Yorik

Как утверждал Михаил Шолохов - автор романа-эпопеи «Тихий Дон», его любимым героем в книге являлся Григорий Мелехов. Образ данного героя, его судьба и даже внешность были списаны с реального человека – Харлампия Васильевича Ермакова. С прототипом главного героя своего романа Шолохов был знаком лично, они нередко встречались и беседовали в 1926 году, когда писатель собирал материалы для своего произведения. Автор приезжал в станицу Вешенская, и они с Ермаковым долгими ночами разговаривали, курили и спорили. В одном из архивов хранится письмо, в котором писатель обращается к Ермакову с просьбой встретиться. Шолохова тогда очень интересовали события 1919 года, связанные с судьбой донских казаков во время Вешенского восстания. Не случайно автор обратился именно к Харлампию Ермакову. Судьба этого легендарного человека была непростой. Он родился на хуторе Антиповской Вешенской станицы, сейчас это Ростовская область. Вырос в обычной казачьей семье, закончил местную церковно-приходскую школу. Детство и юность Ермакова не отличались чем-то особенным, прошли как у большинства его земляков. Начинал свою военную службу Харлампий в 1913 году, в возрасте 22 лет. Верой и правдой служил Царю и Отечеству. Потом был отправлен на русско-германский фронт, где проявил себя героем. Существуют исторические сведения о мастерском владении Ермакова шашкой. Очевидцы тех событий называют Ермакова «бравым рубакой». Его удар был колоссальной силы, причем рубиться шашкой он мог с обеих рук. Этим преимуществом Харлампий неоднократно пользовался в бою, подходя к противнику с противоположной стороны, чем заставал того врасплох. Совершенством владения этой техникой Михаил Шолохов в романе «Тихий Дон» наградил и Григория Мелехова. Молодой казак принимал участие в Первой мировой войне. Отважно воевал, имел более десятка ранений, контузию. Показал себя только с достойной стороны, был четыре раза награжден Георгиевской медалью «За храбрость», получил четыре Георгиевский креста (столько же наград было и у Григория Мелехова в «Тихом Доне»). В итоге удостоился почетного звания хорунжего, что приравнивалось к офицерскому званию. Осенью 1916 года Харлампий Ермаков был тяжело ранен и демобилизован. Вскоре наступает 1917 год - год больших перемен как в судьбе России, так и в судьбе всего донского казачества. Этот год стал переломным для казаков – многие были поставлены перед тяжелым выбором. Первоначально Ермаков выбрал советскую власть, воевал в отряде Подтелкова, сражался против Каледина. В одном из боев у станицы Лихой получил ранение и отправился домой на лечение. В это время его отряд был захвачен повстанцами, Подтелкова и верных ему бойцов казнили. В 1919 году вспыхивает Вешенское восстание казаков. Историки утверждают, что ненависть Ленина и Троцкого к казачеству послужила причиной массовых восстаний. ЦК РКП (б) выпускает секретную Директиву, в которой призывает вести беспощадную борьбу с верхами казачества путем их поголовного истребления. В качестве средств - массовый террор против богатых казаков, конфискация имущества и полное разоружение. При повторной проверке, в случае обнаружения оружия – расстрел. Через короткий промежуток времени выходит еще одна Директива, не менее кровожадная, подписанная Донбюро РКП(б). В этом документе приказывалось арестовывать видных представителей станиц и хуторов, содержать их в качестве заложников. В случае обнаружения оружия у любого жителя станицы или хутора - расстреливать заложников вместе с виновными. Красные комиссары убивали всех подряд. В некоторых местах происходил подлинный геноцид казачьего населения. Не выдержали казаки, взялись за оружие, замутился тихий Дон. Харлампий Ермаков избирается командиром повстанцев, принимает активное участие в боях. Он яростно воюет за свой народ, свою Родину. В это же время в стране начинается Гражданская война. Вскоре вешенские повстанцы соединяются Белой армией. Донской генерал Богаевский производит Ермакова сначала в сотники, а через месяц - в есаулы. В начале марта 1920 года Ермаков попадает в плен, но за любимого есаула вступаются многочисленные очевидцы. Время тогда в стране было «лихое», хорошие командиры ценились на вес золота. Командование красной армии предложило Харлампию сформировать отдельную бригаду из оставшихся белоказаков. Позже эта бригада влилась в состав 1-ой Конной Армии Буденного. Только в 1923 году Ермаков демобилизовался и вернулся домой. Примерно тем же и заканчивается роман Шолохова: Григорий Мелехов возвращается домой и на берегу Дона встречает своего сына. Но судьба Харлампия Ермакова была гораздо сложнее. Всего год прожил он со своей семьей. В феврале 1924 года его арестовывают за участие в контрреволюционном восстании. Герой-казак не отрицает своего участия даже под угрозой расстрела всей семьи. Земляки Ермакова собрали в подтверждении его слов свидетельские показания. В мае 1925 года суд постановил, что обвиняемый не являлся добровольным участником беспорядков, а был призван окружным атаманством. В 1927 году Харлампия снова арестовывают. В этот раз следователи нашли очевидцев, которые свидетельствовали о личном участии Ермакова в расстреле красноармейцев и проведении антисоветской пропаганды в станице. Тогда по стране шла всеобщая коллективизация, большевики боялись новый восстаний, поэтому суд постановил расстрелять героя, несмотря на протест прокурора области. В июне того же года приговор был приведен в исполнение. Так закончилась короткая, но яркая жизнь донского казака, оставившая в истории глубокую борозду. Реабилитирован Харлампий Ермаков был только в 1989 году, посмертно. Автор: Самарина Ирина

Это официальная версия, хотя мне больше нравится разбор этих событий, который сделал харьковский историк Валенитинов в своей книге "Спартак". Там он достаточно убедительно приводит факты, что Спартак был италиком из войска Мария. И все эти события были продолжением гражданской войны.

