Yorik

Послы и их жёны Ошибка или жест? Во время Нимвегенского конгресса 1678-1679 годов произошло обострение отношений между Швецией и Францией, вызванное поведением жён послов этих государств. Жена шведского посла графиня Оксеншерна, оправившись после родов, решила первый визит нанести супруге посла Испании. Что это было — ошибка или умышленный жест? Ведь Франция тогда претендовала на первенство в дипломатическом корпусе. Госпожа де Кольбер, супруга посла Франции, оскорбилась и дважды отказывалась принять госпожу Оксеншерна под предлогом недомогания, хотя она в те же часы принимала других дам. Ссора двух женщин привела к ссоре между графом Оксеншерна и господином Кольбером. Французские историки считают, что ссору между дамами можно было легко урегулировать, и взваливают вину за обострение отношений между странами на плохой характер графа Оксеншерна. Охлаждение между послами продолжалось до самого окончания переговоров в Нимвегене. Бенгт Габриэльсон, граф Оксеншерна (1623-1702). Магдалена, графиня Оксеншерна (1649-1727). Шарль Кольбер, маркиз де Круасси (1625-1696). Франсуаза-Маргарита Кольбер, маркиза де Круасси (?-1719). Вздорная маркиза Герцог де Сен-Симон в своих "Мемуарах" вспоминает и другой инцидент с маркизой де Круасси: "Размолвка госпожи де Круасси с супругой графа Оливекранца, первого посла Швеции, из-за сущего пустяка (ибо речь не шла ни о церемониале, ни тем более о делах), размолвка, начало которой положил по сути спор за карточным столом, зашла так далеко, что в неё вмешались и мужья. Ссора эта имела неприятные последствия для Франции, ибо шведский посол уехал, преисполнившись ненависти, и внушил это чувство членам Государственного Совета Швеции". Луи де Лувруа, герцог де Сен-Симон (1675-1755) – автор известных мемуаров. Йохан-Паулин Оливекранц (1633-1707). Жёсткий дипломат Когда кто-либо из послов устраивал приём для других посланников, то наиболее почётным считалось место справа от жены посла, устраивавшего приём. В 1701 году в Копенгагене приём устраивал российский посол. Справа от жены российского посла расположился министр-резидент австрийского императора при датском дворе господин Хансен. Посланник Пруссии господин фон Фирек потребовал для себя более почётного места по сравнению с резидентом. Так как господин Хансен не желал уступать, то господин фон Фирек с такой силой и яростью втиснулся между резидентом и женой российского посла, что чуть не перевернул стол со всеми угощениями. Андрей Петрович Измайлов (?-1714) – первый русский посланник в Дании в 1700-1707 гг. Адам-Отто фон Фирек (1684-1758). Две сатаны В 1643 году в Голландию прибыл посол Франции граф де Сервьен, который потребовал от принимающей стороны таких почестей, что принц Оранский согласился выехать им навстречу, а по прибытии нанёс им первый визит. Его жена, графиня де Сервьен, потребовала для себя таких же почестей от принцессы Оранской, но та категорически отказалась это делать. Жена французского посла также отказалась первой наносить визит, так что за всё время пребывания госпожи де Сервьен в Гааге эти две дамы так ни разу и не встретились. Граф Абель де Сервьен (1593-1659). Принц Фридрих-Генрих Оранский (1584-1647). Графиня Огюстина де Сервьен (?-1652). Принцесса Амалия Оранская (1602-1675). Уличный инцидент Вот инцидент, произошедший в 1702 году в Риме, который чуть было не привёл к вооружённому вмешательству Испании в дела папского государства. На одной узкой римской улочке встретились карета герцогини де Уседа, жены посла Испании в Риме, и карета кардинала Гримани. Никто не хотел уступать дорогу, вскоре между слугами обеих сторон завязалась драка, в которой слуги кардинала убили пажа и двух лакеев из свиты герцогини. Эта драка привела к волнениям в городе, так что папе Клименту XI пришлось послать на улицы города 4000 вооружённых стражников для наведения порядка. Посол Испании выставил охрану вокруг своей резиденции и вызвал из Неаполя корабль с солдатами. Климент XI был оскорблён такими действиями испанской стороны и приказал арестовать прибывших солдат, а также направил жалобу королю Испании на то, что испанский посол собирался штурмовать папскую резиденцию. Король Филипп V (1683-1746, король с 1700) приказал послу принести извинения Папе и уладить ситуацию с кардиналом Гримани. Пришлось герцогине первой послать кардиналу письмо с извинениями за насилие, учинённое её слугами. Кардинал Гримани в свою очередь засвидетельствовал герцогине своё глубокое уважение и выразил сожаление за действия своих слуг. В ответном послании герцогиня дала понять, что считает виновниками инцидента не кардинала, а трёх его слуг. Кардинал решил было уже уволить этих слуг, но тут за них заступилась герцогиня и попросила кардинала сохранить за ними их места. Изабель Мария Франциска Гомес де Сандоваль и Теллес Гирон, герцогиня де Уседа (1653-1711). Хуан Франсиско Пачеко и Мендоса Теллес Гирон, граф де ла Пуэбла Монтальбан, герцог де Уседа (1649-1718). Климент XI (1649-1721) – Джанфранческо Альбани, папа с 1700. Винченцо Гримани (1653-1710, кардинал с 1697). Склочная графиня В 1700 году в Гааге в довольно неприятную ситуацию попала жена шведского посла графиня Лильерот. 24 октября она была с визитом у графини Горн и застала там множество гостей. Когда графиня Лильерот хотела сесть на свободный стул возле камина, к нему же бросилась племянница графини ЛаЛек. Графиня Лильерот сделала девице реверанс и спросила: "Надеюсь, вы не будете возражать, мадемуазель, если я займу это место?" Племянница графини ЛаЛек ничего не ответила на это. Вроде бы нет причин для скандала, но графиня ЛаЛек думала иначе. Через несколько часов графиня ЛаЛек увидела графиню Лильерот на приёме у госпожи Суассо (жена банкира), беседующей с графом Дона. Кровь взыграла в графине ЛаЛек, она вскочила, схватила за руку мадемуазель де Немур (ей была нужна свидетельница) и резко двинулась к графине Лильерот. Подойдя вплотную к жене посла, графиня ЛаЛек резко и язвительно заговорила: "Сударыня! Я пришла сказать вам, что вы повели себя очень дерзко и бесцеремонно, когда давеча заняли место моей племянницы". Графиня Лильерот не стала связываться с грубиянкой, а просто отвернулась от неё, справедливо рассудив, что с оскорблением жены посла должен разбираться её муж-посол. Она ведь сначала решила, будто госпожа ЛаЛек собирается принести ей извинения за неучтивость своей племянницы, но, поняв в чём дело, не стала устраивать женскую перепалку на приёме. Общество же осудило поведение графини ЛаЛек и то, что она забылась на людях до такой степени. А ведь графиня ЛаЛек думала, что совершает превосходный поступок. Граф Лильерот решил не прощать оскорбление, нанесённое его жене, и направил целый меморандум Генеральным Штатам Соединённых провинций. Графиня Анна-Изабелла ван Нассау-ЛаЛек (1636-1716). Граф Александр Дона (1661-1728). Графиня Эва София Лильерот (1670-1733). Граф Нильс Эосандер Лильерот (1636-1705). Рахиль Суассо (1669-1749). Высокая честь Граф де Бриенн в своих воспоминаниях сообщает, что когда в 1625 году принцесса Генриетта Французская выходила в Англии замуж за короля Чарльза I (Карла I), госпожа де Шеврёз, супруга посла Франции, была удостоена чести перед первой брачной ночью подать королеве рубашку и проводить её в кровать. Анри-Огюст де Ламени, граф де Бриенн (1595-1666). Генриетта-Мария Французская (1609-1669). Чарльз I (1600-1649, король с 1625). Мария де Роган-Монбазон, герцогиня де Шеврёз (1600-1679). Клод Лотарингский, принц де Жуанвиль, герцог де Шеврёз (1578-1657). Причина папского декрета В 1701 году папа Климент XI давал аудиенцию императорскому послу в Риме графу Леопольду Йозефу фон Ламбергу (1653-1706) и выразил своё неудовольствие тем, что жена посла графиня фон Ламберг приказала поставить во всех церквях, где она бывала, скамеечки для молитвы, покрытые ковром. Папа опасался, что и жёны других послов последуют её примеру, а потому просил, чтобы графиня фон Ламберг ограничилась установкой таких скамеечек только в церквях для немцев. Графиня фон Ламберг проигнорировала просьбу папы, и тогда в 1707 году был издан декрет Конгрегации по обрядам, который запрещал жёнам послов использовать коврики для молитвы; храм, нарушивший этот декрет, отстранялся от совершения обрядов, а священник — отлучался от церкви. Катарина Элеонора, графиня фон Ламберг (1660-1704). Сдержанность кардинала В понтификат папы Климента XI это был не единственный декрет, направленный против жён послов. В сентябре 1705 года жена испанского посла герцогиня де Уседа посетила испанскую церковь св. Иакова и встала на подушечку, приготовленную для кардиналов. Кардинал Империали не стал ссориться с дамой, а ушёл на хоры и приказал слуге принести ему туда эту подушечку. Позже кардинал пожаловался папе, который от имени Конгрегации по обрядам повелел, чтобы ни одна дама, какой бы знатной она ни была, не смела в римских церквах занимать стулья, коврики или подушечки, предназначенные для молящихся кардиналов. Исключение делалось лишь для коронованных особ. Изабель Мария де Уседа (1653-1711). Джузеппе Ренато Империали (1652-1737).

