Необычное всегда заставляет нас удивляться и восторгаться. Особенно, если речь идет о невероятных способностях людей. Ведь так всегда было — то, чего мы не можем сами, то нам кажется интересней всего. Сегодня мы расскажем вам о необычных способностях организма одного человека — Мирина Даджо. Но не вздумайте сами проверять себя на такие способности — это действительно опасно для жизни!

"Для Мирина Дажо его выступления не были целью получения славы или богатства, он хотел показать миру, что есть нечто большее, чем реальность, и человек может существовать вне материального мира.

Мирин Дажо говорил, что физическая неуязвимость — это первый этап. Второй этап — донести всему миру сообщение, что люди должны отказаться от материалистического пути развития. Они должны понять, что существует высшая сила, источник, который работает через него и который дал ему эту неуязвимость, как ясный знак того, что существует нечто большее за пределами материалистической картины мира. Он утверждал, что доносит послание мира, а материалистический путь человека может привести к нищете и войне".

Прокопенко Владимир (Velizariy)

Вступление

Исследование истории развития застёжек-крючков на данный момент похоже на огромную мозаику в которой, к сожалению, количество доступных кусочков значительно уступает количеству белых пятен. Причин возникновения этих прорех множество: малый интерес к этой теме исследователей, ошибочные атрибутирования, ограниченность археологических исследований отдельных регионов и периодов, а также многое другое. Учитывая наличие таких значительных пробелов, автор не ставит перед собой задачу полномасштабного исследования темы с выделением цепочек эволюции и регионов распространения отдельных типов застёжек. А это весьма непростая задача, требующая как вычитки значительного количества литературы, так и пристального анализа опубликованных и неопубликованных (коих значительно больше) археологических артефактов. Цель же данного обзора — первичный анализ темы, нахождение ключевых точек, первое знакомство с конструкций и вариаций форм, грубая оценка массовости, социальной градации и регионов распространения. Структурно обзор состоит из двух частей, первую из которых вы сейчас читаете, разделённых по географическому признаку. Здесь будут рассмотрена истории развития застёжек-крючков на территориях Китая, Монголии и Восточной Сибири, Центральной Азии. А внутри разделов деление будет проходить согласно конструктивным особенностям застёжек.

Список изменений материала

9.08.2014

Изменены Рис. 1-7, 2-2, 3-12.

19.04.2014

Дополнены все разделы и добавлены новые источники. Изменены Рис. 1-1, 1-2, 1-5, 1-12, 2-2, 2-5, 3-10, 3-11, 3-12.

30.03.2013

Обновлён 2 и 3 раздел.

18.03.2013

Публикация материала.

Китай

История развития застёжек-крючков в Китае насчитывает далеко не одно тысячелетие, так-же как и научные исследования темы ведутся уже не одно десятилетие. Однако несмотря на это, белых пятен все равно много, поскольку значительная часть работ оказалась разделена между античными бронзовыми крючками и нефритовыми застёжками. На данном этапе работы я не буду приводить ссылки на китайские работы (что связано со сложностями поиска и перевода последних), а ограничусь популярными заметками из китайского сегмента сети, которые относительно легко можно перевести и использовать в процессе написания обзора [1-5, 20, 21-23].

Китайские поясные крючки прошли долгий путь развития и эволюции. Китайские учёные предполагают что ранние их образцы появились ещё 4000 лет назад, а свою привычную форму они обрели в начале периода Весны и Осени (722 — 481 гг. до н. э.), однако расцвет их развития пришёлся на последующие эпохи Сражающихся Царств и Хань. Крючок условно состоял из двух частей: собственно крючка, цеплявшегося за отверстия в поясе и тела застёжки (щитка) с грибовидным штырьком на обратной стороне, при помощи которого он фиксировался на другой стороне пояса (Рис. 1-1). Надо также отметить, что форма штырька-крепежа могла меняться, однако принцип крепежа на ремне оставался неизменным весьма долгое время.

Рис. 1-1. Схема устройства и крепежа застёжки-крючка:

(а) — [6]; (б) — [23].

В качестве материалов для изготовления таких крючков широко использовали золото, серебро, бронзу и нефрит. Последние два материала наиболее широко. Поверхность крючков часто богато украшалась. Это могла быть и изящная отливка в виде сложного узора, изображений животных, людей и целых сцен. Нередко узоры создавались по методике тауширования (вколачивание в прорезанные канавки проволоки различных металлов), а также украшались различными минералами.

В период Сражающихся Царств эти застёжки получили мощнейший импульс развития и как результат, до наших дней дошло множество великолепных образцов античного китайского искусства поражающих современников своей красотой и изяществом. Некоторые примеры, которые дадут представление о разнообразии внешнего вида таких крючков, представлены на рисунках (Рис. 1-2 - 1-4)

Рис. 1-2. Пример разнообразия форм китайских античных застёжек-крючков [23].

Рис. 1-3. Пример разнообразия форм китайских античных застёжек-крючков [8].

Рис. 1-4. Примеры застёжек-крючков с территории северного и северо-восточного Китая [9, 21]:

(а) — 5-4 в. до н.э (№ 2002.201.198); (б) — 4-3 в. до н.э (№ 2002.201.164); (в) — 5 в. до н.э (№ 2002.201.47); (г) — 3-1 в. до н.э (№ 2002.201.168); (д) — 3-1 в. до н.э (№ 2002.201.165); (е) — 3-2 в. до н.э (№ 2002.201.167).

Как было отмечено ранее, двумя наиболее распространёнными материалами для изготовления была бронза и нефрит. Оба материала широко использовались на протяжении всего времени бытования таких застёжек, однако у каждого из них были свои периоды наибольшей популярности. В период Сражающихся Царств и династии Хань это была бронза. Об этом можно судить по общему массиву находок, который весьма значителен. И хотя большинство из представленных в данном обзоре предметов являлись собственностью людей со значительным социальным статусом, на что указывает богатый и сложный декор, есть множество крючков сделанных в простом исполнении. Пока ещё сложно говорить насколько они были распространены среди простого населения, и были ли они маркерами социального положения владельца. Однако один любопытный факт позволяет говорить о широком их использовании. Как известно терракотовые солдаты из мавзолея первого китайского императора Цинь Ши-хуан-ди (г.ж. 259—210 гг. до н. э.) достаточно точно и детально отображают внешний вид солдат той эпохи. А мастера их изготавливавшие изобразили достаточно много индивидуальных деталей, в числе которых оказались и пояса с застёжками-крючками, которые массово отмечены как на фигурах солдат, так и на фигурах слуг (Рис. 1-5).

Рис. 1-5.Пояса с застежками-крючками на солдатах терракотовой армии первого китайского императора Цинь Ши-хуан-ди:

(а) — фотографии [5, 10]; (б) — прорисовки [21].

В III-IV в. усилился натиск северных кочевых народов, что привело не только к возникновению новых династий, но и к значительными изменениями в китайском костюме. Одним из нововведений той эпохи стала привычная нам рамочная пряжка, которая также прошла через целый ряд изменений, прежде чем принять привычный нам вид. В это неспокойное время довольно сложно отследить судьбу застёжек-крючков, однако очевидно что их популярность постепенно уменьшалась. В то-же время, на передний план вышли нефритовые застёжки. Как показывают археологические исследования они известны, так-же как и бронзовые, с эпохи Весны и Осени, однако вероятно с эпохи династии Сун (960 — 1279 гг.) начался их «ренессанс», который непрерывно продолжался до династии Цин (1616 — 1912 гг.). Вероятно, они сохранились и получили новый толчок в развитии благодаря высокому социальному статусу их владельцев. А те изменения которые происходили с ними на этом пути можно наглядно увидеть на примерах с рисунка (Рис. 1-6) и (Рис. 1-7).