Восстание Спартака, начавшееся в городе Капуя в 74 году до н. э., не только значительно повлияло на развитие Рима как государства, но и наложило свой след на всю мировую историю. Восстание Спартака уже давно не является исключительно историческим фактом, став вместе с именем своего вождя символом освободительной борьбы. Впервые художественный образ Спартака был использован французскими революционерами. Остаётся неизвестным, кто первым вновь вспомнил о непобедимом вожде восставших рабов через годы забвения, но умам взбудораженных французов он пришёлся по душе. Разумеется, не обошлось без определённой идеализации, однако не следует забывать и о заслугах самого Спартака, так как авторы дошедших до нас произведений отзываются о нём как о благородном и отважном человеке. Даже отличавшиеся крайне враждебным отношением не только к самому восстанию, но и к его участникам римские историки не отрицали положительных личных качеств Спартака. К примеру, Флор, не скрывающий презрительного отношения к восставшим рабам, всё же признал, что во время своего последнего боя: «Спартак, храбрейшим образом сражавшийся в первом ряду, погиб от руки врага, как и подобает великому полководцу». Более беспристрастный в суждениях Плутарх характеризует Спартака как «человека, не только отличавшегося выдающейся отвагой и физической силой, но его умом и мягкостью характера, которые возвышали его над своим положением, придавая большее сходство с эллинами, чем можно было предположить о человеке его племени». Биографических сведений о Спартаке известно очень немного. К примеру, известно, что родиной Спартака была Фракия (современная Болгария), и он был родом из племени медов. Город Сандански, расположенный в Родопских горах неподалёку от границы с Югославией, принято считать конкретным местом его рождения. В 1 веке до н. э. на этом месте находился город Медон, который был столицей крупного и сильного племени медов, к тому же воспринявшего многие черты, присущие греческой культуре. Вероятно, семейство Спартака относилось к представителям местной аристократии, что подтверждает не только созвучность имени Спартака с родовым именем Спартокидов, относящихся к боспорскому царскому роду, но и уверенность, проявленная им в управлении огромной армией. Фракийцы были воинственными людьми, не только ведущими постоянные межплеменные войны, но и поставляющими наёмников в армии иных государств. Эти люди считали карьеру военного единственно приемлемой для мужчины, особенно для представителя знатного рода. Спартак не стал исключением. В восемнадцатилетнем возрасте он поступил на службу в римскую армию, где его определили во вспомогательные фракийские части. У Спартака появилась возможность изнутри изучить организацию самой сильной армии мира, практику ведения военных действий, её сильные и слабые стороны. Впоследствии этот опыт пришёлся очень кстати. Через несколько лет службы Спартак дезертировал, вернувшись во Фракию, - в это время там началась война против римлян. Спартак дважды попадал в Рим как раб. В первом случае он сумел сбежать. Но спустя некоторое время Спартак во второй раз оказался в плену, и его продали Лентулу Батиату, владельцу капуанской школы гладиаторов. Основную массу учеников составляли галлы и фракийцы, которых римляне считали воинственными и непокорными людьми. Скорее всего, среди них было много военнопленных, совсем недавно расставшихся со свободой и ещё не привыкших к рабству. Чтобы организовать мятеж в такой ситуации не хватало только вождя, каковым и стал Спартак, который был прирожденным лидером и организатором, отважным и предприимчивым по натуре человеком. Но заговор раскрыли, и его участники могли спастись, лишь действуя быстро и решительно. Семьдесят восемь гладиаторов совершили неожиданное нападение на стражу и, выломав двери школы, скрылись за чертой города, как пишет Плутарх, «запасливо прихватив с собой добытые где-то кухонные ножи и вертела». Вообще, вооружение было довольно острой проблемой для армии Спартака в течение всей войны. Саллюстий пишет, что в начале восставшие вместо копий пользовались заостренными и обожженными на огне кольями, при помощи которых можно было нанести практически такой же вред, как и железом»… В дальнейшем восставшие продолжали производить оружие собственноручно, осуществляя централизованный закуп железа и меди у торговцев, также они не пренебрегали оружием побеждённых римских солдат. Вместе со своим маленьким отрядом Спартак направился к горе Везувий, вершина которой была подобна естественному укреплению, где можно было переждать какое-то время, до той поры, пока отряд не пополнится беглыми рабами из ближайших поместий. И действительно, численность возглавляемого Спартаком отряда довольно быстро увеличивалась, что делает допустимым предположение о наличии разветвленной структуры заговора, который охватил все гладиаторские школы, а также крупные рабовладельческие хозяйства в Капуе и её окрестностях. Изначально в организации заговора и восстания Спартак опирался на помощь германца Эномая, галла Крикса и самнита Ганника. Спартак сразу начал создавать армию по образцу римской, предпочитая лучше лишиться части своей армии, нежели позволить ей опуститься до уровня разросшейся разбойничьей шайки. Однако о преследуемых им военных целях можно только догадываться. Многочисленные исследователи спартаковских войн выдвигают различные гипотезы: от утопической попытки свергнуть власть в Риме и уничтожить рабовладение, до нехитрых планов по выводу отрядов бывших рабов на родную землю. Но каждая из этих гипотез одинаково уязвима. Уже давно признана несостоятельность теории Мишулина о революционном порыве рабов и беднейших представителей свободного населения Италии. Столь же бессмысленно говорить о том, что Спартак вёл планомерную войну с Римом. Спартак даже не стремился к созданию собственного государства на захваченных территориях. Скорее всего, он действительно хотел покинуть Италию. Однако Спартак не ограничивается созданием подобия воинских подразделений, способных прорываться сквозь римские заслоны, но предназначенных к роспуску на другой стороне Альп. Вместо этого он настойчиво работает над созданием полноценной армии. Какое-то время отряд Спартака не покидал своего лагеря, разбитого на горе Везувий. Восстание беглых гладиаторов воодушевляло рабов из близлежащих поместий. 74 год до н. э. как и предшествующий ему год выдался неурожайным, что не могло не отразиться на настроениях рабов, и так находящихся в крайне тяжёлых условиях существования. Непрерывное увеличение численности отряда Спартака серьёзно беспокоило землевладельцев. Однако отряды, которые они выделяли для борьбы с восставшими рабами, терпели одно поражение за другим. Обстановка вокруг Капуи становилась всё более напряжённой, вызывая обеспокоенность римских властей. Претора Гая Клавдия Пульхра, возглавлявшего трехтысячный отряд, направили для наведения порядка. Стоящая перед ними задача казалась предельно простой, ведь, забравшись на Везувий, Спартак будто бы нарочно загнал свой отряд в ловушку. На вершину горы можно было добраться по одной-единственной тропинке, перекрыв которую, Клавдий мог спокойно дожидаться того момента, когда голод заставит восставших сдаться. Тем не менее, Спартак и не собирался сдаваться, проявив себя в сложившейся критической ситуации как хитроумный и упорный в достижении цели человек. Используя лозы растущего на склонах горы дикого винограда, восставшие соорудили лестницы, по которым и спустились с трёхсотметровой высоты на ближайшую ровную площадку. Затем они нанесли удар в тыл не ожидавшего нападения претора Клавдия, наголову разбив его отряд. В Риме, узнав о поражении Клавдия, отправили на войну со Спартаком претора Публия Валерия Вариния. Сначала ему удалось заставить Спартака отступить к югу, в горы. Но всё дело было в том, что Спартак хотел избежать сражения с невыгодными для себя условиями, потому что численность его армии существенно уступала римской. И он продолжал отступление, стремясь оказаться в богатых южных провинциях Италии, чтобы, пополнив своё войско, вступить в бой с римлянами. Прибыв в Луканию, отряд Спартака подошёл к небольшому городку Аппиеву Форуму и взял его штурмом. И стоило армии Спартака, по большей части, состоявшей из беглых рабов войти в город, как его солдаты, начисто позабыв все приказы, начали варварски грабить местных жителей, насилуя их жён и дочерей. В этот момент особенно остро проявилась наклонность солдат Спартака к быстрому разложению дисциплины, чего Спартак и опасался. Безусловно, у него было никаких иллюзий относительно последствий захвата города, однако его армию составляли солдаты, которых не связывала присяга, поэтому их было сложно призвать к дисциплине, тем самым вернуть в строй. Рабы, попавшие в его войско, не скрывали возмущения по поводу необходимости подчиняться, от которой они, как им казалось, они избавились навсегда. Однако избежать грабежей было невозможно. Снабжение армии Спартака основывалось лишь изъятии продовольствия у населения, что логично объясняет его стремление нападать на зажиточные рабовладельческие хозяйства, которых было больше на юге Италии, в то время как на севере концентрировались мелкие крестьянские поселения. Грабя крупные хозяйства, Спартак пополнял в них не только запасы провизии, но и наращивал численность своего войска – рабы, трудящиеся в поместьях, с удовольствием вступали в ряды его армии. В результате серии побед над разрозненными отрядами претора Вариния юг Италии целиком перешёл в руки Спартака. Однако восставшие не намеревались останавливаться на достигнутом и, разорив южные области Италии, двинулись к Альпам. Только тогда Сенат со всей очевидностью осознал всю серьёзность сложившегося положения и оценил силу восставших. Против Спартака стали действовать как против серьёзного противника, по-настоящему угрожающего Риму. При всей очевидности достигнутых успехов войско восставших не отличалось единством. Галлы и германцы, составлявшие немалую часть армии Спартака, считали оскорбительным отступать после столь триумфальных побед над римлянами. Однако Спартак продолжал отступление из Италии, попутно нанеся римлянам ещё несколько серьёзных поражений. Восстание Спартака достигло своего апогея. Численность его войска дошла до 120000 человек. Дорога в Трансальпийскую Галлию была открыта, но Спартак по каким-то причинам вновь поворачивает на юг. Известие о этом вызвало в Риме настоящую панику. Спартака стали всерьёз сравнивать с Ганнибалом и относились к нему как к одному из самых опасных врагов Рима. Рим готовился к встрече с армией Спартака. Пост главнокомандующего занял Марк Лициний Красс, имевший личную заинтересованность в скорейшем окончании боевых действий и разгроме Спартака (его поместья сильно пострадали от грабежей). Кроме того, Красс желал получить славу полководца и начал, что называется, за здравие – произвёл допризыв бойцов. В ряды римской армии вступило тридцать тысяч человек. Красс выдвинулся на соединение с армиями консулов. Стоит отметить, что в римской армии царили если не панические, то весьма мрачные настроения. Одним словом, мораль у римлян была не на уровне, после столь многочисленных поражений римские солдаты боялись воинов Спартака. Поэтому Красс счел необходимым преподать своим бойцам жестокий урок. Для осуществления разведки в район расположения лагеря армии Спартаком было выслано два легиона, солдаты которых обнаружили своё присутствие и в ходе завязавшегося боя бежали в лагерь, выдав тем самым месторасположение основных сил. Красс приказал наказать виновных и подверг бежавших бойцов децимации – каждый десятый легионер был казнён. После применения этой суровой меры дисциплина в рядах римлян была восстановлена. Тем временем, пройдя тем же маршрутом, что и при движении к Альпам, Спартак остановился в городе Фурии у юго-восточной оконечности Италии и занял сам город, расположившись на окрестных высотах. Спартак запрещает своим бойцам иметь при себе золото и серебро, пытаясь всеми силами поддерживать среди них дисциплину, пресекая споры между командирами. Спартак, очевидно, стремился покинуть Италию через Сицилию. Однако это разумное на первый взгляд намерение Спартака не нашло поддержки в рядах его армии. Среди восставших назревал серьёзный раскол. От главных сил армии Спартака отделился отряд в 10000 человек и был немедленно разгромлен римлянами. Спартак же уже достиг побережья и вёл переговоры с киликийскими пиратами, с тем чтобы они помогли его войску переправиться на Сицилию. Несмотря на то, что соглашение было достигнуто, пираты по каким-то причинам не сдержали своего обещания и не предоставили Спартаку своих кораблей. Спартак, преследуемый Крассом, отступил к самой южной оконечности Италии, на побережье узкого пролива между Аппенинским полуостровом и Сицилией. Он всё ещё не оставлял мыслей о возможной переправе на остров, предпринимая попытки строительства импровизированных лодок и плотов из брёвен и бочек. Тем не менее, скорое столкновение с Крассом было очевидным и неминуемым. Однако Красс не слишком стремился к сражению, потому что географические особенности Регийского полуострова, который был узким и вытянутым в длину, подсказывали ему ещё более простое решение. Армия Красса провела по всему перешейку 55-километровый вал, укрепив его рвом и палисадами. Вновь римляне понадеялись, что восставшие будут вынуждены сдаться, чтобы избежать голодной смерти. В это время обстановка в Риме кардинально меняется. Оценив всю серьёзность угрозы, Сенат передаёт всю власть над армией Помпею, прибывшему из Испании. Крассу, желающему получить лавры победителя, следовало действовать максимально быстро, иначе его ожидала дурная слава неудачника. Узнав об этом, Спартак предпринял попытку провести мирные переговоры с римлянами, предполагая, что Красс, будучи не в восторге от участия Помпея в войне, будет более уступчивым. Однако римский военачальник даже не ответил на предложение противника, поэтому войско Спартака было вынуждено пойти на штурм римских укреплений. Ненастной ночью его солдаты завалили ров фашинами и, опрокинув сторожевые отряды римлян, смогли вырваться на свободу. Армия Красса направилась вслед за уходящим к Брундизию Спартаком, армия которого начала разваливаться по частям. Трагичный для Спартака конец войны был близок, ситуация в его лагере становилась всё более напряжённой. Спартака, отступавшего к Петелийским горам, преследовал Квинт, легат Красса, а также квестор Скрофа. Однако стоило Спартаку обернуться против римлян, как они кинулись бежать и с трудом спаслись, но вынесли с поля боя раненого квестора. Данный успех вскружил головы беглых рабов, погубив Спартака. Его солдаты теперь и думать забыли об отступлении, не просто отказавшись выполнять приказы своих начальников, но, преградив им путь, с оружием в руках заставили вести армию через Луканию назад на римлян. Проклятое поле. Место казни в Древнем Риме. Распятые рабы. 1878 г. Федор Андреевич Бронников Кроме того, отступление армии восставших от побережья было обусловлено и сведениями о прибытии в Брундизий армии Лукулла. Спартак понимал, что генеральное сражение неизбежно. Сам же Красс хотел как можно быстрее сразиться со Спартаком, ведь армия Помпея с каждым днём неумолимо приближалась. Римские войска настигли армию Спартака, не позволив им далеко уйти от Брундизия. С разных сторон войско Красса пополнялось всё большими подкреплениями, и в итоге Спартак был вынужден выстроить всю свою армию. Спартака, верхом на коне пробиравшегося к Крассу, ранил в бедро копьём кампанский аристократ Феликс. Тяжёлая рана заставила Спартака спешиться, однако он, опустившись на одно колено и потеряв много крови, продолжал сражаться. Великий полководец древнего мира Спартак пал в ожесточенном бою. Место его захоронения осталось неизвестным, поскольку его тело изначально не было найдено на поле боя. Автор: Павел Помыткин

В игрушках, которые я чинил, грузик плоский был со штырями. Хотя возможны и вариации.

