Yorik

Просто лапша...

Взрыв мозга...

Последнее письмо матери сыну «Это письмо нелегко оборвать, оно — мой последний разговор с тобой, и, переправив письмо, я окончательно ухожу от тебя». В этом году евреи всего мира отмечают 28 апреля День Катастрофы. Екатерина Савельевна Витис, мать писателя Василия Семеновича Гроссмана, в 1941 году написала ему прощальное письмо, которое он целиком включил в роман «Жизнь и судьба» как последнее послание матери Виктора Штрума. Каждый должен прочитать это. Это памятник материнской любви, силе духа и противостоянию ужасам фашизма. Витя, я уверена, мое письмо дойдёт до тебя, хотя я за линией фронта и за колючей проволокой еврейского гетто. Твой ответ я никогда не получу, меня не будет. Я хочу, чтобы ты знал о моих последних днях, с этой мыслью мне легче уйти из жизни. Людей, Витя, трудно понять по-настоящему... Седьмого июля немцы ворвались в город. В городском саду радио передавало последние известия. Я шла из поликлиники после приема больных и остановилась послушать. Дикторша читала по-украински статью о боях. Я услышала отдалённую стрельбу, потом через сад побежали люди. Я пошла к дому и всё удивлялась, как это пропустила сигнал воздушной тревоги. И вдруг я увидела танк, и кто-то крикнул: «Немцы прорвались!» Я сказала: «Не сейте панику». Накануне я заходила к секретарю горсовета, спросила его об отъезде. Он рассердился: «Об этом рано говорить, мы даже списков не составляли»... Словом, это были немцы. Всю ночь соседи ходили друг к другу, спокойней всех были малые дети да я. Решила — что будет со всеми, то будет и со мной. Вначале я ужаснулась, поняла, что никогда тебя не увижу, и мне страстно захотелось ещё раз посмотреть на тебя, поцеловать твой лоб, глаза. А я потом подумала — ведь счастье, что ты в безопасности. Под утро я заснула и, когда проснулась, почувствовала страшную тоску. Я была в своей комнате, в своей постели, но ощутила себя на чужбине, затерянная, одна. Этим же утром мне напомнили забытое за годы советской власти, что я еврейка. Немцы ехали на грузовике и кричали: «Juden kaputt!» А затем мне напомнили об этом некоторые мои соседи. Жена дворника стояла под моим окном и говорила соседке: «Слава Богу, жидам конец». Откуда это? Сын её женат на еврейке, и старуха ездила к сыну в гости, рассказывала мне о внуках. Соседка моя, вдова, у неё девочка 6 лет, Алёнушка, синие, чудные глаза, я тебе писала о ней когда-то, зашла ко мне и сказала: «Анна Семеновна, попрошу вас к вечеру убрать вещи, я переберусь в Вашу комнату». «Хорошо, я тогда перееду в вашу» — сказала я. Она ответила: «Нет, вы переберетесь в каморку за кухней». Я отказалась: там ни окна, ни печки. Я пошла в поликлинику, а когда вернулась, оказалось: дверь в мою комнату взломали, мои вещи свалили в каморке. Соседка мне сказала: «Я оставила у себя диван, он всё равно не влезет в вашу новую комнатку». Удивительно, она кончила техникум, и покойный муж её был славный и тихий человек, бухгалтер в Укопспилке. «Вы вне закона» — сказала она таким тоном, словно ей это очень выгодно. А её дочь Аленушка сидела у меня весь вечер, и я ей рассказывала сказки. Это было моё новоселье, и она не хотела идти спать, мать её унесла на руках. А затем, Витенька, поликлинику нашу вновь открыли, а меня и ещё одного врача-еврея уволили. Я попросила деньги за проработанный месяц, но новый заведующий мне сказал: «Пусть вам Сталин платит за то, что вы заработали при советской власти, напишите ему в Москву». Санитарка Маруся обняла меня и тихонько запричитала: «Господи, Боже мой, что с вами будет, что с вами всеми будет...» И доктор Ткачев пожал мне руку. Я не знаю, что тяжелей: злорадство или жалостливые взгляды, которыми глядят на подыхающую, шелудивую кошку. Не думала я, что придётся мне всё это пережить. Многие люди поразили меня. И не только тёмные, озлобленные, безграмотные. Вот старик-педагог, пенсионер, ему 75 лет, он всегда спрашивал о тебе, просил передать привет, говорил о тебе: «Он наша гордость». А в эти дни проклятые, встретив меня, не поздоровался, отвернулся. А потом мне рассказывали, что он на собрании в комендатуре говорил: «Воздух очистился, не пахнет чесноком». Зачем ему это — ведь эти слова его пачкают. И на том же собрании, сколько клеветы на евреев было... Но, Витенька, конечно, не все пошли на это собрание. Многие отказались. И, знаешь, в моём сознании с царских времен антисемитизм связан с квасным патриотизмом людей из «Союза Михаила Архангела». А здесь я увидела, — те, что кричат об избавлении России от евреев, унижаются перед немцами, по-лакейски жалки, готовы продать Россию за тридцать немецких сребреников. А тёмные люди из пригорода ходят грабить, захватывают квартиры, одеяла, платья; такие, вероятно, убивали врачей во время холерных бунтов. А есть душевно вялые люди, они поддакивают всему дурному, лишь бы их не заподозрили в несогласии с властями. Ко мне беспрерывно прибегают знакомые с новостями, глаза у всех безумные, люди, как в бреду. Появилось странное выражение — «перепрятывать вещи». Кажется, что у соседа надежней. Перепрятывание вещей напоминает мне игру. Вскоре объявили о переселении евреев, разрешили взять с собой 15 килограммов вещей. На стенах домов висели жёлтенькие объявленьица — «Всем жидам предлагается переселиться в район Старого города не позднее шести часов вечера 15 июля 1941 года. Не переселившимся — расстрел». Ну вот, Витенька, собралась и я. Взяла я с собой подушку, немного белья, чашечку, которую ты мне когда-то подарил, ложку, нож, две тарелки. Много ли человеку нужно? Взяла несколько инструментов медицинских. Взяла твои письма, фотографии покойной мамы и дяди Давида, и ту, где ты с папой снят, томик Пушкина, «Lettres de Mon moulin», томик Мопассана, где «One vie», словарик, взяла Чехова, где «Скучная история» и «Архиерей». Вот и, оказалось, что я заполнила всю свою корзинку. Сколько я под этой крышей тебе писем написала, сколько часов ночью проплакала, теперь уж скажу тебе, о своем одиночестве. Простилась с домом, с садиком, посидела несколько минут под деревом, простилась с соседями. Странно устроены некоторые люди. Две соседки при мне стали спорить о том, кто возьмёт себе стулья, кто письменный столик, а стала с ними прощаться, обе заплакали. Попросила соседей Басанько, если после войны ты приедешь узнать обо мне, пусть расскажут поподробней и мне обещали. Тронула меня собачонка, дворняжка Тобик, последний вечер как-то особенно ласкалась ко мне. Если приедешь, ты её покорми за хорошее отношение к старой жидовке. Когда я собралась в путь и думала, как мне дотащить корзину до Старого города, неожиданно пришел мой пациент Щукин, угрюмый и, как мне казалось, чёрствый человек. Он взялся понести мои вещи, дал мне триста рублей и сказал, что будет раз в неделю приносить мне хлеб к ограде. Он работает в типографии, на фронт его не взяли по болезни глаз. До войны он лечился у меня, и если бы мне предложили перечислить людей с отзывчивой, чистой душой, — я назвала бы десятки имен, но не его. Знаешь, Витенька, после его прихода я снова почувствовала себя человеком, значит, ко мне не только дворовая собака может относиться по-человечески. Он рассказал мне, что в городской типографии печатается приказ, что евреям запрещено ходить по тротуарам. Они должны носить на груди жёлтую лату в виде шестиконечной звезды. Они не имеют права пользоваться транспортом, банями, посещать амбулатории, ходить в кино, запрещается покупать масло, яйца, молоко, ягоды, белый хлеб, мясо, все овощи, исключая картошку. Покупки на базаре разрешается делать только после шести часов вечера (когда крестьяне уезжают с базара). Старый город будет обнесён колючей проволокой, и выход за проволоку запрещён, можно только под конвоем на принудительные работы. При обнаружении еврея в русском доме хозяину — расстрел, как за укрытие партизана. Тесть Щукина, старик-крестьянин, приехал из соседнего местечка Чуднова и видел своими глазами, что всех местных евреев с узлами и чемоданами погнали в лес, и оттуда в течение всего дня доносились выстрелы и дикие крики, ни один человек не вернулся. А немцы, стоявшие на квартире у тестя, пришли поздно вечером — пьяные, и ещё пили до утра, пели и при старике делили между собой брошки, кольца, браслеты. Не знаю, случайный ли это произвол или предвестие ждущей и нас судьбы? Как печален был мой путь, сыночек, в средневековое гетто. Я шла по городу, в котором проработала 20 лет. Сперва мы шли по пустынной Свечной улице. Но когда мы вышли на Никольскую, я увидела сотни людей, шедших в это проклятое гетто. Улица стала белой от узлов, от подушек. Больных вели под руки. Парализованного отца доктора Маргулиса несли на одеяле. Один молодой человек нёс на руках старуху, а за ним шли жена и дети, нагруженные узлами. Заведующий магазином бакалеи Гордон, толстый, с одышкой, шёл в пальто с меховым воротником, а по лицу его тёк пот. Поразил меня один молодой человек, он шёл без вещей, подняв голову, держа перед собой раскрытую книгу, с надменным и спокойным лицом. Но сколько рядом было безумных, полных ужаса. Шли мы по мостовой, а на тротуарах стояли люди и смотрели. Одно время