Yorik

Да, я хочу подтверждения какой-либо информации, т.к. это и есть данные, а не фантазии на тему. Если все так круто засекречено, то вполне можете дать статистику по прошлым векам, которая давно должна быть рассекречена (как в том отчете из соседней темы по войне казаков с татарами). А заказ армии для войны, это вновь не о чем. Даже без учета лоббирования интересов производителя, боезапас берут с запасом, минимум в два раза (лучше в четыре). Устав цитировать к чему? Там где-то сказано, что обучались в стрельбе на 200 м за десять выстрелов? А нет, это же не английская армия, это у нее было 10 патронов, т.к. обеспечение лучше и они тренировались на 300-400 м. Наши работали на 5 патронах на 200 метров. И все это за год.

Нет такого снижения арбалетного болта на такой дистанции, может метрах на 60-ти и будет, но тут зависит от мощности арбалета. По поводу навеса... Сравните заточку флешета и стандартного арбалетного болта. Болты никогда не рассчитывались для поражения живой силы по навесной траектории. Поэтому их наконечники и не могли нанести такой урон как лучные стрелы. Про это написано во всех классических трудах. Первые упоминания идут по 12 в., но как видно из текста, это была обычная практика, т.ч. правило уже существовало достаточно давно (по Англии, скорее всего с периода нормандского завоевания). Вот одна из ссылок, коих множество https://books.google.com.ua/books?id=W2RZq7uOeqoC&pg=PA268&lpg=PA268&dq=%D1%80%D1%8B%D1%86%D0%B0%D1%80%D0%B8+%D1%81%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%BA+%D0%B4%D0%BD%D0%B5%D0%B9+%D1%81%D0%BB%D1%83%D0%B6%D0%B1%D1%8B&source=bl&ots=beEhKNYVfR&sig=ACfU3U0XLa9UEuukiiq3AdmwofyyUIf8KQ&hl=ru&sa=X&ved=2ahUKEwj8-o2i4JjgAhUEESwKHU7GDFEQ6AEwEHoECAYQAQ#v=onepage&q=%D1%80%D1%8B%D1%86%D0%B0%D1%80%D0%B8%20%D1%81%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%BA%20%D0%B4%D0%BD%D0%B5%D0%B9%20%D1%81%D0%BB%D1%83%D0%B6%D0%B1%D1%8B&f=false Про современных контрактников не в тему. Но даже они должны вначале отслужить срочку не менее года, после пройти профподготовку и атестацию (не менее месяца) и после этого они становятся зелеными и еще должны обстреляться, что бы стать наемниками в полном смысле слова. Разумнее сравнить рыцарей со спецвойсками, это адекватный подход. Сколько времени спецов готовят и какие требования к ним в процессе службы? Не перекладывайте с больной головы на здоровую. Ваши слова "автор явно использовал исторические источники, а не от балды все это придумывал"? Вы уверенно утверждаете определенный факт, подтвердите его. Если Вы считаете, то считайте дальше, вам этого никто не мешает, но это Ваше субъективное мнение и не более того. Если Вы опираетесь на какие-либо данные, то подтвердите их ссылками. И вообще мне странно Ваше общение. Я каждое свое слово готов подтвердить ссылками, а Вы, у меня создается такое впечатление, высказываете свои фантазии, которые потом пытаетесь подогнать под фактаж. Давайте отвечать за свои слова. Давайте разберем Ваши ссылки. В первой ссылке сэр Уильям сам говорит, что не сможет найти даже 1000 хороших лучников, т.е. их подготовить сложно. Далее он говорит, что луки отлично работают против коницы, а вот людей не поражают. Но не забываем, что это говорится о 16 в., когда все были закованы более менее в панцирный доспех. еще упоминается, что лучники в поле не смогут простоять 3-4 мес. и это верно, для периода средневековья о чем я говорил ранее. Кроме того, большую армию нечем было кормить такой большой срок (именно поэтому так дороги были восточные специи в тот период). Но для 16 в. позиционная война стала входить в моду, т.к. качество заготовки продуктов улучшилось. Во второй ссылке упоминается только, что стрелки из огнестрельного оружия должны правильно выполнять все движения и тогда не будет неприятностей с воспламенением пороха и последующими травмами стреляющего и окружающих. Указывается о прерванном обучении 1567 года 4000 тыс. аркебузеров, т.е. их готовили год. Но при этом постоянно упоминается, что лучники были и в достатке. А почему? Т.к. продолжал выполнятся приказ о повсеместном обучении стрельбе из луков в выходные и праздничные дни. Делаем вывод, стрелков из огнестрела можно было подготовить в течении года (надо научить правильно распоряжаться оружием и стрелять в цель). А вот для стрельбы из боевого лука человек, в первую очередь, должен быть достаточно физически развит, а далее на это накладывается техника стрельбы. С огнестрелом этого пункта не надо (что доказал фурер в последние дни войны, раздавая оружие детям). Вот и получается, что лучника надо готовить долго, т.е. физически подготовить и потом научить. А огнестрельщика только научить.Подводя итог, ваши две ссылки интересны, но не в тему.

В сражениях разные были тактики. Иногда вообще без стрелков, иногда одни стрелки, иногда стрелки курили в сторонке... По разному... Как-то делал я арбалет на 15 кг, он легко настильно стрелял на 30 м. И оставлял приятные синяки... А вот такого плана как арбалет на видео, натяжение было в районе 100 кг и выше. Делайте выводы, а не бросайте неподтвержденные фразы в воздух или докажите со ссылками, что арбалет стреляет настильно на 30 м. Да и на видео очень условная реконструкция. Одно вращение орешка, как хомяка в колесе чего стоит. Далее, стрельбой навесом лучники добивались удара по секторам. Стрела в наивысшей точке начинала разгонятся при падении вниз и т.к. наконечники были острыми при падении причиняли ущерб врагу (в основном по щелям доспехов, коням и незащищенной пехоте). Достаточно тупые наконечники болтов, этого сделать не могут. Для сравнения посмотрите на сколько вошли в землю стрельные наконечники и арбалетные на Вашем видео. Все верно, т.к. лучники и арбалетчики должны быть под защитой. Для этого англичане ставили рогатки (как впрочем и позже вплоть до нынешних времен), а арбалетчики использовали павезы укрепленные на вкопанных столбах. В подтверждение... При Пате, французы атаковали не развернувшийся строй, английские лучники не успели окопаться и их просто смели. Вы когда нибудь пробовали стоять перед наступающей тяжелой конницей? Мне доводилось. Ощущения, те еще, хотя я знал, что нахожусь в безопасности и меня рубить не будут, кони не обучены кусаться и топтать врагов... При Форминьи лучники в первой фазе легко отбили атаки французов, далее, когда их начали обстреливать из двух! кулеврин, вышли из укреплений и легко захватили кулеврины, но напавшие французы попытались отбить их. Началась рукопашная. И в это момент подошла вторая армия! французов с другой стороны. Англичане не смогли перестроить войска и укрыться в укреплениях, что и привело к поражению. Т.ч. в обоих Ваших примерах лучники просто не участвовали как стрелковая единица и не могут служить доводом. Рыцари не были на постоянной службе. Их могли использовать только краткий период в году, согласно контракта заключенного с королем. Тоже касается йоменов, их тоже нанимали на определенный срок. В отличии от французских арбалетчиков, которых просто сгоняли и заставляли стрелять гораздо за меньшую оплату труда (хотя и выше чем у остального сброда). Докажите свои слова? Какие источники использовал автор? Из Вашей же цитаты видно, что арбалетчики боялись наклоняться чтобы натянуть тетиву. Т.к. при наклоне открывается спина, где доспех всегда тоньше. Кроме того, стрела по навесной траектории не пробивала шлема и наплечников (или плечи закрывали поля шлема, если было что-то типа капеллины). Еще раз, отказ от лука произошел из-за того, что лучника долго и дорого готовить, а вот аркебузеров и мушкетеров намного проще и дешевле.