С древних времен русское воинство ходило в атаку на врага, применяя боевое и устрашающее «Ура!» Безусловно, свой аналог этого клича есть почти в каждом современном языке, однако именно «Ура!» русское является самым «узнаваемым» в мире. В самом слове есть некий призыв к действию, направленному на решительную победу над врагом. Призыв помогает плечом к плечу идти в атаку даже против такого противника, чья численность кратно превосходит численность русских войск. «Ура!» противники русских военных подразделений слышали в Альпах, под Москвой, в Сталинграде, на маньчжурских сопках. Это победное «Ура!» нередко заставляло врага вздрогнуть и поддаться необъяснимой панике. Попытаемся рассмотреть несколько версий по поводу того, откуда появилось это слово, которое воодушевляет одних и наводит ужас на других. Сразу же нужно сказать, что версий по поводу появления слова «Ура!» несколько. Нередко одна версия настолько контрастирует с версией другой, что сложно понять, как они вообще могли появиться без точек взаимного прикосновения. Гипотеза первая. Русское слово «Ура!», как и целый ряд других слов, заимствовано из тюркского. По этой версии слово «Ура!» - это некая модификация слова «юр», означающего «оживленный» или «подвижный». Кстати, в современном болгарском языке есть слово «юра», которое имеет именно тюркский корень и означает «нападаю». Гипотеза вторая. Согласно этой версии «Ура!» имеет опять-таки тюркские корни, однако происходит от слова «урман», что в переводе на русский означает глагол «бить». В азербайжджанском языке можно встретить слово «вур», что означает «бей». Возможно, что именно слово «Вура!» трансформировалось в широко известное сегодня «Ура!». Гипотеза третья. Если снова обратиться к болгарскому языку, то есть в нем слово «Ургэ». Это можно перевести, как «верх» или «наверх». Возможно, что со словом «Ура!» сначала ассоциировалось некое восхождение на горную вершину, причем для ободрения покорявших свой «Олимп» и использовали этот призывный клич. Гипотеза четвертая. Монголы-татары якобы, не желая того, сами «научили» русских использовать такой боевой клич во время атаки. Говорят, что при атаках монголо-татарских воинов ими использовался клич «Уракша!» или «Урагша!», что является производной слова «уракх». В свою очередь, слово «уракх» означает все то же русское «вперед». Гипотеза пятая. Слово «Ура!» принадлежит именно славянским племенам. Возможно, что оно трансформировалось из слов «ураз», что означает «удар», или (после крещения Руси) из слова «у рай» - современный вариант «в рай». Гипотеза шестая. Этот призыв происходит от литовского «вирай», что тоже можно перевести как «призыв к атаке» или просто «вперед». Все эти версии имеет право на существование, однако вся проблема заключается в том, а когда именно впервые появилось слово «Ура!» как нечто самостоятельное и используемое только русскими дружинами. Однако можно долго размышлять об истоках появления знаменитого на весь мир русского «Ура!», но разве этого главное. На самом деле главным здесь является сама смысловая окраска слова. Ведь если этих букв достаточно для того, чтобы поднимать дух боевого воинства, то значит, в этом слове заключено поистине феноменальное значение. Слово «Ура!» используется во многих литературных произведениях. Еще Пушкин писал свое знаменитое «Далече грянуло «Ура!». Но поговаривают, что использование слова «Ура!», мягко говоря, не приветствовалось Петром Первым во время боя. По поводу этого существует уникальный документ от 1706 года, в котором говорилось, как солдатам и офицерам нужно себя вести в сражении. В этом документе есть удивительные слова о том, что офицеры русской армии должны были следить, чтобы солдаты не позволяли себе на поле брани кричать. Однако касался ли такой запрет именно слова «Ура!» - факт достаточно сомнительный. Возможно, царь Петр запрещал своим солдатам кричать на поле боя, чтобы не посеять панику. Ведь часто бывает так, что крик может легко спровоцировать самую непредсказуемую реакцию. В качестве наказания «крикунам» полагалась смертная казнь прямо на месте баталии. Поэтому есть версия, что Пушкин решил использовать слово «Ура!» лишь для того, чтобы придать своему произведению экспрессивной окраски. А на самом деле Петр якобы призывал военных использовать слово «Виват!», чтобы создать армию, похожую на все европейские. Но после смерти царя Петра I в России снова начала проявляться мода на «Ура!» И если во время этого клича паника и возникала, то возникала она именно в стане врага, а никак не в русских частях. Слово «Ура!» теперь стало появляться и официальных документах. В одном из таких документов фельдмаршал Румянцев использовал этот призыв для выражения верности своей Императрице Елизавете. С тех пор слово «Ура!» стало приобретать тот смысл, который мы вкладываем в него и сегодня. Даже высокие военные чины во время сражений позволяли себе применять боевой русский клич, чтобы повести за собой свою армию. Сегодня трудно себе представить молчаливую рукопашную атаку русской армии. Это никак не вяжется с менталитетом нашего народа. Само слово «Ура!» здесь выступает как эмоциональный трамплин, который выводит ненависть к врагу на новый уровень. Итак, русское «Ура!» - это наш национальный, как сейчас модно говорить, бренд. А что же используют (использовали) в аналогичных случаях другие народы. К примеру, римляне шли в атаку со странными для нас словами. Кричали они «Да здравствует смерть!» Согласитесь, что вряд ли такой призыв воодушевил бы русского солдата. Средневековые европейцы бежали в атаку с пафосным «Бог и моё право!» Это уж точно вряд ли воодушевило бы русских. Немцы кричали свое «Вперед!», а солдаты армии Наполеона – «За императора!» Интересное заимствование русского «Ура!» произошло со стороны немцев. Услышав это русский клич, немцы с 19-го столетия тоже стали нередко его использования, осознав, какую силу несет в себе это слово. Слово «Hurra» появилось даже в прусском военном уставе. Не менее интересная ситуация со словом «Ура!» связана и для французских войск. Русское «Ура!» французы первоначально восприняли как «ломаное» «О ра», что можно перевести как «На крысу!» Это их оскорбило, и в ответ французы стали кричать «На кошку», что звучит как «О ша» С тех времен русское «ура» стали кричать и турки. Удивительно, что если слово «Ура!» имеет тюркские корни, то получается, что турки позаимствовали у нас свое же слово. До этого они кричали во время атаки слово «алла» («Аллах»). Исторически сложилось так, что слово «Ура!» в том или ином виде перекочевало и в армии современных зарубежных стран. Однако есть и такие народы, которые привыкли использовать сугубо национальные выражения. К примеру, осетины кричат «Марга!», что означает «убей». Японцы кричат знаменитое «Банзай!», что переводится как "10 тысяч лет". Почему "10 тысяч лет"? Да потому, что именно столько лет они желают прожить своему императору, а «банзай» - это лишь конец всей фразы, которую в бою произносить не вполне удобно. Израильские солдаты кричат слово «Хедад!», что является неким омофоном эха. Автор: Вадим Собин

Нет более обиженной на нас исторической личности, чем князь Святослав Игоревич. Легендарный князь, отличный полководец, яркий, харизматичный персонаж. Но столько на него налепили ярлыков, любований, намеков на современность и прочее, что окажись он в нашем времени — начал бы убивать. Мы насчитали 3 повода для обид князя Святослава на нас. Возможно и вы сможете дополнить этот список? Так пишите в комментариях свою точку зрения. Будем обсуждать. Миф 1. Дата победы над хазарами А вы знали, что у нас два Дня Победы? Первый — 9 мая, там все понятно. И второй. Мы празднуем День разгрома князем Святославом Хазарского каганата. Ура! Для справки: Хазарский каганат — государство, созданное тюркским народом, хазарами, в 650 году. Его территория это современные Предкавказье, Поволжье, Казахстан, Приазовье, восточный Крым, Восточная Европа и… В общем, прямо до Днепра. Территория огромнейшая, враг серьезнейший. Празднуется он 3 июля 964 года. Так, по крайней мере, утверждает автор вот этого плаката: «Помни предков» — особенно умиляет. До слез. Потому что в 964 году Святослав Игоревич с хазарами даже не воевал! Вот фрагмент «Повести временных лет». Читаем запись под 964 годом. Где у нас там написано про разгром Хазарии в 6472 (964) году? Мне сейчас возразят, мол, попы, жиды, Романовы, коммунисты — в общем, неважно кто, но все переписали. Так что ж, они тогда, вообще, упоминания про Святослава оставили? И почему не выскребли запись под 965 годом? В которой сказано, что князь Святослав Игоревич одолел хазар «и столицу их и Белую Вежу взял». Кстати, Белая Вежа, она же Саркел — это просто крупный город Хазарии в ее пограничье. Его останки находятся сейчас под водами Цимлянского водхранилища (Волгоградская и Ростовская области). Взять его, а не только столицу Итиль — было стратегической задачей. Дело в том, что Саркел, стоявший на Дону, мешал торговать с Русью. Пройти было можно, однако приходилось делиться. Князь решил навести порядок. Вывод редакции. Подозреваю, что дело в желании некоторых, так называемых «волхвов», слепить новую идеологию. Вот это зря — получается чистой воды Голливуд. Если уважаете Святослава — гордитесь его реальными делами. Неужели кому-то его подвигов и так мало? Миф 2. Звезда хазарская Как известно, Хазарский каганат исповедовал иудейскую веру. А теперь перенесемся в наши дни. В общем, я просмотрел полтора десятка фото этого памятника, но четкого и однозначного изображения Звезды Давида не нашел ни на одном. Есть что-то, но явно замазанное… Вот, собственно, памятник: А вот его изначальная версия (дяденька рядом — сам скульптор, народный художник России Вячеслав Клыков — это его последняя работа, к сожалению…): Но вернемся к щиту поверженного хазарина. Как видим, на эскизе и на памятнике две большие разницы. Но проблема не в щите, ее уже давно решили. Проблема в адекватной передаче символики. В качестве примера — вот этот меч, который хранится в музее Ротенбурга на Таубере в Германии. Датировка — XIII, край — начало XIV века. Видите, какой интересный рисунок на его навершии? Что можно предположить? Давайте покреативим: — Меч еврейский. — Меч хазарский. — Гравировку сделали потом. — Меч принадлежал колдуну, использовался в обрядах. — Ваш вариант… А между тем, уравнение решается очень и очень просто. И изящно. Надо лишь посмотреть на историю звезды Давида в Средние века. Вот сухие факты: X-XI вв . — «звезда Давида», а правильнее сказать — геометрическая фигура «гексаграмма» — присутствует на печатях королей Наварры (историческая область в Испании). Конец XIII — начало XIV вв — во Флоренции строят базилику Санта-Кроче — церковь Святого Креста. Полюбуйтесь на ее фасад: XIV век — король Карл IV дарует евреям Праги красное знамя со звездой Давида. XIX век — Звезда Давида становится официальным символом евреев. То есть, целый Хазарский каганат был совершенно не в курсе, что их символ — гексаграмма. Как впрочем, и евреи того времени. Вывод редакции. Честное имя князя Святослава Игоревича используют в политических играх современности. Ему бы не понравилось. Ой, как не понравилось бы… Миф 3. Меч Святослава Про меч Святослава мы уже писали неоднократно и с разных ракурсов. Вкратце — 7 ноября 2011 года киевлянин, рыбак, выловил из Днепра меч. Оружие отличного качества, с клеймом мастерской «Ульфберт«. Меч тут же распиарили как оружие князя Святослава Игоревича. Основания нашли такие: оружие богато украшено, из дорогой мастерской, найдено на месте последнего сражения Святослава. А посему только ему и могло принадлежать. И даже как-то обидно. Вот эти мечи нашли в тех же самых местах в ХХ веке, еще до Великой Отечественной. Почему они не могут быть мечами Святослава? А если могут, то не перебор ли для князя Святослава ходить в поход с пятью мечами, если он, согласно летописи, вел крайне спартанский образ жизни? Вывод редакции. Рейтинги СМИ превыше всего. Нет никаких доказательств принадлежности меча Святославу, но его имя стало брендом. Значит, пора делать громкие заголовки и продавать новости как горячие пирожки. А меч и правда классный… Фото: из архива клуба «Медвежий Двор», социальной сети «ВКонтакте», Carl Koppeschaar http://ludota.ru

