Yorik

Мережковский и Гиппиус В 1942 году Юрий Фельзен (1894-1943) [настоящее имя - Николай Бернгардович Фрейденштейн] прислал в Ниццу Адамовичу открытку из оккупированной зоны: "Я теперь не бываю у Мережковских. Там теперь бывают совсем другие люди". Почему он так написал? Что произошло? Мережковский ездил к Муссолини и получил аванс под биографию Данте. О своей встрече с дуче Мережковский рассказывал так: "Как только я увидел его в огромном кабинете у письменного стола, я громко обратился к нему словами Фауста из Гёте:"Кто ты такой? Wer bist du denn?.." А он в ответ: "Piano, piano, piano…" Как же вопил от восторга Мережковский, если дуче вынужден был его немного осадить. Мережковский собрался написать биографию Данте и под этот заказ начиная с 1936 года несколько раз получал деньги. О своих дальнейших отношениях с Муссолини Мережковский рассказывал так: "Пишешь – не отвечают! Объясняешь – не понимают! Просишь – не дают!" Эта фраза стала весёлой поговоркой на Монпарнасе применительно к текущим делам. В своей книге Мережковский сравнивал Данте с Муссолини, и даже в пользу последнего. Немного позднее с таким же пылом Мережковский полетел на нюрнбергский слет (1938). Идея была чрезвычайно простой: в Росси восторжествовал режим дьявола, предсказанный ещё Гоголем и Достоевским… Гитлер борется с коммунизмом. Марксизм – антихрист; антимарксизм – антиантихрист… Когда Владимир Злобин (1894-1967) заменил в хозяйстве Мережковских Дмитрия Философова (1872-1940), на недоуменные вопросы Фельзен стал добродушно отвечать: "Мне сообщали осведомленные люди, что у Зинаиды Николаевны какой-то анатомический дефект…" Снисходительно посмеиваясь, он добавлял: "Говорят, что Дмитрий Сергеевич любит подсматривать в щёлочку". Встречая гостей, Зинаида Гиппиус милостиво подавала свою сухую ручку и, улыбаясь, говорила любезность: "А я вас читала сегодня", - или, - "Хорошее стихотворение ваше…" Впрочем, кое-кому она молча совала лапку – почти с ожесточением. Покидая дом Мережковских, в общей сутолоке, среди перепутавшихся рук, прощаясь, поэт Борис Закович (1907-1995) будто бы однажды поцеловал кисть Мережковского, чему последний отнюдь не удивился. В тридцатые годы Зинаида Гиппиус была уже сухой, сгорбленной, вылинявшей, полуслепой, полуглухой ведьмой из немецкой сказки, на стеклянных негнущихся ножках. Страшно было вспоминать её стишок: "И я, такая добрая, Влюблюсь – так присосусь. Как ласковая кобра, я Ласкаясь обовьюсь…" Несмотря на её поэтическую самостоятельность Гиппиус (это первично недоброе существо, по словам Василия Яновского) можно было рассматривать в порядке "Душечки" Чехова. Она любила молодёжь и поощряла некоторых поэтов. Когда немцев начали колотить, Мережковские остались совсем одни. Даже единомышленники вроде Вячеслава Иванова куда-то скрылись. В это время гордая Гиппиус записала: "Одно утешение осталось – Мамченко". [Имеется ввиду крупный поэт русского зарубежья Виктор Андреевич Мамченко (1901-1982).]