Т.е. сравнительной статистики нет? Есть данные за один бой. Причем только одной стороны. А сколько патронов выпустили талибы? Какие потери были с обоих сторон. Несколько десятков, это сколько - пять, десять, сто десятков? Сколько погибло от ручного огнестрела, от крупнокалиберного, автоматического, воздушного... Вот вспомните статью о казаках, все четко расписано. В Ваших источниках ни о чем по сравнению с тем. Исходя из данных 18-19 вв. тогдашние парни "от сохи" были просто стрелками от бога. Как показывает реальная практика нашей армии, при одноразовом выезде на полигон в год и отстреле 10 патронов (3 одиночных, 7 короткими очередями) в ростовую мишень на 100 м, солдаты мало кто мог уверенно попадать в эти мишени. А тут 300 м... Давайте более обоснованные и точные данные. А то это смешно...

В Петербурге К.-Пинский очень быстро освоился, вошёл в верхний свет и начал делать блестящую карьеру, но эти страницы его биографии я оставлю за границами данного очерка. В 1833 году Матвей Михайлович женился на Надежде Ивановне Стародубской (1817-после 1857), добрачной дочери недавно умершего князя Ивана Алексеевича Гагарина (1771-1832) и знаменитой актрисы Екатерины Семёновны Семёновой (1786-1849), которая согласилась, наконец, в 1828 году выйти замуж за князя. Помимо юной жены коллежский советник К.-Пинский, который в то время был уже начальником отделения в одном из департаментов министерства юстиции, получил ещё и капитал в 120 тысяч рублей ассигнациями. Жизнь супругов с самого начала не сложилась. М.А. Дмитриев пишет что "С женою, которую обирал деньгами, он [Пинский] почти не виделся, уезжал рано, пока она спала, и приезжал поздно. Наконец, она его бросила..." Да, в 1837 году Надежда Ивановна оставила мужа и уехала в Москву к матери. Детей у них не было. Как жили в разлуке супруги нам достоверно не известно, но в 1845 году Матвей Михайлович затеял бракоразводный процесс со своею женой. Об этом деле и его итогах от современников до нас дошли довольно противоречивые сведения. Сенатор Михаил Иванович Топильский (1809-1873) в своей переписке из деликатности довольно коротко и невразумительно сообщил об этом процессе: "...дочь Семёновой производила бракоразводное дело с мужем своим, предместником моим по званию директора Департамента Министерства Юстиции, Карниолин-Пинским. Мать руководила дочерью. Я невольно вошёл в дело, как ближайший сослуживец Карниолин-Пинского (он был директором, а я при нём вице-директором департамента Министерства Юстиции). С обеих тяжущихся сторон было много грязного, и среди этой грязи я познакомился с Екатериною Семёновною, бывшею Семёновою, которая, не смотря на плачевную сторону дела, находила однако же случаи принимать трагические позы". В 1873 году в “Русском архиве” некто Н. Ив. Стародубский [возможно, какой-нибудь родственник Надежды Ивановны] опубликовал свою версию этой истории. Он сообщает, что в 1845 году, став директором Департамента, Карниолин-Пинский "возбудил уголовное преследование против жены своей. Это грустное и многотомное дело, продолжавшееся восемь лет, крайне расстроило здоровье княгини Екатерины Семёновны. Страдая душевно и телесно, княгиня Екатерина Семёновна несколько раз приезжала из Москвы в Петербург, чтобы следить за делом её любимой дочери... Через четыре года после кончины княгини Екатерины Семёновны, решилась участь её дочери: в 1853 году, по приговору уголовного суда, расторгнут брак её с Карниолин-Пинским. О, если бы судьбе было угодно, чтоб это во многих отношениях интересное для криминалиста дело было рассмотрено в порядке нынешнего судопроизводства и отдано на суд присяжных, конечно, жена Карниолин-Пинского была бы оправдана! Несчастная дочь княгини Екатерины Семёновны лишилась своего состояния во время производства дела с Карниолин-Пинским, после окончательного приговора суда, жила в бедности в разных губерниях и наконец, исчезла из виду своих родных и знакомых". Уже известная нам актриса Орлова-Савина даёт нам другую версию этих событий: "Я, ещё живя в Москве, знала, что супруги не долго жили вместе: она жаловалась на его характер, а он на то, что его обманули: обещали 100 т[ысяч] ассигн[ациями] и не дали ничего. А тут, на беду, рассудительный М[атвей] М[ихайлович] влюбился на старости лет... и говорили, в молоденькую и хорошенькую девицу, которая и готова была выйти за него замуж. Вот он и вздумал развестись с женой и для этого посылал в Москву, где она жила, подсматривать, выведывать, уличать и наконец достигнул своей цели. Знаю только, что Над[ежда] Ив[ановна] приехала с матерью в Петербург и выбрала адвоката Галлера, которому почему-то запрещено было жить в столице и заниматься адвокатурой... Но тут, как видно, “нашла коса на камень”, и Галлер не помог: их развели, ему позволили жениться... (но это не совершилось), а ей присудили жить на покаянии в монастыре, в Новой Ладоге. К этому времени скончалась и Ек[атерина] Сем[ёновна]. И хотя Мат[вей] Мих[айлович] и говорил мне и брату (мы по школьной его любви к нам посещали его):"Если я и процесса не выиграю, а уж оставлю мать и дочь на одном картофеле". Но и этого не случилось. Ек[атерина] Сем[ёновна] умерла при своем богатстве, а Над[ежда] Ив[ановна] им воспользовалась, не поделясь с другими наследниками, и, как было слышно, очень жуировала на покаянии в монастыре". Так изложила историю развода Карниолин-Пинского актриса Орлова-Савина, которая, в целом, очень положительно относилась к нашему “милому другу”. Н.М. Колмаков, который с 1846 года был секретарём К.-Пинского, в своих мемуарах смотрит на историю развода нашего героя почти его глазами. Получился знатный панегирик: "...внутренняя его жизнь, семейная, омрачена была бракоразводным делом с своею женою Надеждою Ивановною, урождённой Стародубскою. Да, это был несчастный период его жизни, едва не уложивший его окончательно... Брак Пинского состоялся в 1833 г. при самых благоприятных условиях. Всё предвещало ему счастье, но, увы! любя её нежно и страстно, он, с первых же дней супружества, с грустию замечал в ней и нарушение приличий, и злонравие, и непокорность, но пока всё держалось в пределах обыкновенной жизни. В 1834 году она уехала в Москву на время, а в 1837 году уже совсем оставила мужа и поселилась в Москве, состоя в связи с купцом Фирсановым". Скорее всего здесь подразумевается Григорий Михайлович Фирсанов (1791-?), крупный лесоторговец. Продолжим рассказ Колмакова: "Самолюбие Пинского страдало; положение его делалось невыносимым; до него в 1845 году дошли положительные слухи, что жена его, при разлуке с ним, рождала детей, скрывая их и сдавая в воспитательный дом, и что, наконец, она опять в состоянии беременности. Пинский возымел мысль воспользоваться таким положением своей супруги, доказать её неверность и получить развод. Дело начато по его просьбе в 1845 году в московской духовной консистории, и вместе с тем возникло преследование её, или, лучше сказать, гонка за нею по городам, куда она скрывалась. Поверенный его, некто Калайдович, горячо преследовал её, стараясь, чтобы её подвергнуть освидетельствованию, но она, под защитой местных властей и врачей, уклонялась от этого; само собою, беременность её располагала к сочувствию. Преследование это часто переходило за пределы должного приличия и уважения к Пинской, как к женщине; посему нашлись защитники её и укоряли Пинского в жестокосердии и, действительно, Пинский в этом деле терял иногда всякое самообладание, делался до нельзя раздражительным, мучеником... Самое дело производилось с.-петербургских судебных местах, Сенате и доходило до Государственного Совета, где и решено 4-го августа 1853 г. Решением сим Пинская обвинена в нарушении супружеской верности, предана церковному покаянию с заключением в монастырь. Супруги были разведены, но в январе месяце 1857 г. последовало особое Высочайшее повеление об освобождении Пинской от заключения в монастыре. Само собою, она уже не была супругой Матвея Михайловича Пинского... Дело было громкое и на устах всех, а вместе с тем грязное, как всякий бракоразводный процесс". Николай Маркович Колмаков (1816-1896) — литератор, тайный советник. Далее Колмаков утверждает, что К.-Пинский не имел никакого состояния, но упоминает, что тот был одним из соопекунов по делам промышленников Саломирских. А достоверно известно, что на этом опекунстве наш “милый друг” заработал не менее одного миллиона рублей ассигнациями. Для окончания очерка о Карниолин-Пинском приведу ещё парочку отзывов об этом господине. М.А. Дмитриев, достаточно хорошо знавший нашего героя, пишет: "В Петербурге разбогател он, взяв на себя какую-то миллионную опеку, с дозволения, впрочем, Государя Николая Павловича. После он сам был директором департамента, нынче этот мерзавец в больших чинах и находится там сенатором". Сенатор Кастор Никифорович Лебедев (1812-1876), близко знавший Пинского в 40-х годах, довольно жёстко писал о нашем герое: "К.-Пинский человек с большой энергией, не признаёт величий, любящий значение для света, в котором он до сих пор так мало значил. По этой причине он криклив и заносчив, но мало уверен и труслив. Недостаток образования и теоретичность знания делают его неловким и грубым в поступках и работах. Нет сомнения, что он зазнается, оскорбит самолюбие других... Он был в ежовых руках бедности, но он забывает нужду. Он не уважает несчастья и опасности дружбы, он завистлив и увлекается собою во лжи".

