно привилегированное положение чукчи сохраняли и позже. По "Указу об управлении инородцев" 1822 года, чукчи жили по своим законам и судились собственным судом, ясак - шкурка лисицы с лука (то есть с мужчины) - платился по желанию. В 1885 году капитан А. А. Ресин, присланный с инспекцией, писал: "В сущности же весь крайний северо-восток не знает над собой никакой власти и управляется сам собой". Даже в середине XIX века в своде законов Российской империи чукчи относились к народам, "не вполне покоренным", которые "платят ясак, количеством и качеством какой сами пожелают". Впрочем, с помощью меновой торговли власти и предприниматели научились выманивать у чукчей гораздо больше, чем с помощью налогов. Под русской властью межплеменные конфликты постепенно утихали, однако рецидивы случались, так, например, есть сведения, что последняя война чукчей с эскимосами произошла в 1947 году и окончилась победой чукчей. Хотя сейчас потомки чукч, пережившие годы советского правления, на которые и пришлось полноценное освоение Чукотки, сопровождавшееся отрывом коренных народов от традиционного уклада жизни, - это, конечно, уже не те крутые и жестокие воины древности. Подробнее в исследованиях Нефёдкина А.К. "Военное дело чукчей" и монографии Тан-Богораза "Чукчи"

На наскальных рисунках древние чукчи изображали мухомор в виде человека Евгений Рожков Среди множества представителей растительного мира Чукотки особое положение занимает мухомор. До сих пор старики-чукчи убеждены, что этот гриб является проводником людей не только в потусторонний мир, где находятся предки ныне живущих людей, но и в будущее. Найти мухомор в районе жилищ теперь практически невозможно. На протяжении многих десятилетий на мухоморов ведется самая настоящая яростная охота. Дело в том, что кроме легенд, сказаний, связанных с мухомором, и его проводами людей в потусторонний и будущий миры, этот гриб широко используется чукчами в народной медицине. Автором этих строк записано несколько рецептов и случаев выздоровления больных остеохондрозом, болями в суставах и другими заболеваниями. Приведу рассказ проводника Ивана Тыневекета, который я записал во время одной из экспедиций. Как утверждал мой собеседник, мухоморы не жуют, а глотают маленькими порциями. Вначале глотают кусочки ножки, а потом шляпки. Так же едят и сушеные, но сушат мухомор ножкой вниз отдельно от остальных грибов. Мухоморы едят, чтобы увидеть будущее. Нельзя при этом плохо думать о будущем, иначе оно такое и будет, оно такое и придет. На Чукотке четыре вида мухоморов. Едят белые с крапинками – средней силы. Красные с крапинками могут быть ядовитые – их не едят. Синий с крапинками – слабый мухомор. Его используют как дополнение к белому с крапинками, чтобы дольше длились видения. И возобновлялись. Розовый мухомор с крапинками тоже может быть ядовитым. Норма белых в крапинку – два-три мухомора за один раз, иначе все может печально кончиться. Нельзя плохо думать о людях, об их поступках. Ибо все так и произойдет. Едят мухоморы пожилые и старики, но молодым есть нельзя. Важно резко не увеличивать дозу, вообще не передозировать – смертельно. Растут мухоморы отдельно от других грибов, на сухих местах. Нельзя брать мухоморы, выросшие на камнях, – они ядовитые. Сам Иван Григорьевич ел мухоморы один раз, а теперь боится – вдруг не рассчитает норму. Об ощущениях не стал рассказывать, – это личное. Пришлось видеть несколько случаев, когда люди, наглотавшись мухомора, проделывали невероятные трюки. В селе Алькатваам старик-чукча возил на лошади в бочке воду для питья. Не известно, как к нему попало несколько мухоморов. Откушав гриб, старик стал так усердно молиться, что расшиб себе об пол лоб. Водовоз совершенно не знал русского языка, не знал грамоты. Никогда ничего не слышал о боге, но когда молился, по-русски причитал «Господи, прости меня! Господи, прости меня!» Позже старик рассказал, что после того как съел мухомор, ему привиделся человек во всем белом, который сказал, чтобы он молился за всех грешников. Причем человек в белом говорил