Yorik

Анекдоты из мира деятелей искусств Разговорчивый аббат В 1781 году французский историк аббат Франсуа Рейналь (1713-1796), опасаясь ареста, был вынужден бежать из Франции. Парижский парламент осудил книгу Рейналя “Философическая и политическая история о заведениях и коммерции европейцев в обеих Индиях”, так что историку целых шесть лет пришлось скитаться по Европе, пока ему не разрешили вернуться. Рейналь был очень разговорчивым и тщеславным человеком, так что в обществе он всегда стремился привлечь внимание к своей особе, рассказывая занимательные истории. Беда была в том, что запас этих историй был достаточно ограниченным, но Рейналь не обращал на это никакого внимания, часто повторялся, так что его беспокойное общество становилась утомительным. Вот и в Пруссии Рейналь достаточно быстро надоел всем своими рассказами, и молодая принцесса Фридерика Прусская (1767-1820) придумала, как заставить его замолчать. Она как-то сказала Рейналю: "Любезный аббат! Знаете ли вы, что над Вами решили подшутить?" Рейналь сразу же заглотил наживку и удивился: "Что, надо мной? Осмелюсь спросить у Вашего Высочества, кто и как?" Тут-то Фредерика и подсекла аббата: "Мой камергер захотел собрать все Ваши ежедневные рассказы и стал их записывать. Я ему сказала, что это будет очень большой труд, но мой камергер отвечал, что в первые дни ему действительно было достаточно трудно; однако теперь он только ставит пометки, в который раз излагается та или иная история; а незначительное количество новых историй ему теперь несложно записать". Аббат Рейналь конечно же понял намёк и поспешил покинуть двор принцессы Фридерики. Вебер - для Бога Под широко известным гравированным портретом композитора Карла Марии фон Вебера (1786-1826) были воспроизведены начальные такты из сочинённого им гимна “In seine Ordnung schafft der Herr”, что можно по-русски приблизительно перевести так – “Как угодно Господу”. Говорят, что после постановки оперы Вебера “Эврианта” в 1823 году некто остановился возле упомянутого портрета Вебера и сказал: "Бетховен сочиняет так, как угодно самому Бетховену, Россини сочиняет в угоду публике, а Вебер угождает самому Богу!" Последний пир Монкрифа Знаменитый учёный маркиз Пьер Симон де Лаплас (1749-1827) несмотря на большую разницу в возрасте был в дружеских отношениях с известным литератором и членом Академии Франсуа де Монкрифом (1687-1770). Однажды Монкриф прислал Лапласу записку, в которой просил прислать ему несколько книг развлекательного содержания, чтобы развеять одолевшую его меланхолию. Встревоженный Лаплас с книгами поспешил к Монкрифу и застал своего приятеля за странным занятием: тот примерял новые вещи – халат и парик. Удивлённому Лапласу Монкриф велел запереть дверь и сказал: "Мы теперь одни, и я тебе открою тайну: сегодня утром слуга показал мне синее пятно на моей ноге; я понял, что мне осталось жить лишь несколько дней, и поэтому прошу тебя повеселиться вместе со мной в это короткое время. Я приглашу ещё кое-кого, и мы постараемся провести время весело". Действительно, Монкриф пригласил своих самых близких друзей, и они весело кутили несколько дней. Вечером последнего дня Монкриф сказал Лапласу: "Теперь прощай, мой друг! Завтра я верну тебе книги". И на следующий день Монкриф умер. Кто победил? Известный танцор Гаэтан Вестрис (1729-1808) называл себя не иначе как “богом танцев” и очень гордился тем, что мог несколько минут неподвижно стоять с распростёртыми руками. В одной из лондонских газет появилась карикатура, изображавшая Вестриса в его любимой позе, а рядом с ним стоял гусь с распростёртыми