Рис. 1-6. Нефритовые застёжки-крючки [4]:

(а) — эпоха Сражающихся царств; (б) — династия Хань; (в) — династия Юань; (г) — династия Мин; (д) — династия Цин.

Надо отметить, что с ростом размера зацепа крючка уже сложно было реализовать зацеп непосредственно в отверстия на противоположной стороне ремня. Миниатюра эпохи династии Юань (Рис. 1-7, в) и крючок эпохи династии Сун (Рис. 1-7, г) показывают решение этой проблемы. Так, такие крючки цеплялись за кольцо, которым оканчивался пояс с другой стороны, а не за отверстия в ремне. Тут-же (Рис. 1-7, а,б) представлены и другие юаньские крючки, на которых любопытно отметить отличия в креплении на поясе. Так в отличие от классического грибовидного штырька тут используется петелька с рамкой через которую проходит ремень (Рис. 1-7, а).

Рис. 1-7. (а), (б) — Нефритовые застёжки-крючки эпохи династии Юань [1, 9]; (в) — миниатюра эпохи династии Юань [1]; (г) — крючок-застёжка эпохи династии Сун [26].

Как было отмечено ранее, благодаря высокому социальному статусу владельцев исследователи получили возможность исследовать историю развития нефритовых застёжек на всем протяжении времени их использования. Однако для их металлических аналогов обстоятельства сложились не столь удачно. По сути, нам ничего не известно об их бытовании в средневековом Китае, и лишь материалы Нового Времени позволяют говорить об использовании горизонтальных крючков в роли застёжек поясов саадачных комплектов, см. рисунки (Рис. 1-8) и (Рис. 1-9). Впрочем доподлинно неизвестно, являлись ли эти крючки генетическими потомками античных образцов рассмотренных выше, либо они были заимствованы в этом виде у соседних кочевых народов.

Рис. 1-8. Императорские саадачные комплекты эпохи династии Цин [11].

Рис. 1-9. Китайский колчан с поясом из собрания музея Войска Польского в Варшаве [12].

Начиная с династии Юань, в обиход входит ещё один вид горизонтальных застёжек-крючков. Их отличие, от рассмотренных выше образцов, заключается в том что застёжка состояла из парных элементов: накладки с крючком и накладки с петлей за которую цепляется крючок (Рис. 1-10). Пластины накладок зачастую богато украшались, а крепёж к поясу мог быть осуществлён как при помощи грибовидного штырька (Рис. 1-10, б), так и при помощи петель (Рис. 1-11).

Рис. 1-10. Нефритовые пряжки:

(а) — династия Юань [13]; (б) — династия Мин [5]; (в) — династия Цин [14].

Рис. 1-11. Пряжка эпохи династии Цин [15].

Особенностью данного варианта застёжек является принцип застегивания, от которого они получили как специфическую форму элементов, так и название (данное удачное название было использовано Гореликом М.В. в работе [24]). Эта парная застёжка, однако ее элементы значительно отличаются друг от друга. Так, один из них (замок) выполнен в виде диска с прорезью, размер которой достаточен для того чтобы в него под углом входил второй элемент (ключ), представляющий собой короткий штырек с выступающей пуговицей. При выпрямлении, пуговица фиксируется и уже не может выскользнуть со своего места даже при горизонтальном изгибе. Примеры таких застёжек изображены на рисунках (Рис. 1-12 и 1-13) и дают достаточное представление как о деталях конструкции, так и о разнообразии форм, размеров, методов крепежа и материалов для изготовления последних. А в целом, идея реализованная в этой застёжке весьма близка к принципу застегивания обычной плоской пуговицы.

Рис. 1-12. Застёжки эпохи династии Ляо и Цзинь:

(а), (б) — предположительно эпоха династии Ляо (?) [16, 17]; (в) — Красноярское городище (чжурчжэни, кон. XII — нач. XIII в.) [24]; (г) — Шайгинское городище (чжурчжэни, кон. XII — нач. XIII в.) [24, 25].

История их развития всё ещё довольно туманна и в ней немало белых пятен. Так, на (Рис. 1-12, а, б) изображены застёжки найденные частными поисковиками и атрибутированные ими как относящиеся к эпохе династии Ляо (907 — 1125 гг.). В научной литературе первые упоминания о таких застежках связано с памятниками чжурчжэней (кон. XII — нач. XIII в.) (Рис. 1-12, в, г). Стоит отметить, что приведенные застёжки имеют широкие рамки для крепежа, что в наводит на мысль об их использовании в виде поясной пряжки. Основной же массив находок застёжек-замков связан с исследованием артефактов эпохи династии Мин (1368-1644 гг.). Так, на рисунке (Рис. 1-13) представлены некоторые из их. Изготовленные из золота, серебра и нефрита они дошли до наших дней в составе богатых погребальных комплектов этой династии, что и позволило чётко их атрибутировать.

Рис. 1-13. Застёжки-замки эпохи династии Мин [18].

В этот период застёжки-замки широко использовались в роли одёжных застёжек, что подтверждается как находками текстиля (Рис. 1-14), там и многочисленными изобразительными источниками (Рис. 1-15). Кроме того, фигурки слуг (Рис. 1-15, е,ж,з) указывают и на широкое использование подобного типов крючков среди людей более низкого социального статуса.

Рис. 1-14. Костюмы с застёжками-замками эпохи династии Мин [19].

Рис. 1-15. Изобразительные источники и скульптура эпохи династии Мин [18].

Использованные источники

1. 中国古代玉带具沿革: http://www.cchmi.com/tabid/224/Default.aspx

2. 宋元明清玉雕带钩的发展: http://www.bjww.gov.cn/2012/10-31/1351647699812.html

3. 我国古代的带钩与服饰文化研究: http://www.whysb.net/yyzt/2009/0306/article_35.html

4. 玉带钩的演变及特征: http://www.sssc.cn/a/20120626/134069602373158.shtml

5. Пояса в истории костюма: https://my.classicbelt.ru/about_belts/history/index.php

6. David Chen Illustration Ancient Chinese Armour. Shanghai. 2008.

7. Bunker E.C. Nomadic Art of the Eastern Eurasian Steppes: The Eugene V. Thaw and Other Notable New York Collections. 2002.

8. 搜艺搜--古董搜索: http://www.findart.com.cn/jinyintongqi/daigou/

9. The Metropolitan Museum of Art: http://www.metmuseum.org/

10. 秦始皇陵兵马俑图片: http://www.ivsky.com/tupian/qinshihuangling_bingmayong_v12338/

11. 清宫武备 清宫博物院藏文物珍品大系. 2008.

12. Gutowski J. Broń i uzbrojenie Tatarów, Warszawa, 1997.

13. http://www.pgm.org.cn/Pgm_Collection/findCollectById?collect.Id=26966

14. http://museum.ustb.edu.cn/plus/view.php?aid=2330

15. http://www.findart.com.cn/jinyintongqi/show/72381/

16. http://www.gucn.com/Service_CurioStall_Show.asp?Id=4226801

17. http://www.findart.com.cn/jinyintongqi/show/67419/

18. http://www.douban.com/photos/album/45373519/?start=0

19. http://202.67.159.234/forum/redirect.php?tid=7745&goto=lastpost

20. 带钩: http://baike.baidu.com/view/466245.htm

21. Bunker E.C. Nomadic Art of the Eastern Eurasian Steppes: The Eugene V. Thaw and Other Notable New York Collections. 2002.

22. 秦始皇陵兵马俑坑一号坑发掘报告1974-1984（上). 陕西省考古研究所始皇陵秦俑坑考古发掘队. 1988.

22. 王仁湘 古代带钩用途考实 // 文物 1982 — 10

23. 王仁湘 带钩概论 // 考古学报 1985 — 3: http://www.ddhty.com/index.php?m=content&c=index&a=show&catid=750&id=5890

24. Горелик М.В., Дружинина И.А. Уникальное погребение воина золотоордынского времени на реке Белой // БАТЫР. Традиционная военная культура народов Евразии. № 1. 2011 (№ 2). М., 2012. С. 39-63.