В России снабжение армии оружием всегда находилось под жестким контролем руководства страны Изучение материалов Российского государственного архива древних актов (РГАДА) дало возможность открыть еще одну малоизвестную, но весьма интересную страницу истории Лопасненского края (ныне Чеховский район Московской области). Оказывается, в середине XVII века земли в окрестностях монастыря Вознесенская Давидова пустынь были своеобразным «особым районом», где по царскому повелению была налажена масштабная добыча стратегически важного сырья – «пищального доброго кременья», без которого невозможно было оснащение русской армии новейшим огнестрельным оружием. В 1645 г. на престол взошел 16-летний царь и великий князь всея Руси Алексей Михайлович Романов, будущий отец первого российского императора Петра Великого. Это было время, когда Россия продолжала подниматься после катастрофы Смутного времени, восстанавливала свои силы, готовилась к борьбе за утраченные во время польской и шведской интервенции земли. Прежде всего, речь шла о Смоленске, Чернигове, Новгород-Северском, всей Левобережной Украине, Киеве, находящихся под властью Речи Посполитой. Уже тогда ставилась задача возвращения русских позиций в Прибалтике и выхода к Балтийскому морю. Кроме того, дальнейшее расширение владений Московской Руси на юге, в бескрайнем заокском Диком Поле, также требовало серьезных военных усилий. Одним словом, в обозримые десятилетия предстояла упорная и затяжная как политическая, так и вооруженная борьба Руси с весьма сильными противниками – Польшей, Швецией и Крымским ханством, за которым стояла Оттоманская империя. Черновик указа Алексея Михайловича о добыче кремня на Лопасне. С учетом этого началось и полным ходом шло коренное реформирование всей системы вооруженных сил. В 30-70 гг. XVII века общая численность походного войска увеличилась в 5-6 раз. И если к 1651 г. общее число ратных людей достигло 133 тыс. человек, то в конце 70-х годов царь мог сразу послать в поход 200-тысячную рать. Но главным стало начало создания русской регулярной армии, формирование хорошо обученных и вооруженных «полков нового строя». Эти полки стали основой регулярного войска, для которого в 1647 г. при царе Алексее Михайловиче впервые был составлен воинский устав «Учение и хитрость ратного строя». Таким образом, вопреки устоявшемуся мнению, национальная регулярная армия в России появилась раньше, чем во многих странах Западной Европы. Ключевой проблемой было вооружение армии новейшим огнестрельным оружием. Надо сказать, что первая половина XVII века – это время, когда, как и во всей Европе, в Русском государстве шло радикальное техническое перевооружение армии. Самым эффективным оружием того времени были ружья с кремневыми искровыми замками, которые шли на смену устаревшему, ненадежному и неудобному фитильному огнестрельному ручному оружию. На Руси ручное оружие с кремневыми замками (колесными или ударными) называли «самопалами» или «пищалями». Первые письменные упоминания о них относятся еще ко временам Ивана Грозного, 80-м годам XVI века. Тогда, в основном, они завозились к нам из-за рубежа. Но уже в первые десятилетия XVII века самопалы и пищали с кремневыми замками начали массово производиться и русскими мастерами. В Москве их продукция оптом и в розницу продавалась купцами Самопального или Пищального ряда. Устройство кремневого замка: 1 – курок, 2 – кремень, 3 – крышка, 4 – полка. Прицельная дальность стрельбы из гладкоствольной кремневой пищали составляла 100-150 м, а убойная сила пули достигала 200 м. По сравнению с устаревшим фитильным оружием, из кремневых ружей и пистолетов можно было сделать до 3 и даже, при усердной тренировке, до 5 выстрелов в минуту. Для тех времен это была фантастическая скорострельность, дававшая неоспоримое преимущество в бою. Все ратные люди «полков нового строя» (солдаты, драгуны, гусары, рейтары и др.) получали из казны достаточно единообразное кремневое оружие. Введение именно такого, «высокотехнологичного» оружия значительно повышало боеспособность русского войска. Изготовление оружия и оснащение им армии всегда было важнейшим «государевым делом». Именно поэтому добыча и специальная обработка кремня, без которого тогда не могло стрелять новейшее ударно-искровое ручное оружие русской армии, находились под жестким контролем государственного военного ведомства – Разрядного приказа. А при необходимости возникающие проблемы разрешались именными царскими указами. Пищали, изготовленные для царя Алексея Михайловича московскими мастерами. Судя по обнаруженным архивным документам, в среднем течении Лопасни в XVII веке было обнаружено достаточно много каменного сырья, отвечающего самым высоким требованиям к оружейным кремням. На землях дворцовой Хатунской волости и монастыря Давидова пустынь немедленно началась их активная добыча, которая была поручена «торговому человеку Пищального ряда Лучке (Луке – прим. авт.) Жукову»: «…По государеву цареву и великого князя Алексея Михайловича всея Русии указу …уговорщику Пищального ряду, торговому человеку Лучке Жукову… Ехать ему в Хатунскую волость в деревню Бовыкину и в Довыдову пустынь по реке Лопасне для того, что в нынешнем во 7158 году (1649 г. – прим. авт.) октября в 11 день уговорился он, Лучка, в Розряде поставить пищального доброго кременья пятьсот тысяч…». Полмиллиона оружейных кремней – масштаб нешуточный. Ими можно было оснастить огнестрельное оружие не одной тысячи ратников. Обращает на себя внимание срочность и важность безусловного исполнения этого «гособоронзаказа XVII века», а также строгий запрет на несанкционированную добычу «огненного камня»: «…И по государеву цареву и великого князя Алексея Михайловича всея Русии указу… ему то кременья наемными людьми делать тотчас, чтоб ему то кременья по уговору в государеву казну к сроку изготовить безо всякого мотчанья (промедления – прим. авт.). А по государеву указу опричь ево, Лучки, по реке по Лопасне …никаким людям кременья ломать не велено, покамест он, Лучка, по уговору кременья в государеву казну поставит. А буде хто опричь ево, Лучки, по реке Лопасне по берегам кременья учнет копать – и на тех людей по государеву указу велено имать денежную большую пеню». Масштабы развернувшейся добычи кремня, вероятно, были настолько велики, что вызвали недовольство монахов Давидовой пустыни, которые жаловались царю Алексею Михайловичу на то, что крестьяне копали ямы даже в полях и при этом портили посевы. В свою очередь Лука Жуков также «бил челом» государю на игумена Давидовой пустыни, который воспротивился исполнению царской воли о добыче кремня: «…Милосердый государь царь и великий князь Алексей Михайлович всея Русии, пожалуй миня, сироту своего, вели, государь, о том кременье на сильных дать свою государеву грамоту, чтоб, государь, в твоей государеве казне в том порухи не было…». В архиве сохранился царский указ от ноября 7158 (1649) г., однозначно свидетельствующий о том, что при разрешении этого конфликта приоритет был отдан интересам оборонного ведомства: «…От царя и великого князя Алексея Михайловича всея Русии Довыдовы пустыни игумену… И бил нам челом Лучка Жуков, что он в Хатунской волости в деревне Бовыкине наемными людьми кременья делает, а в Довыдовы пустыни в лесу в овраге, где преж сего кременья делали, ему те кременья делать не дали… И как к тебе наша грамота придет и вы б уговорщику Лучке Жукову в Довыдовы пустыни, где наперед сего кременья делали в овраге и где даведетца, велел делать безо всякого мотчанья, чтоб за тем нашему делу мотчанья не было». Вознесенская Давидова пустынь. Судя по всему, подряд 1649 г. Лукой Жуковым был выполнен полностью и в срок, а оружейный кремень оказался весьма качественным, «добрым». Поэтому уже в июне следующего 1650 г. по царскому указу последовал еще более крупный государственный заказ – уже на 900 тысяч (!) оружейных кремней: «…Торговому человеку Лучке Жукову в государевой дворцовой в Хатунской волости и в монастырских вотчинах, где кременья есть по реке Лопасне, зделать наемными людьми пищального кременья доброво девятьсот тысяч…». На этот раз контроль за неукоснительным исполнением «государственного оборонного заказа» был возложен на князя Алексея Львова, который возглавлял тогда приказ Большого дворца, ведавший всеми царскими вотчинами: «…Ис приказу Большого дворца послать государеву грамоту в Хатунскую волость к прикащику и в монастырские вотчины ко властям, велеть в Хатунской волости и в монастырских вотчинах по реке Лопасне, где кременья есть, уговорщику Лучке Жукову кременья делать наемными людьми…». Известно, что крестьяне Бавыкина, Старого Спаса, Баранцева, Попова и других селений нынешнего Чеховского района и в дальнейшем, почти два века, вплоть до середины XIX столетия, добывали в окрестностях Вознесенской Давидовой пустыни кремень и поставляли его для «надобностей войска». Так что во всех крупнейших сражениях – от Полтавы до Бородина – солдаты, офицеры и генералы Российской армии сжимали в руках грозное оружие, разившее врага с помощью «доброго кременья», добытого крестьянами на берегах тихой и светлой подмосковной речки Лопасни. Автор: Юрий Александрович КОБЯКОВ – полковник запаса, Антон Сергеевич РАКИТИН – сотрудник РГАДА Первоисточник: http://oborona.ru

Автор забыл, что для Руси и России основной вопрос был, вопрос веры. Русь стала правоприемницей Византии и православной веры. Поэтому основной вопрос был в возврате Константинополя. На что Османская империя пойти не могла.