Первая современная книга о путешествиях появилась в Англии в начале XVII века. Томас Кэриот был неофициальным шутом при дворе английского короля Джеймса I, так что никто и не удивился, когда он объявил о том, что собирается пешком идти в Венецию. Так он и совершил свое путешествие через Париж, Турин и Милан. Если ему предлагали проехать часть пути в каком-нибудь экипаже, он не отказывался. Вернувшись, он повесил свои башмаки в церкви в Олдкомбе, близ Йовила, и стал записывать свои впечатления от путешествия. Так родились "Кориэтовы нелепости". Это была первая книга о путешествии, совершенном из чистого любопытства. Англичанин доктор Бёрни посетил Милан в 1760 году и прожил в нем девять дней. В опере он сидел в ложе с камином и карточными столиками. Оркестр играл, по его мнению, слишком громко, и только баритоны могли пробиться сквозь музыку. О ночном Милане Бёрни написал так: "В городе не видно ни одной лампы: экипажи вынуждены иметь при себе шандал, а пешеходы – фонарь. Фонари очень большие и сделаны из белой бумаги. В экипаже для знати есть место для слуг, что стоят позади, один над другим". Подруга Самюэля Джонсона миссис Эстер Линч (в замужестве Трейл) посетила Милан зимой 1785 года и была приятно удивлена: "... пусть даже ночью выпадет четыре фута снега, утром вы не увидите ни одной снежинки, так тщательно заключенные и бедняки убирают его и сбрасывают в канал, огибающий город". Вплоть до XVII века Милан был внутренним портом. Из Адриатического моря можно было по специальному каналу, называвшемуся в городе Тичинелло, т.к. он впадал в реку Тичино, попасть прямо в Милан. Человек, опубликовавший свои пьесы под псевдонимом Шекспир, знал это, так как Просперо в "Буре" причаливает у ворот Милана. А автора пьесы еще сурово критиковали за такую географическую "ошибку"! Один итальянский генерал по фамилии, кажется, Сербеллони проиграл сражение из-за того, что отказался вскрыть конверт со срочным и важным донесением – на конверте были перечислены не все его титулы. Когда войско Франциска I было разбито при Павии 24.02.1525, а он сам попал в плен, остатки его личной охраны, состоящей из шотландских лучников, попытались прорваться во Францию северным путем, но застряли в горах. Немного потосковав, шотландцы решили остаться в этих горах и образовать здесь свою общину, что быстро и осуществили. Весной они обошли окрестные горные деревушки, набрали себе невест и выстроили себе дома, а деревушка со временем стала называться Гурро. Эта необычная община существует и до наших дней. У них очень своеобразный диалект, в котором лингвисты насчитывают более 800 шотландских слов. Жители деревни по большей части светловолосы, женщины носят полосатые юбки, и все ходят в странных башмаках с помпонами на носах. Видоизменились и их имена. Так МакДональд превратился в Дональди, а Патрик или Десмонд – в Патрити и Дрести. Еще перед Первой мировой войной мужчины этой деревни носили килт. О папе Пие V (1566-1572) трудно написать добрые слова. Этот доминиканец проявил такое рвение в борьбе с еретиками, что стал великим инквизитором и кардиналом, а в 1566 году был избран папой. Именно с этого времени папы и начали носить белые одеяния. Дело в том, что Пий V продолжал вести аскетический образ жизни. Во время постов он пользовался своей власяницей, на торжественных церемониях ходил босиком и категорически отказался сменить белую доминиканскую сутану на красную мантию. Маркиз Массимо Адзельо (1798-1866), итальянский писатель и пр., после смерти своей первой жены, Джульетты Мандзони, второй раз женился на Луизе Блондель. Семейная жизнь у них не сложилась, и они расстались, но когда маркиз был при смерти, Луиза навестила его. Увидев ее, маркиз улыбнулся: "Ах, Луиза, ты всегда приходишь, когда я уже ухожу".

Не, это уже другая площадка

Все равно страшно. Можно случайно порезаться, а там яд...

Наконечник Скифского типа, эксклюзив Продам бронзовый позолоченный наконечник скифского типа с фрагментом родного древка. Длина с древком: 5,5 см. Все на фото. Наконечник смонтирован в рамку 16 х 21 см.

Жуткая вещь.

Там это входило в обязанности экспертов (в мое время). Это же имидж "площадки".