25. Шавкунов Э.В. Культура чжурчжэней-удигэ XII-XIII вв. и проблема происхождения тунгусских народов Дальнего Востока. М.: Наука. 1990. 282 с.

26. http://lyldfgzs.blog.163.com/blog/static/1090535242011112744811731/

Монголия, Алтай и Восточная Сибирь

В результате раскопок кочевнических могильников с территорий Алтая, Монголии и Восточной Сибири было обнаружено множество крючков, многие из которых исследователи традиционно соотносят с колчанами. Однако в дальнейшем их мнение об месте таких элементов в саадачном комплекте разнятся. Впрочем, авторы последних работ склоняются всё-же в сторону атрибутирования таких предметов именно как поясных застёжек.

Рис. 2-1. Элементы саадачного пояса с застёжкой-крючком и его реконструкция (Алтай, мог. Талдуаир I, к. 6) [7].

Так, из всего массива находок, в зависимости от особенностей конструкции, можно выделить несколько базовых групп застёжек-крючков. К одной из основных групп можно отнести горизонтальный застёжку-крючок с основанием в виде щитка к которому при помощи шпеньков крепится ремень (Рис. 2-1 — 2-5). Учитывая частые находки таких крючков вместе с колчанами, логично предположение об их использовании в роли основной застёжки в саадачном поясе, что достаточно хорошо коррелируется с поздним материалом (Рис. 2-5). В ряде случаев, пояс состоит также из трёх тройников, составляющих подвес колчана и налуча. Реконструкция такого пояса, на примере комплекта с Алтая (мог. Талдуаир I, к. 6), представлена на (Рис. 2-1). Тут также надо отметить и то, что часто наряду с застёжками-крючками часто находят и обычные рамочные пряжки, используемые в портупейном поясе, что может говорить о некотором устоявшемся разделении сфер использования последних. Впрочем, всё это это не исключает возможности использования таких крючков и в роли застёжек обычных поясов.

Рис. 2-2. Железные горизонтальные крючки-накладки:

(а), (б) — Памятники монголов (Монголия) [3]; (в) — мог. Ундугун (Восточное Забайкалье) [4]; (г) — мог. Зугмара (Восточное Забайкалье) [4]; (д) — мог. Уландрык III, к. 5 (Алтай) [7]; (е) — мог. Джолин I, к. 9 (Алтай) [7]; (ж) — мог. Бике I, к. 9 (Алтай) [7]; (з) — тюрки Саяно-Алтая, мог. Курай IV, к. 1 (VIII-IX в.) [12]; (и) — тюрки Саяно-Алтая, мог. Кокэль (VII-VIII в.) [12]; (к) — тюрки Саяно-Алтая, мог. Катанда II (VIII-X в.) [12]; (л), (м) — памятники шивєй (Восточное Забайкалье) [13]; (н) — памятники монголов [13]; (о) — памятники ингодинской группы (Восточное Забайкалье) [8]; (п), (р) — памятники мохэ [17]; (с), (т) — памятники аскизской культуры XIII-XIV в. из колл. О.Б. Згерского-Струмилло (ГИМ №49439) (№ 542 и 62) [18]; (у) — памятники аскизской культуры XI-XII в., мог. Хара-Хая II (Хакасско-Минусинская котловина) [19]; (ф), (х), (ц) — памятники енисейских кыргызов, мог. Эйлиг-Хем III (Центральная Тува) [20]; (ч), (ш) — памятники кыргызов кыштымов XI-XIV в. (Тунчжух (к. 2), Ах-хол (к. 11)) (Минусинская котловина) [24]; (щ-ю) — памятники енисейских кыргызов XII-XIII в. (мог. Часовенная гора в г. Красноярске, Урбюн I в Туве и Быстрая в Минусинской котловине ) [26].

В основном своем объёме такие крючки изготавливались из железа, однако известны образцы из цветных металлов (Рис. 2-3). И здесь можно отдельно выделить крючки (Рис. 2-3, а,б). Их особенностью является крюк вывернутый на угол близкий к прямому и оканчивающийся ярко выраженным шариком. Датируются такие предметы серединой I тысячелетия и относятся к памятникам древних тюрок.

Рис. 2-3. Горизонтальные крючки-накладки из цветных металлов:

(а) — тюрки, погребение ДА II-6 [9]; (б) — тюрки, мог. Усть-Бийке-III, к. 5 (Горный Алтай, V-VI в.) [16]; (в) — тюрки, мог. Кудыргэ (Алтай, VI-VII в.) [6, 12].

Археологически горизонтальные застёжки-крючки начинают фиксироваться на памятниках региона со второй половиной I тысячелетия и до периода монгольских завоеваний включительно. В дальнейшем к сожалению, нехватка фактического материала усложняет возможность оценки эволюции данного типа застёжек вплоть до этнографического времени. Впрочем, широкое использование застёжек-крючков на поздних саадачных комплектах из Монголии и Тибета (последний в то время был под сильным влиянием монголов) (Рис. 2-4) говорит о неразрывности традиции на протяжении по меньшей мере тысячелетия.

Рис. 2-4. Саадачные комплекты с плоским колчаном использующие застёжку-крючок:

(а) — Монголия или Тибет, XV-XVII в. [1]; (б) — Тибет, XVII-XVIII в. [1]; (в) — Монголия, XVIII-XIX в. [2].

Особенностью застёжек-крючков данной группы является его рамочный крепёж. Причём, ремень может проходить как непосредственно через рамку (Рис. 2-5, в) так и фиксироваться на пластинке соединённой шарнирно с рамкой крючка (Рис. 2-5, а,б).

Рис. 2-5. Рамочные горизонтальные крючки:

(а) — мог. Калбак-Таш (Алтай) [7]; (б) — мог. Кудыргэ, мог. 7 (Алтай), VII в. [6, 21]; (в) — Узкое Место, мог. 1 (Забайкалье) [13].

Надо отметить, что в монгольских захоронениях также находят довольно простые крюки типа (Рис. 2-6). Как и выше рассмотренные, исследователи относят их к колчанным крюкам, что часто связано с их находками возле колчанов. Зачастую такие крюки цельные (выгнуты из одного длинного прутка), однако встречаются и образцы с подвижной кольцевой рамкой (Рис. 2-6, е) и (Рис. 2-7, б,в). Любопытно отметить находку такого крюка с двумя остатками кожаного ремня (Рис. 2-6, б), что наводит на мысль о возможности их использования на поясе и в роли дополнительных подвесных крюков.

Рис. 2-6. Рамочные горизонтальные крючки:

(а), (б) — Монголия [3]; (в) — мог. Чиндант (Восточное Забайкалье) [4]; (г), (д) — памятники монголов [13]; (е) — кург. гр. Солнечный-1 (Кемеровская область) [15].

Некоторым подтверждением этой гипотезы также являются находки рамочных крючков с металлическими обоймами для крепежа пояса (Рис. 2-7) относящиеся к культуре енисейских кыргызов в Центральной Туве. В случае (Рис. 2-7, а) чётко видно что крючок располагался перпендикулярно поясу, однако крючки (Рис. 2-7, б,в) содержат по одной обойме и неясно была ли там вторая (в захоронении также были найдены разорванные остатки обойм), оставляя таким образом открытым вопрос об их месте на поясе.

Рис. 2-7. Рамочные горизонтальные крючки с обоймами для крепежа пояса:

(а), (б), (в) — памятники енисейских кыргызов, мог. Эйлиг-Хем III (Центральная Тува) [20].

Следует также отметить, что крючки с подвижной кольцевой рамкой (их находки в захоронениях часто парные) (Рис. 2-6, е) вероятнее всего использовали как элемент костюма — т.н. поножи, крючки для фиксации сапог [22, 23].