я шла с Маргулисами и слышала сочувственные вздохи женщин. А над Гордоном в зимнем пальто смеялись, хотя, поверь, он был ужасен, не смешон. Видела много знакомых лиц. Одни слегка кивали мне, прощаясь, другие отворачивались. Мне кажется, в этой толпе равнодушных глаз не было; были любопытные, были безжалостные, но несколько раз я видела заплаканные глаза. Я посмотрела — две толпы, евреи в пальто, шапках, женщины в тёплых платках, а вторая толпа на тротуаре одета по-летнему. Светлые кофточки, мужчины без пиджаков, некоторые в вышитых украинских рубахах. Мне показалось, что для евреев, идущих по улице, уже и солнце отказалось светить, они идут среди декабрьской ночной стужи. У входа в гетто я простилась с моим спутником, он мне показал место у проволочного заграждения, где мы будем встречаться. Знаешь, Витенька, что я испытала, попав за проволоку? Я думала, что почувствую ужас. Но, представь, в этом загоне для скота мне стало легче на душе. Не думай, не потому, что у меня рабская душа. Нет. Нет. Вокруг меня были люди одной судьбы, и в гетто я не должна, как лошадь, ходить по мостовой, и нет взоров злобы, и знакомые люди смотрят мне в глаза и не избегают со мной встречи. В этом загоне все носят печать, поставленную на нас фашистами, и поэтому здесь не так жжёт мою душу эта печать. Здесь я себя почувствовала не бесправным скотом, а несчастным человеком. От этого мне стало легче. Я поселилась вместе со своим коллегой, доктором-терапевтом Шперлингом, в мазаном домике из двух комнатушек. У Шперлингов две взрослые дочери и сын, мальчик лет двенадцати. Я подолгу смотрю на его худенькое личико и печальные большие глаза. Его зовут Юра, а я раза два называла его Витей, и он меня поправлял: «Я Юра, а не Витя». Как различны характеры людей! Шперлинг в свои пятьдесят восемь лет полон энергии. Он раздобыл матрацы, керосин, подводу дров. Ночью внесли в домик мешок муки и полмешка фасоли. Он радуется всякому своему успеху, как молодожён. Вчера он развешивал коврики. Ничего, ничего, все переживём, — повторяет он — главное, запастись продуктами и дровами. Он сказал мне, что в гетто следует устроить школу. Он даже предложил мне давать Юре уроки французского языка и платить за урок тарелкой супа. Я согласилась. Жена Шперлинга, толстая Фанни Борисовна, вздыхает: «Всё погибло, мы погибли». Но при этом, следит, чтобы её старшая дочь Люба, доброе и милое существо, не дала кому-нибудь горсть фасоли или ломтик хлеба. А младшая, любимица матери, Аля — истинное исчадие ада: властная, подозрительная, скупая. Она кричит на отца, на сестру. Перед войной она приехала погостить из Москвы и застряла. Боже мой, какая нужда вокруг! Если бы те, кто говорят о богатстве евреев и о том, что у них всегда накоплено на чёрный день, посмотрели на наш Старый город. Вот он и пришёл, чёрный день, чернее не бывает. Ведь в Старом городе не только переселённые с 15 килограммами багажа, здесь всегда жили ремесленники, старики, рабочие, санитарки. В какой ужасной тесноте жили они и живут. Как едят! Посмотрел бы ты на эти полуразваленные, вросшие в землю хибарки. Витенька, здесь я вижу много плохих людей — жадных, трусливых, хитрых, даже готовых на предательство. Есть тут один страшный человек, Эпштейн, попавший к нам из какого-то польского городка. Он носит повязку на рукаве и ходит с немцами на обыски, участвует в допросах, пьянствует с украинскими полицаями, и они посылают его по домам вымогать водку, деньги, продукты. Я раза два видела его — рослый, красивый, в франтовском кремовом костюме, и даже жёлтая звезда, пришитая к его пиджаку, выглядит, как жёлтая хризантема. Но я хочу тебе сказать и о другом. Я никогда не чувствовала себя еврейкой. С детских лет я росла в среде русских подруг, я любила больше всех поэтов Пушкина, Некрасова, и пьеса, на которой я плакала вместе со всем зрительным залом, съездом русских земских врачей, была «Дядя Ваня» со Станиславским. А когда-то, Витенька, когда я была четырнадцатилетней девочкой, наша семья собралась эмигрировать в Южную Америку. И я сказала папе: «Не поеду никуда из России, лучше утоплюсь». И не уехала. А вот в эти ужасные дни мое сердце наполнилось материнской нежностью к еврейскому народу. Раньше я не знала этой любви. Она напоминает мне мою любовь к тебе, дорогой сынок. Я хожу к больным на дом. В крошечные комнатки втиснуты десятки людей: полуслепые старики, грудные дети, беременные. Я привыкла в человеческих глазах искать симптомы болезней — глаукомы, катаракты. Я теперь не могу так смотреть в глаза людям, — в глазах я вижу лишь отражение души. Хорошей души, Витенька! Печальной и доброй, усмехающейся и обречённой, побеждённой насилием и в то же время торжествующей над насилием. Сильной, Витя, души! Если бы ты слышал, с каким вниманием старики и старухи расспрашивают меня о тебе. Как сердечно утешают меня люди, которым я ни на что не жалуюсь, люди, чьё положение ужасней моего. Мне иногда кажется, что не я хожу к больным, а, наоборот, народный добрый врач лечит мою душу. А как трогательно вручают мне за лечение кусок хлеба, луковку, горсть фасоли. Поверь, Витенька, это не плата за визиты! Когда пожилой рабочий пожимает мне руку и вкладывает в сумочку две-три картофелины и говорит: «Ну, ну, доктор, я вас прошу», у меня слёзы выступают на глазах. Что-то в этом такое есть чистое, отеческое, доброе, не могу словами передать тебе это. Я не хочу утешать тебя тем, что легко жила это время. Ты удивляйся, как моё сердце не разорвалось от боли. Но не мучься мыслью, что я голодала, я за все это время ни разу не была голодна. И ещё — я не чувствовала себя одинокой. Что сказать тебе о людях, Витя? Люди поражают меня хорошим и плохим. Они необычайно разные, хотя все переживают одну судьбу. Но, представь себе, если во время грозы большинство старается спрятаться от ливня, это ещё не значит, что все люди одинаковы. Да и прячется от дождя каждый по-своему... Доктор Шперлинг уверен, что преследования евреев временные, пока война. Таких, как он, немало, и я вижу, чем больше в людях оптимизма, тем они мелочней, тем эгоистичней. Если во время обеда приходит кто-нибудь, Аля и Фанни Борисовна немедленно прячут еду. Ко мне Шперлинги относятся хорошо, тем более что я ем мало и приношу продуктов больше, чем потребляю. Но я решила уйти от них, они мне неприятны. Подыскиваю себе уголок. Чем больше печали в человеке, чем меньше он надеется выжить, тем он шире, добрее, лучше. Беднота, жестянщики, портняги, обречённые на гибель, куда благородней, шире и умней, чем те, кто ухитрились запасти кое-какие продукты. Молоденькие учительницы, чудик-старый учитель и шахматист Шпильберг, тихие библиотекарши, инженер Рейвич, который беспомощней ребенка, но мечтает вооружить гетто самодельными гранатами — что за чудные, непрактичные, милые, грустные и добрые люди. Здесь я вижу, что надежда почти никогда не связана с разумом, она — бессмысленна, я думаю, её родил инстинкт. Люди, Витя, живут так, как будто впереди долгие годы. Нельзя понять, глупо это или умно, просто так оно есть. И я подчинилась этому закону. Здесь пришли две женщины из местечка и рассказывают то же, что рассказывал мне мой друг. Немцы в округе уничтожают всех евреев, не щадя детей, стариков. Приезжают на машинах немцы и полицаи и берут несколько десятков мужчин на полевые работы, они копают рвы, а затем через два-три дня немцы гонят еврейское население к этим рвам и расстреливают всех поголовно. Всюду в местечках вокруг нашего города вырастают эти еврейские курганы. В соседнем доме живёт девушка из Польши. Она рассказывает, что там убийства идут постоянно, евреев вырезают всех до единого, и евреи сохранились лишь в нескольких гетто — в Варшаве, в Лодзи, Радоме. И когда я всё это обдумала, для меня стало совершенно ясно, что нас здесь собрали не для того, чтобы сохранить, как зубров в Беловежской пуще, а для убоя. По плану дойдёт и до нас очередь через неделю, две. Но, представь, понимая это, я продолжаю лечить больных и говорю: «Если будете систематически промывать лекарством глаза, то через две-три недели выздоровеете». Я наблюдаю старика, которому можно будет через полгода-год снять катаракту. Я задаю Юре уроки французского языка, огорчаюсь его неправильному произношению. А тут же немцы, врываясь в гетто, грабят, часовые, развлекаясь, стреляют из-за проволоки в детей, и всё новые, новые люди подтверждают, что наша судьба может решиться в любой день. Вот так оно происходит — люди продолжают жить. У нас тут даже недавно была свадьба. Слухи рождаются десятками. То, задыхаясь от радости, сосед сообщает, что наши войска перешли в наступление и немцы бегут. То вдруг рождается слух, что советское правительство и Черчилль предъявили немцам ультиматум, и Гитлер приказал не убивать евреев. То сообщают, что евреев будут обменивать на немецких военнопленных. Оказывается, нигде нет столько надежд, как в гетто. Мир полон событий, и все события, смысл их, причина, всегда одни — спасение евреев. Какое богатство надежды! А источник этих надежд один — жизненный инстинкт, без всякой логики сопротивляющийся страшной необходимости погибнуть нам всем без следа. И вот