не по-русски и не по-чукотски, а на каком языке, старик не знал, но хорошо все понимал. Вот и молился и от усердия бился лбом об пол. Еще один случай. На сей раз мухоморов отведал парторг колхоза. Он стал бегать вокруг яранги, махать руками и каркать, как ворон. Потом полез на ярангу, стал заглядывать в отверстие наверху, откуда выходит дым. И все время каркал. Потом свалился с яранги, опять стал бегать. Так длилось часа два. Наконец, парторг пришел в себя и рассказал, что, после того как съел мухомор, он почувствовал себя вороном и потому стал летать. Когда ему сказали, что он забирался на ярангу, то парторг не поверил. Он был убежден, что летал над тундрой, над реками и горами. У чукчей старшего поколения всесилие мухомора неоспоримо. По их мнению, мухомор не только уводит человека в иной, загробный мир, где можно встретиться с родственниками и соплеменниками, но и в будущее, которое становится понятным и предсказуемым, но и продлевает жизнь человека. Вездеходчик Владимир Бахтин, который родился на Чукотке, повез экспедицию на озеро Майниц с одной целью – найти там мухомор. Его отец обладал большим числом женщин, потому что, как утверждал он сам, постоянно употреблял небольшое количество мухоморов. Умер отец Бахтина в 90 лет, по собственной воле, потому что ему «надоели ссоры женщин из-за того, кто из них будет жить с ним». Ихтиолог Виктор Комельков вылечил серьезную болезнь суставов ног, с которой не могли справиться врачи, используя примочки из мухоморов. Предварительно, как посоветовал ему старик-чукча, он держал в стеклянной банке мухоморы в течение нескольких месяцев, закопав в землю. Сплавляясь на резиновой лодке по горной реке Чирынай, автор этих строк наткнулся на поляну, где росло неимоверно большое количество мухоморов, причем разных видов. Отметив этот участок на карте, пришлось навсегда его засекретить. Паломничество на девственно чистую реку нынешних любителей мухоморов могло погубить действительно первозданный край.

Да, тут у всех, я так думаю, ступор от восхищения. Shurf первый пришел в себя, он на Лукомании иммунитет получил ;)

Добра! Периодически попадаются такие предметы, назначение не ясно. Я видел потрясающую работу - голова барана в серебре с вставленными каменными глазками

http://espreso.tv/news/2017/04/04/pid_slovyanskom_znayshly_skifskyy_mech_v_st_do_ne

Проспер Мериме. Письма из Испании: фрагменты и комментарии Для того, чтобы составить себе представление о корриде, совсем не обязательно читать произведения Бласко Ибаньеса (1867-1828) или Эрнеста Хемингуэя (1899-1961, NP по литературе 1954). Скорее даже наоборот, так как в произведениях этих авторов слишком много эмоций, драматургии и красочных описаний, а понять из этого суть предмета достаточно трудно. Знаменитая "Кармен" Проспера Мериме (1803-1870) тоже мало нам поможет. Если не брать во внимание специальную литературу, то лучше всего с этой задачей справился, по-моему, тот же Проспер Мериме в своих "Письмах из Испании", фрагменты из которых я и предлагаю вашему вниманию, уважаемые читатели. Основной текст был составлен автором в 1830 году и датирован 25 октября, но позднее он добавлял к этому сочинению некоторые комментарии. Наш соотечественник, Василий Петрович Боткин (1811-1869), в своих "Письмах об Испании" в 1845 году тоже затронул тему корриды, но большая часть приводимых им материалов просто списана из работы Мериме. У него есть несколько интересных фрагментов, которые я решил включить в текст данной публикации в качестве комментариев или сопровождающего текста. В качестве вступления я всё-таки дам слово Боткину: "За четыре дни красные афиши извещают об имеющем быть corso de toros (бое быков); тут же подробно объявляется, сколько быков будут поодиночке выпущены в цирк, с означением, с какого каждый пастбища и кому принадлежит; затем следуют имена picadores (сражающихся на лошади с копьями) и matadores (убивающих быка шпагами), участвующих в бое". Вот теперь пойдёт основной корпус текста из работы Мериме: "Канун состязания представляет собою тоже праздник. Во