Виктор Ардов и другие Как известно, прекрасный советский сатирик Виктор Ефимович Ардов не оставил никаких воспоминаний, хотя за всю свою жизнь встречался со многими известными людьми. Этот недостаток частично восполнил его сын, протоиерей Михаил Викторович Ардов в своих мемуарных книгах, откуда я и позаимствовал предлагаемые вам сюжеты. Виктор Ефимович Ардов (Зигберман, 1900-1976) – советский сатирик. Михаил Викторович Ардов (1937-?) – протоиерей. Забыл и - улыбнулся Виктор Ардов, как и многие другие современники, утверждал, что Михаил Зощенко читал со сцены свои рассказы без улыбки, даже мрачновато, а публика умирала от смеха. Ардов вспоминал: "Как-то я спросил Михаила Михайловича, отчего он так мрачно читает. На это он мне сказал:"Когда я сочиняю свои рассказы, я смеюсь так, что валюсь от смеха на диван. Но раз отсмеявшись над чем-нибудь, я уже больше никогда не смеюсь". Но вот однажды я заметил, что во время чтения какого-то рассказа Зощенко против обыкновения улыбнулся. Когда он окончил, я спросил его: "Почему вы улыбнулись?" Он отвечал: "Просто я забыл это место". Тебе идти... В двадцатые годы XX века Осип Брик ухаживал за первой женой Ардова, Ирой Ивановой. Как-то в одной компании Брик разговаривал с Ирой Ивановой, тут к ним подошёл Маяковский и обратился к Брику: "Ося, я звонил домой. От Лилечки уже ушли. Она говорит, что ей страшно находиться в квартире одной. Кому-нибудь из нас надо ехать..." Брик злорадно ответил: "Вот ты и поезжай, Володенька". Осип Максимович Брик (1888-1945) – литературовед. Ирина Константиновна Иванова - первая жена Виктора Ардова. Знакомый приёмчик Однажды Ардов с цирковым деятелем Данкманом гуляли в фойе московского цирка и обсуждали новый договор с Ардовым. Возле буфетной стойки Данкман протянул Ардову пирожное: "Угощайтесь, пожалуйста!" Ардов пирожное не взял и ответил: "Благодарю вас, не стоит. Я сейчас съем это пирожное, а потом буду вынужден уступить вам несколько сот рублей из моего гонорара..." Данкман разочарованно положил пирожное обратно: "Ах, вы этот приёмчик знаете". Александр Морисович Данкман (1888-1951) – цирковой и эстрадный деятель. Встреча Когда летом 1953 года Лидию Русланову выпустили из тюрьмы, жить в Москве ей было негде, и она поехала на Большую Ордынку к Ардовым, с которыми была дружна раньше. Русланова позднее рассказывала, что Ардов, едва расцеловавшись с ней, начал в своём стиле: "Лидка, я тебе сейчас новый анекдот расскажу..." Лидия Андреевна Русланова (1900-1973) – советская певица; имя при рождении Прасковья Андриановна Лейкина-Горшенина. Переиначил фамилию Однажды в Коктебеле известный московский адвокат Мария Сергеевна Благоволина рассказывала Михаилу Ардову, сыну известного сатирика: "А ты знаешь, как твой отец переиначил нашу фамилию?" Михаил Ардов удивился: "Нет, не знаю". Благоволина закончила: "В одном своём фельетоне, ещё в двадцатых годах, он так написал:"Известный гинеколог профессор Влагаболин…" Сергей Иванович Благоволин (1865—1947) – профессор, отец М.С. Благоволиной. Иван Игнатьевич Благоволин (1827-1905) – протоиерей, дед адвоката. Ардов-пророк Владимир Гиппиус был родственником известной поэтессы Зинаиды Гиппиус, и потому свои стихи подписывал псевдонимами, один из которых был “Басманов”. Виктор Ардов надписал ему свою новую книгу: "Сунь это в один из карманов — Отверженный Богом Басманов". Второй стих взят у поэта А.К. Толстого из его короткой поэмы “Василий Шибанов”. Владимир Гиппиус-Басманов умер от голода в блокадном Ленинграде уже 4 ноября 1941 года. Надпись на книге оказалась провидческой. Владимир (Вальдемар) Васильевич Гиппиус (1876-1941) – русский поэт. Граф Алексей Константинович Толстой (1817-1875) – русский писатель и поэт. Эпиграмма Ардова О баснях Сергея Михалкова Ардов отозвался эпиграммой: "Скажу про басни Михалкова, Что он их пишет бестолково. Ему досталась от Эзопа, Как видно, не язык, а жопа". Сергей Владимирович Михалков (1913-2009) – советский писатель. Последний том О советской литературе Виктор Ардов отзывался так: "В полном собрании сочинений любого нашего классика последний том должен иметь такой подзаголовок:"Письма, заявления и доносы". Крутой Леонидов Мхатовского актёра Л.М. Леонидова из-за его характера побаивался немного даже сам Станиславский, но тот был одним из самых талантливых членов театральной труппы... Когда мхатовцы плыли на корабле через Атлантический океан, они обедали в первоклассном ресторане и одевались к столу соответственно. Однако Леонидов постоянно приходил к столу без галстука, а то и вовсе без пиджака. Через пару дней Станиславский делает Леонидову замечание: "Леонид Миронович, тут один англичанин мне говорил... Он удивляется... Здесь положено являться к обеду тщательно одетым, а вы себе позволяете..." Леонидов гневно перебил Станиславского: "Что?! Покажите-ка мне этого англичанина. Да я ему сейчас..." Станиславский от неожиданности только и смог пролепетать невпопад: "Его тут нет... Он на минуточку сошёл с парохода". Леонид Миронович Леонидов (Вольфензон, 1873-1941) – народный артист СССР (1936). Любовь к фанфарам Когда во МХАТ’е хоронили кого-нибудь из основателей труппы, то при выносе гроба всегда звучали фанфары из финальной сцены спектакля “Гамлет”. Старики-основатели с пренебрежением относились к актёрам следующего поколения, и те отвечали им взаимной “любовью”. Например, талантливейший актёр Борис Добронравов, увидев в театре кого-нибудь из “стариков”, хорошо поставленным басом произносил: "Давно я, грешник, фанфар не слышал..." Борис Георгиевич Добронравов (1896-1949) – актёр, народный артист СССР (1937).