смотрю и не верю: неужели все мы — приговорённые, ждущие казни? Парикмахеры, сапожники, портные, врачи, печники — все работают. Открылся даже маленький родильный дом, вернее, подобие такого дома. Сохнет белье, идёт стирка, готовится обед, дети ходят с 1 сентября в школу, и матери расспрашивают учителей об отметках ребят. Старик Шпильберг отдал в переплёт несколько книг. Аля Шперлинг занимается по утрам физкультурой, а перед сном наворачивает волосы на папильотки, ссорится с отцом, требует себе какие-то два летних отреза. И я с утра до ночи занята — хожу к больным, даю уроки, штопаю, стираю, готовлюсь к зиме, подшиваю вату под осеннее пальто. Я слушаю рассказы о карах, обрушившихся на евреев. Знакомую, жену юрисконсульта, избили до потери сознания за покупку утиного яйца для ребенка. Мальчику, сыну провизора Сироты, прострелили плечо, когда он пробовал пролезть под проволокой и достать закатившийся мяч. А потом снова слухи, слухи, слухи. Вот и не слухи. Сегодня немцы угнали восемьдесят молодых мужчин на работы, якобы копать картошку, и некоторые люди радовались — сумеют принести немного картошки для родных. Но я поняла, о какой картошке идет речь. Ночь в гетто — особое время, Витя. Знаешь, друг мой, я всегда приучала тебя говорить мне правду, сын должен всегда говорить матери правду. Но и мать должна говорить сыну правду. Не думай, Витенька, что твоя мама — сильный человек. Я — слабая. Я боюсь боли и трушу, садясь в зубоврачебное кресло. В детстве я боялась грома, боялась темноты. Старухой я боялась болезней, одиночества, боялась, что, заболев, не смогу работать, сделаюсь обузой для тебя и ты мне дашь это почувствовать. Я боялась войны. Теперь по ночам, Витя, меня охватывает ужас, от которого леденеет сердце. Меня ждёт гибель. Мне хочется звать тебя на помощь. Когда-то ты ребенком прибегал ко мне, ища защиты. И теперь в минуты слабости мне хочется спрятать свою голову на твоих коленях, чтобы ты, умный, сильный, прикрыл её, защитил. Я не только сильна духом, Витя, я и слаба. Часто думаю о самоубийстве, но я не знаю, слабость, или сила, или бессмысленная надежда удерживают меня. Но хватит. Я засыпаю и вижу сны. Часто вижу покойную маму, разговариваю с ней. Сегодня ночью видела во сне Сашеньку Шапошникову, когда вместе жили в Париже. Но тебя, ни разу не видела во сне, хотя всегда думаю о тебе, даже в минуты ужасного волнения. Просыпаюсь, и вдруг этот потолок, и я вспоминаю, что на нашей земле немцы, я прокажённая, и мне кажется, что я не проснулась, а, наоборот, заснула и вижу сон. Но проходит несколько минут, я слышу, как Аля спорит с Любой, чья очередь отправиться к колодцу, слышу разговоры о том, что ночью на соседней улице немцы проломили голову старику. Ко мне пришла знакомая, студентка педтехникума, и позвала к больному. Оказалось, она скрывает лейтенанта, раненного в плечо, с обожжённым глазом. Милый, измученный юноша с волжской, окающей речью. Он ночью пробрался за проволоку и нашел приют в гетто. Глаз у него оказался повреждён несильно, я сумела приостановить нагноение. Он много рассказывал о боях, о бегстве наших войск, навёл на меня тоску. Хочет отдохнуть и пойти через линию фронта. С ним пойдут несколько юношей, один из них был моим учеником. Ох, Витенька, если б я могла пойти с ними! Я так радовалась, оказывая помощь этому парню, мне казалось, вот и я участвую в войне с фашизмом. Ему принесли картошки, хлеба, фасоли, а какая-то бабушка связала ему шерстяные носки. Сегодня день наполнен драматизмом. Накануне Аля через свою русскую знакомую достала паспорт умершей в больнице молодой русской девушки. Ночью Аля уйдёт. И сегодня мы узнали от знакомого крестьянина, проезжавшего мимо ограды гетто, что евреи, посланные копать картошку, роют глубокие рвы в четырех верстах от города, возле аэродрома, по дороге на Романовку. Запомни, Витя, это название, там ты найдёшь братскую могилу, где будет лежать твоя мать. Даже Шперлинг понял всё, весь день бледен, губы дрожат, растерянно спрашивает меня: «Есть ли надежда, что специалистов оставят в живых?» Действительно, рассказывают, в некоторых местечках лучших портных, сапожников и врачей не подвергли казни. И всё же вечером Шперлинг позвал старика-печника, и тот сделал тайник в стене для муки и соли. И я вечером с Юрой читала «Lettres de mon moulin». Помнишь, мы читали вслух мой любимый рассказ «Les vieux» и переглянулись с тобой, рассмеялись, и у обоих слёзы были на глазах. Потом я задала Юре уроки на послезавтра. Так нужно. Но какое щемящее чувство у меня было, когда я смотрела на печальное личико моего ученика, на его пальцы, записывающие в тетрадку номера заданных ему параграфов грамматики. И сколько этих детей: чудные глаза, тёмные кудрявые волосы, среди них есть, наверное, будущие учёные, физики, медицинские профессора, музыканты, может быть, поэты. Я смотрю, как они бегут по утрам в школу, не по-детски серьезные, с расширенными трагическими глазами. А иногда они начинают возиться, дерутся, хохочут, и от этого на душе не веселей, а ужас охватывает. Говорят, что дети наше будущее, но что скажешь об этих детях? Им не стать музыкантами, сапожниками, закройщиками. И я ясно сегодня ночью представила себе, как весь этот шумный мир бородатых озабоченных папаш, ворчливых бабушек, создательниц медовых пряников, гусиных шеек, мир свадебных обычаев, поговорок, субботних праздников уйдет навек в землю. И после войны жизнь снова зашумит, а нас не будет. Мы исчезнем, как исчезли ацтеки. Крестьянин, который привёз весть о подготовке могил, рассказывает, что его жена ночью плакала, причитала: «Они и шьют, и сапожники, и кожу выделывают, и часы чинят, и лекарства в аптеке продают... Что ж это будет, когда их всех поубивают?» И так ясно я увидела, как, проходя мимо развалин, кто-нибудь скажет: «Помнишь, тут жили когда-то евреи, печник Борух. В субботний вечер его старуха сидела на скамейке, а возле неё играли дети». А второй собеседник скажет: «А вон под той старой грушей-кислицей обычно сидела докторша, забыл её фамилию. Я у неё когда-то лечил глаза, после работы она всегда выносила плетеный стул и сидела с книжкой». Так оно будет, Витя. Как будто страшное дуновение прошло по лицам, все почувствовали, что приближается срок. Витенька, я хочу сказать тебе... нет, не то, не то. Витенька, я заканчиваю свое письмо и отнесу его к ограде гетто и передам своему другу. Это письмо нелегко оборвать, оно — мой последний разговор с тобой, и, переправив письмо, я окончательно ухожу от тебя, ты уж никогда не узнаешь о последних моих часах. Это наше самое последнее расставание. Что скажу я тебе, прощаясь, перед вечной разлукой? В эти дни, как и всю жизнь, ты был моей радостью. По ночам я вспоминала тебя, твою детскую одежду, твои первые книжки, вспоминала твоё первое письмо, первый школьный день. Всё, всё вспоминала от первых дней твоей жизни до последней весточки от тебя, телеграммы, полученной 30 июня. Я закрывала глаза, и мне казалось — ты заслонил меня от надвигающегося ужаса, мой друг. А когда я вспоминала, что происходит вокруг, я радовалась, что ты не возле меня — пусть ужасная судьба минет тебя. Витя, я всегда была одинока. В бессонные ночи я плакала от тоски. Ведь никто не знал этого. Моим утешением была мысль о том, что я расскажу тебе о своей жизни. Расскажу, почему мы разошлись с твоим папой, почему такие долгие годы я жила одна. И я часто думала, — как Витя удивится, узнав, что мама его делала ошибки, безумствовала, ревновала, что её ревновали, была такой, как все молодые. Но моя судьба — закончить жизнь одиноко, не поделившись с тобой. Иногда мне казалось, что я не должна жить вдали от тебя, слишком я тебя любила. Думала, что любовь даёт мне право быть с тобой на старости. Иногда мне казалось, что я не должна жить вместе с тобой, слишком я тебя любила. Ну, enfin... Будь всегда счастлив с теми, кого ты любишь, кто окружает тебя, кто стал для тебя ближе матери. Прости меня. С улицы слышен плач женщин, ругань полицейских, а я смотрю на эти страницы, и мне кажется, что я защищена от страшного мира, полного страдания. Как закончить мне письмо? Где взять силы, сынок? Есть ли человеческие слова, способные выразить мою любовь к тебе? Целую тебя, твои глаза, твой лоб, волосы. Помни, что всегда в дни счастья и в день горя материнская любовь с тобой, её никто не в силах убить. Витенька... Вот и последняя строка последнего маминого письма к тебе. Живи, живи, живи вечно... Мама. Екатерина Савельевна Витис была расстреляна вместе с другими евреями в Романовке 15 сентября 1941 года, в ходе одной из фашистских операций по уничтожению еврейского населения. Тяжелобольная костным туберкулезом, она шла к могильному братскому рву на костылях. До конца жизни писатель Василий Гроссман писал письма своей погибшей матери. Роман Василия Гроссмана «Жизнь и судьба» оценивается многими как «„Война и мир“ двадцатого века», как из-за прямого влияния романа Толстого на Гроссмана, так и по своему значению. Центральная идея произведения заключается в том, что проявления человечности, происходящие в тоталитарном обществе, вопреки давлению такого общества, являются высшей ценностью.