Возьмём для примера господина Корниолина-Пинского (1796-1866), Матвея Михайловича, который был сыном простого врача из Черниговской губернии, и дослужился до высоких чинов и званий: в 1850 году он стал сенатором и получил чин действительного тайного советника. В советское время Карниолин-Пинский упоминался, в основном, как участник следственных дел и судебных процессов над такими революционными демократами как Михаил Илларионович Михайлов (1829-1865), Николай Гаврилович Чернышевский (1828-1889), Дмитрий Владимирович Каракозов (1840-1866) и ряда других. Но славу инквизитора, как о нём писал Герцен, Карниолин-Пинский приобрёл уже став сенатором, а мы же заглянем в более ранние времена. Матвей Михайлович Карниолин-Пинский: ну, что можно коротко сказать о нём - был типичный сын своего века, такой “милый друг”, готовый для прорыва наверх воспользоваться любыми средствами. Я приведу лишь несколько характерных эпизодов из жизни господина К.-Пинского, как я буду называть его в дальнейшем повествовании. Михаил Александрович Дмитриев (1796-1866) так характеризует нашего героя в своих воспоминаниях: "...Карниолин-Пинский, настойчивый и властолюбивый пройдоха, который после, благодаря своим интригам и ослеплению наших вельмож, умел втереться в люди и пошёл далеко: ныне он уже давно сенатором". Чуть позже я скажу, из-за чего “ослепли” российские вельможи. Немного дальше Дмитриев пишет о К.-Пинском: "Он был олицетворённая тайна, пронырливость, настойчивость в разных проделках, неблагодарность и злобная мстительность; словом, человек опасный, с которым лучше всего было не сближаться. Он был хорош собою, то есть имел свежее румяное личико, как на вербах херувимы, кудрявые чёрные волосы, высок ростом, но сутул и с поднятыми плечами... и большой победитель красавиц низкого класса. Его ничто не останавливало: ни знакомство с хорошим домом, ни условия уважения; впрочем, он мастерски скрывал свои проделки". Когда он был преподавателем в Симбирской гимназии (1816-1823), К.-Пинский сватался к дочери одной небогатой вдовы, Авдотьи Ивановны Паскевичевой (или Пашкевичевой, ?-1839). Однако к этой же девушке, Александре Николаевне, почти одновременно посватался и Фёдор Петрович Рогачёв (?-1856). К.-Пинский был тогда всего лишь бедным преподавателем в гимназии, а Рогачёв уже стал членом Симбирской комиссариатской комиссии. Вполне естественно, что дамы Паскевичевы предпочли согласиться на предложение Рогачёва. К.-Пинский был оскорблён этим отказом и собирался мстить. Считая себя редким красавцем, он решил соблазнить одновременно и Авдотью Ивановну, и Александру Николаевну, а потом разгласить эту историю по всему городу. Позднее, уже в Москве, он клялся Дмитриеву, что собирался осуществить подобную месть, но только необходимость срочно ехать в Москву, оставила этот план неосуществлённым. Позволю себе небольшое отступление. Илья Гигорьевич Безгин (1852-1907) в сборнике материалов о Симбирской губернской гимназии писал о К.-Пинском, что в конце своей жизни в Симбирске тот, "наскучив преподаванием, с нетерпением ждал возможности подать в отставку и настолько небрежно выполнял свои обязанности, что не раз получал замечания и выговоры от начальства". Возможно, что причиной подобного поведения было то обстоятельство, что в 1821 году К.-Пинский стал членом масонской ложи “Ключ к Добродетели”, и другие братья немного помогали ему. Причиной, заставившей К-Пинского срочно покинуть Симбирск, оказался брат по масонской ложе Иван Степанович Кротков (1789-1867). Кротков был богатым симбирским помещиком, который решил свозить свою жену, Екатерину Васильевну, урождённую графиню Толстую, в Париж, а К.-Пинского он пригласил в качестве учителя для своих детей. Однако Москва так понравилась Екатерине Васильевне, что она категорически отказалась ехать в Париж, и Кротков отказал К.-Пинскому от места. Оказавшись в Москве без денег и работы, К.-Пинский обратился к своему знакомому по Симбирску, М.А. Дмитриеву, который помог нашему герою тем, что познакомил его с Ф.Ф. Кокошкиным. Фёдор Фёдорович Кокошкин (1773-1834) был известным драматургом и театральным деятелем, которого в 1823 году сделали первым директором московской группы императорских театров. Кокошкин смог пристроить К-Пинского на почётную службу в канцелярию московского военного генерал-губернатора светлейшего князя Дмитрия Владимировича Голицына (1771-1844). Однако на этой почётной должности жалованья не полагалось, и тогда Кокошкин добился для К-Пинского должности преподавателя в Московском театральном училище, а потом и в Лефортовском кадетском корпусе. Так что нуждаться Матвей Михайлович перестал, но отплатил своему благодетелю довольно своеобразно. К этому времени Фёдор Фёдорович Кокошкин уже давно жил с актрисой Марией Дмитриевной Львовой-Синецкой (1795-1875), и история их знакомства тоже довольно интересна. В 1812 году Кокошкин увидел молодую актрису на сцене рязанского театра. Девушка была очень хороша собой, обладала благородным лицом (внешностью) и была скромного поведения. Девица-красавица Синецкая запала в сердце Кокошкина, который был не только значительно старше её, и имел довольно непритязательную внешность. Как писал М.А. Дмитриев, в 1824 году Кокошкин "был уже старик, смотрел каким-то величественным грибом и вдобавок ещё румянился". Ко времени знакомства с Синецкой дело обстояло немного лучше. Актриса оказалась сиротой, так что Фёдор Фёдорович легко смог договориться с её тёткой-купчихой, которая за определённую сумму денег буквально продала свою племянницу богатому барину. Так в 1813 году Кокошкин увёз Синецкую в Москву, а в 1823 году, получив важный пост, пристроил свою пассию в штат Императорских театров. Частичным оправданием Кокошкина может служить то обстоятельство, что он в 1811 году овдовел. Все эти годы Синецкая была верна своему покровителю, хотя и в Москве, и в Петербурге многие известные и состоятельные люди оказывали красавице недвусмысленные знаки внимания. Но Мария Дмитриевна во всех подобных ситуациях держалась с таким достоинством (несмотря на своё двусмысленное положение), что тень уважения падала даже на Кокошкина. Однако сам Фёдор Фёдорович подобным постоянством не отличался и увлёкся одной балериной Большого театра, некой Анной Семёновной Потанчиковой (?-после 1839), о которой мало что известно. М.А. Дмитриев писал, что Кокошкин "пристрастился к дрянной актрисе и дрянной женщине, Потанчиковой..." К.-Пинский использовал сложившуюся ситуацию в своих интересах. Сначала он сблизился с Синецкой и на правах друга семьи насплетничал актрисе о любовных похождениях Кокошкина. Обиженная женщина вскоре оказалась в объятиях Пинского, которому этого показалось мало, и он поспешил рассорить пару Кокошкин-Синецкая. После этого Синецкая стала жить отдельно от Кокошкина, а К.-Пинский переехал к ней и стал жить на деньги популярной актрисы. Известная актриса П.И. Орлова-Савина в своей “Автобиографии” немного иначе расставила акценты в этой скандальной истории. Она утверждает, что Фёдор Фёдорович собирался жениться на Львовой-Синецкой: "А не женился Фёд[ор] Фёд[орович] потому что, живя у него много лет, она вздумала довольно явно делать предпочтение Матвею Михайловичу Карниолин-Пинскому, который, сказать правду, был очень красив; особенно у него были прекрасные руки... а есть поверье, у кого хороши руки, у того жена дурна. На нём поверье оправдалось..." Конец цитаты будет разъяснён немного позднее, а о роли в данной истории самого К.-Пинского госпожа Орлова-Савина не упоминает. Прасковья Ивановна Орлова-Савина (1815-1900): урождённая Куликова, по мужьям Орлова-Савина. Все события, связанные с Кокошкиным и К.-Пинским происходили в промежуток времени между 1824 и 1831 годами. Орлова-Савина утверждает, что в 1834 году Кокошкин "женился на ничтожной и бесталантной актрисе Потанчиковой, которая также не хорошо кончила". После смерти Кокошкина данная Потанчикова сошлась с племянником Фёдора Фёдоровича, но личная жизнь у этой актрисы не сложилась, и, как со злорадством пишет Орлова-Савина, она "не умела устроить свою жизнь и утопилась". Матвей Михайлович в Москве довольно быстро завёл множество важных знакомств в обществе старой столицы, особенно в литературных и театральных кругах. Но не только в них. Павел Иванович Дегай (1792-1848), например, делал в Москве хорошую карьеру по линии министерства юстиции, и в 1827 году пристроил К.-Пинского ещё и на должность помощника прокурора по уголовным делам. Прежде чем продолжить описание похождений К.-Пинского, приведу характеристики нашего героя, которые ему дал М.А. Дмитриев. Про мстительность К.-Пинского Дмитриев писал: "Он сам несколько раз говорил мне, что благодарность есть для него самое унизительное чувство; что всякий раз, когда он встречается с человеком, сделавшим ему добро, ему представляется, что этот человек имеет право требовать от него благодарности; что он его непременно возненавидит и непременно сделает ему зло. Так поступил он и с Кокошкиным". Одной из причин подобной мстительности были детские и юношеские годы жизни К.-Пинского. Дмитриев писал позднее: "Когда я был уголовным судьёю, а Пинский уголовных дел стряпчим, он настаивал всегда на строгости наказаний, на увеличении наказаний, и вообще был жесток к подсудимым."Чего мне жалеть их, - говаривал он, - я помню, когда ещё я был мальчиком, в Смоленской губернии, меня секли вишнёвыми розгами. Я за это мщу этим мошенникам!" Поэтому мы не удивимся, когда Дмитриев дополняет характеристику К.-Пинского: "Пинский завидовал всем и почитал себя всех выше... Пинский долго был в унижении; ненависть к богатству, к известности, к талантам и к правам, соединённым с родовым преимуществом, развились в нём в сильной степени, как это обыкновенно бывает у всех выходцев его рода; но он особенно всегда отличался этою ненавистью". Дмитриев также отмечал своеобразную честность К.-Пинского: "...по службе, кроме интриг, он был человек честный, то есть взяток не брал!" С другой стороны, Дмитриев отмечал, что, став директором департамента, К.-Пинский "не будучи сам взяточником, покровительствовал, однако, всем искусникам, находя в них самые удобные и покорные орудия для разных своих проделок по министерству". Вернёмся всё же к истории с Синецкой. Наш герой жил у актрисы и не стесняясь тратил её средства, хотя к этому времени он и сам зарабатывал вполне приличные деньги. Свою благодетельницу К.-Пинский кормил обещаниями, что он скоро женится на ней. В конце 1830 года покровители К.-Пинского [или П.И. Дегай, или даже сам Дмитрий Васильевич Дашков (1788-1839)] стали хлопотать о переводе К.-Пинского в Петербург. Наш герой заверил Синецкую, что как только он устроится в Петербурге, он сразу же вызовет её к себе и обвенчается с нею. Чтобы окончательно убедить актрису в правдивости своих обещаний, Матвей Михайлович обручился с Синецкой по форме, предписанной церковью. Об этом Дмитриеву рассказывал Михаил Николаевич Загоскин (1789-1852), который узнал об этом от дьякона, бывшего на данной церемонии обручения. После этого К.-Пинский забрал у Синецкой почти все наличные деньги и в начале 1831 года отбыл в Петербург, а Синецкая осталась ожидать уведомления из северной столицы. Но она его так и не дождалась.