Сражение Различные письменные источники дают несколько отличающиеся картины событий, но все сходятся только в том, что флорентийцы потерпели сокрушительное поражение, причём, причины поражения приводятся различные. Начнём наш обзор сражения с “Хроники” Виллани. Он утверждает, что флорентийцы собрались возле ворот Сан Вито и ожидали, что их сторонники среди защитников Сиены откроют им этот вход в город. Сиенцы же выстроили возле этих ворот немецких рыцарей, за ними стояли остальные рыцари, а потом и отряды ополчения, то есть пехота. Когда же флорентийцы увидели выходящих из города немецких рыцарей и прочих всадников, то они перепугались. Однако их командиры быстро построили отряды ополчения и союзников в боевые порядки, а конница флорентийцев защищала, как обычно, своё карроччо со штандартами и знамёнами и Мартинеллу, располагаясь в центре боевого построения. Однако боевой порядок гвельфских сил был сразу же нарушен, так как пешие и конные сторонники гибеллинов из их лагеря стали перебегать на сторону противника, и "среди них были люди делла Пресса, Абати и многие другие". Немецкие рыцари основной удар нанесли по флорентийской коннице, которая не проявила большого мужества при защите своих боевых знамён. После сражения выяснилось, что флорентийская конница убитыми и пленными потеряла всего 36 человек. Но основной причиной поражения флорентийцев Виллани считает предательство, так как "когда немцы всей своей мощью обрушились на флорентийскую кавалерию, в гуще которой развевался штандарт конницы коммуны, изменник мессер Бокка дельи Абати, стоявший рядом с мессером Якопо дель Накка, мужем великой доблести из флорентийского рода Пацци, напал на него и мечом отсёк руку, в которой тот держал штандарт. Сам он пал на том же месте". Данте поместил упомянутого Абати в свой “Ад” и виделся там с этим предателем, однако весь приведённый эпизод является просто выдумкой, хотя и получил огромную известность. На самом деле, Бокка дельи Абати находился недалеко от Якопо дель Накка в тот момент, когда последний уронил знамя, но потом он переметнулся вместе с другими тайными гибеллинами на сторону сиенцев и вошёл потом во Флоренцию вместе с другими победителями. Сразу же после реставрации правления гвельфов в 1266 году, Абати вместе с другими гибеллинами был просто изгнан из Флоренции, так как для обвинения его в подлом убийстве не было никаких оснований: около погибшего знаменосца было много свидетелей-гвельфов, но никто тогда и не думал обвинить Абати в описанном преступлении. Бокка дельи Абати, как и другие флорентийские гибеллины, прожил всю оставшуюся жизнь в изгнании и умер незадолго до 1300 года. Однако гвельфам позарез был необходим предатель в своих рядах для объяснения столь невиданного поражения, и им был назначен совсем невиновный в подлом убийстве человек – мессер Бокка дельи Абати. Падение боевого знамени и переход части войска на сторону противника, очень сильно поразили боевой дух флорентийского войска. Первыми бросились спасать свои шкуры рыцари, и им это вполне удалось, но карроччо со знамёнами и Мартинелла достались сиенцам. Зато пехоте флорентийцев и их союзников сильно не повезло, правда, Виллани приводит более скромную оценку потерь среди гвельфов: "Более двух с половиной тысяч из них осталось на поле боя, а в плен было взято полторы тысячи пополанов из лучших семей Флоренции, из Лукки и прочих дружественных городов, принявших участие в сражении". В это количество он не включил пехотинцев из Флоренции, Лукки и Орвието, которые укрылись в замке Монтаперти и все были захвачены в плен. Виллани, разумеется, не был современником описываемых событий, и мы с пониманием относимся к причинам, заставившим его несколько принизить победу гибеллинов. Но ещё интересней и неправдоподобней в деталях выглядит описание этого сражения, сделанное анонимным сиенским хронистом. Он создавал свой труд не ранее середины XIV века (то есть почти через сто лет после описываемых событий), уже в гвельфской Сиене, ставшей к тому времени союзницей Сиены, но гордость за победу, одержанную его предками над Флоренцией, переполняет автора. Отрывки из этой анонимной хроники дошли до нас в русском переводе благодаря книге П.П. Муратова “Образы Италии”, откуда я и позаимствовал приведённые ниже отрывки с сохранением стиля автора. Павел Павлович Муратов (1881-1950) – русский писатель, переводчик и искусствовед. Но так как этого анонимного хрониста отделяла от описываемых им событий почти сотня лет, то у него произошли некоторые сдвиги в хронологии описываемых событий, так что ему удалось вместить почти весь 1260 год в три дня. Описание сражения при Монтаперти анонимный хронист начинает с описания ультиматума, который флорентийцы предъявили гражданам Сиены: "В тысяча двести шестидесятом году в день второго сентября флорентийское войско из тридцати тысяч годных к делу людей спустилось на равнину между Сьеной и Маленой и отправило оттуда к правительству Сьены двух посланных со словами, которые вы сейчас услышите. Прибыв в Сьену, посланные явились к Двадцати Четырем старейшинам, собравшимся вместе с их камерлингом, и сказали от имени начальника того войска и флорентийских комиссаров:"Хотим, чтобы стены Сьены были разрушены в нескольких местах, чтобы мы могли войти в город, где нам угодно и как нам угодно. И ещё хотим поставить в каждом из трёх концов Сьены наше управление, а в Кампореджио хотим сделать крепость для спокойствия и безопасности нашего флорентийского правительства и требуем на это ответа, а то ждите нашего войска и величайших бед для себя". Тогда Двадцать Четыре ответили этим посланным: "Возвращайтесь к своим и скажите, что мы ответим им так, что они услышат сами". Так те вернулись и доложили".Камерлинг – в данном случае, это управляющий финансами городской коммуны. Спешно собравшийся совет старейшин Сиены подавляющим большинством голосов постановил сражаться до победы, а для этого стимулировали немецких рыцарей: "Обещали им собравшиеся на совещание плату за неполный месяц, как за целый месяц, и всё вдвое, чтобы шли они ещё охотнее". На подобные выплаты, по словам хрониста, требовалось 118 000 флоринов, которые вызвался доставить Салимбене Салимбени: "Салимбени сказал:"Почтенные советники, я доставлю то количество денег, какое нужно". Двадцать Четыре приняли это. Салимбене вернулся домой и вывез оттуда на повозке сказанные деньги на площадь Толомеи и вручил их старейшинам. Те условились после этого с мессэром Джордано, подтвердили уговор и заплатили ему и восьмистам его всадникам, которые, по обычаю своей страны, отпраздновали это танцами, песнями и угощением".После этого по всей Сиене стали скупать кожу для изготовления доспехов, а ремесленники города безвозмездно взялись изготовить их. На том же совете старейшин был избран синдик (мэр?) Сиены по имени Буонагвида Лукари, и хронист особенно выделил следующий фрагмент своей летописи, когда произошло дарение Сиены Деве Марии: "Скажем теперь об этом синдике Буонагвида. Когда собрался народ на площади Толомеи, внушил его Господь и помогла Дева Мария сказать громким голосом такие слова:"Мы доверились уже раньше королю Манфреду, теперь кажется мне, что мы должны отдать и себя самих, и все, что имеем, и город, и деревни, и земли Деве Марии. Вы все с чистой совестью и верой последуйте за мной". После того названный Буонагвида обнажил голову и снял обувь, скинул с себя все, кроме рубашки, надел на шею ремень и велел принести все ключи от ворот Сьены. И, взяв их, он пошел впереди народа, который тоже весь разулся. Со слезами и молитвами шли они все благочестиво до самого собора и, войдя туда, воскликнули: "Милосердие к нам!" Епископ со священниками вышел им навстречу, и Буонагвида упал тогда к его ногам, а народ весь встал на колени. Епископ взял за руку Буонагвиду, поднял его, обнял и поцеловал, и так сделали между собой все граждане, с таким великодушием и любовью, что простили друг другу все обиды. И названный Буонагвида обратил к образу Девы Марии такие слова: "О Матерь милосердная, о помощь и надежда угнетенных, спаси нас! Я приношу и предаю Тебе город Сьену со всеми жителями, землями и имуществами. Вот я вручаю Тебе ключи, храни же город Твой от всяких бед и больше всего храни от флорентийских притеснений. О, милосердная Мать, прими этот малый дар нашей доброй воли. И ты, нотариус, засвидетельствуй это дарение, чтобы оно было на веки веков". И так сделано было, и так подписано". По словам анонимного хрониста, ополчение Сиены сумело вооружиться всего за один день, и в пятницу, 3 сентября, "её войско двинулось против неприятеля, разделённое на три отряда, сообразно с делением города на три конца (terzo di Cittе, terzo di Camollia, terzo di S. Martino). Противники ночевали в виду друг друга". Сражение началось утром 4 сентября, и о ходе битвы собравшимся на площади сиенцам сообщал местный барабанщик по имени Черето Чекколини, который забрался на башню палаццо Марескотти. Чекколини обладал очень острым зрением и с вершины башни кричал о ходе сражения. Сначала он закричал: "Вот наши у Монта Сельволи - они поднимаются на гору, чтобы забрать верх. Вот флорентийцы тоже пошли и тоже лезут на гору, чтобы захватить место". Некоторое время исход сражения был неясен, так что Чекколини с ужасом закричал: "Молитесь Богу, мне кажется, что наши немного сдают". Но вскоре он сделал радостную поправку: "Нет, я вижу теперь, что это отступает неприятель". Перевес в битве окончательно склонился на сторону Сиены, а флорентийское войско было наголову разбито. Окончание сражения подробно описано у этого анонима: "Был уже вечер, но битва ещё не стихла. Даже Геппо-дровосек перебил своим топором двадцать пять неприятелей. Флорентийцы кричали:"Мы сдаемся", - но никто их не слушал. Тогда сжалившийся начальник войска Сьены созвал старших, и они решили отдать приказ: "Кто захочет сдаваться - того брать, а кто нет - тому смерть". И как только услышали приказ, так "слава Богу" сказали те, кого брали и вязали! Многие из них помогали тогда связывать друг дружку. И даже Узилия Треккола, родом из Сьены, торговка в военном лагере, видя, что столько их хочет сдаться в плен, связала одной веревкой тридцать шесть человек и отвела в город. Пятнадцать тысяч пленных было отведено в Сьену, и около десяти тысяч было убито, пять тысяч успело бежать, и восемнадцать тысяч лошадей осталось в плену и на поле сражения".Как видите, уважаемые читатели, это уже не летопись, а городской фольклор с его преувеличениями и "правдивыми" подробностями. Сиенское войско провело ночь в своём лагере, а воскресным утром началось торжественное шествие победителей: "...двинулось Кароччио с белым знаменем, и за ним другое со знаменем Сан Мартино, и потом знамя Терцо ди Читта. И за ним шёл осёл Узилии, навьюченный флорентийскими значками, а главное, флорентийское знамя было привязано к его хвосту и волочилось по грязи. И колокол там везли, так называемую Мартинеллу, созывавшую флорентийцев на совет в их лагере. Потом шёл один из тех флорентийских посланных, которые так дерзко требовали разрушения стен Сьены. Руки у него были связаны за спиной и голова вывернута лицом назад, и дети напоминали ему, чего он хотел, и всячески над ним насмехались. Потом шли трубачи, и военачальники, и знаменосцы с венками из оливковых ветвей на голове, и дальше военная добыча и пленные в сопровождении тех, кто их захватил, и все направились так в собор, чтобы воздать хвалу Богу и Марии Деве за одержанную великую победу". Напомню, что анонимный хронист создавал своё произведение почти через сто лет после этого знаменитого сражения, и поэтому данная "Хроника" вряд ли может рассматриваться как серьёзный источник по данному вопросу. Однако анонимная хроника интересна тем, что показывает уже сложившееся представление о великой победе в сознании сиенцев. Современные историки после анализа сохранившихся сведений о битве при Монтаперти так и не смогли прийти к единому мнению о ходе сражения. В своих трудах они пересказывают сообщения тех источников, которые им кажутся более достоверными или отражают господствующую в обществе идеологию. Вот, например, как коротко описал это сражение советский историк М.А. Гуковский: "В первой же схватке конных рыцарей, разгоревшейся вокруг флорентийского карроччо, тайные сторонники гибеллинов, представители знатных родов, которых было много в флорентийском войске, изменили своей родине, сорвали знамя с лилией и вызвали в рядах его защитников панику. Рыцарская конница, вообще не склонная рисковать жизнью для защиты пополанов, обратилась в бегство, оставив карроччо в руках врага. Напрасно мужественно и непреклонно сражалось пешее пополанское ополчение, напрасно, истекая кровью, поддерживали его пополанские ополчения союзных гвельфских городов — уже к полудню исход боя был решён. Блестящее и многочисленное гвельфское войско было разгромлено. До 20 тыс. пленных захватили гибеллины и с торжеством привели их в Сиену вместе с невиданно богатой добычей". Чувствуется советская историческая школа! Однако данная победа сиенцев остаётся одной из самых славных страниц в истории города. В заключение данного очерка я кратко (или, как получится:) пройдусь по событиям в Тоскане, которые вскоре последовали за выдающейся победой гибеллинов при Монтаперти.

Сталкивался с этой инфой давно-давно, еще при Союзе. В статье говорилось, что село негров подарил африканский князек Царю Батюшке (кон. 18-19 вв.) во время экспедиции одного из офицеров Российской Империи, царь повелел определить их место жительство на Кавказе (к тому же негры нашли общий язык с казаками из экспедиции). Вот и появилось село негров, сейчас они уже все ассимилировали.

Тоже думаю, что фибула римская

То что предмет скифского периода, без сомнения. Особенности изображений звериного стиля не спутаешь ни с чем, т.ч. подковой быть не может, не было их у скифов.