В археологических памятниках региона довольно часто встречаются рамочные крючки крюк которых оканчивается широкой перекладиной или разогнутой вилкой. Исследователи относят такие крючки к колчанным, однако остаётся немало вопросов об их возникновении и использовании именно в роли поясной застёжки. Так или иначе, но данный момент требует дополнительных исследований. Хронологически их возникновение соотносят с III-IV в., а верхняя граница их использования пока не ясна, но вероятно это был конец I тысячелетия. Любопытно отметить и то, что хотя большинство таких крючков используют рамку для системы фиксации ремня, существуют варианты с металлической накладкой и шпеньками (Рис. 2-8, л). Также стоит отметить и то, что отдельные находки таких крючков известны значительно западней, например близ с. Кызыл-Адыр в Оренбургской области (Рис. 2-8, в). Более подробно подобные предметы рассмотрены в обзоре [25].

Рис. 2-8. Крючки с перекладиной:

(а) — Балыктыюльское могильное поле, мог. 227 (Пазырык) [10]; (б) — мог. Дарасун, к.4 (Забайкалье) [11]; (в) — с. Кызыл-Адыр в Оренбургской области (IV-V в.) [11]; (г)-(з) — памятники шивєй (Восточное Забайкалье) [13]; (и) — мог. Верх-Уймон, к. 32, 35 (Алтай) [14]; (к), (л) — мог. Кудыргэ (Алтай) [5].

Несколько обособленно от всех выше рассмотренных образцов стоят крючки щитки которых оканчиваются рамочной пряжкой (Рис. 2-9). Как можно видеть по остаткам шпеньков, щитки крючков крепились к основе, однако одновременное использование двух типов застёжек в одном предмете делает как их атрибутирование, так и реконструкцию использования несколько затруднительной. Помимо этого известен экземпляр с парным щитком и петлёй для зацепа крючка (Рис. 2-9, в). В целом, можно предположить что подобные предметы могли использоваться в роли точек подвеса, однако для точного установления их роли, в составе комплекта костюма, необходимы дальнейшие исследования и изучение расположения таких предметов в погребениях. Любопытно также отметить и аналогичные крючки в которых крюк располагается в одной плоскости с пластиной [19, 20]. Последние в данном обзоре не рассмотрены, поскольку с высокой вероятностью использовались в роли точек подвеса на поясе или других элементах костюма, а не в роли застёжек.

Рис. 2-9. Крючки с рамочной пряжкой:

(а), (б) — памятники енисейских кыргызов, мог. Эйлиг-Хем III (Центральная Тува) [20]; (в) — памятники аскизской культуры XIII-XIV в. из колл. О.Б. Згерского-Струмилло (ГИМ №49439) (№ 65) [18].

Использованные источники

1. Donald LaRocca Warriors of the Himalayas: Rediscovering the Arms and Armor of Tibet. 2006.

2. A Mongolian embroidered quiver: http://www.hermann-historica.de/auktion/hhm60.pl? f=NR_LOT&c=2683&t=temartic_M_GB&db=kat60_m.txt

3. Jan Bemmann Steppenkrieger: Reiternomaden des 7.-14. Jahrhunderts aus der Mongolei. 2012.

4. Немеров В. Ф. Воинское снаряжение и оружие монгольского воина XIII—XIV вв. // Советская археология. 1987. № 2. С. 214—215.

5. Илюшин А.М. Могильник Кудыргэ и вопросы древнетюркской истории Саяно-Алтая // Памятники древнетюркской культуры в Саяно-Алтае и Центральной Азии. Новосибирск: 2000. С. 157-169.

6. Гаврилова А.А. Могильник Кудыргэ как источник по истории алтайских племён. М.-Л., 1965.

7. Кубарев Г.В. К вопросу о саадачном или «стрелковом» поясе у древних тюрок Алтая // Древности Алтая (известия лаборатории археологии №3). Горно-Алтайск. 1998. С.190-197.

8. Ковычев Е.В. К вопросу о древних связях племён Восточного Забайкалья с тюркоязычными соседями в I тыс. н.э. // Археология Северной Азии. Новосибирск. 1982. С. 148-156.

9. Овчинникова Б.Б. Тюркские древности Саяно-Алтая в VI-X веках. // Свердловск: УрГУ. 1990.

10. Сорокин С.С. Погребения эпохи великого переселения народов в районе Пазырыка. // АСГЭ, вып. 18. Л. 1977. С. 57-67.

11. Николаев Н.Н. Поясные наборы могильника Кокэль. // Мировоззрение. Археология. Ритуал. Культура. Сборник статей к 60-летию М.Л. Подольского. СПб. 2000. С. 70-84.

12. Степи Евразии в эпоху средневековья. / Серия: Археология СССР. Отв. ред. тома С.А. Плетнёва. М. 1981.

13. Худяков Ю.С. Вооружение центральноазиатских кочевников в эпоху раннего и развитого Средневековья. Новосибирск. 1991.

14. Соёнов В.И. Комплекс вооружения населения Верхней Катуни в гунно-сарматскую эпоху // Снаряжение кочевников Евразии. Барнаул. 2005. С. 52-55.

15. Сулейменов М.Г. Cредневековый комплекс вооружения кочевников Кузнецкой котловины (по материалам курганной группы Солнечный-1) // Древние и средневековые кочевники Центральной Азии. Барнаул. 2008. C. 93-96.

16. Горбунов В.В., Тишкин А.А., Хаврин С.В. Изучение тюркских поясов по результатам рентгенофлюоресцентного анализа // Древние и средневековые кочевники Центральной Азии. Барнаул. 2008. C. 165-168.

17. Деревянко Е.И. К вопросу о вооружении мохэского воина // Археология Северной и Центральной Азии. Новосибирск. 1975. С. 192-203.

18. Кызласов И.Л. Курганы средневековых хакасов XIII—XIV вв. (Аскизская культура в монгольское время) // Советская археология. 1978. № 1. С. 122—141.

19. Кызласов Л.Р. Курганы средневековых хакасов (аскизская культура) // Первобытная археология Сибири. Л. 1975. С. 193-211.

20. Грач А.Д., Савинов Д.Г., Длужневская Г.В. Енисейские кыргызы в центре Тувы (Эйлиг-Хем III как источник по средневековой истории Тувы). М. 1998.

21. The State Hermitage Museum: Digital Collection: http://www.hermitagemuseum.org/

22. Адамов А.А. О назначении парных крючков из погребений первой половины II тыс. н.э. Лесостепного Приобья // Источники этнокультурной истории Западной Сибири. Тюмень, 1991. С. 164–168.

23. Адамов А.А. Новосибирское Приобье в X–XIV вв. Тобольск-Омск: Изд-во ОГПУ, 2000. 256 с. (57-59)

24. Худяков Ю.С., Ким С.А. Вооружение кыргызских кыштымов // Вопросы военного дела и демографии Сибири в эпоху средневековья. Новосибирск: 2001. С. 50-76.

25. Матренин С.С. Колчанные крюки кочевников Алтая хуннуско-сяньбийско-жужанского времени (II в. до н.э. – V в. н.э.): классификация и типология // Известия Алтайского государственного университета. Серия: История. Политология. - 2011. - № 4/2. - С. 141-149.

26. Савинов Д.Г. Археологические памятники завершающего этапа культуры енисейских кыргызов. // Памятники кыргызской культуры в Северной и Центральной Азии. Новосибирск: 1990. С. 114-131.

Центральная Азия

Горизонтальные крючки-накладки, в роли поясной застёжки, в материалах Центральной Азии известны по большей части в составе казахских и афганских поясов этнографического времени (Рис. 3-1), (Рис. 3-2) и (Рис. 3-3). Любопытно, что зачастую эти пояса представляют собой часть снаряжения стрелка из мушкета, о чем можно судить по наличию сумочек для пуль и мерных пороховых зарядов (чаще отмечаются на афганских образцах (Рис. 3-3, а,в,г)). Простые пояса с крючками в роли застёжки встречаются реже (Рис. 3-1, в).