Особо понравилась фраза ТС Как в воду глядел :)

Выпустить бы на Майдан Спартака с одной центурией и посмотреть как он "своих" братьев героев отпинал бы :)

Вызвавший возмутительную реакцию всех развитых стран мира закон о пропаганде однополых сексуальных отношений снят с рассмотрения в Раде В Верховной Раде Украины снят с рассмотрения проект закона о запрете направленной на детей пропаганды однополых сексуальных отношений, который подготовил экс-нардеп Вадим Колесниченко, сообщают украинские СМИ. Именно этот украинский закон вызвал возмутительную реакцию практически всех развитых стран мира и международных организаций. В частности, снять с рассмотрения гомофобный закон и прекратить дискриминацию ЛГБТ-сообщества официально требовали в ООН. В свою очередь в Европарламента и ряде стран Европейского Союза призвали Украину не принимать данный закон. В Нидерландах даже пригрозили в случае согласования таких норм наложить вето на либерализацию визового режима между ЕС и Украиной. Интересно, что и в Интернете появилось видео под названием "Украина! Останови 8711", в котором 25 человек из разных стран Европы требуют прекратить в Украине дискриминационные действия против ЛГБТ-сообщества. Напомним, 15 апреля Рада приняла за основу закон о противодействии дискриминации. Законопроект входит в пакет документов, которые позволят либерализовать визовый режим с Евросоюзом. От редакции: Поздравляю! Теперь вместо парада на День Победы, на Украине можно будет проводить гей-парады. Куда смотрят националисты? ЛС

«…Люди являются плодоносной ветвью украинского национального древа…» «…Арии (ории) – древнейшее название украинцев. Первые пахари мира. Приручили коня, изобрели колесо и плуг…» «…В основе санскрита лежит какой-то загадочный язык «сансар», занесенный на нашу планету с Венеры. Не об украинском ли языке речь?..» «…Украинский язык – допотопный, язык Ноя, самый древний язык в мире, от которого произошли кавказско-яфетические, прахамитские и прасемитские группы языков…» «Украина с древнейших времен возглавляла цивилизационное развитие людей белой расы, всячески обеспечивала это развитие, благоприятствовала ему, даже пребывая в неволе. Сможет ли кто-нибудь иной найти в себе ту моральную и Божественную могущественную силу и пречистую историческую правду и умение и далее быть дирижером последней цивилизации человечества…» «…У нас есть основания считать, что Овидий писал стихи на древнем украинском языке…» «…Славный полководец Спартак может быть причислен к ярчайшим представителям скифско-арийского этноса, который дал миру и современных украинцев…» «…Украинцы – великий народ, заселявший когда-то почти всю Европу. Галлы - жители Галиции (галичане – западные украинцы), Галисии (в Испании), Галлии – во Франции и Северной Италии и гелы – шотландцы, а также ирландцы – это один и тот же народ. Часть галичан населяла и Фракию. Так что Спартак и Бандера – национальные герои нашей родины...»

Вы можете мне не поверить на слово, но в Финляндии в последнее время распространяется новое модное течение, получившее название «славянских корточек». Что самое забавное, такой сталь там стал очень популярен, он распространяется там с невероятной скоростью )) Модному увлечению приседать на корточки поддались уже как минимум 14 тысяч жителей страны. У последователей гоп-культуры в Европе даже появился свой сайт, на котором любой желающий может разместить собственную фотографию оригинальных корточек. Также поклонники нового увлечения делятся своими достижениями в набирающей популярность группе в Facebook. Особенно престижно приседать на кортаны в Европе в спортивном костюме с тремя полосками – это считается верхом стиля. Официальный сайт европейский «кортачников» сообщает, что кортаны – это тысячелетняя традиция славян, встроившаяся в генетический код. Авторы полагают, что правильно выполненное сидение на корточках «улучшает общее самочувствие, очищает душу и культивирует здоровый образ жизни». Наконец, именно это непростое с непривычки занятие является основным трендом 2014 года. Впрочем, стоит отметить, несмотря на многочисленные гайды и инструкции «Как правильно сидеть на корточках», европейцы немного не дотягивают до отечественных «мастеров».

Так и говорится, что это спецоборудование. Каждый раз его не таскают. Кстати, насчет режущих ударов не согласен. Тут главное заточка, а она есть и лезвий на одно больше ;)

Арбалет тоже не лучшее оружие сегодняшнего дня, но применяется в спец войсках. Все зависит от поставленной задачи и условий. Поэтому есть у спецов много одноразовых предметов, но они есть и работают. Посмотрите, например, стреляющие предметы скрытого ношения. Ведь есть же более надежные системы, но это не исключает и миниатюрные пистолеты в перстнях и т.п.

Обращаю внимание еще раз. Этот нож, для спец операций. Он не рассчитан, как нож выживания. Его задача нанести колющий удар, который будет смертелен. Обратите еще раз внимание на отверстия в клинке. Автор, делает вывод, что это для дополнительных разрывов мягких тканей, но при такой форме клинка в этом нет необходимости. в месте удара будет просто выпавший кусок мяса, как из шинковки. При этом стоит вспомнить средневековые ножи (шпаги, мечи) с подобными отверстиями. Их назначение известно - яд. Т.е. даже при повреждении тканей без смерти, такое "дополнение" завершит дело. За эту же версию говорят и ножны. Обратите внимание, нож в них закручивается, как нож-подводника. Т.е. быстро достать его невозможно. А вот подготовится и нанести один точный удар, это для него. Для этого и вес, чтобы даже в случае защиты в виде кожаной куртки, дубленки и т.д. задача была выполнена.