«Лес в ливне стрел железный рдел. Эйрик с нивы жал славу пожал» (Эгиль Скаллагримссон. Перевод С.В. Петрова) В прошлый раз материал под названием «Щиты из досок» вызвал много комментариев, хотя и не все они касались данной темы. Один из читателей высказал мысль, что правильнее было бы назвать ее «щиты из деревянных планок» и с этим, пожалуй, можно вполне согласиться, так как это будет точнее. Потому, что, да, действительно и щиты ассирийцев (не все, вернее не у всех воинов, но у некоторых), и щиты римских воинов эпохи заката империи – все они были из деревянных планок, склеенных между собой. Но название «уже устоялось», поэтому оставим его уж таким, как есть. И нужно ведь еще отметить сложную конструкцию такого вот «дощатого щита». Обшивка снаружи – полотно или кожа. И обязательно металлический конический либо полусферический умбон, закрывающий вырез под рукоять. Причем интересно, что распространились такие щиты прежде всего в Европе, тогда как в Азии были популярны щиты, сплетенные из прутьев. И хотя народы Востока то и дело волна за волной накатывались на Европу, заимствования этого элемента вооружения так и не произошло. Роспись на стене замка Каркассон. Европейские воины сражаются с арабами, причем круглые щиты и у тех, и у других. Кстати, о том, что стало причиной переселения кочевых народов из Азии на Запад, известно по-прежнему очень немного и единого мнения по этому вопросу нет до сих пор. Была ли это многолетняя, катастрофических масштабов засуха или же напротив, все залило проливными дождями и засыпало снегом, что сделало кочевое животноводство практически невозможным, сегодня определить очень трудно. Но зато о причинах, вызвавших походы северных викингов сегодня известно несколько больше. Речь пойдет о так называемой «катастрофе 535-536», ставшей следствием сильнейшего извержения либо одного, либо сразу нескольких вулканов, таких, как Кракатау или Эль Чичон, когда в атмосферу Земли попало так много вулканического пепла, что это привело к резкому похолоданию в районе всего средиземноморского бассейна и, соответственно, в Скандинавии. Суровые зимы теперь продолжались год за годом, это вызвало голод, проблему которого нужно было решать. Осада Иерусалима в 1220 году. Все воины изображены с круглыми щитами. Миниатюра из испанской рукописи библиотеки Пирпонта Моргана. Нью-Йорк. А еще именно это событие, очень сильно повлияло на характер жителей Скандинавии, которые не только начали повсеместно зарывать в землю клады золотых вещей и бросать их в озера и болота, но и изменили свое отношение к жрецам. До катастрофы они играли в обществах «людей с Севера» очень заметную роль. Но «когда солнце затмилось», а их моления, и жертвы богам ожидаемого эффекта так и не принесли, вера в их могущество хотя и не сразу, но упала. Авторитет местного жречества заменил авторитет военных вождей, поскольку в это время только с мечом в руке человек мог бороться за выживание вопреки капризам злой природы. И, возможно, именно в событиях этого времени и следует искать корни того воинственного «перекоса» в их культуре, который уже впоследствии нашел себе выход в походах викингов… Современная реконструкция снаряжения одного из командиров римского легиона эпохи заката империи. Римский шлем той эпохи, обнаруженный в Сербии. С военной точки зрения нападения викингов на земли Англии и Франции вылились в противостояние хорошо вооруженной пехоты «северных людей» и более или менее тяжеловооруженных аборигенных всадников, которым требовалось прибыть на место нападения как можно скорее и наказать наглых захватчиков. Причем, еще в эпоху заката Римской империи доминирующим в Европе стал большой круглый щит, склеенный из деревянных планок и ярко расписанный. Рисунки на овальных римских щитах из Notitia Dignitatum. Современная реконструкция внешнего вида воинов эпохи заката Римской империи. Нужно отметить, что расписаны щиты были не как-нибудь по желанию владельца, а с изображением эмблемы его части, то есть легиона. О том, что это так и было свидетельствует Notitia Dignitatum («Список должностей») – важный документ эпохи поздней Римской империи (конца IV или начала V веков). Страница средневековой копии Notitia Dignitatum с изображением щитов Magister Militum Praesentalis II, списка римских воинских соединений. Бодлеанская библиотека. Еще одна реконструкция снаряжение драконифера и рядового легионера. Рисунок на щите легиона Кварта Италика (бывший Четвертый Италийский легион) ок. 400 г. н.э. Notitia Dignitatum Or. VII. Бодлеанская библиотека. Рисунок на щите Пятого Македонского легиона. Начало V в. н.э. Notitia Dignitatum Or. VII. Бодлеанская библиотека. Римский воин V в. н.э. Рисунок Джузеппе Рава. Римский воин V – VI в. н.э. Легион Квинта Македония. Рисунок Гэри Эмблетона. Традиционное защитное вооружение воина-викинга состояло из круглого щита, склеенного из деревянных дощечек, материалом для которых обычно служила древесина липы (кстати, именно липа и послужила основой для поэтического кеннинга «Липа войны» – т.е. иносказательного названия щита), с металлическим выпуклым умбоном посредине и диаметром приблизительно в один ярд (91 см); конического шлема, имеющего наносник и реже полумаску, и кольчуги с короткими, до локтя, рукавами. В скандинавских сагах часто говорится о том, что щиты викингов были ярко раскрашены. Причем каждый цвет занимал на них либо четвертую часть окружности, либо половину его поверхности. Щит собирался из гладко оструганных липовых дощечек, толщиной около 5-6 мм, путем их склеивания крест-накрест. В середине у него всегда выпиливалось круглое отверстие, которое снаружи закрывал металлический умбон. Внутри этого отверстия и поперек него проходила рукоятка щита. Щиты из Гокстада были сделаны из семи или восьми планок из мягкой древесины хвойных пород, судя по всему, сосны. Именно она использовалась в большинстве случаев, хотя и не всегда и при этом различной ширины, и толщины. Многослойных щитов, как у римлян, у викингов на было! Устройство щита викинга с обратной стороны. Современная реконструкция. Щит эпохи викингов из Треллеборга. Дания. Диаметр около 80 см. Свои щиты викинги по краям их укрепляли кожей или металлическими оковками. При раскопках в Бирке, Швеция, нашли щит, с отделкой из маленьких бронзовых пластинок. Щит имел диаметр 75 – 100 см (или около 90 см). Поверхность их обычно раскрашивали. При этом самыми красивыми викинги считали щиты, покрашенные в красный цвет, но известны были и щиты желтого цвета, черные, и даже совершенно белые щиты. Но вот зеленый или синий цвета популярностью у викингов не пользовались. Можно даже предполагать, что такая их форма и относительная хрупкость конструкции являются следствием того, что они предполагались для использования в захоронении, что это вряд ли были настоящие боевые щиты. Исследователи отмечают сходство гокстадских щитов со щитом, обнаруженном в торфяном болоте в Тирскоме, Латвия (Тирском торфянике). Интересно, что умбон щита из Тирского торфяника был изготовлен из дерева, хотя по форме и размерам и идентичен местным образцам из железа. Интересно, что все обнаруженные 64 щита со знаменитого Гокстадского корабля, были раскрашены в контрастный черно-желтый цвет. При этом плоскость щита просто делили просто пополам или же раскрашивали ее в шахматном порядке. Были щиты с рисунками явного мифологического содержания, например, на них рисовали руны, фигуру дракона или еще какого-нибудь фантастического животного. В битве при Несьярев, например, случившейся в 1015 году, у многих воинов щиты имели разноцветные полосы на щитах, причем не только накрашенные, но и сделанные из позолоченного металла. Обычно умбоны прикрепляли на щиты при помощи железных гвоздей, острия (концы) которых бывали или загнуты, или же расклепаны с обратной стороны щита. В местечке Бирке найдены щиты с умбонами закрепленными четырьмя гвоздями, в гокстадских щитах их шесть. Встречаются и случаи находок крепления умбонов пятью заклепками. Рукоятки, за которые удерживался щит, были деревянными. Но на более красиво и старательно изготовленных щитах на деревянную основу могла быть наложена выгнутая железная пластина, обычно орнаментированная гравированным бронзовым листом или даже сделанной на нем серебряной инкрустацией. В щитах, найденных на корабле из Гокстада края щитов были укреплены кожаными ободками. Для этого в них были просверлены маленькие отверстия на расстоянии около 2 см от края с интервалом в 3,5 см. Но сам обод, увы, не сохранился. Можно лишь предполагать, что по краю щита шла полоса кожи, прикрепленная к деревянной основе либо стежками, либо к ней прибитая тонкими металлическими гвоздями, которые затем загибались изнутри в форме буквы «Г» и забивались в основу. Реконструкция щита с корабля из Гокстада. . Викинги были большими любителями поэзии, и не просто поэзии, а поэзии метафорической, где обычные слова следовало заменять передающими их смысл цветистыми метафорами, передающими смысл этого названия. Понять такие стихи мог только тот, кто слышал их с детства. Например, щит вполне мог называться у одного скальда, то есть слагателя саг и поэта, «Доской победы», «Сетью копий» (причем само копье в свою очередь при этом могло иметь название «Рыба щита»), тогда как у другого – «Деревом защиты» (явное указание на материал и назначение!), «Солнцем войны», «Стеной хильд» (то есть «Стеной валькирий»), «Страна стрел» и даже «Липой войны». Последнее название являлось прямым указателем на материал, из которого викинги также делали свои щиты, то есть на древесину липы. То есть никаких «дубовых щитов» викинги не знали. Не знали их римляне, а раз так, то… и никто их не знал, ибо среди археологических находок их нет, а текстовые материалы их наличия также подтверждают! Еще один щит из липовой древесины из Национального музея Дании в Копенгагене. Имея такие щиты, викинги использовали в бою и соответствующие приемы. Хорошо известно, что, защищаясь, викингов стоили на поле боя «стену из щитов» – фалангу из воинов, выстроенных в пять или даже более рядов, в которой наиболее хорошо вооруженные бойцы находились в первых рядах, а те, кто имел вооружение похуже находились сзади. Историки дло сих пор ведут спор, как строилась эта «стена из щитов». Ставится под сомнение, что щиты могли перекрывать друг друга, так как это препятствовало бы свободе движения воинов в бою. Но существует надгробная плита X века в Госфорте из Кумбрии, изображающая щиты, перекрывающие один другой на большую часть их ширины. Такое их расположение сужает фронта на ширину 45,7 см для каждого человека, то есть где-то на полметра. Гобелен из Осеберга IX века тоже изображает такую же стену из щитов. Но современные кинематографисты и реконструкторы, изучая построения викингов, обратили внимание, что воинам нужно достаточно места для замаха мечом либо секирой, так что такие сомкнутые построения вряд ли имели смысл! Правда, существует предположение, что их смыкали, приближаясь к противнику, а входя с ним в соприкосновения фаланга «раздавалась», чтобы каждый викинг мог свободно орудовать мечом или топором. Основным боевым построением викингов была все та же «свинья», что применяли тогда и всадники-византийцы – клинообразное построение, имеющее зауженную переднюю часть. Они считали, что сам Один придумал такое построение, что говорит о древности и значимости этого тактического приема для них. Оно состояло из двух воинов в переднем ряду, трех во втором и еще пятерых в третьем. Стену из щитов тоже можно было выстроить не только по фронту, но и в виде кольца. Так Харальд Хардрада, кстати говоря, и сделал в сражении на Стемфордском мосту, где его воины встретились с воинами короля Англии Гарольда. Что до командующих, то они защищались еще и дополнительной стеной из щитов, которыми державшие их воины отклоняли летевшие в них стрелы. Выстроившись в линию, викинги могли отразить атаку конницы. Но франки сумели победить их в битве при Соукорте в 881 году. Тогда франки допустили ошибку, нарушив строй, что дало викингам возможность их контратаковать. Но их второй натиск отбросил викингов назад, пусть даже они свой строй сохранили. Но викинги осознали силу конницы франков и заимели всадников у себя. Но крупных конных соединений у них не могло быть, ведь перевозить лошадей на кораблях викингам было сложно! Ну, а так в целом, ни шлемы, ни кольчуги, ни тем более щиты викингов ничем не уступали защитному вооружению тех же франкских всадников. Кстати, очевидная хрупкость щитов викингов возможно была задана им изначально. Относительно тонкое поле щита легко расщеплялось, что, вполне возможно, задумывалось так специально, для того, чтобы оружие противника в древесине щита застревало. Шахматные фигурки викингов с острова Льюис, Шотландия. Вероятно, это самые древние шахматные фигурки, найденные в Европе. Изготовлены они из моржовой кости, и, вероятно, в Норвегии, в 1150 – 1200 гг. В XI веке этот остров принадлежал Норвегии, так что нет ничего удивительного в том, что они там оказались. Главное, это то мастерство, с каким они были сделаны. Всего найдено 93 фигуры из четырех наборов. 11 фигур не самой лучшей сохранности находятся в Эдинбурге (Национальный музей древностей), тогда как остальные экспонируются в Британском музее в Лондоне. Круглые щиты пиктов. Рис. А.Шепса. Барельеф с изображением воинов-пиктов с квадратными щитами. Но были еще и загадочные щиты в форме буквы «Н» – то есть вот такие же квадратные, но с вырезами прямоугольной формы вверху и внизу. Рис. А.Шепса. Интересно, что на территории Британии щиты подобные щитам викингов имели многие народы, жившие там, включая тех же пиктов. Они также образовывали в бою стену из щитов, хотя сами их щиты имели отличия от щитов «народов с Севера». Они тоже имели металлические умбоны, но были меньше по диаметру. Но самое интересное, что опять же только пикты имели дощатые щиты с умбоном напоминающие формой букву… «Н» с двумя вырезами вверху и внизу. Но откуда и почему взялась такая форма и какой был в ней смысл непонятно до сих пор…

