Yorik

Борис Слуцкий однажды на семинаре рассказывал слушателям о социальной роли современной поэзии, о пятидесятитысячных тиражах сборников, не удовлетворяющих читателей, и в качестве примера упомянул о сборнике Ахматовой "Вечер", который был издан всего пятьдесят лет назад тиражом триста экземпляров. Слуцкий упомянул, что об этом ему рассказывала сама Ахматова, которая перевезла его на извозчике одним разом. Узнав об этом, Ахматова возмутилась: "Я перевозила книжки!? Или он думает, у меня не было друзей-мужчин сделать это? И он во всеуслышанье говорит, будто это Я ему сказала?" В конце жизни Ахматова иногда говорила: "Я теперь мадам Лярусс, у меня спрашивают обо всем". Второй муж Ахматовой, Шилейко, иногда говорил о ней гостям: "Аня поразительно умеет совмещать неприятное с бесполезным". О браке с Шилейко Ахматова говорила: "Это все Коля и Лозинский:"ЕгИптянин, егИптянин!.." - в два голоса. Ну, я и согласилась". [Шилейко был известным ассириологом и египтологом, переводчиком древневосточных текстов.] Однажды Мандельштама пригласили прочитать какой-то доклад в общество поэтов "Физа". ["Физа" - название поэмы Бориса Анрепа.] После слушания доклада Ахматова с Н.В. Недоброво на извозчике ехала на вокзал, чтобы попасть в Царское село. Дорогой Недоброво сказал: "Бог знает, что за доклад! Во-первых, он путает причастия с деепричастиями. А во-вторых, он сказал:"Все двенадцать муз", - их все-таки девять". Вспоминая этот эпизод, Ахматова добавляла: "Мандельштаму вовсе необязательно было знать больше того, что он знал... Он оживлял все, к чему ни прикасался, на что ни бросил взгляд. Но "отравительницу Федру" он все-таки исправил, когда Гумилев и Лозинский сказали ему:"Кого же она отравила?" И не надо изображать его выпускником университета, когда он сходил в лучшем случае на восемь лекций. И не надо связывать его с Соловьевым, и делать из него и Блока каких-то близнецов, Додика и Радика". Об отношении к людям Ахматова говорила: "Это кому как на роду написано. Как бы гнусно Кузмин не поступал, - а он обращался с людьми ужасно, - все его обожали. И как бы благородно ни повел себя Коля [Гумилев], все им было нехорошо. Тут уж ничего не поделаешь". Факты из биографии Николай Владимирович Недоброво оказал на Ахматову очень большое влияние. Некоторые считают, что именно он и сделал Ахматову той Ахматовой, которую мы знаем. Он был последователем Вяч. Иванова и резким противником акмеизма, написал об Ахматовой первую серьезную статью, посвятил ей несколько стихотворений. Недоброво считал себя одной из центральных фигур современности и вел себя соответствующим образом. Он умер в Крыму в 1919 году от туберкулеза. В 1914 году Недоброво познакомил Ахматову со своим самым близким другом Борисом Анрепом. Вскоре между ними вспыхнул роман, и Недоброво отошел на второй план у обоих. В феврале 1917 года Анреп самовольно покинул фронт и отплыл в Англию. Там он получил известность как создатель мозаичных полотен. Встретились они еще один раз, в 1966 году, в Париже, и по словам Ахматовой: "Мы оба не поднимали друг на друга глаз – мы оба чувствовали себя убийцами".