избежание несчастий быков пригоняют в цирковые стойла (encierro) только ночью; накануне дня, назначенного для боя, они пасутся на пастбище вблизи Мадрида (el arroyo). Организуются особые прогулки для того, чтобы посмотреть на быков, часто прибывающих сюда издалека. Целое скопище карет, всадников и пешеходов отправляется к арройо. Многие молодые люди одеваются в изящный костюм андалусского махо [щёголь из низших классов общества] и блещут великолепием и роскошью, не допускаемыми простотой наших привычных нарядов. Прогулки эти, надо сказать, далеко не безопасны: быки находятся на свободе, проводникам не всегда бывает легко приводить их к послушанию, и любопытные должны сами оберегать себя от ударов. Цирки (plazas) существуют почти во всех больших городах Испании. Самые здания отличаются очень простой, чтобы не сказать очень грубой, архитектурой. Обычно это большие дощатые бараки; амфитеатр города Ронды слывет диковинкой потому только, что он весь сделан из камня. Это самый красивый цирк в Испании... Мадридский цирк вмещает около семи тысяч зрителей, свободно входящих и выходящих через многочисленные двери. Сидят здесь на деревянных или каменных скамьях [к 1840 году все скамьи были уже каменными, а вместимость арены возросла до 10 000 человек], но есть несколько лож со стульями. Только ложа Его Католического Величества отделана с некоторым изяществом. Арена окружена крепким барьером высотой около пяти с половиной футов. На расстоянии двух футов от земли по обеим сторонам вокруг барьера идёт деревянный карниз: это своего рода подножка или подставка, помогающая преследуемому тореадору легко перепрыгивать через загородку. Узкий проход отделяет её от первого ряда скамей со зрителями, находящихся на той же высоте, что и барьер, и защищённых, помимо того, двойным рядом веревок, прикрепленных к прочным стойкам. Эта мера предосторожности введена недавно. Однажды бык не только перепрыгнул через барьер (что, в общем, случается довольно часто), но и бросился затем на ступеньки, где убил и изувечил немалое число посетителей. Считается, что протянутая веревка в достаточной степени предохраняет от повторения подобных несчастий. На арену выходят четыре двери. Одна из них ведет в бычье стойло (toril), другая на бойню, где сдирают кожу с убитых быков и разделывают их туши. Остальные двери обслуживают человеческих персонажей этой трагедии. Незадолго до представления тореадоры собираются в комнате, прилегающей непосредственно к цирку. Тут же рядом помещаются конюшни. Чуть подальше расположен госпиталь. Лекарь и священник находятся всегда поблизости. Комната, служащая фойе, украшена раскрашенной мадонной, перед которой горят свечи; невдалеке стоит стол с маленькой жаровней, где лежат горящие угли. Каждый входящий тореадор снимает сначала шляпу перед статуей, наспех бормочет молитву, затем достаёт из кармана сигару, зажигает её от жаровни и курит, беседуя с товарищами и завсегдатаями, являющимися сюда обсудить достоинства быков, которым предстоит бой. Тем временем на внутреннем дворе всадники, сражающиеся верхом, готовятся к схватке, пробуя своих лошадей. Для этого они пускают их галопом прямо на стену и ударяют в неё длинной жердью, заменяющей пику; не отрываясь от точки опоры, они упражняют своих коней в уменье поворачиваться быстро и как можно ближе к стене. В скором времени вы увидите, что упражнения эти совсем не излишни. Лошади, употребляемые для этой цели, - бракованные клячи, скупаемые за бесценок. Прежде чем выпустить на арену, им (из опасения, что иначе их испугают крики толпы и вид быка) завязывают глаза и затыкают уши мокрой паклей. Цирк представляет собой очень оживленную картину. Арена ещё задолго до боя наполнена народом, а скамьи и ложи сливаются в одну неясную массу голов. Места делятся на два разряда: на теневой стороне находятся самые дорогие и удобные, зато солнечная сторона всегда занята неустрашимыми "любителями". Женщин бывает меньше, чем мужчин, большинство из них относится к категории manolas (гризетки)... Насколько я знаю, духовным лицам