Правление династии Эпартидов Известно, что после смерти царя, престол в Эламе наследовал его брат, “управитель Элама и Симаша”; старший сын умершего царя, правитель Суз, становился “управителем Элама и Симаша”, то есть наследником престола; а правителем Суз становился старший сын нового царя. Но это было лишь в идеальном случае, а в действительности указанный порядок часто нарушался из-за достаточно высокой смертности даже среди представителей правящей верхушки. К сожалению, мы не знаем, кто был “управителем Элама и Симаша” при Эпарти, и занимал ли кто-нибудь эту должность с соответствующим титулом, так как по имеющимся источникам наследником Эпарти стал его “любимый сын” Шилхаха. На основании надписи “любимый сын” некоторые учёные сделали вывод о том, что Шилхаха не был старшим сыном Эпарти, но это вряд ли справедливо. Большую роль в формировании состава династии Эпартидов сыграла дочь Эпарти, имени которой мы не знаем, и которую сохранившиеся надписи именуют “сестрой Шилхахи”. Позднейшие Эпартиды получали право на престол только в том случае, если могли доказать своё происхождение от “сестры Шилхахи”. Некоторые исследователи считают этот обычай пережитками матриархата, но, скорее всего, линия прямых потомков самого Шилхахи довольно скоро пресеклась. Итак, Эпарти при своей жизни сделал сына Шилхаху суккаль-махом, аттой и царём (правителем) Аншана и Суз; фактически Шилхаху становился соправителем своего отца Эпарти, но если Эпарти обязан был постоянно находиться в Сузах, то Шилхаху мог и должен был передвигаться по всей стране. Аттахуша был назначен суккалем и тепиром (главным писцом) народа Суз, причём в надписях он назван руху-шаком, что может означать две возможности: он был или сыном Шилхахи, или его племянником. Подобное разделение власти носило любопытный характер: так распоряжения суккаль-маха относительно территории Сузианы должны были утверждатьсяя суккалем, правителем Суз, и только после этого они ступали в силу. Эпарти правил в период , который приблизительно оценивается в 1850-1830 гг. до Р.Х. Подробностити егправленияия нам пока не слишком известны кроме того факта, что он успешно отразил вторжение вавилонского царя Сабиума (или Сабу-у, правил1845-1831). Эпарти наследовал его сын Шилхаху, правивший примерно в период 1830-1800 гг. до Р.Х., который первым стал называть себя суккаль-махом, то есть верховным правителем, а также царём Аншана и Суз. Но после его смерти последний титул надолго исчезает из титулатуры правителей Элама. Возможно, это связано с тем, что Шилхаху проиграл войну вавилонскому царю Апиль-Сину (правил 1831-1812), но подробности этих событий нам пока неизвестны. Следует сказать и несколько слов об человеке, который известен как суккаль Суз по имени Аттакхушу (1835-1805 гг.). Считалось, что он был племянником Шилхахи, но суккаль-махом так и не успел стать. Впрочем, в последнее время появились и другие предположения, о которых я скажу позже. Аттакхушу известен прежде всего своей активной деятельностью в качестве строителя в Сузах: он продолжал строительство большого храма богу Иншушинаку, начатое ещё его дедом Эпарти, и завершил строительство храма богу Луны — Напиру. Да и сам Аттакхушу посвятил различным богам несколько святилищ. Аттакхушу также раздвинул границы Суз: он построил на западном берегу реки Улай укреплённый дворец и соединил его с Сузами новым мостом. Следующим суккаль-махом стал Ширктух I (Ширукдух, правил 1800-1770), племянник или даже сын Шилхахи. При нём суккалем Суз стал Сивепалар-хухпак. Известно, что Ширктух I активно вмешивался в дела Месопотамии, что его в конце-концов и сгубило. Вавилоном тогда правил Хаммурапи (1793-1750), который активно расширял свои владения. Всё время возникали различные коалиции, состоявшие из правителей Вавилона, Мари, Эшнунны и других городов-государств. В 1772 году Ширктух I заключил союз с правителем Эшнунны Ибаль-пи-Элем II (правил 1779-1765) и вскоре союзные войска осадили город Рацама (Рапикум). Однако Хаммурапи в союзе с правителем Мари Зимри-Лимом (правил 1775-1759) в 1770 году разгромил осаждавших, и возможно именно в этом сражении погиб Ширктух I. Во всяком случае, таблички из Мари того периода говорят о том, что “суккаль Суз и Элама был убит”. Впрочем, вполне возможно, что это сообщение относится к смерти следующего суккаль-маха — Симутварташа (правил 1770-1768), младшего брата Ширктуха I. Во всяком случае он правил очень недолго и, возможно, погиб в борьбе против вавилонян. При нём суккалем Суз стал Кутчулуш I. Его сменил Сивепалар-хухпак (правил 1768-?), занимавший при Симутварташе пост управителя Элама и Симаша. Теперь этот пост занял Кутучулуш I, а суккалем Суз стал Шуллим-Кутур, известный только по надписям из Мари. Первые четыре года правления Сивепалар-хухпака ознаменовались значительными политическими и военными успехами, так что в позднейших царских списках Элама его всегда вносили в число великих правителей. Впрочем, смотрите сами на его деяния. С первых же дней своего правления Сивепалар-хухпак стал искать союзников для борьбы против нарастающего могущества Вавилона, который стремился к гегемонии во всей Месопотамии, но делал это последовательно, шаг за шагом, чему немало способствовало и длительное правление Хаммурапи — 43 года на троне. Сивепалар-хухпаку удалось привлечь на свою сторону правителей Эшнунны, Малгиума, Субарту, а также царицу Навара, которая обязывалась выставить десять тысяч воинов для борьбы против Хаммурапи, но 10 000 — это скорее всего просто ритуальный оборот, обозначавший союзнические обязательства. Образовавшаяся коалиция сразу же достигла значительных успехов и потеснила армии вавилонян, но вскоре среди союзников возникли разногласия. Сивепалар-хухпак и другие его союзники в 1766 годы совместно выступили против правителя Эшнунны Ибаль-пи-Эля II и осадили город. К союзникам, несмотря на свои дружеские отношения с правителем Эшнунны, примкнул и правитель Мари Зимри-Лим, который надеялся извлечь для себя выгоду из создавшейся ситуации. Весной 1765 года город Эшнунна был захвачен союзниками и владения Ибаль-пи-Эля поделены между ними. Сивепалар-хухпак присоединил к своим владениям Эшнунну, сделав его своей резиденцией, поставил в городе эламский гарнизон, а всех воинов побеждённой армии он включил в состав своей победоносной армии. Урвал свою долю и Хаммурапи, наблюдавший за этой схваткой со стороны; он прихватил города Маниксум и Ули. Примерно на год-полтора Сивепалар-хухпак стал гегемоном в Месопотамии; это был его звёздный час, но удержать свои позиции он не смог, так как недооценил силы Вавиллона и мудрость его правителя. Хаммурапи не стал вести войну сразу с силами всей коалиции, а начал бить союзников по частям. Первым понял, куда дует ветер Зимри-Лим, переметнувшийся на сторону Хаммурапи ещё до начала его победоносных походов. По другой версии, Зимри-Лим просто не успел присоединиться к войскам коалиции. Хаммурапи поочерёдно разгромил армии всех союзников, а затем настал черёд и войску Сивепалар-хухпака, которое было разгромлено вавилонянами в 1764 году. Хаммурапи очевидно не штурмовал Сузы и не ставил там свой гарнизон, но с тех пор Сивепалар-хухпак именовал себя просто “правителем Элама”, а царский титул исчез. Очевидно Элам на какое-то время попал в вассальную зависимость от Вавилона, а о гегемонии в Месопотамии правителям Элама пришлось на некоторое время забыть, да и территория государства несколько съёжилась. После окончания этой серии войн Хаммурапи с гордостью начертал, что он победил "войско Элама, напавшее с границы Варахсе, а также субареев, кутиев, Эшнунну и Малгиум, которые участвовали в походе своими войсками". Следует отметить, что окончательно Эшнунну, которую в 1764 году возглавил Цилли-Син, Хаммурапи удалось захватить в 1762 или 1761 году. Имеются некоторые основания предполагать, что после поражения от Хаммурапи, Сивепалар-хухпак совершил успешный поход против племён Иранского нагорья. От времени правления суккаль-маха Сивепалар-хухпака сохранилась только одна, да и то сильно повреждённая надпись. Приведу несколько фрагментов из сохранившихся фрагментов (извините за повтор!) этой надписи: "О, бог Иншушинак, владыка верховного города [Суз]! Я, Сивепалар-хухпак, умножитель царства, правитель Элама, сын сестры Ширктуха. Во имя моей жизни, во имя жизни моей матери почитаемой, моих младших родственников и их детей я [посвятил этот храм]... О, бог Иншушинак, великий властелин! Я, Сивепалар-хухпак, принося жертвы, взываю к тебе — услышь мою мольбу! В течение дня и ночи, чтобы заслужить твою милость, я поистине принёс тебе в жертву народ Аншана и Суз!.. Пусть врагов пожирает огонь, да будут повешены на столбах их союзники! Сожжённые, истерзанные, закованные в кандалы, пусть будут брошены к моим ногам!" Обратите внимание, что Сивепалар-хухпак уже не именует себя царём Элама. Вальтер Хинц в том числе и на основании слов “умножитель царства” в этой надписи сделал предположение об успешном походе Сивепалар-хухпака на Иранское нагорье. Стоит честно отметить, что о деятельности Сивепалар-хухпака после поражения от Хаммурапи практически ничего не известно. Мы не знаем, правил ли он страной от имени Хаммурапи, или последний назначил на правящие должности своих ставленников. Об этом у нас нет никакой достоверной информации, и эта лакуна охватывает период до 1745 года, когда новым суккаль-махом Элама стал Кутчулуш I, младший брат Сивепалар-хухпака. Возможно, причиной принятия старого титула правителем Элама, стал начавшийся после смерти Хаммурапи упадок Вавилона при его преемнике Самсу-Илуне (1750-1712). Больше о правлении Кутучулуша I нам практически ничего не известно, кроме того, что вскоре после принятия нового (старого) титула, он назначил суккалем Суз своего сына Кутир-Наххунте I (правил 1730-1700).

