Yorik

Не стрельный нак точно, а вот откуда шипчик...?

Так это к вопросу о навязывании мнения "экспертов". Кто бы знал Кашпировского и Чумака, если бы их не раскручивали на ТВ? А ТВ тогда верили... Мне было смешно, но сомнения все равно крутились.

Красота!

Уровень знания американского и советского школьников (эксперимент о котором забыли) http://aeslib.ru/istoriya-i-zhizn/mir-vokrug/uroven-znanij-amerikanskogo-i-sovetskogo-shkolnika.html

По божески... Скиньте всю известную инфу ДШК в личку, он собирает ;)

Добра! И по чем взяли, если не секрет? И кто продавец. откуда?

Как вор Яшка Беркут Георгиевским кавалером стал Случай, о котором в начале апреля 1915 года рассказала на своих страницах популярная газета «Голос Москвы». Героем стал известный на Дону вор, ставший Георгиевским кавалером! Приведем этот рассказ целиком. Около 10-ти лет тому назад в одной из казачьих станиц низовья Дона наводил панику на тамошнее население своими разбоями, грабежами и кражами конокрад Яшка Беркут. Это был плотный, высокий, ловкий, с черными вьющимися кудрями, красавец-парень, лет 20-ти. Глядя на импонирующую его внешность, нельзя было в нем признать вора, — того Яшку Беркута, которого население ненавидело хуже черта и желало ему скорой и страшной смерти. Бабы создавали вокруг его имени страшные легенды. Вечером они таинственно передавали друг другу, что Яшка Берут — совсем не Яшка Беркут, а сам сатана, принявший облик человеческий. Днем Беркут пьянствовал со своими товарищами по ремеслу где-нибудь в притоне, а ночью выходил на добычу: красть лошадей, которых он сбывал за бесценок на ближайших ярмарках и кирмашах. В размеренной, медленной, но легкой поступи Беркута чувствовался степной хищник. Если он случайно показывался на улице, то мигом собиралась толпа мальчишек, которая бежала за ним и кричала: ‒ Беркут — конокрад, Беркут — конокрад… Настоящая фамилия Беркута была Кузнецов, но это знали только военный писарь в станичном правлении, да судебный следователь. Для всех же остальных он был просто «Яшка Беркут». Хотя Беркут был и сметлив, и силен, и ловок, все же его не раз догоняли казаки и избивали до полусмерти. Но Беркут, будучи живуч как кошка, «отходил» и вновь принимался красть уже с удвоенной энергией. Однажды, по постановлению станичного схода, Беркута высекли розгами на станичном дворе так, что тело его представляло полосы сплошных кровоподтеков. Думали, что это Беркута образумит, и он перестанет воровать. Он перенес наказание без малейшего ропота и стона, но красть опять-таки не переставал. Кончилось тем, что Беркута по приговору станичного общества, без суда сослали в Томскую губернию, чтобы оградить население от опасности. Беркут бежал из Томской губернии на Дон и записался добровольцем в N-ский казачий полк, который отправился на австрийский фронт. Полк этот сразу очутился в самом центре театра военных действий, и Беркут сразу окунулся в водоворот боевой жизни. Он полюбил войну с ее опасностями, невзгодам и лишениями. Одной минуты он не мог пробыть в бездействии. Во Львов Беркут ворвался одним из первых. Где только была наибольшая опасность, там всегда оказывался Яшка Беркут. Он вызывался на самые отчаянные разведки и с удивительной точностью их исполнял. Однажды он после долгого отсутствия возвратился с 10 пленными австрийцами и 10 лошадьми. Что же оказалось? У Яшки убили лошадь. Не долго думая, он отправился «на разведки» с целью достать себе хорошего венгерского коня. Зашел в лес. Становилось темно. Лег Беркут отдохнуть и слышит вдруг вдали фырканье лошадей. Встал и пошел на звук. Видит, на поляне неясные очертания коней. Лег Беркут на брюхо и пополз. Подполз близко к коням. Видит, крепко спят кавалеристы, а часовой тоже носом клюет. Подполз к ближайшему от часового деревцу и из-за него кошкой бросился на него. Мигом заткнул рот травой и обезоружил спящих неприятелей. Затем, выбрав лучшего коня и увесив себя винтовками и саблями, он разбудил спящих. Австрийцы кинулись было к оружию, но Беркут выстрелил вверх и расхохотался. Как стадо баранов он и пригнал их в свою сотню. Одним из последних его дел было следующее. Под Л. произошла жаркая битва казаков с венгерскими гусарами. Под начальником полка полковником У. убили лошадь. Несколько венгров устремились на пешего полковника, и один из них уже занес над его головой саблю. Но в это мгновение пика подлетевшего Беркута вонзилась в венгра и осталась в нем. Соскочив со своего коня, он передал его полковнику. На смельчака кинулся венгерский офицер и занес свою саблю над его головой. Гибель казалась неминуема. Но недаром Беркут — лихой наездник и легкий зверь. Как вьюн скользнув под брюхо коня, он в одно мгновение оказался за спиной растерявшегося офицера. Несколько венгров кинулись на помощь, но наперерез им подоспели казаки. А Беркут, огорошив своего пленника кулаком в висок, выхватил саблю из рук и револьвер из кобуры, овладел уздою коня и благополучно выбился в свой тыл. Связав пленного ремнями и уложив его в окопе, он снова вернулся на место схватки. Битва окончилась. Венгры были частью перебиты, частью взяты в плен. Немногим удалось бежать. Растроганный самоотвержением Беркута, полковник обнимал и целовал его, называя спасителем. ‒ А это вам подарок, ваше высокоблагородие, — сказал Беркут, представляя полковнику связанного венгерского офицера, у которого от сильной злобы глаза налились кровью. И он рассказал обстоятельства этого необычайного пленения. ‒ Ну и молодец… ха-ха-ха… Ай да Беркут! — совершенно искренно смеялся полковник. Смеялись и другие офицеры. ‒ А трудновато было, верно везти? ‒ Никак нет, ваше высокоблагородие… Только их благородие дюже кусаться изволили!.. И Беркут показал окружившей его толпе офицеров свои искусанные руки. Взрыв хохота снова раздался и эхом покатился по полям. — Ха-ха-ха… со страху и бабой немудрено сделаться… — острили офицеры. На днях мне сообщили, что Беркут прислал письмо с войны в станичное правление атаману с просьбой прочитать его всего станичному сходу. Вот, что он пишет: «Простите меня, братцы, за все обиды… Каюсь перед Богом и перед вами, братцы, нехорошо делал, не по-христиански… сам сознаю…. Теперь война научила меня всему. Кланяюсь вам в ноги. Просите, Христа ради! Если убьют, то помяните меня, грешника, добрым словом». Да, в этом письме был уже не тот вор, конокрад Яшка Беркут, а добрый христианин и гражданин. В ужасной войне выявилась его подлинная душа, глубокие и большие основные чувства. Все дурное, повседневное, мелкое умерло. Умер Яшка Беркут и воскрес к ново жизни Яков Иванович Кузнецов, кавалер 3-х степеней ордена св. Георгия, верный слуга и гражданин великой России». автор: Евгений Смирнов Источник: http://aeslib.ru/ist...lerom-stal.html