не запрещено присутствовать на этом зрелище, и тем не менее за всё время я видел только одного человека в сутане (в Севилье). Мне говорили, что многие из них ходят туда переодетыми. По сигналу, даваемому президентом корриды, старший альгуасил и двое других, одетых наподобие Криспина [во всё чёрное], - все трое верхом, впереди небольшой группы всадников, - очищают от народа арену и узкий коридор, проходящий между ареной и скамьями. Когда альгуасилы и их свита удаляются, герольд вместе с судебным приставом и пешими альгуасилами выходит на середину площади и читает указ, воспрещающий бросать что-либо на арену, смущать сражающихся криками, жестами и т.д. Тореро делятся на два основных класса: на пикадоров, сражающихся верхом с пикой в руке, и пеших чуло, которые дразнят быка, размахивая перед ним тканями ярких цветов. В категорию последних входят бандерильеры и матадоры; о них я ещё буду говорить. Все одеты в андалусский костюм, почти такой же, как у Фигаро в "Севильском цирюльнике", но пикадоры вместо коротких панталон и шелковых чулок носят штаны из толстой кожи с подбивкой из дерева и железа, предохраняющей ноги и бедра от рогов быка. Спешившись, они движутся наподобие широко расставленных ножек циркуля, а когда лошадь их сбрасывает, то иначе как с помощью чуло подняться они не могут. Седла у них турецкого фасона, с железными стременами, похожими на наши сабо, целиком закрывающими ступню. Для того, чтобы клячи их слушались, пикадоры пользуются шпорами, снабженными остриями длиною в два дюйма. Копьё у них большое, очень прочное; оканчивается оно чрезвычайно острым железным шипом, но так как потеху необходимо бывает затягивать, то на шип этот насаживается веревочный кружок, не позволяющий железу проникать в тело быка глубже, чем на дюйм. Один из конных альгуасилов подхватывает шляпой ключ, бросаемый президентом боя. Ключ этот ничего не отмыкает, и тем не менее всадник отвозит его человеку, обязанному открывать стойло, и в ту же минуту пускается от него вскачь, преследуемый гиканьем толпы, кричащей, что бык на воле и гонится за ним. Шутка эта повторяется с каждым новым боем. Тем временем пикадоры занимают свои места. Обычно на арену выезжают двое; внутри здания находятся ещё два-три пикадора, готовых заместить товарищей в случае таких несчастий, как смерть, переломы и т.д. Человек двенадцать пеших чуло размещены на площадке на расстоянии, удобном для того, чтобы помогать друг другу. Бык, которого заранее раздразнивают в его каморке, вылетает как бешеный. Сплошь и рядом он одним махом достигает середины арены и круто останавливается, пораженный шумом и окружающим его зрелищем. На загривке у него бантик из лент, приколотый маленьким крючком, всаженным прямо в кожу. Цвет этих лент указывает, в каком стаде (vacada) выкормлен бык, но опытные завсегдатаи уже по одному виду животного сразу узнают, из какой оно области и к какой принадлежит породе. Подбегают чуло, размахивая яркими плащами, и стараются подманить быка к одному из пикадоров. Если бык храбрый, он бросается на врага не колеблясь. Пикадор, держа лошадь в сборе, зажимает копьё под мышкой и становится как раз против быка; он выбирает момент, когда тот наклоняет голову, собираясь поразить противника рогами, и наносит ему удар копьём в загривок, но никак не в другое место; налегая на копьё всей тяжестью, он направляет в то же время лошадь влево и старается остановить быка с правой стороны. Примечание. Если же пикадор наносит удар в другое место быка, а не в загривок, то публика его не помилует. Мериме в 1840 году писал:«Однажды я видел, как опрокинутого пикадора, которому грозила неминуемая гибель, выручил его товарищ, заставивший быка отступить ударом копья в нос. Обстоятельство, казалось бы, извинительное. И тем не менее я слышал возгласы старых завсегдатаев:"Какой позор! Бить копьём в нос! Этого человека нужно убрать с арены"».] Если все приемы выполнены умело, если пикадор силён и лошадь послушна, бык, увлечённый собственным натиском, проносится мимо, не задевая всадника. В таком случае чуло