Письмо французского солдата. Крымская война Стойкость севастопольцев поражала солдат неприятельской армии. Невозможно не привести удивительное письмо одного из французских солдат. От его строк “мороз продирает по коже”. ”Наш майор говорит, что по всем правилам военной науки давно пора капитулировать. На каждую их пушку – у нас пять пушек, на каждого солдата – десять. А ты бы видел их ружья! Наверное, у наших дедов, штурмовавших Бастилию, и то были лучшее оружие. У них нет снарядов. Каждое утро их женщины и дети выходят на открытое поле между укреплениями и собирают в мешки ядра. Мы начинаем стрелять. Да! Мы стреляем в женщин и детей. Не удивляйся. Но ведь ядра, которые они собирают, предназначены для нас! А они не уходят. Женщины плюют в нашу сторону, а мальчишки показывают языки. Им нечего есть. Мы видим, как они маленькие кусочки хлеба делят на пятерых. И откуда только они берут силы сражаться?! На каждую нашу атаку они отвечают контратакой и вынуждают нас отступать за укрепления. Не смейся над нашими солдатами. Мы не из трусливых, но когда у русского в руке штык – дереву и тому я советовал бы уйти с дороги. Я иногда перестаю верить майору. Мне начинает казаться, что война никогда не кончиться. Вчера перед вечером мы четвертый раз отступали. Русские матросы (я ведь писал тебе, что они сошли с кораблей и теперь защищают бастионы) погнались за нами. Впереди бежал коренастый малый с усиками и серьгой в одном ухе. Он сшиб двух наших – одного штыком, другого прикладом – и уже нацелился на третьего, когда хорошенькая порция шрапнели угодили прямо ему в лицо. Рука у матроса так и отлетела, кровь брызнула фонтаном. Сгоряча он пробежал еще несколько шагов и свалился на землю у самого нашего вала. Мы перетащили его к себе, перевязали кое-как раны и положили его в землянке. Он еще дышал. “Если до утра не умрет, отправим в лазарет, - сказал капрал. – А сейчас поздно. Чего с ним возиться!” Ночью я внезапно проснулся, будто кто-то толкнул меня в бок. В землянке было совсем темно, хоть глаз выколи. Я долго лежал не ворочаясь и никак не мог уснуть. Вдруг в углу послышался шорох. Я зажег спичку. И что бы ты думал? Раненый русский матрос подполз к бочонку с порохом. В единственной своей руке он держал трут и огниво. Белый как полотно, со стиснутыми зубами, он напрягал остаток своих сил, пытаясь одной рукой высечь искру. Еще немного, и все мы, вместе с ним, со всей землянкой взлетели бы на воздух. Я спрыгнул на пол, вырвал у него из руки огниво и закричал не своим голосом. Почему я закричал? Опасность уже миновала. Поверь, впервые за время войны мне стало страшно. Если раненый, истекающий кровью матрос, которому оторвало руку, не сдается, а пытается взорвать на воздух себя и противника – тогда надо прекращать войну. С такими людьми воевать безнадежно”.

Эта тема в Германии времён Второй мировой всегда была табу, только в 90-х годах немецкие издания начали освещать этот пласт истории. В это с трудом верится, ибо едва придя к власти, национал-социалисты начали с дополнения Уголовного кодекса параграфом, согласно которому за беспокойство гражданина развратным предложением можно было угодить за решетку. Только в Гамбурге за полгода задержали порядка полутора тысяч женщин, обвиненных в проституции. Их отлавливали на улицах, отправляли в лагеря и подвергали принудительной стерилизации. Несколько больше повезло тем женщинам, которые продавали свое тело, совмещая проституцию с государственными заданиями. Речь здесь идет прежде всего о пресловутом «Салоне Китти», воспетом в одноименной картине Тинто Брасса. 1. В 19 веке в Германии приветствовалось создание публичных домов, чтобы избежать многочисленных болезней. Мужчины, привыкшие к доступности женского тела, не отказывали себе в привычках и не считали аморальным снять проститутку. Традиция сохранялась и при нацизме, поэтому в связи с многочисленными случаями изнасилований, гомосексуализма и заболеваний солдат, 9 сентября 1939 года министр внутренних дел Вильгельм Фрик издал указ о создании публичных домов на оккупированных территориях. Для учета фронтовых публичных домов и проституток военное ведомство создало специальное министерство. Веселые фрау числились госслужащими, имели приличную зарплату, страховку, пользовались льготами. Нельзя сбрасывать со счетов и плоды пропагандистской работы ведомства Геббельса: германский обыватель, имевший на войне сына или брата, трепетно относился к вермахту, и даже среди проституток, наряду с профессионалками, было, как утверждают, немало таких, кто отправлялся обслуживать фронтовых солдат из патриотических побуждений. 2. Наиболее качественное обслуживание предполагалось в госпиталях люфтваффе, любимого детища Геринга, где предусматривалось наличие одной штатной фрау на 20 летчиков или 50 техников из наземного обслуживающего персонала.Согласно неукоснительно выполняемым правилам поведения, проститутка встречала летчика в одежде, с аккуратным макияжем; безукоризненно чистое нижнее белье, как и постельное, должно было меняться для каждого «железного сокола». 3. В сухопутных войсках, где обслуживание ставилось на поток, всякий раз одеваться было недосуг, и девушка ждала нового гостя в постели. К слову, простыни и наволочки в солдатских борделях полагалось менять после каждого десятого клиента. 4. Любопытно, что для солдат сателлитных армий доступ в немецкие секс-заведения был закрыт. Рейх их кормил, вооружал, обмундировывал, но делить с итальянцами, венграми, словаками, испанцами, болгарами и т. д. своих фрау считалось уж слишком. Только венгры смогли организовать для себя подобие полевых борделей, остальные выкручивались как могли. Немецкий солдат имел законную норму посещений публичного дома – пять-шесть раз в месяц. Помимо этого командир мог от себя выдать талончик отличившемуся в качестве поощрения или, напротив, наказать лишением за провинность. 5. Солдатские и сержантские бордели двигались непосредственно за войсками и размещались в населенном пункте недалеко от расположения части. К увольнительной записке прилагался талончик-пропуск: солдатам – голубого цвета, сержантам – розового. 6. На посещение отводился час, в течение которого клиент должен был зарегистрировать талон, куда вписывались имя, фамилия и учетный номер девушки (солдату предписывалось хранить талон 2 месяца – на всякий пожарный), получить средства гигиены (кусочек мыла, полотенце и три презерватива), помыться (мылиться, по регламенту, следовало дважды), и только после этого допускался к телу. В подразделениях процветал бартер: ловеласы выменивали талончики у тех, кто больше секса любил поесть, на мармелад, шнапс, сигареты. Отдельные сорвиголовы пускались на ухищрения и по чужим талонам пробирались в сержантские бордели, где девочки были получше, а кто-то даже проникал в офицерские, рискуя в случае поимки получить десять суток. 7. Так выглядела комната для интима. 8. Капитулировав 22 июня 1940 года, Франция предоставила свои многочисленные бордели немецким оккупантам.А во второй половине июля уже подоспели два приказа о пресечении уличной проституции и создании борделей для вермахта. Нацисты конфисковали приглянувшиеся дома терпимости, набрали руководство и персонал, придерживаясь критериев арийской расовой чистоты. Офицерам эти заведения посещать запрещалось, для них были созданы специальные гостиницы. Таким образом командование Вермахта хотело пресечь мужеложство и распространение венерических заболеваний в армии; повысить стимул и стойкость солдата; пресечь интимные связи на стороне, из-за боязни шпионажа и рождения неполноценных; и насытить сексом, чтобы пресечь преступления на сексуальной почве, расшатывающие ряды армии. 9. В этих домах терпимости работали исключительно иностранки – в большинстве своём полячки и француженки. В конце 1944 года численность вольнонаёмников превысила 7,5 миллионов. Среди них были также и наши соотечественники. За копейки поднимая экономику воюющей Германии, живя в закрытых поселениях они имели возможность отовариться по талончику в публичном доме, что поощрялось работодателем. 10. Талончик ценностью 1 рейхсмарка. 11. Для посещения борделя арестант должен был сделать заявку и купить так называемую Sprungkarte стоимостью 2 рейхсмарки. Для сравнения пачка 20ти сигарет в столовой стоила 3 рейхсмарки. Евреям посещение борделя было запрещено. Ослабшие после трудового дня узники не охотно шли в предоставленные им Гиммлером дома терпимости. Одни по моральным соображениям, другие по материальным бордельный талон можно было выгодно обменять на пропитание. 12. Во французском городе Брест бордель разместился прямо в синагоге. 13. Понятно, что от такой трудовой занятости появлялись плоды. Многие женщины неохотно шли на аборт и предпочитали родить ребёнка анонимно в так называемой нацистской детодельне – «Lebensborn». Сами нацисты приветствовали связи солдат с женщинами братских арийских народов. Норвегия, Дания, Бельгия и Голландия были странами-селекционерами «детей хороших кровей». Только зарегистрированных детей родилось около 100 тысяч, и этих детей можно было усыновлять, отнимать у матери и увозить в Германию. Франция не являлась образчиком кровей, но по статистике национал-социалистов за 4 года оккупации родилось около 80 тысяч немчат. 14. В Марте 1942 года главнокомандующий Херес отдал приказ создавать публичные дома на захваченных территориях СССР. Нацисты боялись партизанов и венерических заболеваний. Девушки проходили строгий отбор. Особо приветствовались латышки, литовки и укоренившиеся немки. Подобный мотель «Великобритания» существует и по сей день. 15. Вольнонаёмник расплачивается за проститутку. На стене табличка «Только для иностранцев!» 16. Хорошая кровь – вечный источник! Идеал, по нацистским параметрам, для работы в борделях. 17. Не все девушки шли подневольно, были и такие, кто видел спасение в работе концлагерной проститутки. 18. Заключенные в Освенциме. Девушкам, отобранным для борделей, делали инъекции кальция, заставляли мыться в дезинфекционных ваннах, облучали ультрафиолетовыми лампами и кормили лучше, чем других заключённых. 19. Ворота концлагеря Дахау. «Работа освобождает».