Рис. 3-1. Казахские пояса XIX в.: (а), (б), (в) — из собрания Восточно-Казахстанского областного архитектурно-этнографического и природно-ландшафтного музея-заповедника [6]; (г), (д) — из собрания Омского государственного университета [14].

Рис. 3-2. Казахские пояса XIX в. из собрания Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого [5]: (а) — № 403-10; (б), (в) — № 439-15.

Рис. 3-3. Афганские пояса XIX в. стрелков из мушкета: (а), (б) — [7]; (в), (г) — [8].

Известны также и одиночные находки горизонтальных крючков, таких как (Рис. 3-4). Однако их аукционное происхождение не позволяет точно определить датировку и регион находки.

Рис. 3-4. Крючок, предположительно Иран XVIII-XIX в. [9].

Среди археологического материала горизонтальные застёжки-крючки встречаются в комплектах с колчанами в захоронениях кыпчатского периода XII-XIV в. (Рис. 3-5).

Рис. 3-5. Горизонтальные крючки-накладки:

(а) — крючок из фондов АОИКМ (Западный Казахстан, XII-XIV в.) [16]; (б) — мог. Целинный-1, к. 63 (Западный Казахстан, XII-XIV в.) [16].

В результате раскопок согдийской крепости на горе Мог (сов. Согдийская область Республики Таджикистан) было найдено множество предметов материальной культуры древнего Согда относящихся к периоду VII-VIII в. В число этих находок вошла и рамочная застёжка-крючок (Рис. 3-6). Впрочем надо заметить, что данная находка вполне могла относится к более позднему периоду. Для более точного атрибутирования необходимо как более точное описание обстоятельств находки, так и более глубокое изучение истории распространения подобных застёжек в регионе. Общая её длина 5 см, ширина рамки 1.8 см, длина рамки 3 см.

Рис. 3-6. Крючок из числа находок на горе Муг (Согд, VII-VIII в. (?)) [4].

В собрании Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (г. Санкт-Петербург) в составе коллекции казахских мужских поясов хранится один образец с редким видом застёжки (Рис. 3-7). Последняя представляет собой два симметричных щитка, один из которых имеет горизонтальный крючок, а другой кольцо в которое цепляется крюк. Ремень проходит через узкие прорези в щитках.

Рис. 3-7. Казахский пояс XIX в. из собрания Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (№ 1287-19) [5].

В этнографический период значительную популярность в роли портупейной застёжки получила пряжка с вертикальным S-образным крючком (Рис. 3-8). Она состояла из двух симметричных рамок расположенных на разных сторонах ремня и соединяющего их S-образного крючка, один конец которого был поджат, а другой мог свободно заходить и при необходимости вытягиваться из колечка второй рамки. Любопытно отметить, что достаточно часто окончаниям таких S-образных крючков придавали зооморфные черты (Рис. 3-8, д,е).

Рис. 3-8. (а) — Туркменская сабля из собрания Российского этнографического музея (XIX в.) (№ 5910-125 а,б) [12]; (б) — туркменская сабля из собрания Российского этнографического музея (XIX в.) (№ 12-90 а,б) [12]; (в) — пряжка от портупейного пояса из собрания Национального музея истории Узбекистана (Ташкент) [13]; (г) — пряжка от портупейного пояса [9]; (д) — пряжка от портупейного пояса (№ 5910-125 а,б) [10]; (е) — пряжка от портупейного пояса (№ 6847-61/а-б) [10].

Надо отметить, что отдельные образцы этого типа застёжек фиксируются с XV в. и связаны с находками в Центральной Азии эпохи Тимуридов (Рис. 3-9). Они характеризуются массивными прямоугольными щитками с прорезным узором и зооморфными S-образными крючками. Как на таких щитках фиксировался ремень пока неясно, пояс мог быть зафиксирован как при помощи заклёпок которые видны по периметру щитка, так и через узкие прорези в левой части.

Рис. 3-9. (а) — Афганистан или Иран (XV-XVII в.) [11]; (б) — Иран (XV-XVI в.) [11]; (в) — Афганистан (XIV-XV в.) [9].

В Центральной Азии отмечено также использование застёжек с крючком-замком (Рис. 3-10 и 3-11). Т. е. пряжек состоящих из двух частей: замка и крючка-ключа. Ключ под углом вставляется в прорезь замка и при выпрямлении фиксируется в нем. Такие находки локализованы по большей части в Обь-Иртышском междуречьи (Восточный Казахстан и Сибирь), и связываются с памятниками рубежа I-II тысячелетий. На данный момент описано 32 экземпляра подобных застежек [18] и исследователи склоняются к мнению что они являли собой застежки на верхней одежде, аналогично их китайским аналогам.

Рис. 3-10. Застежки с крючком-замком :

(а) — г. Семипалатинск (IX-X в.) [1, 18]; (б) — мог. Еловский (Приобье, XI-XII в.) [2]; (в) — урочище Басандайка близ г. Томска [3]; (г), (д) — урочище Ближние Елбаны (Алтайский край) [15]; (е) — урочище Ближние Елбаны (Алтайский край) [17].

Рис. 3-11. Застежки с крючком-замком (Казахстанское Прииртышье) [18]:

(а) — кур. 145а Зевакинского мог.; (б) — кур. 3, мог. 8 у с. Иштан; (в) — находка у с. Тюп; (г) — кур. у с. Белокаменка; (д) — из коллекции Г.Ф. Миллера; (е) — находка в окрестностях Барнаула.

Также, стоит отметить и “закрытые” застежки с крючком-замком (Рис. 3-12). Это исключительно поясные пряжки, для поясов которых характерны крупные, богато украшенные бляхи. Одной из них и является замок застежки: двухслойная бляха имеющая на задней стороне прорезь для ключа. Последний представлял собой рамку с Т-образным шпеньком который и фиксировался в прорези замка. Таким образом, рабочие элементы застежки были скрыты под декорированной наружной частью бляхи. Возникновение и распространение подобных застежек связывают с монгольскими завоеваниями.

Рис. 3-12. Закрытые застежки с крючком-замком:

(а), (б) — находка в Акмолинской губ. (возможно Крым, 2-я пол. XIV в.) [19-21]; (в) — частное собрание Д.Н. Халили (Китай, Центральная Азия или Улус Джучи, XIII в.) [19, 22].

Использованные источники

1. Кочевники Евразии на пути к империи. Каталог выставки. СПб: «Славия». 2012. 272 с.

2. Степи Евразии в эпоху средневековья. / Серия: Археология СССР. Отв. ред. тома С.А. Плетнёва. М. 1981.

3. Басандайка. Сборник материалов и исследований по археологии Томской области. / Труды ТГУ им. В.В. Куйбышева (том 98), ТГПИ. Томск. 1947.

4. Бентович И.Б. Находки на горе Муг // Материалы и исследования по археологии СССР. № 66. 1958. С. 358-383.

5. Курылев В.П. Казахские кожаные мужские пояса в собраниях МАЭ // Памятники традиционно-бытовой культуры народов Средней Азии, Казахстана и Кавказа. Сборник Музея Антроп. и Этногр., выпуск 43. Л. 1989. С. 85-98.

6. Музей Заповедник: http://www.e-vko.gov.kz/museum/ReserveMuseum.aspx

7. http://www.hermann-historica.de/auktion/hhm57.pl?f=NR&c=76248&t=temartic_A_GB&db=kat57_a.txt и http://www.hermann-historica.de/auktion/hhm59.pl?f=NR_LOT&c=3727&t=temartic_A_GB&db=kat59_a.txt

8. http://oriental-arms.co.il/item.php?id=5041 и http://oriental-arms.co.il/item.php?id=1219

9. Islamic Art: http://www.anahitagallery.com/islamic-art

10. Ботяков Ю.М., Янборисов В.Р. Холодное оружие туркмен // Памятники традиционно-бытовой культуры народов Средней Азии, Казахстана и Кавказа. Сборник Музея Антроп. и Этногр., выпуск 43. Л. 1989. С. 49-60.