обязаны отвлечь внимание быка так, чтобы дать пикадору возможность отъехать подальше. Но часто животное отлично соображает, кто его ранил: оно мгновенно поворачивается, настигает лошадь, вонзает ей в брюхо рога и опрокидывает её вместе с всадником. К нему тотчас подбегают чуло: одни из них его поднимают, другие, размахивая плащами перед мордой быка, отвлекают, манят к себе животное, а потом удирают, бегом устремляясь к барьеру, который они перепрыгивают с поразительной ловкостью. Испанские быки бегают так же быстро, как лошадь, и если чуло окажется далеко от барьера, то спастись ему бывает трудно. Вот почему всадники, чья жизнь постоянно зависит от ловкости чуло, так редко отваживаются выезжать на середину арены; когда они это делают, их считают необыкновенными смельчаками. Как только пикадор становится на ноги, он тотчас же взбирается на коня, если только ему удается поднять его. Что за беда, если несчастное животное теряет потоки крови, если внутренности его волочатся по земле и опутывают ему ноги; пока лошадь в состоянии ходить, она обязана идти на быка! Если она околевает, пикадор покидает арену и сию же минуту снова появляется на новой лошади. Я говорил уже, что удары копья наносят быку поверхностные раны и имеют целью только его раздразнить. Однако от того, что он сшибается с всадником и конём, от пыла, который он проявляет, а главное, от последствий резких остановок с оседанием на коленные связки бык очень скоро устает. Сплошь и рядом случается, что боль от ударов его обескураживает, и тогда он не решается бросаться на лошадь или, выражаясь языком тавромахии, отказывается входить. Впрочем, если бык вообще силён, то к этому времени он убивает от четырех до пяти лошадей. Тогда пикадоры делают передышку, и даётся сигнал к всаживанию бандерилий. Так называются палочки длиной около двух с половиной футов, обёрнутые вырезанной фестонами бумагой и заканчивающиеся зубчатым остриём, легко застревающим в ране. Чуло держат в каждой руке по одному дротику этого типа. Самым надёжным способом их употребления считается следующий: человек осторожно подступает к быку сзади и потом вдруг начинает поддразнивать его, громко ударяя одной бандерильей о другую. Бык в изумлении поворачивается и немедленно атакует врага. В ту минуту, когда животное его настигает и наклоняет голову для удара, чуло всаживает по бандерилье в обе стороны шеи, что бывает возможно только тогда, когда человек на мгновение оказывается перед самой мордой животного, почти что между рогами; чуло тотчас же отступает назад, пропускает быка и устремляется к барьеру, спасаясь в надежное место. Рассеянность, одно неуверенное, боязливое движение - и он погиб. Впрочем, знатоки считают обязанности бандерильера почти безопасными. Если чуло, всаживая бандерилью, по неосторожности падает, он и не думает о том, чтобы подняться, а неподвижно лежит на месте падения. Бык почти никогда не ранит лежачего, и совсем, конечно, не из великодушия, а потому, что, бросаясь в атаку, он закрывает глаза и проносится над человеком, ничего не видя. Иной раз он, однако, останавливается, обнюхивает лежащего, желая удостовериться, действительно ли он мёртв, потом подается на несколько шагов назад и наклоняет голову с намерением взять его на рога, но в этих случаях быка окружают товарищи бандерильера и отвлекают его с таким усердием, что он бывает вынужден покинуть мнимого мертвеца. Если бык обнаружил трусость, иначе говоря, если он не сумел выдержать четыре пики - это число считается обязательным, - зрители наподобие верховных судей присуждают его к особого рода пытке, являющейся сразу и наказанием и приёмом, пробуждающим в нём гнев. Со всех сторон раздаются крики:"Fuego, fuego!" ("Огня, огня!") И тогда пешим чуло вместо обычных орудий выдаются бандерильи, ручка которых обмотана пиротехническими патронами, а остриё снабжено куском зажжённого трута. Как только остриё проникает в кожу, трут соприкасается с фитилём ракет: они загораются, и пламя, бьющее в быка, обжигает и заставляет проделывать скачки и пируэты, чрезвычайно