А тогда уже по русски вели службу? Вроде еще на латыни.

Православный календарь, посвящённый однополым бракам Это же адовый ад какой-то, господа! Эти светло-синие теперь себе ещё и календари печатают. Да ещё и со святошами на бэкграунде! А всему виной толерасты и неизвестные энтузиасты, которые выпустили очередной румынский православный календарь (Romanian Orthodox calendar) с изображением парней и представителей румынской Православной Церкви. Первое издание православного календаря, созданное в сентябре 2012 года, распродалось быстро и получило положительные отклики по всему миру. Фотографии из прошлогоднего выпуска так называемого “Православного календаря” (Orthodox Calendar) облетели все гей-блоги мира. Еще бы, на них румынские “священники” были запечатлены в весьма нехарактерных для представителей духовенства позах. Несмотря на требования нескольких недоброжелателей запретить продажу календаря и изъять провокационные видео из интернета, их популярность с каждым месяцем только росла. В этом году его создатели прямо заявляют, что мускулистые мужчины имеют отношение к православной церкви, но не уточняют, какое именно. Темой календаря на 2014 год стали однополые браки. Издание 2014 года рассказывает историю молодой гей-пары из Восточной Европы, которая мечтает, чтобы в один прекрасный день их обвенчали в православной церкви… Основной целью является демонстрация того, что не все православные верующие застенчивы и консервативны в своих взглядах. Что они такие же люди, проживающие страстную и интересную жизнь. В то же время календарь с иронией подходит к самой идее Православной Церкви, которая в последние годы была втянута в коррупционные скандалы и не раз проявляла гомофобию. Один из создателей календаря, который просил не называть его имени, рассказал что, хотя на фотографии нет настоящих священников, все персонажи являются представителями “Православной Церкви”, которые согласились раздеться для сексуальной фотосессии, потому что считают, что мы должны жить в мире со свободой слова, терпимостью, равноправием и соблюдать права человека. Январь: после чтения Библии отец Александр посвящает себя интенсивной молитве. Он молится за любовь, здоровье, счастье и мудрость. Он может молиться о многих вещах… и, иногда, молитвы сбываются! Апрель: Отец Иван не терпит неуважения. Вы бы лучше не заигрывали, потому что в конечном итоге будете отмывать Церковь снизу доверху. Май: Отец Гавриил знает, что пары могут слиться в самых неожиданных местах; в тот день, он сделал то, что никто не ожидал – и он сделал это дважды. Июнь: Вам нужно время, чтобы построить отношения с Богом, и отец Павел знает, что он здесь, чтобы направить вас на путь истинный. Июль: Отец Рюрик проводит долгое утреннее отмывание грехов своих прихожан. Август: рубашки и костюмы свидетельствовали об особом случае. Галстуки изготовлены из шелка ручной работы, а обувь разработана дизайнерами из Милана. И в этот особенный день, Отец Новак не смог устоять перед искушением раз или два, когда он думал, что никто не подсматривал. Сентябрь: Отец Виталий всегда стремился отпраздновать любовный союз, по православным канонам или нет. Но его любимой частью торжества всегда был торт. Кто может винить его за то, что он попробовал немного сливочной глазури? Октябрь: Молодожены и их новый дом. Отец Вадим придет в любое время дня и ночи, чтобы благословить дом … даже если счастливая пара занята чем-то посторонним. Ноябрь: Отец Драган надеется, что в один прекрасный день их мечты сбудутся … у них будет семья. Нормальные же с виду мужики. Им бы в армии служить или в крайнем случае какими-нибудь строителями, а они в геи подались.

На сегодняшнем этапе выживать спецвойскам не приходится. Да и применяться он может не в постоянном ношении, а на спецоперациях, например, по типу ликвидации Бен Ладана - прилетели, сделали, улетели.

«The Jagdkommando» (в переводе — Hunting Command, (Приказ-Начать-Охоту) — это знаменитый отряд Австрийских вооруженных сил специального назначения (спецназа), а также не менее знаменитый нож-одного-удара. Но…обо всем по порядку и начнем с отряда. Функции у этого элитного подразделения непростые — борьба с террористами и повстанцами, уничтожение особо опасных преступников, да защита безопасности нации. В отряд Jagdkommando берут только высококвалифицированных специалистов, которые прошли строгое и тщательное обучение — так называемый Grundkurs («базовый курс»). Grundkurs представляет собой тренировочную программу, рассчитанную на 27 недель пота, страданий и дикой усталости. Основы этого курса включают в себя: Альпийскую (горную) подготовку Обучение плаванию Парашютную подготовку Медицинскую подготовку Обучение использованию взрывчатых веществ и минному делу Боевую подготовку Обучение ближнему бою (в т.ч. контактный бой, военный рукопашный бой) Только самые выносливые и подготовленные солдаты проходят этот курс и удостаиваются престижных знаков отличия, становясь членами Jagdkommando. В обязанности Jagdkommando входит: Высококачественная военная разведка Операции по спасению заложников Операции по аресту военных преступников Борьба с террористами Эвакуация людей из зоны конфликта Такие важные задачи невозможно совершить без хорошей экипировки — именно это и послужило причиной создания Jagdkommando — ножа одного удара, идентичного по названию с отрядом. Нож имеет множество звучных названий: например «Команда-на-уничтожение», «Приказ-Покалечить» и подобные прочие. Его форма говорит сама за себя: Jagdkommando — это нож для убийства людей, а вовсе не резки колбас или хлеба. Нож был создан компанией MICROTECH KNIVES (США), знаменитой фирмой, производящей ножи вот уже с 1994 года. Дизайн Jagdkommando создал Anthony (Tony) Marfione (Тони Марфион) — знаменитый оружейный мастер, создатель многих всемирно известных клинков и владелец Microtech Knives. Создавая дизайн ножа Jagdkommando Тони старался не зря — результат оказался выше всяких похвал. Дизайн получился необычным, притягивающим взгляд — ведь он ох как непрост. По другому Jagdkommando называют Tri-Dagger Knife, нож-с-тремя-лезвиями, или же «трехклинковый нож». Лезвие Jagdkommando имеет три бритвенно острых режущих кромки, закрученных в точку-острие. Такая форма предназначается для легкого проникновения в тело и нанесения наибольшего вреда жертве. В этом плане Jagdkommando напоминае трехгранный штык: раны, нанесенные им, затягиваются куда тяжелее, нежели от простого ножа. Достаточно лишь слегка провернуть нож в ране — и она превратится в рваное кровавое месиво. Происходит это потому, что трехгранное лезвие разрезает ткань в три разные стороны, смещяя при этом волокна относительно их прежних мест. Как результат — края раны практически не стягиваются и человек быстро умирает от потери крови; более того (если раненному посчастливилось выжить) — такая рана очень долго заживает и даже после полного заживления в плоти остается ощутимый дефект. Также подобные повреждения сильнее подвержены инфекциям и гангренам, что делает их еще более смертоносными. Также не может не привлекать внимание перфорация в лезвии — при проникновении в тело она играет роль терки, рассекая волокна и делая рану «рваной». Скажется это и на увеличении кровотечения — ведь большинство кровеносных сосудов будет повреждено. Характеристики: По сути, Jagdkommando — это даже не нож, а клинок — полноценный бесшовный фуллтанг (full tang, нож, выполненный из цельного куска железа). Вес клинка — 481 грамм. Общий вес (с ножнами) — 680 грамм. Общая длина составляет 12 и 5/8 дюйма (32,06 см); длина лезвия — 7 дюймов (17,78 сантиметров). Изготовлен Jagdkommando из нержавеющей стали 440A. Края ножа обработаны по технологии bead blast finish — специальному технологическому процессу, во время которого в нож «стреляют» струей воздуха, смешанной с абразивом (например песком или стеклянными бусинами), что придает поверхности равномерное матовое покрытие. Достигается это за счет микро-пор, остающихся после «ударов» абразива и не отражающих свет. Если же абразив будет острым (например, колотая стеклянная крошка, а не гладкие стеклянные бусины) — то вместо матового покрытия получится глянцевый яркий блеск. Рифленая рукоять изготовлена из промышленного аллюминия марки 6061-T6 — специального высокопрочного сплава, содержащего магний и силикон. Внутри рукоять полая, с закручивающейся резьбовой крышкой-заглушкой. В этой полости можно хранить выживальщическую мелочевку — например моток шнура, спички, таблетки и т.д. В крышке рукояти имеется отверстие под шнур или темляк; сам же выступ на крышке может служить в качестве стеклобоя, молотка или инструмента давления. Ножны у Jagdkommando под стать рукояти — изготовлены все из того же сплава 6061-T6 и имеют черное покрытие, что придает им полноценный дизайн «оболочки» для ножа. На каждых ножнах — именная ременная петля, содержащая дату производства и серийный номер, служащий гарантией качества. Одним словом, если вы ищете нож в духе «один удар-один труп», или же собираетесь снимать часовых с одного удара — Jagdkommando вам полностью подходит. Как ни крути (хотя Jagdkommando и так закрученный) — это полноценный нож «одного удара». Видеообзор ножа Jagdkommando : https://www.youtube.com/watch?v=Ed-CMjYFjAc В Россию данный нож не поставляется и не импортируется. Однако, если вы имеете разрешение РОХа (разрешение на хранение и ношение оружия) — то можете купить Jagdkommando под заказ через любой оружейный магазин, который занимается продажей холодного оружия.