Похороны с майором Отставной гусарский майор Доможиров жил бедно, но прославился тем, что придумал себе новый промысел — предшествовать все погребальные процессии. Доможиров вскоре стал известен всей Москве: "Он на богатых похоронах всегда шёл впереди кортежа в отставном гусарском голубом мундире, в треугольной огромной шляпе с воткнутым в неё полуаршинным белым султаном. Когда, бывало, говорят о похоронах, то при этом прибавляют:"Да, похороны были богатые, с Доможировым". Таким путём отставной майор не только кормился, но и сумел сколотить небольшой капитал. Любовь к пожилым дамам “Отставной майор польской службы” некто Осташевский избрал себе другую профессию — он ухаживал “за старухами”, и тоже сколотил себе приличное состояние. И.А. Арсеньев в своих воспоминаниях пишет: "Однажды Осташевский был вызван к генерал-губернатору по какой-то принесённой на него жалобе. После разных объяснений генерал-губернатор спросил его:"Откуда и каким образом, прибыв в Москву чуть не нищим, ты приобрёл такое состояние?" Осташевский наивно ответил: "Я пользуюсь благосклонностью московских дам". Однако он умер почти что нищим, так как его до нитки обобрала какая-то ловкая полька. Илья Александрович Арсеньев (1820-1887) — русский журналист и издатель. Покупка жены Дела князя А.Н. Голицына находились в плачевном состоянии, но он однажды пригласил князя Д.М. Волконского и А.А. Арсеньева отобедать в “Яре”, и попросил их вначале заехать на Тверской бульвар, чтобы оттуда вместе отправиться в ресторан. На бульваре приглашённые нашли князя Голицына и графа Л.К. Разумовского. Голицын объяснил прибывшим, что он по просьбе жены и желанию графа, уступает ему её с тем, что тот оплачивает его долги и, сверх того, дает ему сто тысяч рублей. Деньги эти граф желает вручить ему в присутствии его друзей. Вот почему и были приглашены господа Арсеньев и Волконский на обед к “Яру”, где граф Разумовский и окончит с ним расчёт. У “”Яра” деньги были уплачены, так что "продажа эта произвела чрезвычайно сильное впечатление в высшем петербургском и московском обществе; но время взяло своё, и бывшая обладательница Карловки чуть не до 100 лет пользовалась своим богатством и почестями, принимая в свои салоны лучшее петербургское общество". Однако это произошло далеко не сразу. Церковные власти были оскорблены подобным отношением князя Голицына к таинству брака и довольно быстро расторгли брачный союз Голицыных, так что в 1802 году граф Разумовский обвенчался с Марией Григорьевной. Однако высшее общество обеих столиц не слишком жаловало новоиспечённую графиню. Так продолжалось до тех пор, пока на одном бале в наместническом доме [во дворце московского главнокомандующего графа Ивана Васильевича Гудовича (1741-1820)] Государь подошел к Марье Григорьевне и громко сказал: "Madame la comtesse, voulez vous me faire l’honneur de danser une polonaise avec moi?" ["Графиня, не угодно ли вам сделать мне честь протанцевать со мною полонез?"]. С той минуты она вступила во все права и законной жены, и графского достоинства. Это произошло в сентябре 1809 года. Князь Александр Николаевич Голицын (1769-1817) — камергер. Мария Григорьевна Голицына (1772-1865) - в девичестве княжна Вяземская, жена князя Голицына с 1789. Граф Лев Кириллович Разумовский (1757-1818) — генерал-майор. Князь Дмитрий Михайлович Волконский (1770-1835) — генерал-лейтенант. Александр Александрович Арсеньев (1756-1844) — сенатор, тайный советник. Промах митрополита Митрополит Филарет часто выговаривал Фёдору Петровичу Гаазу (1780-1853), когда тот настаивал на облегчении участи арестантов, и однажды во время заседания тюремного комитета сказал доктору: "Да что вы, Фёдор Петрович, ходатайствуете об этих негодяях? Если человек попал в темницу, то проку в нём быть не может". Гааз почтительно, и твёрдо, ответил: "Ваше Высокопреосвященство! Вы изволили забыть о Христе, который тоже был в темнице!" Все присутствующие были поражены смелым ответом доктора, а митрополит после нескольких минут молчания произнёс: "Не я забыл о Христе, но Христос забыл меня в эту минуту. Простите меня, Христа ради!" С этими словами митрополит встал и закрыл совещание тюремного комитета. Митрополит Филарет (1782-1867) - в миру Василий Михайлович Дроздов; митрополит Московский и Коломенский с 1826. Невероятное совпадение В 1825 году на русский язык была переведена пьеса Пьера-Антуана Лебрена (1785-1873) “Мария Стюарт” (“Марiя Стуартъ”) в переводе Николая Филипповича Павлова (1803-1864). Первое представление этой трагедии дали в Москве 19 ноября (1 декабря) 1825 года, в тот самый день, когда в Таганроге скончался император Александр Павлович. Вся сцена представляла собой траурную комнату и была обита чёрным сукном. Раб приличий Однажды А.А. Арсеньев и его приятель известный баснописец И.И. Дмитриев почти одновременно заболели. Арсеньев как раз собирался нанести визит Дмитриеву, но, не имея такой возможности, он послал своих сыновей (под присмотром гувернёра, разумеется), чтобы узнать о здоровье Иван Ивановича. Дмитриев принял детей очень ласково, напоил их шоколадом, подарил по экземпляру своих басен и по фунту конфет. При прощании Дмитриев очень благодарил детей за удовольствие, доставленное ему их визитом. Через пару недель к дому Арсеньева подъехала карета, запряжённая четвёркой цугом. Это И.И. Дмитриев приехал отдать визит сыновьям А.А. Арсеньева, который, встретив баснописца, очень смеялся над его церемонностью. Дмитриев очень серьёзно сказал ему: "Не смейся, друг мой, что я отдаю визит твоим детям. Я - раб приличий и советую юношам придерживаться всегда тех же правил". Иван Иванович Дмитриев (1760-1837) - русский поэт и баснописец. Муж в яме Русская поэтесса и переводчица Каролина Карловна Яниш была женщиной весьма некрасивой, и поэтому до 30 лет не могла выйти замуж. Но в 1836 году Яниши получили очень большое наследство, Каролина Карловна стала выгодной невестой, так что в 1837 году на ней женился писатель Николай Филиппович Павлов, весьма привлекательный мужчина. Павлов был довольно легкомысленным человеком и очень свободно обращался с деньгами жены. Трату денег на азартные игры Каролина Карловна прощала своему мужу, а вот то, что он тратил их на молоденьких актрис — нет. В 1852 году терпение Павловой лопнуло и по совету отца, она представила к взысканию заёмные письма мужа, так что Николая Филипповича на несколько дней посадили в долговое отделение московской тюрьмы, в, так называемую, яму. Эта история наделала немало шума в обеих столицах, общество отвернулось от Каролины Карловны, а С.А. Соболевский сочинил следующую эпиграмму: "Куда ни взглянешь - Любви могила, И Каролина Яниш Мужа в яму посадила. Плачет эта дама, Молится о муже: “Будь ему ты яма, Уже, хуже, туже!”" Каролина Карловна Павлова (1807-1893) - урождённая Яниш; русская поэтесса и переводчица. Карл Иванович Яниш (1776-1854) — медик, профессор; отец Каролины Карловны. Сергей Александрович Соболевский (1803-1870) - библиофил, библиограф и автора многочисленных эпиграмм и шуточных стихотворений; друг А.С. Пушкина.