Конец эпохи пирамид XII династия эпохи Среднего царства в Египте была для него очень значима. И не только тем, что ее фараоны опять присоединили к владениям Египта Нубию, Синай, Ливию, Палестину и Сирию; другие египетские цари и до них, и потом не раз делали то же самое. Для страны не было ничего нового в том, что они строили храмы. Важно другое: что они умели править так, что дали стране мир и возводили постройки на благо всем, а не только себе и богам. Для Египта подобное отношение носило настолько исключительный характер, что эти фараоны заслужили особую благодарность современников, что, согласитесь, дорогого стоит. «Он делает зеленым [Египет] более, чем великий Хапи, – можно прочитать в «поучении» о фараоне Аменемхете III, который начал строительство оросительной системы в Фаюмском оазисе, – он дает пищу тем, кто ему служит». Так что не для всех египетских фараонов именно война была главным источником доходов, целью и смыслом жизни. Были и люди иначе мотивированные и ориентированные… То, что сегодня осталось от пирамиды Аменемхета I. Непонятно, почему Аменемхет I перенес свою столицу из Фив на север, и здесь на границе Верхнего и Нижнего Египта построил себе новую столицу, названную Иттауи – «Та, что овладела Обеими землями». Известно, что ее основали и даже когда начали строительство, но где она была точно, неизвестно. Следы не найдены. Хотя известно, что Аменемхет I приказал неподалеку построить себе и пирамиду – настоящую гробницу, то есть продолжил этим самым традицию Древнего царства. Его примеру последовал его соправитель и преемник Сенусерт I; но остальные цари из Иттауи решили строить себе пирамиды в других местах. Вход в пирамиду Аменемхета I. До гробницы Аменемхета I можно добраться из деревни Матание, что расположена в 60 километрах на юг от Каира; потом от нее еще три километра нужно пройти или проехать на запад. Найти ее непросто, так как высота ее сегодня всего 15 м. Первоначальная высота пирамиды была 55 метров, а длина стороны основания равнялась 78,5 метрам. Самое интересное, что забраться в погребальную камеру этой пирамиды невозможно. И очень может быть, что этого не смогли сделать и древние грабители. Они оставили после себя целых пять (!) незаконченных шахт, видимо надеясь туда добраться. Но не добрались, так как ее залила вода, попадающая туда каким-то образом из Нила, а Нил, понятно, вычерпать невозможно. На ум сразу приходит мысль запустить в камеру водолаза, поскольку ход в нее нашли. Но… за тысячелетия вода сильно размыла ходы. Там темно, и сплошной ил, а потолки полуобвалились. Лезть туда подобно самоубийству. Кладка из сырцовых кирпичей в пирамиде Аменемхета I. План комплекса пирамиды Аменемхета I в Эль – Лишт: 1- пирамида Аменемхета I, 2- вход, 3- наклонный коридор, 4- погребальная камера, 5- заупокойный храм, 6- дорожка для процессий, 7- внутренняя ограда, 8- гробницы принцесс, 9- внешняя ограда. Конечно, опять же может найтись какой-нибудь супербогатый… меценат, которому можно посоветовать забить в землю трубы со стороны Нила. Пустить по ним жидкий азот. Заморозить грунт и эту подземную трещину. Затем откачать воду из подземелья. Укрепить потолки и вести исследование. Вдруг, ну вдруг там найдется очередное сокровище. Тогда это все окупит. А если там стоит пустой саркофаг? Что до устройства пирамиды, то она сложена из неправильной формы небольших камней, которые укреплены каркасом и облицованы отшлифованными плитами, причем многие из них сняты с пирамид Древнего царства, к тому времени уже начавших разрушаться. Погребальный комплекс был окружен двумя стенами: внутренней из известняковых блоков, окружавшей собственно пирамиду и заупокойный храм; и внешней – сооруженной из глиняных кирпичей. В пределах внешнего кольца обнаружены мастабы придворных и 22 шахтные могилы членов царской семьи и их окружения: погребение матери Аменемхета Нефрет, одной из его жен и матери Сенусерта I Нефертатенен, его дочери Неферу – сестры и одновременно главной жены фараона Сенусерта. Кроме них здесь же нашли захоронение визиря Аменемхета Антефокера и его казначея Рехуерджерсена, а у юго-западного угла пирамиды погребение Сенебтиси, относящееся к концу XII династии, содержавшей несколько богатых украшений. Пирамида Сенусерта I. План пирамиды. Пирамида Сенусерта I построена в двух километрах южнее. Она высится посреди песчаных дюн и по сравнению с пирамидой Аменемхета I смотрится немного лучше. Во всяком случае, от ее высоты в 61 метр осталось примерно третья часть, а на стенах даже сегодня видны остатки облицовки из плит известняка. Вход в пирамиду традиционно был размещен на северной стороне, но он скрыт за развалинами молельни. Правда, рядом с ним есть отверстие тоннеля, проделанное грабителями, причем сделали они их два! Видимо очень уж им хотелось попасть внутрь пирамиды. Но на двенадцатиметровой глубине они опять же натолкнулись на воду и вынуждены были отказаться от своих грабительских попыток. Но и археологи дальше не проникли. Но зато они тщательно обследовали ее наземную часть и еще в 1882 году по надписям на обломках погребальной утвари установили кто был владельцем этой пирамиды. Потом ее подвергли зондированию – вот как, не только «Великие пирамиды» в поисках тайных комнат с тайными знаниями, – ему подвергали, и оно показало, что внутри у нее каркас из восьми диагонально уложенных блоков и еще 19 расположенных между ними перегородок. Погребальный комплекс пирамиды Сенусерта I. В ходе раскопок нашли развалины того, что было заупокойным храмом, оказавшимся очень похожим на храм фараона Пиопи II; нашли и остатки маленькой ритуальной пирамиды с основанием 21х21 метр и высотой 19 метров. Нашли и девять совершенно замечательных статуй фараона, несколько выше человеческого роста, и две деревянные статуи высотой поменьше. Но самое главное – археологи нашли здесь то, что прославило эту пирамиду навсегда: развалины целых десяти окружающих ее маленьких пирамид и десять гробниц жен и дочерей Сенусерта. Опять же, поскольку подземелья пирамиды затоплены, там можно надеяться отыскать нетронутое погребение. Но… только кто же туда полезет? Сохранившаяся облицовка пирамиды Сенусерта I. Трое преемников Сенусерта I выбрали для своих пирамид Дашур, но построены они были немного восточнее древних пирамид фараона Снофру. Наиболее древняя построена Аменемхетом II и она выше двух соседних, выстроенных из кирпича. Подземелье в ней очень сложно устроенное и, не имея плана, лучше в него не соваться. Саркофаг изготовлен из песчаника и так вмурован в пол, что его даже и не видно. Так могла выглядеть пирамиды и весь погребальный комплекс Сенусерта II. О пирамиде Сенусерта II рассказывалось в предыдущем материале. Здесь же следует добавить, что неподалеку от пирамиды нашли восемь мастаб и руины еще и малой пирамиды царицы. В гробнице на южной стороне на территории двора была похоронена дочь Сенусерта II Сат-Хатхор-Иунет, и здесь же нашли «Иллахунское сокровище» (находится в Метрополитен-Музее, Нью-Йорк), состоявшее из трех эбеновых шкатулок, в которых находились инкрустированные золотые пекторали, восхитительной красоты диадема с высоким тонким золотым пером, обруч для головы с золотыми розетками и целая коллекция ювелирных изделий, а также косметика. Все шкатулки хранились в стенной нише. Во время наводнения, произошедшего в древние времена, эта ниша, скорее всего, была заполнена илом. Поэтому грабители, которые забрались в гробницу принцессы, их попросту не заметили, поскольку очень торопились. Пирамида Сенусерта II в Эль-Лахун. Вход в пирамиду Сенусерта II. Пирамида Сенусерта III от этой пирамиды расположена в километре к северу. Она серовато-коричневого цвета, поскольку сложена из кирпича-сырца, и высота ее совсем незначительна. Однако в свое время или для своего времени (скажем так) это была самая высокая пирамида Среднего царства. Как сумел установить археолог де Морган по наклону ее сохранившихся угловых блоков угол наклона ее граней был равен 56°, а высота составляла 77,7 метра. Вход в нее расположен на западе. Система ходов под ней крайне запутана: там множество коридоров и ловушек-колодцев. Однако все это его тело не спасло. Мумия царя пропала со всеми дарами. Остался только лишь пустой саркофаг. Сенусерт III. Британский музей. Пирамида Аменемхета III в Хаваре близ Крокодилополя. Третья среди этих пирамид, самая южная, принадлежит Аменемхету III - преемнику Сенусерта III. Он опять же не столько воевал, сколько строил, и этим прославился. Причем он приказал выстроить себе опять две пирамиды – Одну в Дашуре, а другую в Хаваре. То есть поступил как цари Древнего царства. Но только из необожженного кирпича. Гранит был использован только для облицовки погребальных камер и пирамидиона, который, кстати, удалось отыскать. В Дашурской пирамиде было сделано сразу два входа: один на северной стороне уводил грабителей в лабиринт коридоров, которые заканчивались тупиками; а другой — в юго-восточном углу — позволял спуститься в погребальную камеру, где и стоял саркофаг. Но… похоронен он там не был и, видимо, совсем запутал своими предосторожностями бедных грабителей. Еще одно фото пирамидного комплекса Аменемхета III в Хаваре. На переднем плане – развалины знаменитого Лабиринта. Хаварская пирамида сегодня имеет вид глиняного холма высотой 20 метров. Ход в погребальную камеру заканчивается на глубине 10 метров. На сама камера совершенно необычна. Она вытесана из цельной глыбы желтого кварцита и имеет вес больше 100 тонн. Ее стороны отшлифованы как у алебастровой вазы, хотя кварцит – материал очень прочный. Объем камеры —6,6X2,4X1,8 метра, крышка ее также из кварцита толщиной 1,2 метра весит около 45 тонн. На свое место ее спустили, видимо, уже полностью готовую. Скорее всего, из-под нее выгребали песок, которым заранее наполнили шахту и так вот она опускалась. Ну явно ни пришельцами, ни атлантами, ни древними русами здесь и не пахло, хотя – да, вытесать «такое» из кварцита… это надо уметь. Но… этим новации и завершились! Пирамида сама была построена из примитивных глиняных кирпичей! В 1889 году археолог Питри входа в пирамиду так и не обнаружил, и решил заняться тем, чем занимались и древнеегипетские грабители: начал рыть под пирамиду туннель. Копал он многие недели, добрался до камеры, но выяснилось, что через ее разбитую крышу в нее также попала вода из Нила. Но Питри не сдался: разделся донага, нырнул в жидкую грязь (хотя мог заболеть бильгарциозом, получить ревматизм и воспаление легких), но в итоге убедился лишь в том, что древние воры его опередили. Тем не менее его научный подвиг был вознагражден. Он обнаружил в камере разбитые каменные поставцы для каноп и… сразу два саркофага. Два в одном погребальном помещении! Позднее выяснилось, что во втором была погребена дочь Аменемхота Птахнефру, и ей же принадлежала малая пирамида, расположенная неподалеку, а в другом должен был находиться сам Аменемхет III... Вот такую «обувь» носили усопшие фараоны и в частности Тутмос III, живший в 1479 – 1425 гг. до н.э. Впрочем, польза для науки от этой пирамиды была не только в том, что в ней все это раскопали. До нашего времени дошли тексты, из которых стало известно, что на ее строительстве в Дахшуре работало 40 формовщиков кирпичей, 50 носильщиков глины, 600 носильщиков кирпичей, 30 носильщиков песка, 250 каменотесов, 1500 носильщиков каменных блоков, 200 лодочников, 600 рабочих, передвигавших каменные блоки, 1500 разнорабочих. Итого 4770 человек, и вот эти-то люди и соорудили пирамиду высотой 75 метров! Воротник из лазурита. Метрополитен-музей, Нью-Йорк. Две последние пирамиды Среднего царства, основание которых равно 52,5X52,5 метрам, находятся близь деревни Мазгуна опять-таки неподалеку от Дашура. Из южной кварцитовый саркофаг увезли в Каир, а вот в северной он стоит в камере, а его крышка лежит на полу. Ассистент Питри Э. Маккей, который открыл обе эти пирамиды в 1911 году, южную атрибутировал как принадлежавшую Аменемхету IV, а северную – Себекнефрура, его сестре, последней царице XII династии. Правда, не все египтологи с этим согласны. А вот так выглядит воротник из сухих цветов из знаменитой гробницы Тутанхамона. Но есть в Египте и совсем безымянные пирамиды, о которых сколько они не спорят, а ничего выяснить не могут. Первую еще в 1843 году в Абу-Роаше открыл археолог Лепсиус. Он в нее спустился, нашел саркофаг, но чья она определить не сумел. Безымянную пирамиду в Абу-Роаше открыл в 1843 году Лепсиус. Он осмотрел ее и измерил то, что от нее осталось; спустился он и в ее погребальную камеру и нашел там саркофаг, но без надписи. А спустя 100 лет от нее ничего не осталось. Местные жители ее пустили на строительный материал. Есть безымянная пирамида в Саккара. Площадь ее 80X80 метров, и потому, что она построена из необожженных кирпичей, а внутри стоит кварцитовый саркофаг весом в 160 тонн, можно сказать, что она принадлежит к XII династии, либо к началу XIII или даже XIV. Пекторали из «Дашурского сокровища» А потом пало и Среднее царство, Египет подвергся завоеванию, стало не до пирамид, и вот тут-то последнюю пирамиду в Египте приказал построить себе малоизвестный царь Хинджер – фараон начала Второго переходного периода. Пирамида построена в южной части некрополя Саккара, в 200 метрах на север от вышеупомянутой безымянной пирамиды. Открыли ее в 1931 году, причем удалось выяснить, что ее площадь была равна 52,5X52,5 метрам, наклон граней— 56°, и высота — 37,4 метра. Технология строительства все та же – кладка из необожженного кирпича с последующей облицовкой плитами из белого известняка с черным гранитным пирамидионом наверху. Окружали ее две стены: внутренняя, выстроенная из известняка и внешняя – сложенная из сырцовых кирпичей. Внутри них находилась пирамида-спутница и еще три гробницы. Египтяне были умелыми ювелирами и делали из золота множество прекрасных изделий. Вот скарабей, принадлежавший Хатнофер – матери знаменитого Сененмута, древнеегипетского зодчего и государственного деятеля периода XIII династии Нового царства и любовник женщины-фараона Хатшепсут. Вся подземная часть пирамиды хорошо сохранилась, но там, увы, ничего нет. А вот в гробницах вокруг были собраны сотни осколков погребальных сосудов и мелких предметов погребальной утвари, которые, видимо, в спешке потеряли грабители. Здесь же нашли и разбитый пирамидион. И вот на нем и на черепках нескольких сосудов как раз и нашли надписи с именем Хинджера. Здесь нашли и его статую с… негроидными чертами лица. Незаконченный погребальный комплекс с пирамидой Хинджера в Саккара. Потом, потом гиксосов прогнали и началась эпоха Нового царства. Храмы, построенные Аменхотепом III и Рамсесом II, говорят нам, что ими владела самая настоящая строительная лихорадка. Власть их была также беспредельна, как власть фараонов Древнего царства, а образцы их творений стояли у них перед глазами. Но… пирамиды они возводить уже перестали. Вместо пирамид начали строить вот такие храмы. Храм Хора в Эдху - второй по величине храм в Египте после Карнакского храма. Автор: Вячеслав Шпаковский https://topwar.ru/118616-voyna-zoloto-i-piramidy-konec-epohi-piramid-chast-desyataya.html