крыльями. Надпись под карикатурой гласила: "Гусь победил!" (вариант – “гусь перещеголял!”). Реакция Вольтера Когда парижский парламент приговорил сочинения Вольтера к сожжению, тот меланхолично заметил: "Тем лучше! Это то же, что лионские каштаны: чем больше их печёшь, тем они вкуснее". Жаль, что не творец Знаменитый поэт Александр Поуп (1688-1744) при слабом здоровье был ещё и немного (?) горбат. Однажды он осматривал галерею, в которой были выставлены лучшие картины Готфрида Кнеллера (1648-1723), и уважительно заметил: "Жаль, что у вас не спрашивали совета во время сотворения мира". Художник взглянул на неказистую фигуру поэта и согласился: "Пожалуй, я бы некоторые вещи создал иначе". Истерика Гаррика Когда Дэвид Гаррик (1717-1779) играл короля Лира, публика после каждого действия вызывала его, а в той сцене, где Лир рыдает над телом Корделии, вся публика заливалась слезами. Однажды в упомянутой сцене Гаррик удивил всех зрителей, так как вместо печали он еле сдерживался от смеха. “Мёртвая” Корделия вдруг вскочила и с хохотом убежала за кулисы, а за ней со сцены сбежали все актёры. Вскоре открылась причина столь необычного поведения актёров. В первом ряду партера прямо напротив сцены сидел очень толстый откупщик (или купец), а у его ног лежал большой дог. Через некоторое время собака встала, положила лапы на перила оркестра и стала смотреть на сцену. Всё было бы ничего, но тут откупщику стало жарко, он снял свой огромный парик и надел его на голову собаки. Когда Гаррик и другие актёры увидели дога в огромном парике, они не смогли удержаться от хохота. Посмертный портрет Филдинга После смерти Генри Филдинга (1707-1754) художник Уильям Хогарт (1697-1764) очень горевал, что не успел написать портрет своего друга. Рассказывают, что когда Хогарт как-то работал в своей мастерской, он услышал требовательный голос Филдинга: "Хогарт! Напиши мой портрет!" Хогарт решил, что ему послышалось, и продолжал свои занятия. Но Филдинг не унимался и продолжал повторять ту же фразу. Хогарт решил, что над ним кто-то подшучивает и вышел в большой почти не освещённый зал, где к своему удивлению и ужасу увидел покойного Филдинга, вернее, его образ. Привидение это обратилось к Хогарту: "Не бойся, друг мой! Твоё желание дошло до меня. Поспеши запомнить черты моего лица, так как более четверти часа я не могу быть с тобой". Хогарт успокоился, взял кисти и быстро набросал лицо своего друга. Привидение после окончания наброска сказало: "Прекрасно, мой друг, прощай! Отнеси этот портрет в свой кабинет, но не смей оборачиваться назад!" Хогарт долго раздумывал о случившемся, подозревая чей-нибудь розыгрыш, строго расспросил всю прислугу, не приходил ли кто-нибудь посторонний в его дом, но так ничего и не выяснил. Окончив портрет Филдинга, Хогарт повесил его в большом зале и был очень рад, что его работа произвела большое впечатление на всех, кто знал Филдинга. Однажды Хогарт рассказал о своём свидании с призраком актёру Дэвиду Гаррику, с которым очень дружил. Однако, выслушав рассказ Хогарта, Гаррик признался: "Я давно разделял твою печаль о смерти Филдинга и тоже сожалел, что ты так и не написал его портрет. Желая успокоить тебя и восстановить справедливость, я решил явиться к тебе, загримировавшись в виде Филдинга". На следующий день Гаррик явился к Хогарту в виде Филдинга. Хогарт согласился, что Гаррик своим мастерством мог уподобить себя Филдингу, но как он попал в дом живописца так, что его никто не заметил? Гаррик объяснил это содействием старого слуги Хогарта, который недавно умер, так что Гаррик смог открыть свою тайну.