Не понятно, как Вы представляете себе бой. Т.е. противники сошлись, постреляли друг в друга и разбежались? Еще раз говорю Вам, что любое столкновение в период холодного оружия описывается как рукопашная битва, с последующим избиением убегающего врага. Отличие только наемные армии, которые могли сойтись, командиры встретится, переговорить (посчитать условные потери) и разойтись каждый в свою сторону за ганораром. Если не владеете вопросом скорострельности, то читайте... Вот первые попавшиеся ссылки. Лень в книги лезть за цитатами. "Хороший темп стрельбы — 5 стрел, одновременно находящихся в воздухе. Выдающийся результат — 8 стрел в воздухе, что означало скорострельность в несколько стрел в секунду. Современные реконструкторы и любители истории, пытающиеся воспроизвести древние, по их мнению, техники «интуитивной» стрельбы, добиваются впечатляющих результатов. На записанных ими видео, например, лучница из Мурманска без особого видимого напряжения выпускает одну стрелу в секунду, а датский мастер поражает цель на расстоянии 70 метров 3 стрелами из 5, выпущенными за 1,5 секунды. Хотя очевидно, что используемые ими луки и стрелы сделаны из современных материалов, есть основания полагать, что в древности в реальном бою лучники представляли гораздо большую угрозу, чем принято считать сегодня." " В XIV и XV веках средний английский лучник должен был уметь выпускать как минимум 10 стрел в минуту, а опытный лучник — сделать 16 точных выстрелов. Во время сражения у каждого лучника в запасе было от 60 до 72 стрел, то есть с максимальной интенсивностью стрельба должна была длиться 6—7 минут. Во время боя стрелы воинам подносили мальчики или подростки. Стрелы либо лежали перед лучником, либо втыкались перед ним в землю, что позволяло быстрее сделать выстрел. Кроме того, грязные наконечники стрел увеличивали риск занесения инфекции в рану (анаэробные организмы могли вызвать гангрену). Скорость стрельбы из английского длинного лука значительно превосходила скорострельность арбалета, которая не превышала 4 выстрелов в минуту. Даже если бесприцельная стрельба велась с большого расстояния, неточность компенсировалась количеством стрел, поражающих плотный строй противника. В этом заключается большая разница между стрельбой из лука и арбалета: при боевом использовании последнего велась настильная стрельба. На большой дистанции точность стрельбы из него резко падала из-за сложности корректировки полёта арбалетной стрелы, что не компенсировалось массированным обстрелом. Кроме того, арбалеты по сравнению с луками значительно больше страдали от влаги (что сыграло немаловажную роль во время битвы при Креси): намокшая тетива арбалета теряла эффективность гораздо сильнее, чем пеньковая тетива лука, которая, наоборот, даже выигрывала от смачивания." "Вот описание того, как английских мальчиков приучали к луку во времена правления Генриха VII: «[Мой отец] научил меня, – пишет некто Хьюг Латимер, – как правильно держать лук и куда тянуть стрелу... У меня был лук, который купил мне отец по моему возрасту и силе, а потом мои луки были все больше и больше. Мужчина никогда не будет хорошо стрелять, если он не будет постоянно тренироваться с подходящим луком»." http://arcus.zp.ua/s...strelnosti.html (одна из прекрасных цитат в ссылке: "английским лучникам на их воинской службе платили 2 пенса в день, если они выпускали 12 стрел в минуту, а если больше 15 стрел – то 4 пенса") Увеличение мощности арбалетов использовалось в крепостях, где это действительно имело смысл. А в поле нужно было сочетание скорострельности и мощности. А то пока натянешь тетиву для второго выстрела, уже надо будет копать ямку для гробика. Лошадки у рыцарей быстро бегали, хоть и на короткие дистанции... А профессиональные армии появились только в 14 в., да и то как пикинерский строй, а не лучники.Т.ч. фантазии о тренировках наемников оставьте себе и голливудским фильмам. О обучении стрельбе, была цитата выше, т.ч. опять фантазии... Источник, который я дал, был дан специально, как приманка. Так вот, он написан в конце 19 в. Т.е. человек не знал реалий ситуации, но был восхищен шотландцами. И там еще замечательные моменты есть, которые Вы никак не прокомментировали: "Означенные шотландцы все были в крепких доспехах, кольчугах, со щитами и прочим снаряжением, и стрелы не могли причинить им вред, а когда дошло до столкновения лицом к лицу, они, такие крупные и сильные, не желали падать замертво, даже когда поражали их сразу 4 или 5 дротов или стрел; и все же наши дроты изрядно поумерили их пыл, а топоры лишили шотландцев их длинных копий, на каковые они возлагали особые надежды, а в ближнем бою, пусть шотландцы дрались доблестно и отчаянно, они не могли мечами отбивать летевшие со всех сторон дроты и стрелы" О пробитии стрелой: "Джеральд Уэльский описал применение валлийского лука в XII веке: «... [В] войне против валлийцев один из мужчин был поражен стрелой валлийца. Она прошла прямо через его бедро, высоко, где оно было защищено снаружи его доспехом, а затем через его кожаную тунику; далее она проникла через ту часть седла, которое называется альва или сиденье; и, наконец, попала в коня так глубоко, что убила животное»." "Стрельба из лука была описана современниками как неэффективная против пластинчатых доспехов в битве у Невилл-Кросса (1346), при осаде Бержерака (1345) и в битве при Пуатье (1356); однако такие доспехи не были доступны европейским рыцарям до конца XIV века. Д. Николь в своем исследовании, посвященном Столетней войне, писал, что рыцарю было достаточно наклонить голову, чтобы стрелы отскакивали от его шлема и наплечников, но могли поразить его при этом в бедро. Но они поражали рыцарских коней в круп и в шею, и те не могли бежать и просто ложились на землю." "Следует учесть, что каждый лучник имел 60 – 72 стрел во время боя. Сначала стреляли залпами по навесной траектории, чтобы поразить всадников и их коней сверху. Когда последние оказывались в непосредственной близости (50-25 м), лучники стреляли самостоятельно и с максимальной скоростью. Именно поэтому ряд английских историков называют лук «пулеметом средневековья»."