веселящие публику. Примечание В иные дни, а также в торжественных случаях древко бандерильи обматывают длинной шёлковой сеткой, в которой сидят маленькие живые птички. Когда остриё бандерильи погружается в шею быка, она перерезывает узел, скрепляющий сетку, и птицы вылетают наружу, причём предварительно долгое время трепыхаются у самых ушей животного. Он богато одет; он покрыт золотом и шёлком; в руках у него длинная шпага и пунцовый плащ, подвязанный к палке для того, чтобы им удобнее было оперировать: это называется мулета. Чуло подходит к ложе президента и с глубоким поклоном испрашивает у него позволения убить быка. Это простая формальность, которая обычно имеет место один раз за всё время боя. Само собою разумеется, президент отвечает утвердительным кивком головы. Тогда матадор кричит ему виват, делает пируэт, швыряет шляпу на землю и идет навстречу быку. Бой быков, подобно дуэли, имеет свои законы; нарушение их в такой же мере позорно, как и предательское убийство противника. Так, например, матадор обязан поразить быка в то место, где загривок сходится со спиной (испанцы называют его крестом). Удар наносится сверху вниз, как при второй позиции, и ни в коем случае не снизу. Лучше тысячу раз умереть, чем ударить быка снизу, сбоку или с тылу. Шпага, употребляемая матадорами, длинная, плоская и обоюдоострая; эфес у неё очень короткий, и заканчивается он шариком, на который необходимо налегать ладонью. Обращение с этим оружием требует огромного навыка и исключительной ловкости. Для того, чтобы хорошо убить быка, нужно до тонкостей знать его характер. От этого знания зависит не только слава, но и самая жизнь матадора. Легко понять, что характеры у быков бывают столь же разнообразны, как у людей, тем не менее они разделяются на две резко обозначенные категории: на "ясных" и "тёмных". Я выражаюсь сейчас языком цирка. "Ясные" откровенно бросаются в атаку, в то время как "тёмные" хитрят и стараются напасть на человека предательским образом. Эти последние бывают необыкновенно опасны". В.П. Боткин несколько расширяет классификацию быков: "Каждый бык имеет свой особенный характер, который необходимо узнать. Быки вообще разделяются на прямых, простых, ясных (francos, sencillos, claros), на раздражительных (de sentido) и хищных (abantos); на тех, которые легко поддаются обману мулеты, и на таких, которые, напротив, не упускают из виду движений человека. Есть быки коварные (cobardes), которые наносят удары неожиданные, не подавая о них прежде ни малейшего вида. Кроме этого, бывают быки, которые хорошо видят вблизи и дурно вдали, и наоборот; наконец, такие, которые хорошо видят одним глазом и дурно другим, и проч. Все эти особенности каждого быка должен всякий torero, а тем более матадор, изучить тут же на месте, в арене, потому что первое и необходимое условие бега, чтоб быки никогда прежде не были в цирке, даже для шутки, как это случается на деревенских праздниках с молодыми быками (novillos)... Такого рода опытный бык делается очень опасным". Продолжает тему Мериме: "Прежде чем отважиться на удар, матадор подставляет быку мулету, поддразнивает его и внимательно следит, бросается ли он на неё открыто и в ту же самую минуту, как её заметит, или же приближается медленно, стараясь выиграть расстояние и атаковать противника, когда тот, по его мнению, окажется настолько близко, что не сможет уклониться от удара. Очень часто приходится видеть, что бык грозно трясет головой, роет копытами землю, не проявляя желания наступать, а то даже медленно пятится назад, стараясь завлечь человека на середину арены, где ему уже невозможно спастись. Иные быки избегают атаки по прямой линии; они медленно, с усталым видом обходят человека, а затем, точно рассчитав пространство, летят на него, как стрела. Человеку, хоть сколько-нибудь понимающему в тавромахии, бывает очень интересно наблюдать за тем, как сходятся бык и матадор; подобно двум искусным генералам, они, видимо, угадывают намерения друг друга и ежеминутно меняют тактику. Один поворот головы, косой взгляд, опущенное