Вокруг трона Смерть Шереметева В марте 1893 года император Александр III был очень огорчён смертью Владимира Алексеевича Шереметева (1847-1893), генерал-майора свиты ЕИВ и командира Собственного ЕИВ конвоя. В.А. Шереметев был женат на Елене Григорьевне Строгановой (1861-1908), дочери Великой Княгини Марии Николаевны (1819-1876) от её морганатического брака с графом Григорием Александровичем Строгановым (1824-1787). После смерти графа Александра Григорьевича Строганова (1795-1891), первого почётного гражданина Одессы, получил наследство в 2 500 000 рублей, но воспользоваться им не успел. Император очень любил Шереметева, был с ним на “ты”, а после его смерти оплатил долги покойника в 800 000 рублей из своих средств. Вышнеградский и Абаза Знаменитый учёный Иван Алексеевич Вышнеградский (1831-1895) был к тому же и сильным финансистом и в период 1887-1892 годов занимал пост министра финансов. Обладая обширной инсайдерской информацией Вышнеградский не удержался и повёл большую биржевую игру. Но так как сам министр финансов играть на бирже не мог, то Вышнеградский вёл игру на бирже от имени своего зятя Николая Ивановича Филипьева (1852-?), который будучи капитаном лейб-гвардии Павловского полка и действительным статским советником занимал пост директора международного коммерческого банка в Москве. Вышнеградский прекрасно знал, какие бумаги будут повышаться в цене, а какие понижаться, и отдавал соответствующие приказы о покупке или продаже бумаг. В сравнительно короткий срок он составил себе состояние в 10 миллионов рублей, играя, в том числе и на повышение курса рубля. Александр Агеевич Абаза (1821-1895), который был министром финансов ещё в 1880-1881 годах, при Вышнеградском в 1890-1892 гг. занимал пост председателя комитета финансов. Абаза играл на понижение курса рубля, а также уговорил Вышнеградского скупать золото не только для себя, но и для увеличения финансового могущества Империи. Витте ломает игру В какой-то момент в эти игры финансистов вклинился Сергей Юльевич Витте (1849-1915), который с 1889 года был начальником Департамента железнодорожных дел при Министерстве финансов. Кстати, именно при Витте тогда и появились в пассажирских поездах подстаканники для питья чая. В 1892 году, используя свою близость к императору, Витте доложил ему о том, что Абаза играет на бирже. Закладывать Вышнеградского Витте не осмелился. Результатом действий Витте стало то обстоятельство, что Абазу не только не назначили на пост директора Департамента экономии, но он вообще не вошёл в состав членов этого заведения. Считая, что против него никаких улик нет, Абаза н6ачал писать оправдательную записку на имя Государя, но в это время Витте прислал ему копии счётов Абазы с Абрамом Исааковичем Заком (1828-1893), занимавшем пост директора Петербургского учётного и ссудного банка. Увидев, что улики против него есть, и довольно значительные, Абаза остановился со своей запиской. Николай Иванович Филипьев был мужем Софьи Ивановны Вышнеградской (1859-1895?). Сравнение двух министров Когда Витте сменил Вышнеградского на посту министра финансов, известный московский предприниматель Константин Васильевич Рукавишников (1848-1915) так сравнивал двух министров: "Вышнеградский тем хорош, что он умел вывернуть человека, то есть расспросить у него всё, как торговля, как биржа, в чём недостатки, какое ваше мнение о том или другом. А у Витте - либо можно, либо нельзя; выслушает и решает, а до человека и того, что он знает, ему нет дела. А знает он очень мало". Скандал из-за репутации В начале весны 1893 года при дворе произошёл небольшой скандал. Императрица Мария Фёдоровна (Дагмара Датская, 1847-1928) во время приёма во дворце не подала руки министру внутренних дел Ивану Николаевичу Дурново (1834-1903). Скандал! А в чём причина? Кто-то из окружения Императрицы рассказал Её Величеству, что жена Витте является дамой не слишком строгих правил. Государыня сообщила об этом Александру III, а тот спросил об этом у И.Н. Дурново. А у кого же ещё царю спрашивать, как не у своего министра внутренних дел? Иван Николаевич сказал царю, что это неправда, что вторая жена Витте действительно является разведёнкой, но она совершенно порядочная женщина. Государь рассердился и пришёл к жене: "Вот твои дуры наговорили на жену Витте, а она — порядочная женщина". Мария Фёдоровна рассказала об этом своим “дурам”, “дуры” собрали подробности и доложили императрице, что это И.Н. Дурново рекомендовал Государю госпожу Витте как порядочную женщину. Вот Мария Фёдоровна и рассердилась на Дурново. Впрочем, ведь слухи росли не на пустом месте, так как с Марией Ивановной Лисаневич (урождённая Матильда Исааковна Нурок, 1863-1924), своей второй женой, С.Ю. Витте начал встречаться ещё до её официального развода. Иван Николаевич Дурново был министром внутренних дел в 1889-1895 годах, а потом до 1903 года был председателем Кабинета министров. Мститель В 1893 году Пётр Павлович Дурново (1835-1919) был очень уважаемым и состоятельным человеком. Ещё, он своё время был управляющим Департамента уделов, затем харьковским и московским губернатором, а с 1890 года получил звание генерала от инфантерии. Все должности и награды Петра Павловича перечислять не имеет смыла, так как это список будет очень длинным, а с 1891 года он был гласным Петербургской городской думы и имел около 300 000 рублей годового дохода. В начале весны 1893 года в Петербург приехал старый помещик некто Могилин, которому было не меньше 80 лет. Этот Могилин вызвал из комиссии господина П.П. Дурново и два раза ударил его плетью по лицу, ударить в третий раз он не успел, так как его скрутили подоспевшие сторожа. Выяснилось, что когда Дурново был Харьковским губернатором (1866-1870), у этого помещика Могилина было какое-то дело с князем Виктором Васильевичем Голицыным (1835-1885). В суде первой инстанции то дело выиграл Могилин, но тут вмешался П.П. Дурново в качестве губернатора, сумел повлиять на всех судей и прочих, так что в результате тот процесс выиграл князь В.В. Голицын. Могилин был разорён, вскоре от горя умерла его жена, потом — сын. И вот через много лет Могилин мстителем приехал в Петербург. П.П. Дурново постарался замять этот инцидент и не стал заводить дела против Могилина. Смерть Алексеева 12 марта 1893 года в своём кабинете в здании московской городской Думы был застрелен предприниматель и московский городской голова Николай Александрович Алексеев (1852-1893). Убийцей Алексеева оказался некий душевнобольной Василий Семёнович Андрианов. Он некоторое время лечился в психиатрической клинике в Петербурге, но был выпущен на свободу, как не представляющий опасности, и приехал по каким-то делам в Москву. В тот день Алексеев вёл приём посетителей, выглянул в коридор, чтобы посмотреть, много ли ещё посетителей, и получил пулю от Андрианова, сидевшего в коридоре со свёртком в руках. Но мы говорили об Алексееве, который первые несколько часов после рокового выстрела не чувствовал никаких болей, и врачи поэтому посчитали, что никакой опасности для жизни пациента нет. К утру у него начались боли, новый консилиум, 2 1/2 часа операции — и всё это время Алексеев был в сознании и даже шутил. Одному из смотрителей городского водопровода он сказал: "У вас трубы с трещинами, а теперь и голова с трещиной". Так как никаких подробностей о смерти Алексеева в газетах не разрешили печатать, то тут же по городу, да и по всей стране, поползли различные слухи. Один из подобных слухов гласил, что Алексеев якобы соблазнил сестру Андрианова, но у Андрианова никакой сестры не было. Даже Александр III, когда позднее проезжал в Крым через Москву, выразил сожаления о смерти Алексеева и сказал: "А сплетник Петербург говорил, что тут замешана женщина". Через несколько дней Андрианов попросил к себе прокурора, и когда тот приехал, спросил его: "Ну, что Москва, ликует?" Прокурор ответил: "Плачет". И действительно, за гробом с телом Алексеева шло более 200 000 человек. Андрианов удивился: "Странно. А я думал, что я услугу оказал Москве. Как же это “ Русские Ведомости” бранили его?" Когда Алексей Сергеевич Суворин (1834-1912) узнал об этой беседе, он спросил у Рукавишникова: "Почему “ Русские Ведомости” против Алексеева?" Рукавишников разъяснил: "Очень просто. Они как стали на 60-х годах, так и стоят. Дума - это, по их мнению, приготовление к конституции, она должна искать прав, а Алексеев занимается только делом". Суворин к этому объяснению добавил: "Царь о нем сказал:“Я любил его за то, что не занимался политикой, а только делом”". А.А. Татищев Александр Александрович Татищев (1823-1895) был пензенским губернатором в 1872-1886 годах. Покинув свой пост, он перебрался в Петербург, где сначала был назначен сенатором, а в 1892 году стал членом Государственного совета. А.А. Татищев был весьма уважаемым человеком и на старости лет мечтал стать министром земледелия, но что-то не срослось, Александр Александрович очень огорчился, обиделся и уехал в Москву. После смерти жены, Лидии Арсеньевны Жеребцовой (1822—1891), при Татищеве обреталась какая-то другая дама, которая перед отъездом сказала: "Ну, слава Богу, последний четверг. А то говорят, перестраивают Россию, а она живёт себе, как ей угодно. Только по воде плетью бьют". За Татищевым трогательно ухаживал министр путей сообщения Аполлон Константинович Кривошеин (1833-1902), который предоставил ему для переезда свой вагон. Говорили, что Татищев частенько призывал своего секретаря и читал ему свои проекты, поясняя: "Ведь в Государственном совете все хамы. А я — барин".