О Карле IX Известно, что французский король Карл IX во время Варфоломеевской ночи 24 августа 1572 года лично стрелял из ружья из окна Лувра по метавшимся по городу гугенотам. Комментируя этот случай, Вольтер сказал, что этого бы не произошло не напиши король книги о звериной травле: привыкнув убивать зайцев, король решил позабавить себя и охотой на людей. Вольтер (Франсуа Мари Аруэ, 1694-1778) — французский поэт, писатель и философ. Карл IX (1550-1574) — король Франции с 1560 г. Графиня де Жанлис: портрет Вольтера Французская писательница графиня де Жанлис записала свои впечатления о Вольтере: "Все бюсты и портреты г. Вольтера очень сходны, но ни один художник не мог представить глаз его. Я воображала их огненными: они в самом деле чрезмерно умны и блестящи; но сверх того в них есть нечто кроткое и милое. Душа Заиры совершенно видна в глазах его: жаль, что улыбка и смех, хитрые и коварные, изменяют в нём это любезное выражение чувствительности! Он имеет вид дряхлости, и кажется ещё старее от готической одежды своей. Голос у него дик и проницателен; он же всегда кричит, хотя и не глух. Когда нет речи о религии и неприятелях его, то Вольтер говорит просто, без всякой надменности, и следственно (имея такой великий ум) бывает очень любезен. Мне показалось только, что ему несносно противоречие; как скоро с ним не согласишься, он начинает досадовать. Нет сомнения, что г. Вольтер забыл светские обыкновения, которые прежде были ему столь известны. И мудрено ли? К нему ездят люди единственно для того, чтобы осыпать его похвалами; всё, что скажет, есть закон и свято; всё лежит у ног его, и самые излишности, безрассудные и смешные, кажутся ему теперь обыкновенными знаками уважения. Самые короли не бывали никогда предметом такого чрезмерного ласкательства. Глубокое почтение не дозволяет входить с ними в разговор; их присутствие велит молчать, и лесть при дворе обязана быть скромною, обнаруживаясь единственно тонким образом. В Фернее я видела её без всякого покрова и во всей грубости; кому она в сем виде может нравиться от привычки, у того вкус должен непременно испортиться. Вот от чего самолюбие господина Вольтера столь раздражительно, и малейшая критика так жестоко оскорбляет его! Недавно он был крайне огорчен в душе своей. Императору надлежало ехать мимо Фернея. Г. Вольтер, надеясь угостить знаменитого путешественника, приготовил стихи и спектакль; к несчастью, все это знали. Император проехал, не велев ему сказать ни слова. Приближаясь к Фернею, один из его спутников спросил, увидится ли он с Вольтером? Нет, отвечал сей монарх: я его знаю – слово колкое и благоразумное! Оно доказывает, что Иосиф умеет по книгам судить о писателях". Стефани Фелисите Дюкре де Сент-Обен, графиня де Жанлис (1746-1830) — французская писательница. Иосиф II (1741-1790) — император Священной римской империи с 1765 г. О системах Вольтер часто сравнивал создателей различных философских систем с людьми, танцующими менуэт: они всё время делают различные движения, практически не сходя со своего места, а если немного двигаются, то возвращаются туда, откуда начали движение. Наставление хозяйке Когда Вольтер выдавал свою воспитанницу девицу де Варикур замуж за богатого маркиза де Виллета, то он перед свадьбой вручил ей толстую книгу, переплетённую в сафьян. Девица де Варикур открыла книгу и с удивлением увидела, что она состоит из чистых листов бумаги, и только на первой странице рукой Вольтера было написано: "Реестр расходов маркизы де Виллет". Удивлённой невесте Вольтер с улыбкой добавил: "Женщина, желающая быть уважаемой в своём доме, и даже самим своим мужем, должна заниматься хозяйством". Рене Филиберта Руфь де Варикур (1757-1822) — воспитанница Вольтера. Шарль Мишель маркиз де Виллет (1736-1793) — французский писатель. Об англичанах Вольтер утверждал: "Англичане знали, до какой степени должны простираться права их королей, и не знали границ власти Протектора". В этом вопросе мнения Вольтера и Монтескьё совпадали. Оливер Кромвель (1599-1658) — Лорд-протектор Англии, Шотландии и Ирландии с 1753 года. Шарль Луи де Секонда, барон ля Брэд и де Монтескьё (1689-1755) — французский писатель и философ. Краски и чернила (повторно) Когда художник Верне посетил Вольтера, то фернейский старец встретил его изъявлениями восторга: "Ах, господин Верне - вы бессмертны! Ваши краски, такие яркие, блестящие, живые, - возвестят позднейшему потомству о ваших дарованиях!" Художник скромно поклонился: "Мои краски не стоят ваших чернил". Антуан Шарль Орас Верне (1758-1836) — французский художник. Старый солдат В 1761 году Вольтер взял на себя заботу о 18-летней Мари Франсуазе Корнель, внучатой племяннице великого драматурга, влачившей жалкое существование. Он при этом несколько высокопарно сказал: "Старый солдат должен служить дочери своего генерала". Трудности Один начинающий литератор прислал Вольтеру довольно пухлый пакет с рукописью своей пьесы. Он просил знаменитого литератора взять на себя труд дать обстоятельный и откровенный ответ о достоинствах и недостатках своего творения. Вольтер на обёртке пакета написал: "Трудность состоит не в том, чтобы сочинить подобную трагедию, а том, чтобы написать ответ сочинителю".