Классно свистит!

Супер! Слов нет!

:D

Художественный вымысел :)

Мордовские всадники средних веков и проблемы «исторического любительства» Беда, коль пироги начнет печи сапожник, А сапоги тачать пирожник: И дело не пойдет на лад, Басня И.А. Крылова «Щука и Кот» Для начала один забавный иллюстративный пример немного не в тему. Когда я обучаю студентов PR, то всегда говорю им, что их профессия немного сродни профессии детектива или шпиона. Надо развивать в себе наблюдательность, что помогает узнать очень многое о других, тех людях, с кем ты имеешь дело, и ничего не сказать им о себе. Так вот, одним из способов узнать степень образованности человека, это дать ему в руки книгу. Человек с высоким уровнем образования всегда смотрит ее с конца, чтобы посмотреть на издательство и тираж, ибо и то, и другое могут сказать о многом. «Просто» человек, даже если и стремится узнать название издательства, ищет его на титульном листе. То есть вы, не спрашивая, можете сразу определить кто перед вами: кандидат наук или же просто грамотный любитель. Ангус МакБрайд. Мордовский воин нападает на русского витязя. Еще смешнее, когда человек говорит: «Я вот читал такую книгу в черной обложке…» и после этого его вообще можно всерьез не принимать. Но это же чисто профессиональные навыки, скажет иной читатель, а ведь есть же научные журналы, монографии, которые может изучить любой… Да, все это есть, но только неспециалисты всего этого обычно не читают. Предпочитают смотреть телевизор или – применительно к историческим темам, ограничиваются Л. Гумилевым (по результатам контент-анализа это самый упоминаемый автор на сайте ВО). Ничего плохого в этом нет. Плохо, когда люди судят совершенно безапелляционно о том, о чем имеют лишь очень поверхностное представление. Именно поэтому в комментариях так много ссылок на ресурсы Интернета – это самое доступное. Лишь не так давно мне попались две ссылки на материалы из журнала «Родина» за 1992 год (вот даже, как!), но до сих пор почему-то люди не ссылаются на такие журналы, как «Вопросы истории», «История государства и права», или, скажем, «Хистори иллюстрейтид». Есть и более специальные издания, содержащие совсем уже узконаправленную информацию, но они (и о них) сегодня тоже есть в Интернете, их можно найти и познакомиться с их содержанием. Нет времени? О – да! Это сегодня проблема. Но и свою безапелляционность в суждениях тогда следует немного попридержать. Сэм и Гэрри Эмблетон. Воины Волжской Булгарии IX – X вв.: 1 – булгарский военный вождь, 2 – булгарский всадник, 3 – лучник племен сибирской тайги. Однако хуже всего почему-то те, кто, прочитав пару-тройку книг и ознакомившись с одним каким-нибудь сайтом, превращаются в стойких адептов маловразумительных теорий и «ниспровергателей основ» традиционной истории, как один наш пожарный из Пензенской области, довольно давно написавший о том, что пирамиды Гизе это волнорезы от потопа, который произойдет, когда воды мирового океана заполнят пустоты горных выработок и земной шар опрокинется набок. Привожу этот пример дичайшего невежества только потому, что он был напечатан в одной нашей пензенской газете. Уж, лучше бы, как говорится, пожары тушить тренировался. Как-то раз приехал в гости к В.П. Горелику в Москву, и он мне рассказал, что его пригласили в один московский клуб реконструкторов, и он, придя к ним, увидел на стене объявление: «Завтра зачет по скрамасаксу» (что это такое можно посмотреть в Гугле, однако, посмотрев, нетрудно убедиться, что информации о нем очень мало и ее количества на «зачет» явно не хватит). Но ему объяснили, что это только теория, а там еще и практика будет – как им пользовались! «И как же? Вроде бы никто не знает? А вы, значит, знаете?» – удивился Горелик и покинул это «интересное место». Книга В.П. Горелика в издательстве «Монтверт» Это не значит, что любители ничего интересного открыть не могут. Могут. Но надо знать, где и что искать, то есть заранее знать половину ответа. И одним из интереснейших источников информации и для профессионала, и для любителя являются кандидатские и докторские диссертации, выложенные сегодня в сети Интернет. Автореферат, то есть введение или предисловие к исследованию находится в свободном доступе и его можно прочитать бесплатно. За текст самой диссертации приходится платить от 450 до 500 рублей, однако оно того стоит, да и цена эта мало чем отличается от стоимости современных печатных книг. И на мой взгляд, уж лучше покупать эти работы, чем что-то другое. В них, по крайней мере, имеются ссылки на все, архивные данные, которыми ты сам в дальнейшем можешь воспользоваться. В общем, это очень «рыбное место» для всякого, кто «интересуется историей». Вот, например, зашел недавно на ВО спор о вооружении мордовских воинов. И сразу же возникает вопрос, а где по этой явно малоизученной теме можно найти информацию? Заметим, что оказывается по ней написана и защищена кандидатская диссертация: «Вооружение и военное дело Мордвы в первой половине II тыс. н. э.» (Год: 1998. Автор научной работы: С.В. Святкин) Работа имеет солидное археологическое обоснование и столь же обширную историографию, то есть опирается также на работы предшественников. Ну, а собственно источниковую базу работы составляют данные о 139 наконечниках стрел, далее идут 57 наконечников копий, топоры – 99, 6 сабель, 5 щитов, 20 медных котелка, 12 удил, 14 стремян, несколько деталей оголовья и сбруи, 12 подпружных пряжки, 4 путлищных пряжки, хотя доспехам и походному снаряжению в работе уделено всего шесть страниц (с 84 по 90). Автор указывает, что различные элементы вооружения из средневековых мордовских погребений конца I начала П тысячелетия н.э. много раз описывались в работах таких историков, как А.Н. Кирпичников, Г.Ф. Корзухина, и А.Ф. Медведев. Но, по его мнению, археологические источники только лишь сами по себе, как бы ни были они многочисленны, не в состоянии дать полную картину событий столь удаленного от нас времени. Невозможно их интерпретировать без дополнительного привлечения письменных свидетельств «современников», будь то сочинения иностранных авторов и эпические предания самого мордовского народа. В. Святкин в своем исследовании отмечает, что количественные и качественные показатели вооружения мордовского войска были таковы, что позволяют утверждать, что оно не уступало военным силам своих соседей. Основным оружием мордовских воинов при этом в то время являлась рогатина (тяжелое копье с ромбовидным в сечении наконечником), боевые топоры, кинжалы, большие трехслойные луки со стрелами почти метровой длины. В бою активно применялись копья для метания — дротики и сулицы (те же дротики, но более тяжелые, которыми пробивали панцири и кольчуги). Для защиты от оружия врага использовались панцири, изготовленные из толстой бычьей кожи с нашитыми на них рядами металлических пластинок, а также шлемы, сделанные из кожи. Воины побогаче носили уже металлические шлемы, а также имели мечи и… да-да, у них были кольчуги! То есть своим вооружением они ничем практически не отличались от воинов со знаменитого «Байесского полотна». Причем характерно, что качество металла, использовавшегося при изготовлении оружия, было у мордвы выше, чем, например, у соседних с ними славян. И как это было принято везде, кроме ополчения, в наличии имелись и постоянные дружины мордовских князей, которые состояли из воинов-профессионалов. Имея хорошее вооружение, обладая хорошими физическими данными и отработанной веками тактикой ведения боя в лесу, воины мордовского войска были опасными противниками для любого вторгавшегося к ним врага. В.П. Горелик. Воины с границ Руси: 1 – половец, 2 – мордовский воин, 3 – латгалл. Ослабляли мордовский край только лишь непрерывные внутренние распри. Процессы, связанные с политическим дроблением, характерные как для Киевской Руси, так и соседней Волжско-Камской Булгарии, очевидным образом не могли не затронуть и древней Мордовии. Во всяком случае, автор указывает, что документы той эпохи говорят уже о наличии рядя мордовских княжеств, как более сильных – таких было два, вошедших в историю по именам своих князей (инязоров) Пургаса и Пуреша, так и более слабых и от них зависимых. Что касается мордовского защитного снаряжения, то автор диссертационного исследования указывает, что «стоит признать, что и по данному вопросу археологические источники весьма скудны». Хотя целые шлемы и кольчуги встречались уже в захоронениях Андреевского кургана, в мордовских погребениях изучаемого периода целых предметов такого защитного снаряжения не нашли. Железные доспехи были представлены в них лишь находками нескольких кольчужиц – то есть фрагментов кольчуг. Они были обнаружены в погребениях № 186 и 198 Армиевского I грунтового могильника, и в погребения № 50 в Селикса-Трофимовском могильнике. Анализ этих кольчужиц позволяет сделать вывод, что все те особенности, что отмечаются как характерные для кольчатых доспехов Европы середины I тыс.н.э. нашли свое отражение также и в мордовских кольчужных доспехах. Техника плетения кольчуг из склепанных колец была типична для этого периода. И как раз склепанные кольца и демонстрируют нам армиевские могильники. Но были известны и кольчуги из просто сведенных колец. И в мордовских погребениях в Селикса-Трофимовском могильнике мы также находим именно такие кольчуги. Показательно, что последний тип кольчужного плетения в Западной Европе применялся исключительно в середине-второй половине I тыс. н.э. То есть по времени бытования названные выше погребения Селикса-Трофимовского могильника очень четко соотносятся с существованием этих доспехов в других регионах. При этом, так же, как и в Европе, в мордовской земле встречаются кольца как из круглой проволоки, так и из уплощенной, то есть плоские. То, что мордовские кольчуги представлены в виде обрывков, не удивительно. Здесь надо учитывать и важную ритуальную сторону такого явления, как погребение, когда отдельным кольчужным элементам доспеха придавалось символическое значение. То есть жалко было жертвовать усопшему всю кольчугу. А вот кусочек плетения жертвовался легко, и обозначал таким образом, распространенный в языческих загробных церемониях прием положения в могилу вместо целого предмета его части. Эта условность легко подтверждается на примерах с метательным оружием, когда в могилу вместо полного колчана стрел укладывали всего 2—3 стрелы. Целую кольчугу в могилу вместе с умершим могли положить лишь крайне редко в исключительных, совершенно особенных случаях, ведь столь ценный доспех для рода или племени в этом случае терялся навсегда. Исключение, понятно, могли составлять вожди (и такая традиция известна нам по погребениям многих народов), и особо знатные, отличившиеся воины. В обычных же случаях кольчуга передавалась по наследству, а если и попадала в землю, то в лишь в виде совсем маленьких лоскутков кольчужной ткани. В мордовских могильниках XI-XIII вв. (Заречное II, Красное I, Выползово IV) находят и остатки щитов – главным образом это железные умбоновидные бляхи. Судя по ним, мордовские щиты того времени могли быть и круглыми, и даже овальными. Можно предполагать, что и в исследуемый период такие щиты применялись в мордовских землях повсеместно (Гришаков В.В. Хронология мордовских древностей III—IV ев. Верхнего Посурья и Примокшанья // Пензенский археологический сборник. - Пенза: Пенз. ин-т разв. обр., 2008. - С. 82-137.). Миниатюра из японского «Сказания о вторжении монголов». Обратите внимание на количество воинов в металлическом защитном снаряжении. 21 воин в мягких доспехах, 3 – в металлических. А теперь вывод. Очевидно, что обращение к научной диссертации, основанной на обширном археологическом материале, а также работах других авторов, работавших над этой же темой, помогает сделать вполне обоснованный вывод о том, что мордовские воины, так же, как и воины того времени у других народов, имели как кожаное защитное снаряжение, так и металлическое, ничем не отличавшееся от снаряжения «рыцарей Востока и Запада» раннего средневековья. Другое дело, что процент таких воинов был невелик. Однако они были. Что касается других источников, то, например, на то, каким было снаряжение монгольских воинов, вторгшихся в Японию, нам указывают миниатюры из знаменитого «Сказания о вторжении монголов в Японию» ХIII века. Там мы видим воинов и в металлических доспехах, и в защитных одеяниях из ткани. Подсчет первых и последних по всем миниатюрам дает нам следующий показатель: 1 : 7! Вполне возможно, что их было и еще меньше 1:10. Но там, где счет идет на тысячи, то и это достаточно большой показатель «одоспешенности». P.S. У нас в университете до недавнего времени была отдельная кафедра философии. И вот на нее периодически (можно даже сказать регулярно) приходили люди иногда весьма странного вида, приносившие целые рукописные трактаты по философии, в которых были рецепты всеобщего счастья, полного мироустройства и даже объяснение почему Бог – Бог! И заведующий в таких случаях обычно говорил: «Ну не запретишь же людям интересоваться философией…». С историей дело вроде бы обстоит лучше. Во всяком случае у себя в городе я знаю только два случая, когда вот такие любители попытались хоть как-то о себе заявлять. Зато к услугам таких людей теперь Интернет, где можно писать все, что бог на душу положит. И в самом деле, ну не запретишь человеку интересоваться интересным! Можно посоветовать, как лучше за это приняться, но почему-то мало кто этим советам следует. Автор: Вячеслав Шпаковский https://topwar.ru/118636-mordovskie-vsadniki-srednih-vekov-i-problemy-istoricheskogo-lyubitelstva.html