Резня происходила всегда, когда одна из сторон в панике отступала и это продолжается вплоть до сего момента. Т.ч. хроники, всегда указывают, что враг дрогнул, побежал, а наши доблестные вояки его догоняли и кромсали.Арбалетчики часто проигрывали лучникам, т.к. скорострельность у них была до 6 выстрелов в минуту, против 22 лучных. У них только один плюс, быстрое обучение. Сностного арбалетчика готовили за пол года, а лучник должен был готовится с малолетства. Поэтому и использовали арбалетчиков, т.к. лучников толковых было мало. Громить англичан французы стали т.к. во-первых приноровились к тактике англичан (как позже спешились и разгромили непобедимых швейцарцев в пешем строю); во-вторых, англичане не могли уже поставлять необходимые количества войска на континент; в-третьих, бургундцы, метались между Англией и Францией, но потом завязли в войне в Нидерландах и вообще прекратили участие в войне, что позволило Франции сконцентрировать войска; в-пятых, в Англии назревал конфликт Алой и Белой роз. "Генрих VIII, отправляясь во Францию, возложил организацию обороны северных графств на талантливого военачальника Томаса Говарда, графа Суррея. Ему удалось собрать значительное по численности ополчение и, несмотря на дождливую погоду, быстро двинуться навстречу шотландцам. Одновременно английский флот адмирала Говарда, сына графа Суррея, подвез английским войскам легкую артиллерию." "В условиях дождя и слякоти лучники и конница стали бесполезными и сражение быстро превратилось в рукопашную." А тут просто красивое описание https://document.wikireading.ru/305

Ну так давайте сравнительный анализ попаданий из огнестрела в полигонных условиях и в реальном бою (со ссылками на источники), а также сравнение эффективности стрельбы сейчас (насколько понимаю, Вы взяли условные данные по Вьетнаму, но там поменьше разнос был) и в период 16 в.

В том-то и проблема, что находки без привязки. Вне погребений, вне поселений, вне комплексов. Только один раз нашли стрелу в горшочке и там еще какая-то мелочевка была.

Ребята молодцы. Но они взяли ламелярную защиту, которая как раз и была направлена от стрел и сабельных ударов. Поэтому такой результат (да и лук у них...). Но даже в этом видео видно, как стрелы проминают пластины (а это контузия), а срезень разрезал ремни. Т.е. при массированном обстреле с расстояния 30-50 м, на котором атаковали конные лучники, эффект был потрясающий.