ухо раскрывают искушенному матадору замыслы врага. Вдруг нетерпеливый бык бросается на красную ткань, которой сознательно укутывает себя матадор. Сила животного такова, что ударом рогов он может свалить целую стену, а человек уклоняется от него легким наклоном корпуса, ускользает точно по волшебству, оставляя после себя одну легкую ткань, которую он поднимает над рогами быка, бросая вызов его неистовству. Порывистость заставляет быка намного обгонять противника; в таких случаях он круто останавливается, оседая на ноги, и от резких и сильных движений животное так устает, что затягивание подобного рода манёвра уже само по себе представляет для него смертельную опасность. Вот почему прославленный маэстро Ромеро говорит, что хороший матадор должен уметь убить восемь быков семью ударами шпаги. Один из них околевает от утомления и бешенства. Когда матадор после ряда манипуляций с мулетой находит, что он достаточно изучил врага, он готовится нанести ему последний удар. Крепко держась на ногах, он помещается как раз напротив и застывает на некотором расстоянии, поджидая быка. Правая рука его, вооруженная шпагой, согнута на высоте головы, в то время как левая вытянута вперед и держит почти волочащуюся по земле мулету, побуждая быка опустить голову. Только тогда матадор и наносит смертельный удар всей силой руки, увеличенной тяжестью тела и натиском самого быка. Шпага, имеющая в длину три фута, часто уходит внутрь по самую рукоятку; если удар удачен, то человеку не о чем больше беспокоиться: бык сразу останавливается, кровь почти не течёт, голова его запрокидывается, ноги дрожат, и он живой тяжёлой грудой валится на землю. В ту же минуту со скамей раздается оглушительное виват; все машут платками, махо швыряют свои шляпы на арену, а герой-победитель скромно посылает во все стороны воздушные поцелуи. Говорят, что в прежнее время никогда не делалось больше одной эстакады, но всё на свете приходит в упадок, и в наши дни бык в редких случаях падает от первого удара. Если рана его производит впечатление смертельной, матадор воздерживается от новой атаки; с помощью чуло он заставляет быка делать круговые движения и поддразнивающими взмахами плаща доводит его до изнеможения. Когда бык падает, один из чуло приканчивает его ударом кинжала прямо в затылок; животное моментально издыхает. Почти каждый бык выбирает себе в цирке особый пункт, к которому он постоянно возвращается. Это место носит название querencia [привязанность, пристрастие]. Обычно таким местом бывает дверь, через которую они выходят на арену. Очень часто приходится видеть, что бык уносит в своём загривке роковую шпагу, эфес которой торчит у него из плеча, и медленным шагом пересекает арену, не обращая внимания ни на чуло, ни на плащи своих преследователей. Он думает только о том, где бы удобнее умереть. Отыскивая подходящее место, он опускается на колени, потом ложится, утыкается головой в землю и спокойно умирает, если только удар кинжала не ускоряет его конца. Если бык не желает нападать, матадор сам устремляется на него и в тот самый момент, когда бык опускает голову, поражает его шпагой; если же бык не опускает голову или если он все время убегает, то приходится прибегнуть к одному весьма жестокому средству. Человек, вооруженный длинной жердью, оканчивающейся серпообразным клинком (media luna), предательски перерезает ему коленные связки, и когда бык валится, его добивают ударом кинжала. Это единственный эпизод боя, вызывающий у всех отвращение. Это своего рода убийство. По счастью, случаи, когда приходится прибегать к подобным средствам, довольно редки. Фанфары возвещают смерть быка. Немедленно трое запряжённых мулов крупной рысью въезжают в цирк; рога быка перевязывают веревкой, пропускают в середину крючок, и мулы галопом волочат его по земле. В две минуты трупы лошадей и быка исчезают с арены. Каждая схватка длится около двадцати минут, а во время представления обычно убивают восемь быков. В том случае, когда оно оказывается посредственным, президент боя по желанию публики даёт согласие на одну-две добавочные схватки". Коррида, которую посетил В.