А не пряслице ли это?

https://www.youtube.com/watch?v=zC9vc625mhE

Это слишком жестко. ООН воспротивиться.

Профессор из ВО "Свобода": Украинский язык один из древнейших в мире и положен в основу латыни Депутаты Верховной Раде продолжают обсуждать заявление президента России Путина, назвавшего юго-восточные регионы Украины Новороссией. По мнению нардепа-свободовца, профессора кафедры истории права и государства Киевского государственного университета им. Шевченко Александра Шевченко, ни о какой Новороссии не может быть и речи, поскольку это название носит искусственный характер, а на этих землях издавна проживали «древняя нация – украинцы», цитирует заявление профессора сайт "Навигатор". «В 16 веке только в Крыму проживало 900 тысяч украинцев, – обосновывает исторические права на эти земли народный депутат. – Юг тоже был заселен украинцами. Да и вообще, с давних времен, несколько тысяч лет назад, тут все население было украинским. Только греки называли то население скифами». Также профессор рассказал, что «украинский язык один из древнейших в мире и положен в основу латыни». Помимо прочего Александр Шевченко прогнозирует, что вскоре Россия, «увлеченная борьбой с братским народом», сама начнет валиться, и «от этой страны останутся лишь ошметки».

сведения о "древности государства Окраинского", от смеха сдохнуть можно:"Черное море появилось искусственно благодаря таланту и труду древних укров.В незапамятные времена, когда наши соотечественники возвращались домой из дальних странствий и рассказывали о больших пространствах воды в закордонных землях, было принято решение создать море и для себя.В результате героического труда не одного поколения ваших предков и было вырыто огромное озеро.Доказательством служат Крымские, Кавказские и горы Турции, которые при ближайшем изучении оказываются отвалами породы от огромного котлована. Еще одним доказательством является скопление сероводорода в нижних слоях это водоема, что обьясняется интенсивным использованием его для стирки и помывки наших предков."Едмунд Квасив."История укров от колыбели до наших дней",Киев,"Просвита",2006р.

Танго смерти

Рубрика Партизанское действие. Как сжечь танк подручными способами. Информация на случай, если американо-бандеровская хунта пойдет танками против мирного населения. Танк на деле - очень уязвимая цель, поэтому в нормальной, боевой армии танки никогда не выходят в условия, когда к ним может вплотную подобраться пехота противника. Плюс танки, так же, в нормальной, боевой армии - всегда охраняются пехотой. На Украине же, сами понимаете - какая "армия", поэтому уничтожить танк возможность есть. Самый оптимальный вариант - если танк окажется на тесной улице, между домами: пропускаете его немного вглубь улицы, после чего массированно закидываете коктейлями Молотова. Закидывать нужно именно с верху, с крыш зданий и сооружений. Целится нужно в заднюю часть танка, там расположены воздухозаборные отверстия для охлаждения двигателя. Горючая смесь, попав в моторный отсек весьма быстро сделает из боевой машины - отличную, 40 тонную преграду. Кстати, танки - очень хорошо горят. Внутри много изоляции, проводки, резины, пластика, поролона, горюче-смазочных материалов. Поэтому не смотрите, что если он железный и большой, то не может гореть. Может, и еще как. Ну, а если огонь доберется до боекомплекта, то всё. p.s. Моральная сторона вопроса: если танк стал стрелять по вам, стал стрелять по мирным жителям, по гражданским домам и объектам, по женщинам и детям - его экипаж перестает быть "людьми", его экипаж - враг, подлежащий уничтожению любыми средствами.