Как то исторические источники не указывают, что основа победы была в рукопашном бою под Азенкуром была из-за рукопашного боя. После поражения при Креси, Карл V французский пытался по образу англичан вооружить весь народ луками, но не получилось. Думаете он просто так это пытался сделать? Под Азенкуром была применена та же тактика, что и при Креси. Были сделаны заслоны, которые удерживала пехота прикрываемая лучниками. Т.е. рукопашный бой представлял из себя удержание на месте противника, которого методично расстреливали из луков по навесной траектории.При Флоддене лучники не смогли показать себя из-за дождя, как и арбалетчики французов при Креси. "Малые народы" были бедными. А по тем временам огнестрел стоил хороших денег, т.ч. они старались вооружится для статусности и реального барахла, из-за которого они в основном и воевали.

Вот от нее и отталкивался. Просто в памяти что-то подобное арбалетное всплыло, вот и выдвинул версию.

Может кому надо. Карта с указанием мастеров-лукоделов https://www.google.com/maps/d/viewer?mid=1fa6kDizFcojaJtszSUxGjAxO4ZprzMGA&ll=49.90825702129064%2C37.32595335610972&z=5&fbclid=IwAR1dQddvmVY9ZcyG7zVv10UGwYkS4p4CK8dMy9yakHkU21Dq1D2oWJ7nJnU

А может это охотничья арбалетка?

Загадка Таримских мумий Таримские мумии являются непостижимой загадкой древнего мира и одними из наиболее важных археологических находок XX в. Эти на удивление хорошо сохранившиеся человеческие останки были обнаружены в засушливых соляных песках пустыни Такла-Макан, которая является частью Таримского бассейна в Западном Китае. Обнаруженные в тех далеких краях тела датировались большим промежутком времени: 1800 г. до н. э. - 400 г. н. э. Однако больше всего ученых поразило то, что мумии имели черты европеоидной расы. По-видимому, в Западном Китае жили племена, которые таинственным образом исчезли 2000 лет назад. Открыватель мумий - шведский ученый Свен Хедин в начале XX в. занимался общей историей Шелкового пути - сети древних дорог, которые когда-то вели из Китая в Турцию и далее - в Европу. Тела доставили в европейские музеи для последующего изучения, но отсутствие необходимого оборудования и финансирования стали причиной того, что о них вскоре забыли. В 1978 г. китайский археолог Вэнг Бинхуа в могильнике Кизилчока, или Красном холме, в северо-восточной части центральной азиатской провинции Ксиньянг, обнаружил 113 мумифицированных тел. Позднее большая часть тел была перевезена в музей города Урумки. За последние 25 лет китайские и среднеазиатские археологи провели раскопки и осуществили масштабные исследовательские работы в этом районе, обнаружив более 300 мумий. В 1987 г. профессор китайской и индоиранской литературы и религии университета Пенсильвании Виктор Мэйр вел группу туристов по музею Урумки и, подойдя к мумиям, найденным Вэнг Бинхуа, с удивлением обнаружил, что все они одеты в темнопурпурные шерстяные одежды и обувь из войлока и имеют признаки европеоидной расы: каштановые или белокурые волосы, удлиненные носы и черепа, стройные тела и большие глубоко посаженные глаза. Политическая обстановка в Китае в те времена не позволила Мэйру заняться исследованием этих удивительных находок, и в 1993 г. он вернулся с группой итальянских генетиков, работавших над изучением «ледяного человека». Ученые отправились на Красный холм, туда, где Вэнг Бинхуа проводил раскопки, чтобы провести эксгумацию мумий, перезахороненных из-за нехватки места в Урумкском музее. Анализ образцов ДНК подтвердил, что это мумии европеоидов, после чего Мэйр заявил, что, скорее всего, древнейшие мумии являлись представителями первых белых поселенцев в бассейне реки Тарим. Древнейшая мумия, найденная в Западном Китае, получила прозвище Лоуланьская красавица: это хорошо сохранившееся тело китайские археологи нашли в 1980 г. неподалеку от древнего города Лоулань, что в северо-восточной части пустыни Такла-Макан. Женщина ростом 5 футов 2 дюйма, умершая в возрасте 40 лет примерно 4800 лет назад, обладала чертами, характерными для представителей европеоидной расы (в том числе выступающая переносица, высокие скулы, светло-каштановые волосы, которые были собраны и спрятаны под войлочный головной убор). Тело было завернуто в шерстяной саван, на ногах - кожаные ботинки, а рядом с ним в гробнице лежали гребень и изящная соломенная корзина с зернами пшеницы. Следующая экспедиция в Лоуланьский регион, организованная в 2003 г. археологическим институтом провинции Ксиньянг. позволила сделать ряд новых важных открытий. Раскопки проводились в 110 футах от древнего города Лоулань, в могильнике, который представлял собой насыпь из песка высотой 25 футов. Недалеко от центра кургана была обнаружена довольно интересная находка - еще одна потрясающая женская мумия. Она лежала в гробу, напоминавшем по форме лодку, завернутая в шерстяное одеяло, в войлочной шапке на голове н кожаных туфлях на ногах. Рядом с телом находились: выкрашенная в красный цвет маска для лица, браслете нефритовым камнем, кожаная сумка, шерстяная набедренная повязка и эфедровые палочки. Эфедра - лекарственное растение, кустарник, применялся жителями Ирана в зороастрийских ритуалах. Следовательно, между этими регионами могла существовать некоторая связь. Позднее в бассейне реки Тарим удалось найти еще одну группу мумий - тела мужчины, трех женщин и ребенка, - получивших название черченские мумии. Четыре тела взрослых людей датируются 1000 г. до н. э. Их одежда была выполнена в одних и тех же тонах, а вокруг головы были повязаны красные или голубые шнуры, что, по-видимому, указывало на близкое родство. Мужчина из захоронения, или черченский человек, ростом более 6 футов, умер в возрасте 50 лет. У него были длинные, светло-каштановые, сплетенные в косу волосы, тонкая бородка и множество татуировок на лице. На нем было пурпурно-красное одеяние, а рядом лежало не менее 10 головных уборов различных фасонов. Как и у черченского человека, на лице у одной из женских мумий было множество татуировок. Женщина ростом 6 футов со светло-каштановыми волосами, заплетенными в две длинные косы, была одета в красное платье и ботинки из белой оленьей кожи. Со взрослыми похоронен трехмесячный ребенок с голубым войлочным чепчиком на голове, глаза которого закрывали голубые камни. Возле тела младенца находилась чаша из коровьего рога и бутылочка для кормления, сделанная из вымени овцы. Предположительно, семья умерла от какой-то эпидемии. Более всего в этих находках археологов поразила изумительная сохранность, яркость красок и европейский тип одежды на этих людях. Профессор лингвистики и археологии Западного колледжа в Лос-Анджелесе доктор Элизабет Барбер провела детальное исследование текстиля, найденного в бассейне реки Тарим, и обнаружила поразительное сходство с кельтским тартаном, который используют в северо-западной части Европы. Исследовательница выдвинула версию о том, что материал, найденный в могилах таримских мумий, и европейский тартан имеют общее происхождение. Согласно существующим свидетельствам, он появился в районе Кавказских гор по крайней мере 5000 лет назад. Среди многочисленных предметов одежды 15 могилах китайских мумий были обнаружены: халаты, шапки, юбки, плащи, брюки из тартана и полосатые шерстяные чулки. В могильнике Субиши, расположенном в северной части Шелкового пути, обнаружены три женских мумии, датируемых 500-400 гг. до н. э., в очень высоких шапках в крапинку, за что их прозвали ведьмами из Субиши. Кем же были эти европейцы и что они делали в Китае? Ареал находок так широк, а их датировка охватывает такой большой промежуток времени, что о существовании одного племени не может быть и речи. Они, по-видимому, являются представителями нескольких групп миграций, которые двигались на восток с различных территорий на протяжении тысячи лет и более. В некоторых источниках есть упоминания жителях бассейна реки Тарим (территории, где были найдены мумии), которые могут стать ключом к разгадке происхождения хотя бы части мумий. В китайских источниках I тысячелетия до н. э. говорится о группе «белых людей с длинными волосами», которых называли бай. Они жили на северо-западных границах Китая, и китайцы, по-видимому, покупали у них нефрит. Известно, что на этой территории жили юэчжи, о которых в 645 г. до н. э. упоминает китайский автор Гуань Чжун. Юэчжи поставляли китайцам нефрит, который они добывали в расположенных неподалеку горах Ючжи (провинция Ганьсу). После разрушительных набегов кочевых племен гуннов большая часть юэчжи перебралась в Трансоксиану (часть Средней Азии, охватывающая земли современного Узбекистана и юго-западного Казахстана), а позднее на север Индии, где создали Кушанскую империю. Портреты царей юэчжи на монетах натолкнули некоторых исследователей на мысль о том, что это могли быть люди европеоидного типа. Еще одной народностью, населявшей эти земли, были тохары - западные племена, говорящие на индоевропейских языках (языковая группа, в которую входит большая часть европейских, индийских и иранских языков). Некоторые ученые полагают, что юэчжи и тохары, в сущности, одни и те же племена, называемые по-разному. Впрочем, на сегодняшний день эта версия не нашла подтверждения фактами. Территория на западе Китая, где были обнаружены мумии европеоидов, а именно северо-восточная часть бассейна реки Тарим и расположенные к востоку от нее земли у озера Лобнор, соответствуют ареалу распространения тохарских языков в будущем. В китайских источниках говорится о том, что у тохаров были светлые или рыжие волосы и голубые глаза, и на фресках IX в. в буддийских пещерах, расположенных в бассейне реки Тарим, изображены люди с ярко выраженными чертами европеоидной расы. Известно, что тохары после нападения гуннов не покинули бассейн реки Тарим, а позднее заимствовали у населения Северной Индии буддизм. Культура тохаров существовала по меньшей мере до VIII в., пока они не ассимилировались с тюркскими племенами уйгуров, пришедшими с восточных азиатских степей. Хотя в бассейне реки Тарим вместе с мумиями никогда не находили тохарских текстов, одно место проживания и тохарские рисунки, изображающие людей европеоидной расы, свидетельствуют с большой долей вероятности о том, что по крайней мере некоторые мумифицированные жители этого региона были предками тохаров. Неужели все эти люди пересекли Европу и половину Азии для того, чтобы поселиться в безводной пустыне на западе Китая? Судя по остаткам текстиля, происхождение которого связано с кавказским тартаном с юга России, и данным лингвистики, которые указывают на то, что индоевропейские языки берут начало в этом же регионе, миграции начались с района Кавказских гор в глубокой древности. Доктор Элизабет Барбер выдвинула гипотезу о двух волнах миграции, которые начинались на северо-западном побережье Черного моря - предполагаемой прародины индоевропейского населения. Первая миграция - западная, в результате которой возникли кельтская и другие европейские цивилизации. Другая миграция связана с предками тохаров, которые двигались на восток, в Центральную Азию, и поселились в бассейне реки Тарим. Таким образом, таримские мумифицированные находки ставят под сомнение теорию об изолированном развитии западной и восточной цивилизации.