Блистательная Порта стала первым многонациональным государством в мире Турция почти пять веков была врагом номер один Московского царства и Российской империи. С 1568 по 1918 год эти страны провели 13 больших войн, из которых только две – Прутский поход 1710–1711 годов и Крымская война – были проиграны русскими. Мало того, с начала XVI века по 1769 год Россия отражала регулярные, часто ежегодные, набеги татар – вассалов Оттоманской империи. А с начала XIX века по 1864 год русские войска вели непрерывные бои с горцами Кавказа, которых поддерживала Турция – деньгами, оружием и военными инструкторами. При царизме все, от западников до славянофилов, поносили османов, считая их дикими варварами, недостойными существования в цивилизованном мире. Советские же историки добавили еще и «классовый взгляд»: «Турецкое государство складывалось как военно-феодальное, грабительское государство; террористический режим, установленный завоевателями, надолго закрепил все самые худшие стороны феодального строя». КРЕСТНИЦА КРЕСТОВЫХ ПОХОДОВ Своим рождением Оттоманская империя обязана… крестовым походам. В России долгое время крестоносцев изображали благородными, хотя и наивными рыцарями, жертвовавшими благополучием и жизнями ради своих убеждений. Увы, крестовые походы были не движением гуманистов, желавших освобождения угнетенных народов от варваров-басурман, а наоборот, вторжением невежественных дикарей-грабителей в арабские страны, чья культура и наука опережала Запад на несколько веков. Подавляющее большинство населения Европы и Америки уверено, что Византия погибла под ударами турок. Увы, причиной гибели второго Рима стал четвертый крестовый поход, в ходе которого в 1204 году западноевропейские рыцари взяли штурмом Константинополь. В том же 1204 году крестоносцы на части территории Византийской империи основали так называемую Латинскую империю со столицей в Константинополе. Русские княжества не признавали этого государства. Русские считали законным властителем Царьграда императора Никейской империи (основанной в Малой Азии). Русские митрополиты продолжали подчиняться константинопольскому патриарху, жившему в Никее. В 1261 году никейский император Михаил Палеолог вышвырнул крестоносцев из Константинополя и восстановил Византийскую империю. Увы, это была не империя, а лишь ее бледная тень. В империи, как в колонии, хозяйничали генуэзцы. Они, кстати, колонизировали все побережье Черного моря от устья Дуная до Батума. Слабость Византийской империи усугублялась внутренней нестабильностью. Наступила агония второго Рима, и вопрос был лишь в том, кто станет наследником. Вскоре крестоносцы потеряли все анклавы в Азии. В 1268 году египетский султан отвоевал Антиохию, в 1289 году – Триполи, в 1291 году – последнюю крепость крестоносцев на Востоке – Акру. Король Иерусалима перебрался на остров Кипр. Венецианцы завладели двумя десятками островов Эгейского моря, островом Крит, Ионическими островами, а также стратегически важными крепостями на полуострове Пелопоннес – Корон и Модон. В 1492 году закончилась реконкиста, то есть война Кастилии, Арагона и Португалии против мавров в Испании. Рухнул последний анклав мавров – Гранадский эмират. А еще раньше, в 1479 году, произошло объединение Кастилии и Арагона в Испанское королевство. Увы, ни португальцев, ни испанское рыцарство не удовлетворило вытеснение мавров с Пиренейского полуострова. Им нужны были новые земли, деньги и рабы. Поначалу это могло дать лишь вторжение в Северную Африку. Во второй половине XV века португальцы захватили большую часть Марокко. Но основными направлениями экспансии Португалии стали Атлантический и Индийский океаны. Выход Португалии в океан официальные советские историки объясняли следующим образом: «К концу XV века из-за турецких завоеваний основной поток восточных товаров в Европу и европейских товаров в Азию пошел через Александрию. Арабы стали единственными торговыми посредниками, и европейцы переплачивали им в 8–10 раз дороже против цены на восточные товары на месте». Как видим, здесь, да и во многих отечественных и западных изданиях утверждается, что якобы турки перекрыли «основной поток восточных товаров в Европу». Иначе как наглой ложью назвать это невозможно. Вот я беру в руки «Атлас истории Средних веков», на страницах 17–18 «Экономическая карта Европы и Ближнего Востока в XI–начале XIII вв.». Ни одного сухопутного (караванного) пути в западной или центральной части Малой Азии нет. Вся торговля шла только через Проливы. Но, увы, не в Аравию и Индию, а лишь в порты Черного моря. Как в XII веке товары с Ближнего и Среднего Востока и Индии шли через порты Триполи, Бейрут, Акра, Яффа и Александрию, так и шли в начале XVI века, да и позже, после османского завоевания. Имела ли место переплата в 8–10 раз за сухопутный и морской транзит? Да, имела. Но виноваты тут в первую очередь пираты-рыцари с Кипра и Родоса, а также венецианские пираты с Крита и других островов. И вот Васко да Гама в мае 1498 года прибывает в Индию. После этого португальцы энергично принялись осваивать Индийский океан и стали каждый год отправлять туда большие эскадры, иногда до 20 кораблей, хорошо вооруженных артиллерией, с тысячами матросов и отборных солдат. Португальцы решили вытеснить из Индийского океана арабов и всю морскую торговлю там прибрать к своим рукам. Благодаря превосходству вооружения им это удалось. Но португальцы стали гораздо более жестокими эксплуататорами населения прибрежных областей Индии, а позже и лежащих дальше к востоку Малакки и Индонезии. От индийских князьков португальцы требовали изгнания арабов и прекращения всяких торговых отношений с ними. Португальцы стали нападать на все встречавшиеся им суда, как арабские, так и туземные, грабить их и уничтожать команды. 13 февраля 1502 года Васко да Гама во второй раз отправляется к берегам Индии. Теперь у него эскадра из 14 кораблей. Вот только один эпизод его плаванья у берегов Индии, описанный в бортовом журнале: «В этот момент нам встретилось большое судно с паломниками из Мекки, оно направлялось в Кожекоде. Узнав об этом, адмирал велел обстрелять судно из пушек и поджечь его. Затем последовала ужасающая резня… Обезумевшие от страха мавры хватали горящие уголья и бросали их в португальцев, а те отвечали из мушкетов». Расстрел судна длился четверо суток. В конце концов, уцелевшие арабы, спасаясь от пламени, бросились в море. «Море побагровело от крови. Из трехсот пассажиров судна в живых осталось только двадцать детишек, которых дон Васко снял с горящего корабля и которых наш священник сегодня утром окрестил». Не довольствуясь Индийским океаном, португальцы полностью захватили контроль над Красным морем и Персидским заливом. В стратегически важных точках они захватили крепости и беспощадно топили все мусульманские суда, благо, иных там не было. ТУРКИ-ОСВОБОДИТЕЛИ Итак, над исламским миром нависла страшная опасность. Португальцы появились в Красном море и Персидском заливе, испанцы одну за другой захватывали арабские крепости на африканском побережье Западного Средиземноморья. А из Персии двигались орды «красноголовых» головорезов. Взоры всех суннитов были обращены к Константинополю. Только османы могли спасти исламский мир. Вопреки мнению большинства отечественных и западных историков турецкие завоевания XV–XVI веков объясняются в первую очередь поддержкой народных масс, точнее большинства населения соответствующего региона или по крайней мере существенной его части. Попытки дать объективный анализ успехов турок крайне редки в отечественной и иностранной литературе. Так, Н.А.Иванов писал: «В XVI в. престиж османов был очень высок. Как на Востоке, так и на Западе было много поклонников турок, особенно среди угнетенной и эксплуатируемой части населения. На Балканах и в Венгрии, в Западной Европе и России «отыскивались, – говоря словами А.Е.Крымского, – большие группы людей, которые, каждая в силу далеко не одинаковых соображений и настроений, не только без ужаса помышляла о грозящей возможности турецкого нашествия и завоевания, но даже прямо желали этого». В арабском мире наблюдалась аналогичная картина. В Магрибе крестьяне и жители городов воспринимали турок не иначе как покровителей и спасителей. Тунисский историк Ибн Абу Динар (XVII в.) с радостью отмечал каждую победу османского оружия. У арабского анонима XVI века, составителя «аль-Газават» – героического повествования о подвигах братьев Барбаросса, а также в кабильских народных песнях турки-османы предстают как защитники простых людей, как отважные и искусные воины, беззаветно сражавшиеся с врагами ислама. В кабильском фольклоре высшей мерой похвалы было сравнение с турком. На Востоке, в частности, в Египте, преобладали такие же настроения. С течением времени они приобрели характер бездумной традиции, глубоко укоренившейся в сознании многих поколений. Даже такой египетский историк-аристократ, как Абд ар-Рахман аль-Джабарти (1754–1825), который от всей души ненавидел турок, отдавал дань этой традиции. «В начальную эпоху своего правления, – писал он, – они [османы] были самыми лучшими из тех, кто стоял во главе уммы после халифов, ведомых правильным путем». Туркофильство в арабском мире, как и в Европе, было основано на непомерной идеализации османских порядков. В грядущем приходе османов народ видел отрицание всех зол и пороков, присущих арабскому восточно-феодальному обществу. В противовес собственным правителям османы представали как поборники правды и справедливости, как защитники шариата, которым Аллах дарует победу. Взятие Константинополя в 1453 году и дальнейшие успехи турок объяснялись не иначе как божественным промыслом. Считалось, что сам Бог направляет оружие османов. Накануне османской оккупации в Каире часто говорили о вещих снах и видениях, предрекавших гибель мамлюкского султаната. О взятии Туниса в 1574 году, согласно народной молве, просил сам Сиди Махрез – святой покровитель города, который явился во сне Селиму II. Итак, подавляющее большинство мусульман-суннитов считали, что османы выполняют волю Аллаха. Ну а противоречить воле Всевышнего… Да что арабский мир! По всей Европе ходили фантастические слухи о царстве справедливости у османов. Появились даже туркофильские издания, к которым, замечу, султаны не имели никакого отношения. Так, рыцарственный «турок» из одноименной драмы поэта XV века Ганса Розенплюта защищает замученных купцов и крестьян. Он всегда на стороне бедняков, которые своим трудом кормили господ, «получая взамен за это лишь новые тяготы». Турок обещает «реформировать и наказать аристократический мир». А.Е.Крымской писал, что в произведениях Ивана Пересветова султан Мехмед II «с любовью обрисован как тип царя, который жестоко расправился с неправедными вельможами, но зато своей жестокостью к ним вводит в свою землю всеобщую справедливость». Пересветов восторгается Мехмедом II, велевшим с нерадивых и лживых судей живьем сдирать кожу, на которой написать: «Без таковые грозы не мочно в царство правды ввести». А первый социалист-утопист Томмазо Кампанелла (1568–1639) советовал во всем подражать мусульманам и «ввести ряд реформ на турецкий манер». Даже Мартин Лютер (1483–1546) утверждал: «Многие требуют прихода турок и их управления… Слышу я, что есть в немецких землях люди, желающие прихода и владычества турок, которые хотят лучше быть под турком, чем под императором и князьями». Морские гезы, боровшиеся с испанцами за свободу Нидерландов, носили шляпы с серебряным полумесяцем и вышитой надписью: «Лучше турки, чем папа». Греки на островах Эгейского моря ненавидели крестоносцев за преследования православной церкви и страшные поборы и видели в османах своих освободителей. Да, турки разрушили часть православных церквей, но в целом в империи имела место веротерпимость как к христианам, так и к евреям. «В европейских общинах XVI–XVII вв. наблюдался настоящий приступ османофильской эйфории. Евреи Европы рассматривали Османскую империю чуть ли не как рай на земле. После пятого Латеранского собора (1512–1517) турки-османы выступили в роли активных покровителей Реформации. Они всецело «поддерживали протестантское дело и руководство, где это только было возможно». В своих посланиях (намэ-и хумаюн) к «лютеранским беям Фландрии и других испанских владений» османские султаны осуждали католицизм, «отвергаемый как исламом, так и лютеранством», и призывали вождей нидерландских гезов координировать свои действия с морисками Испании и со всеми теми, кто борется против «папы и его мазхаба». СПРАВЕДЛИВОСТЬ ПО ПОНЯТИЯМ Спору нет, в Османской империи был хоть и своеобразный, но тем не менее феодальный строй, благо, иных экономических отношений тогда и быть не могло. Но турецкий феодализм можно с известной натяжкой назвать «народным феодализмом». Турецкие сановники в основном были выходцами из крестьян. И они везде представляли себя как защитников