П. Боткин, закончилась весёлой схваткой: "...выпущен был в цирк молодой бык (novillo) для забавы зрителей; толпы бросились в арену. На рогах у быка надеты были деревянные шары, обтянутые кожей, чтоб удары его не могли быть смертельны. Боже мой! Всякий наперерыв старался раздражить быка плащами, поясами, шляпой; сколько плащей разлетелось в куски, сколько в этой свалке истоптал бык народу! Несколько человек вынесены были без чувств. Но зато и сколько смеху, острот, радостного хохота..." Мериме же заканчивает свой обзор на грустной ноте: "Как видите, ремесло тореро довольно опасное. В Испании умирает два-три тореро в год. Очень немногие доживают до старости. Если они не умирают на арене, последствия ран заставляют их скоро отказываться от продолжения карьеры... Не один высокий заработок побуждает тореро избирать эту опасную профессию. Рукоплескания и слава заставляют их пренебрегать смертью. Как приятно одерживать победы на глазах пяти или шести тысяч зрителей! Вот почему нередко можно наблюдать, что любители из хороших семейств делят опасность и славу с профессиональными тореро. Я видел в Севилье, как маркиз и граф выступали на публичной корриде в качестве пикадоров. Надо сказать, что публика не выказывает по отношению к тореро никакого снисхождения. Малейшее проявление робости карается гиканьем и свистками. Самые грубые ругательства сыплются тогда отовсюду; иногда по настоянию публики - а это самое жестокое проявление ее возмущения - к тореро приближается альгуасил и, угрожая ему тюрьмой, требует немедленно выступить против быка". Примечание-анекдот Однажды знаменитый актёр Исидоро Майкес (1768-1820), возмущённый видом матадора, стоявшего в нерешительности перед одним из самых "тёмных" быков, ругательски ругал его. Матадор ему ответил: "Сеньор Майкес! Примите во внимание, что в нашем деле никогда не бывает надувательства, как у вас на сцене".

Да там смотреть особо нечего. Имитация шипа или непролив его. Попадается такое.

Ну всякое бывало, стреляли... Хотя я сам офигеваю... В Мёзии он квартировался конечно. Возможно там был полевой лагерь. Вот для сравнения http://arkaim.co/gallery/image/12514-image5/ Хотя я бы не говорил однозначно за Рим. В ссылке стрелы для скорпионов, они крупнее, чем у ТС.

Я решил не затрагивать эту прописную истину, тут все люди умные и глубоко образованные, думаю, что повторять банальщину не стоит ;)

По некоторым версиям, перекрестное оплодотворение неандертальцев и кроманьонцев и создало современного человека. Что такое народ? Если это набор одних и тех же геномов, то тогда вопросы к генетикам, а они говорят, о том, что очень много и разного на наших территориях. Если народ это общность каких-то единых национально-культурных традиций, то думаю, что киммерийцы-скифы-хазары-казаки очень сильно отличались в них. О чем писали греки совсем не понятно. Икак по мне, то народы легко исчезают, например, пикты. Или нынешние шотландцы, это они и есть?

А еще неандертальцы, кроманьонцы, трипольцы, ямники, катакомбники, срубники это тоже один народ, который позже стали называть казаками. А несколько волн переселения народов придумали историки что бы захапать побольше денег.

Между хазарами и черняхами несколько веков, т.ч. тогда хазары были в проекте.

Немного подправлю. ЧК - это готы в общей исторической номенклатуре. Просто в период Союза заниматься готами было не хорошо (т.к. они ассоциировались с немцами), вот и появилась Черняховская культура. Ну и как следствие, готы, это совсем даже не хазары.

Не удержался... подтверждение того, что скифы это славяне, которые прозревали будущее!

http://arkaim.co/gallery/image/1522-2386699-kr/ http://arkaim.co/gallery/image/916-1785627/ http://arkaim.co/gallery/image/2418-29958-1369935123/ http://arkaim.co/gallery/image/2303-2892066-chn/ http://arkaim.co/gallery/image/2087-2796597/ http://arkaim.co/gallery/image/2086-2796595/ http://arkaim.co/gallery/image/2009-14454-1366837055/ http://arkaim.co/gallery/image/1825-32296-1365935135-kr/