Служилые татары в XV-XVII веках составляли заметную часть войска Московского государства. Это отразилось как в иностранных источниках (европейские авторы особо отмечали наличие таких "варварских" войск у московских правителей и нередко гиперболизировали их жестокость и непривычный внешний вид), так и в исторической литературе1. Тем не менее военный аспект темы остаётся мало изученным. За время существования в Московском государстве института служилых татар его состав пополнялся выходцами из Большой орды, Крымского, Казанского и Астраханского ханств, Ногайской орды, а с конца XVI века - и из Сибирского ханства. Поступавшие на русскую службу татары, разумеется, хотя бы первое время продолжали пользоваться своим прежним вооружением и привычной тактикой. Следовательно, при изучении того и другого нужно использовать источники, освещающие военное дело у крымских, казанских, астраханских, сибирских и ногайских татар, а также учесть наследование ранними служилыми татарами оружейных традиций Золотой Орды. В рассматриваемый нами период оружейный комплекс народов Восточной Европы, особенно татар, был в главном схож; он испытывал сильное южное (турецко-иранское) влияние2. С конца XV столетия становится заметным формирование нового "мусульманского" (переднеазиатского) оружейного комплекса - возобладавшего в XV-XVIII веках на территории Северной Африки, Малой, Передней и Средней Азии, Восточной Европы, Южной Сибири, Индии и Западной Монголии3. Выделить специфические особенности военного дела служилых татар Московии трудно. Известно, что они занимались ведением разведки и что во второй половине XVI века им было запрещено "запираться" в крепостях4. Но вот одно из самых ранних свидетельств о татарах на службе московского князя. Оно содержится в "Летописном сборнике, именуемом летописью Авраамки", в рассказе о походе Василия II на Новгород в 1456 году. Василий послал тогда на Русу (ныне Старая Русса) "изгонную рать": царевича Момотяка "с Татарскою силою", "Семена Карамышова, да Басенька и ины воеводы, с Татары в пять тыщ рати". Новгородцы атаковали москвичей и татар, остановившихся в Русе, и после боя, в котором было перебито 50 москвичей и татар, вошли в город. Тут многие спешились и начали грабить убитых "шестноков и татаров", снимали "платье и доспехи". Однако подошли новые силы противника, и "татарове начаша стреляти кони" у новгородцев, а потом ударили (возможно, вместе с русскими) с тыла и с флангов и "смутиша" новгородскую силу5. То есть в летописи - как правило, скупой на подробности в описании боевых действий - всё-таки отмечены действия татар, которые стреляли по лошадям, дабы лишить противника ударного потенциала и мобильности, "смутить" его. Это очень напоминает тактику монголов, описанную ещё Марко Поло в XIII веке… Измотав противника, московские войска обошли его с флангов и с тыла и нанесли решительный удар. Крымско-татарский всадник. Гравюра из альбома фламандского художника А. де Брюна. К концу XV века степняки по ряду причин стали отказываться от прежней тактики и вооружения. Тяжёлая конница перестаёт быть основой их военной мощи. Одной из причин этого было развитие огнестрельного оружия. Другой причиной, по мнению М. В. Горелика, могло стать отсутствие достаточной производственной базы в запустевших городах Золотой Орды6. Так или иначе, итальянец Контарини в 1470-х годах описывал ордынских татар как слабо вооружённых воинов: "Утверждают также, что во всей Орде не найдётся и двух тысяч мужчин, вооружённых саблями и луками; остальные - это оборванцы без всякого оружия"7. Не стоит понимать это заявление буквально; как видим, Контарини и сам не считал его вполне достоверным. Однако, судя по всему, это всё же свидетельство уменьшения роли тяжёлой конницы. Сигизмунд Герберштейн в 1520-е годы, говоря о татарах вообще, отмечал: "В седле они имеют обыкновение сидеть, поджав ноги, чтобы иметь возможность поворачиваться в ту или другую сторону; если они случайно что-либо уронят [и им нужно будет поднять это с земли, то, не вынимая ног из стремян], они поднимают (вещь) без труда. [В этом они столь проворны, что] могут сделать то же самое на полном скаку. Если в них бросаешь копьё, они уклоняются от удара, внезапно соскользнув на один бок и держась за лошадь только одной рукой и ногой"8. И ещё: "Если убоятся силы наседающих врагов, то [в бегстве] бросают сёдла, одежду, оставив только оружие, [мчатся во весь опор]… Сражение с врагом они начинают издали и очень храбро, хотя долго его не выдерживают, а обращаются в притворное бегство. Когда враг начинает их преследовать, то [при первой возможности] татары пускают назад в них стрелы; затем, внезапно повернув лошадей, снова бросаются на расстроенные ряды врагов. Когда им приходится сражаться на открытой равнине, а враги находятся от них на расстоянии полёта стрелы, то они вступают в бой не в строю, а изгибают войско и носятся по кругу, чтобы тем вернее и удобнее стрелять во врага. Среди таким образом (по кругу) наступающих и отступающих соблюдается удивительный порядок. Правда, для этого у них есть опытные в сих делах вожатые (ductores), за которыми они следуют. Но если эти (вожатые) или падут от вражеских стрел, или вдруг от страха ошибутся в соблюдении строя, то всем войском овладевает такое замешательство, что оно более не в состоянии вернуться к порядку и стрелять во врага. Такой способ боя из-за сходства называют пляской. Если же приходится сражаться в узком пространстве, то такой способ боя уже не применим, и поэтому они пускаются в бегство, так как не имеют ни щитов, ни копий, ни шлемов, чтобы противостоять врагу в правильной битве"9. А вот источник из Речи Посполитой. В "Дневнике осады и взятия Велижа, Великих Лук и Заволочья с 1-го августа по 25 ноября 1580 г., ведённом Лукою Дзялынским, старостою Ковальским и Бродницким", имеется пространное описание стычки с татарами, произошедшей 17 августа 1580 года в лесах на территории нынешней Смоленской области. Отряд из 200 пеших гайдуков (авангард войск короля Стефана Батория) расположился в лесу возле реки Полонной, а начальник отряда Выбрановский со своим поручиком поехали дальше - осмотреться. И наткнулись на трёх татар. Те кинулись было на них, но при виде ружей отступили и принялись звать своих. Выбрановский с поручиком бросились назад и в итоге навели на свой лагерь крупный татарский отряд. Наших, писал Дзялынский, "случилось тут только 8 человек, которые лежали; все другие рубили лес для моста, вот почему наши не могли достать так скоро огня для фитилей, а татары уже ворвались. Несколько наших выскочили с топорами, копьями, саблями, вооружившись, чем кто мог на скорую руку. В это время один татарин кинулся впереди других с саблей на Выбрановского, но случившийся тут пехотинец пустил в него топором и угодил в висок, так что татарин свалился с коня; тогда солдат копьём проколол его насквозь, так что тот тут же и умер. Другие татары вмиг подхватили его труп на лошадь; наши стали колотить татар обухами, другие успели уже взяться за ружья. Увидев это, татары отступили, продолжая стрелять; убитого двое взяли с собою и, положив его поперёк коня, ускакали так поспешно, что растеряли стрелы и шапки и оставили один лук. …Таким образом, татары ускакали; не сделав никакого вреда, даже не ранив никого из наших, а между тем потеряли одного из своих"10. Далее отмечено, что татары имели 57 хороших лошадей и были богато одеты (то есть "были людьми отборными")11. Сделать выводы о тактике мешает случайность происшествия. Татары гнались за отступавшим противником, внезапно наткнулись на не готовый к бою вражеский лагерь и действовали спонтанно - атаковали в сабли. Но к серьёзной стычке они готовы не были и при виде ружей поспешно отступили. По свидетельству Дзялынского, пленный татарин сообщил, что "великий князь не велел татарам ни сидеть в засадах, ни вступать в битву, но поручил им всюду отступать перед королём, а между тем всячески тревожить его войско. Пленный прибавил также, что царь не прочь принять сражение, но сперва хочет ослабить наше войско"12. То есть одним из приёмов, использовавшихся татарами, были действия из засад. У Дзялынского есть и описание разгрома королевского отряда, отправившегося за провиантом: "Князь Януш Острожский послал за провизией 80 конных казаков. Из них 40 всадников осталось у возов, другие 40 пошли дальше на поиски провианта. Они наткнулись на 50 татарских наездников, передовых неприятельского отряда. Наши, построившись в ряды, бросились на них и потеснили их назад. Татары, отступая, навели наших на большое войско, размещённое на 3 части. Вмиг все бросились на наших спереди и с боков; видя, что борьба не равна, наши поскакали назад, но им трудно было уйти. Затем, видя, что нет спасения, они, прискакав к нескольким деревням, соскочили с коней и стали мужественно отстреливаться из длинных ружей. Ушли только трое и то раненые, а из других 6 были взяты в плен, 6 убиты"13. Возможно, речь идёт о ложном отступлении, заманивании противника в засаду. Русский всадник. Гравюра из альбома фламандского художника А. де Брюна. Ф. Ниенштедт приводил краткий рассказ о попытке служилых татар пленить польского офицера с помощью аркана14. Станислав Пиотровский сообщал, что в осаждённом Стефаном Баторием Пскове было и некоторое число служилых татар. Согласно дневнику Пиотровского, 24 августа 1581 года поляки и венгры решили выманить защитников из Пскова на бой в поле, для чего сделали засаду напротив ворот, а часть сил направили к воротам. "Из города выехала толпа татар, пан воевода начал отступать к кустарнику [где была засада], а венгерцы не выдержали и выскочили вперёд; тогда со стен открыли частый огонь, под защиту которого и стали татары, не подвигаясь далее. Одному венгерцу из лука прострелили ногу, Собоцкому - красную накидку, в которой засела стрела, да убили ещё чьего-то коня"15. Возможно, татары попытались оказать на осаждающих психологическое давление - бросили на них конницу, - но ввязываться в рукопашную опять не стали и отступили. Антонио Поссевино, сообщая сведения о завоевании русскими татарских ханств, указывал, что московиты применяли большие пушки, а также укреплённые на повозках щиты, за которыми укрывались воины, вооружённые пищалями. "Таким образом, врагам был нанесён значительный ущерб, сами же они никого не потеряли, так как ему легко было сломить их с помощью этого нового вида оружия"16. При этом, видимо, подразумевалось, что татары атаковали в конном строю, обстреливая врага из луков, и не использовали (по крайней мере, широко), огнестрельного оружия. Способ ведения боя татарами - подданными царя, описанный в начале XVII века Петром Петреем, схож с таковым крымских татар. По Петрею, в походы татары ходили на быстрых и сильных конях; сёдла и стремена имели деревянные (кроме знати, которая получала их из Османской империи и Московии); в сёдлах сидели избоченясь. Их оружием были луки и сабли. "Когда обратятся в бегство, а неприятель погонится за ними, они бросают всё, что только есть с ними, кроме сабель, которыми и рубят во все стороны, сколько хватит силы"17. Далее Петрей приводил описание тактики татар, видимо, крымских: "Когда дают сражение неприятелю, распределяют своих людей по отрядам… как первый пустит свои стрелы, едет другой и третий отряды; так и стреляют из луков поочерёдно, в каком порядке поставлены; когда же все выстрелят, отступают назад и потом вместе нападают на неприятеля, с большим шумом, гамом и криками: "Гола, гола, гола!" Разбитые и обращённые в бегство, они защищаются также стрельбой из луков до последней возможности; стреляют вперёд и назад, так живо и ловко, что и в бегстве наносят такой же вред, как и в сражении, и никогда не отдаются в плен по доброй воле, пока ещё могут обороняться… Они не употребляют ни пороха, ни дроби, не умеют обращаться ни с полевыми, ни с большими пушками, редко осаждают города и крепости; но если бы привелось захватить город или крепость врасплох, хитростью и обманом, они уж не пропустят этого случая"18. Иосиф Будзило приводил сведения об отряде служилых татар, перешедших на сторону интервентов во время Смуты. Под Ярославлем в мае 1609 года у них произошло столкновение с русскими войсками. "Так как здесь трудна была переправа, то наши, оставив там Азана турка с ярославскими и романовскими татарами и с донскими казаками, которым поручили развлекать русских на этом месте, сами 9 дня мая сделали на этой реке мост повыше, на следующий день переправились, зашли 10 числа в тыл русским, защищавшим переправу, поразили их, после чего охотники из поляков и казаки гнали их на расстоянии мили к Ярославлю"19. Русские отступили в слободу Спасского монастыря, а за ними туда ворвались и их противники. При этом "Азан с отрядом, оставленным у реки, не замедлил прибыть и прибыл в то самое время, когда наши ворвались в слободу; его отряд, спешившись, тоже побил немало русских и сжёг слободу"20. Таким образом, служилые татары могли вести бой и спешившись. Есть у этого автора и другие сведения о татарах. В июле 1610 года, когда войска интервентов стали под вечер лагерем на Медвежьем броде, "незаметно подкрались к лагерю татары и сделали большой урон в людях, которых нашли по деревням. Наши, выскочившие из лагеря без строя и те, которые прибежали [из деревень], гарцевали с татарами до самого вечера; уже ночь прервала битву. На следующий день, утром, 22 [26?] июля, Сапега вывел против татар войско в поле, желая захватить их в стане, но они, узнав от языков, что у нас большое войско, поднялись раньше и ушли, - они ведь оберегали собственную кожу; впрочем, и наши всю ночь были наготове. Этих татар нанял Шуйский; но они, увидев, что ничего не могут сделать, забрав немало денег и полону, ушли невредимо домой"21. Тут видно нежелание татар вступать в ближний бой с противником, стремление использовать эффект внезапности. Но если это не получалось, то они могли принять и ближний (и притом длительный) бой. Итак, служилые татары XV-XVII веков делали ставку на дистанционный бой в конном строю - мобильные отряды их конных лучников стремились нанести противнику максимальный урон издали, не вступая в ближний бой. Отчасти это было связано с отсутствием у основной массы татар защитного вооружения. Такая тактика характерна для них уже в XV веке; такой тактикой была обусловлена и их особенная посадка на лошади - которая позволяла им быть очень подвижными, способными стрелять во всех направлениях и уклоняться от ударов, но не позволяла выдерживать удар. В источниках есть также упоминания о засадах, ложном отступлении, заходе с тыла и флангов - обычный набор тактических приёмов кочевников. При отступлении татары отстреливались, а в критической ситуации бросали весь груз, сохраняя только оружие. Из специфических "кочевнических" черт можно упомянуть и использование аркана для выведения противника из строя и его пленения. Татары старались также использовать эффект внезапности. Служилые татары не всегда проявляли стойкость в ближнем бою, однако нельзя сказать, что они его избегали. Действуя по обстановке, они могли атаковать противника и вступить с ним в рукопашный бой на саблях; принимали и пеший бой. Автор: Борис ИлюшинПервоисточник: http://rg.ru/2015/07...ina-tatary.html