11. Bashir Mohamed The Arts of the Muslim Knight: The Furusiyya Art Foundation Collection. 2008.

12. Лютов А. Холодное оружие в собрании Российского этнографического музея. Сант-Петербург. 2006.

13. Військово-історичний фотомузей: http://museum.velizariy.kiev.ua/uzbek/tashkent/index.html

14. Казахские мужские пояса: http://turkestan-costume.blogspot.com/2011/10/blog-post_1595.html

15. Абдулганеев М.Т., Горбунов В.В., Казаков А.А. Новые могильники 2 половины I тысячелетия н.э. в урочище Ближние Елбаны // Военное дело и средневековая археология Центральной Азии. Кемерово. 1995. С. 243-252.

16. Бисембаев А.А. Археологические памятники кочевников Западного Казахстана. Уральск. 2003.

17. Грязнов М.П. Археологическое исследование территории одного древнего посёлка // Краткие сообщения Института истории материальной культуры. Вып. 40. М.-Л. 1951. С. 105-113.

18. Cборник трудов Ф.Х. Арслановой «Очерки средневековой археологии Верхнего Прииртышья» (III том серии «Материалы и исследования по археологии Казахстана»). Астана. 2013. 409 с.

19. Горелик М.В., Дружинина И.А. Уникальное погребение воина золотоордынского времени на реке Белой // БАТЫР. Традиционная военная культура народов Евразии. № 1. 2011 (№ 2). М., 2012. С. 39-63.

20. Крамаровский М.Г. Золото Чингизидов: Культурное наследие Золотой Орды. СПб. 2001. 364 с.

21. Эрмитаж: http://www.tforum.info/forum/index.php?app=galleryℑ=17635

22. http://www.lacma.org/khan/5/8.htm

http://www.kitabhona.org.ua/costum_axess/obzorkruk1.html

Бронзовый век – фальшивка «академической» истории.

Представляю, какой вой сейчас поднимется. Сколько обвинений в невежестве, в поддержке «антинаучной новой хронологией Фоменко» и пр. Но давайте ещё раз взглянем на то, чему нас учит официальная история, и на конкретные неопровержимые факты. Итак, сегодня моя жертва – «бронзовый век».

Со школьных лет мы привыкли доверять учебникам и тем кто их пишет. Мы не задумываясь, принимаем как аксиому, что Олово – один из первых металлов, освоенных человеком. Применение его в сплавах с медью определило целую эпоху в развитии человечества, получившую название «бронзовый век» со второй половины IV тысячелетия до IX-VIII в. до н. э. Документально подтверждено, что художественное литьё было развито много тысяч лет назад. В Египте найдены скульптуры, отлитые из бронзы, датирующиеся 3-им тысячелетием до нашей эры, в Китае — 2-м тысячелетием до нашей эры. Также художественное литьё широко использовалось в Древней Греции и в Древнем Риме. Пик художественного литья из бронзы пришёлся на 17-XVIII век в Западной Европе, когда любой более-менее богатый человек желал увековечить себя в статуях и эпических композициях. Всё так. Даже семиклассник – двоечник в курсе, что бронза состоит как минимум из меди и олова. И тут обнаруживаем удивительное… Если это такой «древний» сплав, что им тысячи лет назад древние египтяне обрабатывали гранитоиды и даже сверхтвёрдый диорит, значит олово широко было известно по всему миру. И тут легко выползает первая змея лжи. По признанию всё тех же «историков» единственное известное месторождение руды, содержащей олово - где??? Ответ: - «Римляне называли его касситеридес и добывали из месторождения Корнуэлл в Англии. Для справки:

Касситери́т (от κaσσίτερος — олово) — минерал состава SnO₂. Устаревшие синонимы: оловянный камень, жильное олово, речное олово, аллювиальное олово, деревянистое олово. Главный рудный минерал для получения олова. Теоретически касситерит содержит 78,62 % Sn. Образует отдельные, часто хорошо образованные кристаллы, зёрна, прожилки и сплошные массивные агрегаты, в которых зёрна минерала достигают в размере 3—4 мм и более. Химическая устойчивость Sn, нетоксичность его солей и сплавов обусловили широкое применение его в виде белой жести в консервной отрасли промышленности (32% добычи). Кроме того, олово используется для получения бронз, латуни, баббитов (22%), припоев (29%), типографских шрифтов и химической промышленности (15%), в производстве красителей, в стекольной и текстильной отраслях промышленности.

А теперь вопрос «историкам»: Каким образом касситерит попадал с Британских островов в «древние Египет, Шумер и Китай?» Что, сухогрузами развозили по всему миру, и всю Русь им заполонили, что все язычники скифы – пеласги дрались бронзовыми мечами?

Ну напрягите мозги, товарищи! Римляне вооружали всех своих врагов по всему миру? Ну не бред ли? А что нам говорят об истории бронзы на Руси?

На Руси художественное литьё было развито с 11 века, когда отлив колоколов стал искусством. В 16-17 веках в России появились замечательные мастера-литейщики ( Чохов, Дубинин, Моторины...), которые специализировались не только на колоколах, но и на отливе пушек.

Моторины в начале 18 века. Как вам нравится? А отчего не Самолётовы или Мобильниковы?

Идём дальше. Может кроме Анлии, всё - таки есть где-то на территории Росии месторожденя оловянной руды? Читаем мою любимую Горную Энциклопедию:

[<a href="http://chipstone.livejournal.com/848360.html#">Карта месторождений здесь]

"Почти 95% всех российских запасов находится в Верхояно-Чукотской, Сихоте-Алинской и Монголо-Охотской провинциях. Основной недостаток минерально-сырьевой базы России – большая удаленность оловодобывающих предприятий от центров переработки".

Ну и как вам это? Даже ребёнку станет ясно, что вплоть до 20 века на Руси бронзы просто не могло быть! А как же быть с мечами, предметами обихода, украшениями из бронзы? А колокола? Из чего были вечевые колокола в Пскове и Новгороде? Посмотрим на самый знаменитый:

Колокол Царь-колокол. XIX век. Фото Шерер, Набгольц & Ко.

В 1730 году императрица Анна Иоанновна поручила отлить его. Высота колокола с ушками составляет 6,24 м,диаметр — 6,6 м, масса около 200 тонн!!!! Согласно анализу, проведённому в лаборатории минного корпуса, в сплаве содержится меди — 84,51 %, олова — 13,21 %, серы — 1,25 %, золота — 0,036 % (72 кг), серебра — 0,25 % (525 кг). У них то... были такие!?

Грузоподъемные характеристики автокрана Liebherr LTM 1200

И тут мы выявляем ещё одну порцию лжи: По легенде, колокол раскололся при пожаре, когда его поливали водой, чтоб он не расплавился. Ну не смешите вы мои тапочки господа историки! Температура плавления бронзы около 1140 °C. Вы в таком пекле сможете бегать с вёдрами и кадками? Да и температура горения древесины не может никак быть выше 1090°C. Зачем врать? Да и вообще, зачем тратить на какую-то хрень, аж 26240кг. безценного олова!?