Лучше так, а то сотрут еще ;) Летающий вирус, или как всё тайное становится явным 12.04.2014 12:45:00 Версия: Правительство США, задолжав КНР огромную сумму в 1,5 триллиона долларов (1/10 годового ВВП США) решило уничтожить кредитора с помощью биологического оружия, начинив последним пресловутый малайзийский Боинг. Китайцы прознали о таком коварстве, но американцы получив информацию об этом, в свою очередь посадили самолёт к себе на базу Диего-Гарсия. Подобное звучит как лихой сценарий фантастического голливудского боевика. Но только не для посвященных. Среди последних - профессионалы генетики, специалисты-микробиологи. Наводит на размышления и то, что данный аспект нашумевшей темы в информационном медиапространстве практически не обсуждается. Мы уже рассказывали на страницах нашей газеты, что 8 марта Boeing 777, совершая пассажирский рейс 370 MalaysiaAirlines из Куала-Лумпур (Малайзия) в Пекин (Китай) бесследно «исчез» в полёте вместе с пассажирами и экипажем. Полномасштабные поиски пропавшего лайнера, несмотря на международный размах результата пока не дали. А ведь ищут на суше и под водой. Упорно. Министр транспорта Малайзии недавно сообщил, что поиск теперь ведётся на территориях уже 11 государств. Начиная с 16 марта США, Россия и Китай выделили свои военные спутники для координации. Американские БПЛА также сняты с боевых задач в Афганистане и задействованы в полетах над Киргизией, Казахстаном, Туркменистаном, Таджикистаном и Узбекистаном, - там находится много заброшенных бывших советских военных аэродромов и военно-воздушных баз, способных временно приютить разыскиваемую «птичку». В официальной прессе неоднократно сообщалось, что угонщики, «возможно» принадлежат к Организации освобождения Восточного Туркестана, уйгурскому сепаратистскому движению на северо-западе китайской провинции Синьцзян. США, Россия и Китай немедленно активизировали свои действия по линии «борьбы с терроризмом», но пока все действия по обнаружению угонщиков самолета безрезультатны. Существенная деталь: в настоящее время официально признано, что последний контакт с рейсом 370 имел место с поверхности земли. Так на первый план вышла версия угона. Вдобавок, как комментируют зарубежные сми, один из пассажиров злополучного борта, уже после вынужденной посадки умудрился сделать фото на свой чудом сохраненный айфон и выложил фотку в интернет. Координаты GPS данного документа безапелляционно указывают на один из ангаров военной базы Диего Гарсия. Так кому же сегодня выгодно проводить столь масштабную и дорогую шумиху - «операцию прикрытия» по его поискам? Уточним некоторые менее известные, но существенные детали: на борту разыскиваемого Боинга находились 20 специалистов компании Freescale, так или иначе связанных с ВПК США. Летели они на деловую встречу в Пекин. 12 из них были гражданами малайзии, 8 — китайцы. 20 крупных специалистов оказались в одном самолете, каждый из них имеет различные зарегистрированные патенты в военно-промышленной сфере. При этом, все изыскания ученых связаны с работой и передачей энергии на расстоянии и контролем над различными технологиями: ядерными, химическими, информационными и иными. Каждая из обозначенных тем уникальна своими ноу-хау. 20 марта планировалась конвенция в этой сфере исследований. Также за 2 дня до вылета Боинга зарегистрирован и еще один интересный патент, насчитавший аж пять законных владельцев. Среди них четверо китайцев-пассажиров и американская компания, которая сейчас уже единственная хозяйка. Даже при одном таком раскладе, вопрос «кому это выгодно?» риторичен. А ведь это только вершина айсберга непоняток с данным рейсом. Присуствуют и другие нюансы, которые почему-то активно замалчиваются официальными инстанциями и прессой. Остановимся на некоторых из них. Итак: на борту Boeing находился подозрительный груз, прибывший в Куала-Лумпур окружным путём. Груз прибыл из США в Республику Сейшельские острова на ходящем под флагом США контейнеровозе «MaerskAlabama» в сопровождении сотрудников морской охранной фирмы TridentGroup. Эта фирма основана бывшими старшими офицерами специальных операций и надводных сил ВМС США и специализируется на охране перевозок атомных и биологических материалов. 17 февраля некий груз с уже упомянутого судна «MaerskAlabama» был доставлен в международный аэропорт Сейшельских островов и погружен на рейс авиакомпании Эмирейтс, направлявшийся в Куала-Лумпур. Приблизительно в это же время сопровождавшие груз двое высококвалифицированных спецназовцев ВМС США обнаружены на борту контейнеровоза «MaerskAlabama» мёртвыми «при подозрительных обстоятельствах». Детективная история? И ее продолжение: 8 марта данный груз отправляется злополучным рейсом Куала-Лумпур — Пекин, но к месту назначения не прибывает. И еще существенный нюансик: когда Boeing в полете вышел из зоны ответственности малайских авиадиспетчеров, на его борт поступает информация о том, что китайские диспетчеры на основании распоряжения службы госбезопасности КНР запрещают посадку в Пекине и направляют самолёт в альтернативный аэропорт Хайкоу Мейлан на остров Хайнань. Это уже абсолютно нештатная ситуация в воздухе. Но и данный нюанс далеко не последний: над Южно-Китайским морем, перед входом в воздушное пространство прикрытых ПВО Народно-освободительной армии Китая островов Спратли, самолёт резко отклоняется от заявленного полётного плана и берет курс на атолл Диего-Гарсия, что в архипелаге Чагос, расположенный примерно в 3450 км от точки его первоначального отклонения от курса. Отметим еще ряд нестыковок во всей этой истории. По официальным данным последнее зафиксированное положение самолёта было над Индийским океаном около 1600 километров к западу от Перта (Австралия). Его предполагаемые обломки обнаружены австралийским спутником в 2400-2500 км к юго-западу от Перта, но повторно их уже никто так и не смог идентифицировать. А ведь обозначенный район предполагаемого чп далеко не заброшенный. На одном лишь атолле Диего-Гарсия среди многого другого находятся: станция управления спутниками, база мониторинга системы глобального позиционирования, глобальная коротковолновая система связи, обеспечивающая непрерывное управление ракетно-ядерными силами и авиацией, а вдобавок там же еще размещена станция слежения за космическим пространством и аварийная посадочная площадка «космических челноков». Ведомственная принадлежность всего перечисленного - ВВС США Говоря коротко - воздушное пространство в данном регионе контролируется так, что и летучая мышь не проскочит незамеченной. И тем не менее, через неделю после «исчезновения», США, Россия и Китай перенаправляют свои военные спутники на «совместные поиски» рейса 370. Зачем и кому выгодно вводить мировую общественность в заблуждение? Как подчеркивают западные СМИ, уже 8 марта спутники вышеуказанных государств наблюдали за самолётом в режиме реального времени вплоть до его посадки на базе ВМС и ВВС США Диего-Гарсия, на полосе зарегистрированной как запасная посадочная площадка для планирования полёта двухмоторных коммерческих авиалайнеров. Не терпящие бедствие коммерческие лайнеры там не садятся, однако место для технического приземления малазийского самолета очень удобное. Уместен здесь и небольшой исторический экскурс: 45 лет тому назад владеющая архипелагом Великобритания незаконно депортировала всех местных жителей (илоев) в Республики Маврикий и Сейшельские Острова, а решение собственного Верховного суда проигнорировала, сославшись на договор аренды с США. С тех пор на базе можно чаще видеть стратегические бомбардировщики В-52 и B-2, чем какие-либо другие самолёты. Так вот именно сюда, практически сразу после приземления рейса 370 MalaysiaAirlines 8 марта 2014 года прибывают еще четыре пассажирских авиалайнера. Среди их пассажиров много врачей. Там и ведущие специалисты-эпидемиологи и микробиологи из американского Центра по контролю и профилактике заболеваний и их китайские коллеги. На последовавшие обращения дипломатов нескольких стран, с какой целью американские и китайские эксперты эпидемиологи и микробиологи были доставлены на Диего-Гарсия, и где находился на момент запросов рейс 370, ответы в настоящий момент не получены. Рискнем предположить, что видимо все дело в перевозимом грузе? И что же это за груз такой, напомним доставленный из США до Сейшельских островов морем, оттуда отправленный в Малайзию воздушным фрахтом, а потом 18-19 дней дожидавшийся своей отправки в Китай? Сложный, нестандартный маршрут. Но и здесь есть нюансы. Если этот груз представляет опасность, а сотрудников Управления транспортной безопасности (TSA) Министерства внутренней безопасности США по тем или иным причинам нежелательно посвящать в детали, то доставка морем до самого Индийского океана представляется оптимальным решением. Вспомним и о двух погибших военных моряках. Можно строить любые догадки относительно того, была ли ликвидация «котиков» рутинной частью операции, или же у ветеранов возникли своеобразные идеи о возможности несанкционированного использования всего или части груза — либо они просто увидели или сболтнули лишнее - в настоящий момент это уже несущественно. А вот зачем транспортировать этот груз в Китай? Вопросы и догадки сменяют друг друга как в калейдоскопе… В этой связи можно порассуждать и о том, что Китай на сегодня является главным кредитором США, а кредитора, стоимостью в 1,5 триллиона долларов гособлигаций, обладающего при этом ядерным боезапасом в 800 боеголовок, легче устранить каким-то весьма экзотическим способом, чем возвратить долг. Можно, еще вспомнить и об охлаждении отношений между США и Китаем и разворотом последнего в сторону России. Можно в этой связи даже поддержку Китаем России в вопросах присоединения Крыма рассмотреть – на все имеется своя причина. Не надо забывать и про перенаселение Земли - к 2050 году количество людей может достичь 13 миллиардов... И все же, если вернуться к «пропавшему» Boeing 777, то приходится констатировать, что на сегодняшний день некоторые весьма серьёзные специалисты полагают, что самолёт не терпел крушения, а совершил посадку на Диего-Гарсия. А после того, как туда прибывает целая команда эпидемиологов и микробиологов, сказать что-то определенное и обнадеживающее как о самом борте, так и о его пассажирах становится, к сожалению, уже крайне затруднительно. Из досье редакции: В конце 1992 года в США эмигрировал Канатжа́н Байза́кович Алибе́ков - учёный-микробиолог, специалист в области инфекционных заболеваний и иммунологии, доктор биологических наук, полковник Советской Армии. Позже в США он будет известен как Кен или Кеннет Алибек. С 1975 года он работал в «Биопрепарате» при Совете Министров СССР, занимавшимся разработкой и испытаниями биологического оружия. C 1988 по 1992 год занимал должность первого заместителя начальника Главного управления «Биопрепарат», являлся научным руководителем программ по разработке биологического оружия и биозащиты. Это высококлассный специалист в области иммунологии, биотехнологии, биохимического синтеза, а также острых и хронических инфекционных заболеваний. Свои работы над созданием биологического оружия и средств защиты от него он не прекращал никогда. В США и в Европе его считают одним из самых выдающихся людей, остановивших гонку биологических вооружений (с 2000 по 2006 годы он был в списке выдающихся исторических личностей по версии ВВС), а в военных кругах СССР его считали предателем, раскрывшим подготовку СССР к биологической войне. Что бы не утверждалось в открытой печати о том, что США свернули свои программы подготовки к биологической войне еще в 1970-м году, это будет ложью. В мире уже созданы рукотворные штаммы гриппа, чумы, сибирской язвы, от которых на сегодня в большинстве стран мира практически нет никаких вакцин, и, кроме того, сегодняшнее биологическое оружие, создаваемое в частных американских лабораториях, способно избирательно воздействовать на людей, проводя селекцию по расовому признаку. Такое оружие действует на генетическом уровне. В 1992 году, когда Канатжа́н Байза́кович отбыл в США, российские компетентные органы еле успели притормозить выезд его семьи, чтоб узнать, где находятся те документы, которые он не успел вывезти, узнали и потом их отпустили. Но вот, что интересно, именно в это время по некоторым данным, вызывающим доверие, на одном из островов Аральского моря, в некой лаборатории произошло боевое столкновение двух отрядов до зубов вооруженных – нашего и американского. И предметом нападения для одних и отражения этого нападения для других служили некие документы и материалы в очень хорошо упакованных контейнерах. Потерь со стороны российских спецназовцев не было, американцы были уничтожены полностью. Претензий США к России не было. Очень заманчивое это оружие – вирусы. Они могут действовать конкретно против людей одной расы, её подвида, возраста. И работы эти, повторим, не останавливались ни на минуту. И сегодня можно за пару недель уничтожить такие страны, как США или Россия, а потом и мир, так как запущенный процесс этот потом уже не остановить. И помнить об этом необходимо прежде всего тем, кто продолжает сегодня легкомысленно играть с различного рада смертоубийственной заразой под кулуарной сенью всевозможных частных лабораторий. По материалам зарубежных СМИ подготовил Виктор Кузьмин