интересов простых тружеников земли. Султан Сулейман Великолепный требовал от своих пашей «обращаться с нашими подданными так, чтобы крестьяне соседних княжеств завидовали их судьбе». Селим I в завоеванном Египте раздавал бедноте мясо, освободил феллахов и бедных горожан от трудовой повинности в пользу армии, возложив ее на зажиточную часть населения. А под своими стихами, высеченными у каирского ниломера, он подписался: «Хадим аль-фукара Селим», то есть «Служитель бедняков Селим». Турки подчеркнуто жестоко наказывали за любое неуважение к крестьянскому труду. Хронист Бартоломео Георгевич во время персидского похода 1533 года «видел спахия, обезглавленного вместе со своим конем и слугой, потому что конь, оставшись без привязи, забрел на чье-то поле». Замечу, что за порчу без крайней необходимости крестьянских посевов в оттоманском войске казнили даже военачальников. Так было при завоевании Египта, Венгрии и других стран. Турецкие султаны впервые со времен Римской империи попытались создать многонациональное и многоконфессиональное государство. Причем это государство должно было основываться не только на строгих наказаниях, но и на справедливом, по понятиям турок, устройстве общества. Турки почти очистили Средиземное море от христианских пиратов. Они выгнали крестоносцев с Кипра, Крита, главного пиратского гнезда – Родоса и десятков других островов. Турецкий флот выбил португальцев из Красного моря. Турецкие эскадры ходили к берегам Индии и даже Индонезии. Султан Сулейман Великолепный заключил договор о военном союзе против Португалии с султаном княжества Аче на острове Суматра. Турки поставили Аче корабли и артиллерию, флотом Аче командовали турецкие офицеры. Несмотря на ряд побед португальцев в морских боях, захват османами азиатского и африканского побережья Красного моря нанес тяжелый удар претензиям португальцев на монополию торговли экзотическими товарами в Индийском океане. «Древний путь пряностей» был возрожден турками в 1550–1570 годах. Вся Западная Европа, за исключением Испании, Португалии и западных провинций Франции, снова стала снабжаться пряностями из стран Арабского Востока, теперь уже ставших частью Османской империи. Французский историк Ф.Бродель писал: «Через Красное море поступало столько перца и пряностей, сколько их ранее никогда не поступало». Так, в 1554–1564 годах турки через свои красноморские порты ввозили в Европу по 20–40 тыс. центнеров пряностей в год. И лишь в 70-х годах XVI века португальцы смогли несколько улучшить свое положение. В Европе имя Сулеймана Великолепного (годы правления 1520–1566) ассоциировалось с успешными походами в Венецию, Австрию, Западное Средиземноморье, Персию и т.д. Но сами турки звали его Кануни – Законодатель. Французский путешественник уже после смерти Сулеймана писал: «Турки во всем такие любители порядка, что соблюдают его в мелочах. Поскольку экономика и распределение продуктов составляют одну из основ поддержания порядка, они уделяют этому особое внимание, следя за тем, чтобы продуктов было много и распределялись они в разумной пропорции. Они никогда не станут продавать вишню или фрукты первого сбора на вес золота, как это делается во Франции… Если их надзиратели, которые совершают ежедневные обходы, обнаружат торговца, обвешивающего покупателей или продающего свой товар по завышенной цене, то немедленно будет примерно наказан или доставлен в суд. Поэтому там даже ребенка можно послать на рынок, не опасаясь, что его обманут. Нередко надзиратели за рынком, встречая ребенка, расспрашивают его, за какую цену он приобрел покупки. Даже взвешивают их, чтобы убедиться, не обманули ли дитя. Я видел торговца, который получил удары по пяткам за то, что продал лед по пять динаров за фунт… Торговца, обвешавшего покупателя, могут опозорить тем, что просунут его голову в отверстие доски, увешанной колокольчиками, которую он должен носить. Над торговцем в таком виде все окружающие смеются». Замечу, что ислам запрещал правоверным заниматься ростовщичеством, и Кануни строго следил за этим. Однако султан позволял заниматься ростовщичеством и различными финансовыми операциями христианам. Поэтому уже в XVI–XVII веках ряд греческих и армянских кланов составили себе огромное состояние. Разумеется, в Турции применялись и свирепые казни. Но не будем забывать, что на дворе был XVI век – век опричнины, Варфоломеевской ночи, аутодафе в Испании и Нидерландах и т.д. И если мы будем сравнивать законодательство Турции не с современным «либеральным» правом, а с законами или, точнее, беззаконием, которое творили западные и северные соседи Оттоманской империи, то Турция при Сулеймане Кануни представляется правовым государством и, не побоюсь сказать, оазисом справедливости в Европе и Азии. ГОРДЫЕ РАБЫ СУЛТАНА Важные государственные посты в Османской империи получали не благодаря титулам, а благодаря заслугам и уму. Европейские лидеры были поражены таким бурным расцветом Османской империи и хотели знать, в чем причина такого успеха. «Вы имеете в виду, простой пастух может стать великим визирем? – воскликнул Венецианский сенат, когда их посол рассказал, что происходило в империи, где каждый гордился тем, что он раб султана. – Высокое государственное лицо низкого происхождения? Сила ислама растет за счет второсортных людей, крещенных и воспитанных христианами? Невероятно!» Действительно. Восемь великих визирей Сулеймана были христианами и были привезены в Турцию рабами. Оттоманская империя в XV–XVII веках являлась единственным в мире крупным государством, в котором в мирное время была установлена полная веротерпимость, и человек любой конфессии не только мог свободно использовать свою веру, но и имел возможность владеть землей, флотилией торговых кораблей, банком и т.п. Управление иноверцами в Оттоманской империи велось в основном не непосредственно, а через руководство их конфессий. Возьмем, к примеру, одно из главных обвинений, предъявляемых туркам: «налог кровью», то есть отбор мальчиков-христиан в школы, готовившие янычар и чиновников. Так вот руководили этим процессом не султанские чиновники, а греческие попы. Самое забавное, что они иной раз брали взятки от мусульман, чтобы их детей, записав в христиане, отправили учиться. Представим на секунду русскую деревню даже не в XVI, а в XVIII веке. Прибывает чиновник из Петербурга отбирать детей крепостных крестьян в гвардейскую военную школу или в Лицей. Немедленно сбежалась бы толпа, и дело неминуемо бы закончилось дракой между родителями претендентов. Ни один отечественный автор не попытался сравнить положение крестьян (мусульман или христиан) в Оттоманской империи в XVI–XVII веках и крестьян во Франции, Речи Посполитой и России. Какие они имели права и сколько у них отбирали господа и государство? Увы, везде сравнение в пользу турок. Есть свидетельства современников, что крестьяне многих германских, венгерских и польских земель ждали прихода турок. В 1668 году гетман Петр Дорошенко отдался с большей частью Малороссии под власть султана Мехмеда IV. Лишь в сентябре 1683 года, после разгрома турецких войск под Веной, Мехмед IV отказался от власти над Малороссией. А то бы украинцы в 2018 году в Киеве торжественно отметили бы 350-летие «воссоединения украинского народа с великим турецким». Ну а в 1708 году многие тысячи донских казаков во главе с атаманом Игнатом Некрасовым ушли под покровительство турецкого султана, спасаясь от резни, устроенной петровскими воеводами. Почти одновременно и по тем же мотивам к туркам ушло почти в полном составе Войско запорожское. В 1733 году Анна Иоанновна разрешила запорожцам вернуться в Россию. Но в 1775 году Екатерина II разгромила Запорожскую Сечь, и опять значительная часть запорожцев подалась к султану. Замечу, что и некрасовцы, и запорожцы получили в Турции плодородные земли, и никто не заставлял их менять веру или обычаи. Что же погубило Великую Османскую империю? Деградация правителей, коррупция и сепаратизм чиновников, а также агрессия с запада и востока. Любопытно, что сами турки утверждают, что империю погубила женщина – Хурем – любимая жена Сулеймана Великолепного, более известная в Европе под именем Роксоланы. До этого турецкие султаны были воителями и посещали гарем (отдельно стоящий дворец) лишь на несколько часов для получения наслаждений. Но в 1541 году Сулейман Великолепный переселил Хурем к себе во дворец. Хурем оклеветала старшего сына Сулеймана Мустафу, и отец в гневе казнил его. После Сулеймана на престол вступил сын Хурем – гаремный затворник и пьяница Селим II. С тех пор гарем перестал быть только местом получения удовольствия, а стал частью султанского дворца, где жили сам владыка и его жены. Из воителей султаны превратились в затворников, постоянно живущих в гареме. На мой взгляд, куда больший вред империи нанесла бюрократия. До Сулеймана Великолепного все крупные чиновники на местах назначались султаном. Со временем наместники отдаленных регионов разбогатели и стали добиваться от Константинополя передачи власти их детям. Так, Северная Африка, Египет и ряд других областей на востоке империи из неотъемлемых частей унитарного государства постепенно превратились в полунезависимые территории со слабыми связями с метрополией. Ну а через три века Франция захватила Алжир и Тунис, Италия – Ливию, Англия – Египет, и пошло-поехало… ТУРЦИЯ, РОССИЯ И МЯТЕЖНИКИ Войны России и Турции – результат близорукости правителей обеих стран, неверно оценивших обстановку как в регионе, так и в мире. Россия не могла мириться с набегами крымских разбойников и не могла развиваться без выхода к Черному и Средиземному морям. Турецкое правительство столь же справедливо желало сохранить безопасность страны на севере и на Балканах. Разрулить ситуацию мог лишь военный союз между двумя державами, в котором Россия гарантировала бы неприкосновенность всех границ Османской империи, а Турция – свободный проход торговых и военных русских судов через проливы и надежную гарантию от проникновения в Черное море любого иностранного флота. При необходимости Россия должна была получить право постройки крепостей в Босфоре и Дарданеллах. У наших же царей возобладало желание выгнать турок из Европы. Правители Запада придерживались того же мнения, но хотели это сделать без усиления России, а наоборот, стремясь принести ей максимальный вред. Боюсь, что кто-то обвинит автора в туркофилии, вот, мол, Широкорад не пишет о зверствах османов в XIX–ХХ веках. Действительно, за два этих столетия миллионы греков, армян и турок стали жертвами межнациональных и межконфессиональных конфликтов, развязанных по вине Запада и туземных националистов. Вот характерный пример – знаменитая резня на острове Хиос в 1822 году. 10 марта 1822-го 2500 греческих пиратов с острова Самос высадились в бухте Мегас на острове Хиос, где ранее не было межнациональных и религиозных столкновений. Пираты и местные греческие люмпены устроили резню турок. Ну а 24 марта пришла турецкая эскадра с десантом, и одновременно вернулись несколько тысяч турок, бежавших с острова на материк, переплыв пролив шириной 5 км. И вновь началась резня, но на сей раз греков. Замечу, что на Хиосе вдоволь «порезвились» пятьсот «неверных» запорожцев под началом кошевого атамана Семена Мороза и войскового старшины Лоха. Кстати, Мороз – уроженец города Киева, а Лох – знатный польский шляхтич, уроженец Правобережья. В сражении на Хиосе кошевой и сложил свою буйную головушку. События на Хиосе вызвали огромный резонанс и волну филэллинизма в Европе. Утверждали, что турки убили около 20 тыс. островитян и повстанцев с других островов. Ну а сколько турок убили корсары и местная чернь, говорить было просто не принято. Да, собственно, реакция Запада на различные конфликты за 300 лет практически не изменилась. Вспомним оценку западными СМИ нападения Грузии на Южную Осетию в 2008 году или гражданской войны в Ливии в 2011-м. Автор: Александр Борисович Широкорад - историк Первоисточник: http://nvo.ng.ru

Со мной списался автор поста, и объяснил ситуацию. Обессоливание проводится, просто он не указал это. Приношу свои извинения, за недопонимание. С ув. Yorik

Первое попавшееся http://donovedenie.ru/blog/drevnie_udila_i_psalii/2013-02-18-173

Скифы, в железе такого сохрана редчайшая находка.

Я думаю, что на той площадке это бесполезно, это изначальное кредо их руководства. Сталкивался уже как-то...

Не решит проблему. Главное не насобирать, а проанализировать. Тут скорее надо запретить экспедиции, а посадить всех писать.

Вычитал на одном из форумов...

Разговаривал я как-то за все это со спецами и они обрисовали некую проблему. Накопано за это время очень много (архами), но все не описано и лежит в запасниках. Посмотрите, по тем же наконечникам стрел. Последние аналитические работы по железным и бронзовым были написаны в 60-х и все... Поэтому новое накопанное есть для них проблема, свое некуда девать...