Какие же мы можем сделать выводы? Думаю, вы уже не станете отрицать того, что производство бронзы не могло быть налажено по всему миру раньше 19-20 века, если верить самим же «историкам» которые не смогли договориться с геологами. Чтоб те понасыпали оловянную руду на каждом километре. Значит, либо вся древняя бронза и весь бронзовый век – фикция. Либо бронза была известна, но тогда её распространение могло произойти только по одной причине – не существовало никаких границ, государств, княжеств, а была единая мощная централизованная страна, с отлично действующими транспортной системой и высокотехнологичными предприятиями. Откуда же сказки о средневековом варварстве, невежестве, мракобесии? Всё больше склоняюсь к мнению, что мы потомки завоевателей-дикарей, которые построили свою цивилизацию на обломках побеждённой или уничтоженной цивилизации. Мы просто не знаем, что делать с артефактами, доставшимися нам в наследство от исчезнувших. Это как подарить людоеду в дебрях амазонки микроволновку. Он ей будет гордиться, но применить может лишь как хранилище скальпов.

http://chipstone.liv...com/848360.html

Вот например очень позитивные фото из жизни одной семьи

http://www.adme.ru/fotograf/samyj-prekrasnyj-semejnyj-albom-523055/

На страницах TOPWAR мы уже не раз знакомились и с рыцарскими доспехами, и с описаниями битв, в которых облаченные в них рыцари участвовали. Но… если вы думаете, что рыцари только тем и занимались, то вы ошибаетесь. Они, прежде всего, «просто жили». Ели, спали, заворачивали на спину юбки крестьянкам, ездили на охоту, случалось – валялись пьяными, иногда приезжали во дворец к королю. Завидовали… Радовались, что и «короли тоже плачут». Льстили им, когда можно… Страдали животом, объевшись на пиру. Вот так и жили. А воевали… дай бог, если 40 дней в году. Хотя были и такие, что воевали буквально с утра и до вечера. Да-а, вот еще что – они волочились за женщинами. То есть имели «даму сердца», которую следовало любить платонически, а вот физически… для этого были и жены, и служанки, и базарные шлюхи – где спрос, там всегда бывает предложение.

Но… а вот как бы нам узнать о жизни хотя бы какого-нибудь рыцаря, причем так, чтобы это был не вымысел, не «роман», а историческое свидетельство. Что ж, оказывается можно и это сделать, причем рассказать не просто о рыцаре, а о человеке весьма известном, в том числе и благодаря… кино!

Турнир из кинофильма «История рыцаря» (2001 г). Судя по доспехам и общему антуражу, это даже не Столетняя война, а, по крайней мере, начало XVI века.

Ну, кто, скажите на милость, у нас не видел художественный фильм «История рыцаря» с Хитом Леджером в главной роли? Однако мало кто знает, что персонаж, которого он в нем играет, действительно существовал! Вот только настоящий рыцарь Ульрих фон Лихтенштейн родился, жил и умер в ХIII веке, примерно в 1200 – 1275 гг., а совсем не во время Столетней войны, как это явствует из этого кинофильма. И был он отнюдь не беден, как это нам показали создатели картины, а даже очень богат! Ну и доспехи, в которые его облачили «киношники», тоже ни в малейшей степени не соответствовали его эпохе, так как были заимствованы из… следующего ХVI века! Но тут нам очень даже повезло. Есть, как выяснилось, рукопись XIII века, хранящаяся в Мюнхенской государственной библиотеке, и в которой сам рыцарь Ульрих фон Лихтенштейн рассказал о своих приключениях. Называется она "Frauendienst"(«Служение дамам»). Правда, «рассказал» звучит не совсем правильно, так как писать он не умел (хотя и обладал счастливым даром слагать прекрасные любовные сонеты!), и описание своей жизни ему пришлось надиктовать своему писцу. Но хуже его «история рыцаря» от этого не стала! Хотя, может быть, он ее и немного приукрасил. Но если и приукрасил, то совсем немножко, прежде всего, потому что «врать в письменном виде» в то время считалось страшным грехом, а кроме того, есть и перекрестные ссылки, подтверждающие его сообщения.

Вот так Ульрих фон Лихтенштейн был изображен на страницах знаменитого Манесского кодекса из библиотеки Гейдельбергского университета.

Итак, вот она – жизнь настоящего рыцаря, рассказанная им самим.

Ну, а начать ее следует с того, как уже в ранней юности он… влюбился в некую знатную даму, причем старше своих лет и, будучи ее пажом (и тогда рыцари отдавали своих отпрысков в пажи ко дворам более богатых и знатных сеньоров) и постоянно ей прислуживая, выпивал воду, в которой она мыла свои руки. Как звали эту даму, сегодня с точностью сказать нельзя, но ясно, что по знатности рода она превосходила «бедного юношу». Ну и по отдельным намекам автора можно сделать такой вывод, что это могла быть и жена австрийского герцога Леопольда, являвшегося сюзереном Ульриха фон Лихтенштейна.

А вот это еще одно столь же старое изображение рыцаря-миннезингера Бертрана де Борна, автора стихотворения, вынесенного в эпиграф. Миниатюра из рукописи Национальной библиотеки Франции.

Будучи посвящен в рыцари, Ульрих тут же посчитал, что наконец-то настало время предложить своей даме сердца и нечто большее, чем обычные пажеские услуги. Но вот беда - рыцарь не мог так легко приблизиться к своей возлюбленной, как незаметный паж, поэтому ему понадобился посредник. В качестве сводни решила выступить одна из его теток, бывшая подругой знатной дамы, и, видимо, вполне могло быть и так, что обе дамы просто изнывали от скуки и таким образом решили повеселиться. Любовная интрига началась с обмена посланиями. Ульрих сочинял стихи и посылал их через свою тетку даме; а та их не только благосклонно принимала, даже их хвалила. Однако дальше признания его заслуг, как поэта, дело не шло. На все его призывы дама отвечала, что господин Ульрих может даже и не мечтать о том, чтобы его услуги были ей приняты. То есть все происходило по тогдашнему обычаю, когда госпожа вроде бы и отталкивала своего воздыхателя, однако и не настолько, чтобы совсем его оттолкнуть, и поощрять его при этом так, чтобы несчастный любовник ровным счетом ничего бы не получил, но постоянно терзался бы сомнениями. Ну, а затем она вдруг сказала, что у него очень выпирает его верхняя губа, которая, видимо, действительно была, ну, скажем так – несколько великовата.

Что и говорить – доспехи на «киношном» Ульрихе вполне историчны, но… время выбрано совсем не то.

Едва только Ульрих об этом узнал, как тут же отправился к лучшему местному хирургу, и тот, разумеется, без наркоза излишнюю плоть ему отрезал! Причем наш рыцарь не позволил себя связывать - ведь он же был настоящим рыцарем, а потому он просто уселся на скамью и молча терпел все то время, пока лекарь срезал у него чуть ли не полгубы. А после еще и полгода стоически терпел муки голода, так как после операции он был не в состоянии ни есть, ни пить. Дело было в том, что губу ему постоянно смазывали какой-то весьма дурно пахнущей мазью, поэтому его сразу же тошнило, когда он принимал пищу, так как эта мазь, как он не старался, все равно попадала ему и в еду и питье, а затем и в рот, а вкус и запах у нее были прегадостные! Однако он нисколько не пал от этого духом, а, напротив, написал, вернее, продиктовал следующие строки: «Тело мое страдало, но зато сердце было преисполнено счастья».

Когда дама узнала про то, что ради нее сделал Ульрих, то… разумеется, решила посмотреть, «насколько он себя исправил», и согласилась с ним встретиться, но волновался он на этом свидании так, что и слова не мог вымолвить. В результате разгневанная дама вырвала у него с головы клок волос со словами: «Это тебе за трусость!» Но и этого ей показалось мало, и она еще и написала ему оскорбительное письмо, попрекая его совсем не рыцарской трусостью. Человек нашего бы времени послал бы такую даму куда подальше и пошел бы «рубить дерево по себе», но рыцаря Ульриха такое отношение в тот раз не остановило.