Загадка доисторического сибирского черепа со стрелой в челюсти раскрыта канадским синхротроном Обнаруженный в могильнике Усть-Ида (Прибайкалье) загадочный череп бронзового века, у которого отсутствуют два передних зуба, а на их месте находится каменный осколок от наконечника стрелы, подвергся исследованию канадскими специалистами. Обладатель скелета был похоронен соплеменниками, которые положили рядом с ним нефритовый диск и четыре наконечника стрелы, один из которых (сломанный) находился в глазной ямке. Останки принадлежат мужчине 35—40 лет. Датировка радиоуглеродным методом отнесла скелет к 2406—1981 годам до новой эры (ранний бронзовый век). С помощью мощного рентгеновского излучения в синхротроне (он располагается в Саскатуне, столице штата Саскачеван), ученые реконструировали облик осколка. Оказывается, передние резцы не выбило стрелой. Сибиряк бронзового века страдал от агенеза — врожденного отсутствия резцов, вызванного редчайшим генетическим дефектом (встречается лишь у 0,5 процента населения Земли). В археологической летописи это едва ли не первый череп со следами агенеза резцов. А кусочек стрелы в челюсти оказался осколком наконечника, обнаруженного в глазнице черепа, сообщается в журнале Journal of Paleopathology. Автор исследования биоархеолог Энджела Ливерси подозревает, что попадание стрелы в челюсть могло произойти только в бою или на охоте, вскоре после этого (в том же бою или уже перед захоронением) кто-то выломал наконечник из челюсти и решил положить его в могилу. Ранее ни отечественные, ни зарубежные археологи не могли понять, что перед ними: свидетельство насильственной смерти, погребального ритуала или древнего стоматологического искусства. Чтобы прояснить этот вопрос, Ливерси (с разрешения российских коллег) увезла череп на другой континент, к канадскому источнику синхротронного излучения. «Мы сразу заметили застрявший в челюсти осколок стрелы. Но нельзя было с точностью сказать, получил ли древний человек эту травму за много лет до смерти — или она была непосредственно связана с обстоятельствами последней», — рассказывает биоархеолог.

Вынырнул из праздников и готов подискутировать :) Итак, реконструкторы, это конечно хорошо, но кроме таких замечательных роликов у нас есть материалы археологии, письменные источники, исторические события... Самое яркое, это использование англичанами лучников в столетней войне именно против рыцарской конницы, которая была максимально вооружена по тогдашнему периоду. Или есть иные версии победы англичан? Кроме того, можно посмотреть расположение замков относительно естественных и искусственных возвышенностей, которые дают представление о боевой поражающей способности лука. Далее в источниках упоминается на каком расстоянии валийские стрелы пробивают дубовые двери. Но это все по Англии. Но мы знаем, что лонгбоу слабее восточных композитов. Об этом говорит, например, как легко монголы прошли по части Европы встретившись с теми же рыцарями, или их победа над Русью, еще интересно период Желтого крестового похода. Ну и на закуску, описания, как стрела в свободном падении выпущенная из лонгбоу прошивала насквозь всадника и убивала под ним коня, или пригвождения ноги всадника в защите к седлу. По ранам, которые наносят стрелы, где-то есть статья (надо рыться), где тестировали на свиной туше с последующим изучением повреждений и фото. Может кто подкинет из наших, а то тяжко перерывать весь архив. Вот несколько фото на тему не пробивания. Кстати, череп из Пазырыка, т.е. рана нанесена бронзовой стрелой, пробита самая прочная кость организма от которой даже современные пули иногда рекошетят. Ну и по поводу китайской книги. На момент написания, огнестрельное оружие достигло того уровня, что стало превосходить лук. Отсюда и отношение русских к варварским методам. Почитайте дневники того же Дениса Давыдова где он описывает киргизов в войне с Наполеоном. Но это не мешало применять их наравне с казаками, как мобильные диверсионные подразделения.

Да, действительно интересный вариант стамески периода бронзы

Вот, зашел, порадовался :)

Мне подумалось для пряжи. Воткнул в клубок и через кольца нити пропустил

Добра! Нак интересно вымытым глянуть ;)

А это скорее заколка

Штука - протравник или кудельная спица