Места очень многих битв не известны. Данные приводятся по источникам. В ссылке выше они даны. Князь на тот момент, это управляющий небольшим регионом с городом, т.ч. количество вполне приемлемое. И не понятно, где Вы видите альтернативщиков? Кли́м Алекса́ндрович Жу́ков — российский военный историк-медиевист, исторический реконструктор. Научный секретарь семинара военной археологии при Институте истории материальной культуры РАН. Руководитель клуба исторической реконструкции «Меченосец». Руководитель всероссийского межклубного объединения исторической реконструкции «Ливонский Орден» и соорганизатор всероссийского межклубного объединения исторической реконструкции «Гран Компания», а также сопредседатель Ассоциации средневековых боевых искусств. Эксперт по средневековому оружию, официальный эксперт по историческому фехтованию и военному снаряжению в Гилдхоллской школе музыки и театра. или Пилипчук Ярослав Валентинович - младший научный сотрудник, кандидат исторических наук Институт востоковедения им. А.Е. Крымского НАН Украины или Издание Центра исследований Золотой Орды и татарских ханств Института истории АН РТ

Да, очень интересная штука. Явно не скифы. Скорее греки или Рим. Мне видится часть сосуда :rolleyes:

http://shron.chtyvo.org.ua/Pylypchuk_Yaroslav/Bytva_na_reke_Vorskla_ystochnykovedcheskye_aspekt.pdf

Разведопрос: Клим Жуков про битву на Ворскле 1399 года https://www.youtube.com/watch?v=MwOFBO6JBQQ