Он стал появляться на рыцарских турнирах и всюду объявлял, что сражается за честь своей возлюбленной дамы сердца, имени которой не может открыть. И все относились к этому с пониманием! И он уже сломал сто копий в поединках, вышел победителем во всех схватках, стал упоминаться среди лучших бойцов, когда копье его противника, ударило его в правую руку, и почти оторвало ему... мизинец. Лекарь, однако, заявил, что, так как палец все еще висит на обрывке кожи, то его можно еще попытаться спасти и… взял, и пришил его на прежнее место! Ульрих после этого лечился целых полгода, но мизинец – прямо фантастика, все же прирос к кисти, хотя и криво. Когда об этом рассказали его злобной пассии, та написала ему, что все это неправда, и что мизинец (она, мол, это точно знает из самых достоверных источников) никуда и не девался и вся эта история выдумка, чтобы ее разжалобить. Поистине, коварству женщин не границ! Но как на это отреагировал Ульрих? Вы думаете, поехал к хирургу, чтобы тот клятвой на кресте и свидетельскими показаниями достойных людей засвидетельствовал правдивость этого сообщения? Ничего подобного! Поехал он к своему другу и попросил его… отрубить ему только что вылеченный палец! Тот его просьбу исполнил, а Ульрих поехал к ювелиру и попросил изготовить золотую застежку для книги, причем в форме мизинца, куда и спрятал этот свой отрубленный палец, а книгу отослал своей даме сердца в подарок! Вы только себе представьте, что она испытала, когда открыла золотой футляр, и из него прямо ей в руки вывалился… отрубленный мизинец ее обожателя, к этому времени еще и, скорее всего, порядком «испортившийся»? Поэтому вряд ли нас с вами удивит ее ответ: «Я никогда не думала, что разумный человек способен на такие глупости!» Однако он-то как раз и был способен и, что самое интересно, тот же его друг ведь не стал его отговаривать, а поспешил выполнить его просьбу!

Затем Ульрих фон Лихтенштейн отправился в Венецию, и тамошним портным заказал множество женских платьев, но не для своей дамы, а… для самого себя! Было сшито двенадцать юбок и тридцать блуз с расшитыми рукавами, целых три белых бархатных мантии и множество всяких других предметов дамского туалета, а под конец еще и две длинных косы, украшенными жемчугом. Экипировавшись таким образом, он отправился путешествовать по Европе, при этом впереди него ехал герольд, рассказывал куда он едет и зачем, а также громко зачитывал письмо, в котором сообщалось, что господин Ульрих хочет весь путь проделать инкогнито (хорошее же он себе придумал инкогнито!), и участвуя при этом в поединках, при этом обязательно в женском платье, как якобы сама богиня Венера! Кроме того, впереди него еще скакали пять слуг, а позади ехал знаменосец с белым знаменем. По обеим сторонам ехали два трубача, трубившие в трубы. Далее за ним вели трех верховых лошадей в полном снаряжении и еще трех лошадей парлефруа. Потом пажи несли его шлем и щит. После них ехал еще один трубач и четыре оруженосца, которые везли связку копий, покрашенных в серебряный цвет. Две девушки, одетые в белые платья, ехали верхом на лошадях, так же, как и два скрипача, тоже верхом и при этом игравшие на скрипках. В конце столь удивительной процессии ехала сама богиня Венера, одетая в белую мантию из бархата, с надвинутым на лицо капюшоном; а на голове у нее была шляпа, украшенная жемчугом. А еще из-под шляпы ниспадали две длинные косы, и они тоже украшены жемчугом! Вот уж поистине сцена, которую надо было бы снимать в Голливуде! И… что денег что ли у них не хватило, если они не решились снять именно «это», а почему-то придумали свой собственный сюжет? Неужели он зрелищнее?

И все же отметим главное: такое это тогда было, скажем так – «странное время», что сего достославного рыцаря никто и не подумал связать и запереть в сумасшедшем доме, а напротив, куда бы он не приезжал, везде встречали его с ликованием, а другие рыцари почитали за честь сразиться с ним на поединке. В итоге он сломал на них 307 копий, а своим соперникам подарил 270 перстней в память о своей даме сердца. Сам при этом он не получил даже царапины, а вот четырех рыцарей выбил из седла. Однажды он нарвался на точно такого же, как он сам, ненормального. Некий словенский рыцарь решил в честь своей дамы нарядиться в женское платье и выпустить фальшивые косы из-под шлема. Однако этот маскарад ему не помог и Ульрих сшиб его на землю.

Для того чтобы копья в фильме красиво разлетались от удара вдребезги, они, во-первых, как и настоящие турнирные копья, были внутри пустыми, и вдобавок надрезаны, а во-вторых, наполнены «сырыми» макаронами и опилками!

И девушки, и женщины повсюду встречали Ульриха с почти безграничным энтузиазмом так же, как сейчас, наверное, встречают разве что только рок-звезд, популярных артистов и спортсменов, так им понравилось его благородство и «истинная любовь»! Как-то раз 200 женщин встретили его у дома, где он ночевал, только чтобы проводить в церковь. И при этом никто так и не возразил, что мужчина, рыцарь, был одет в женское платье и в таком вот маскараде входил в церковь, сидел там на специально отведенных женщинам местах и, опять-таки, одетый как женщина, принимал в ней святое причастие!

Вот как следовало бы обрядить героев кинофильма, если бы он соответствовал реалиям истории.

За время этого своего турне Ульрих успел жениться и народить четырех детей. Но ни дети, ни любящая жена не могли служить преградой его любви к совершенно другой женщине. Обычно зимой он приезжал в свой замок, там жил со своей женой, но сразу по весне вновь отправлялся на поиски романтических приключений. И жена ему в этом ничуть не препятствовала и даже не считала, что муж у нее явно ненормальный! Хотя, возможно, что и у неё был столь же одержимый нрав, и в ту эпоху воспринималось такое поведение как норма?

И вот, в конце концов, жестокое сердце возлюбленной Ульриха смягчилось, и она послала ему известие, что хочет с ним встретиться. Но при этом он должен был показать ей свое смирение: надеть нищенское платье, и вместе с толпой прокаженных, ожидающих у замка ее милостей, ждать приглашения, пока сверху из окна ему не будет спущена веревка, свитая из простынь.

Рыцарь и романист Вольфрам фон Эшенбах, живший примерно в то же время, что и Ульрих фон Лихтенштейн, и вовсе носил на шлеме… нет, не рога, а два топора, правда, сильно стилизованные.

От отвращения (вы поживите-ка среди прокаженных!) Ульриха чуть было не стошнило, но в итоге он все-таки был вознагражден: его дама сердца позволила ему к себе подняться, любезно его приняла, похвалила за верность и вообще вела себя с ним очень ласково, вот только рукам воли не давала и поставила странное условие: чтобы доказать свою любовь, ему нужно было повисеть за окном все на той же самой простыне. Те, кто читал «Дон-Кихота» М. Сервантеса, сразу догадаются, откуда он этот эпизод списал, и что там произошло после того, как наивный Ульрих на это с радостью согласился. Ульрих был жестоко обманут: служанка госпожи отпустила конец простыни, и несчастный герой-любовник упал прямо к основанию довольно высокой башни и при этом сильно ушибся! Но безграничной любви Ульриха не угасил даже такой конец его любовной эпопеи, и только лишь впоследствии, немного подумав, он наконец сообразил, «…что только глупец может до бесконечности служить там, где нечего и рассчитывать на награду».

Американскому фильму до подлинной «истории рыцаря» ну просто бесконечно далеко, не так ли? Хотя, как «кино», его вполне можно один раз посмотреть. Не больше.

Автор: Вячеслав Шпаковский

https://topwar.ru/99156-nastoyaschaya-istoriya-rycarya.html

Современная медицина может творить настоящие чудеса. В древние времена современных врачей сочли бы настоящими магами. Из-за недостатка информации эскулапы прошлого опирались на слухи и суеверия, поэтому пытались лечить пациентов методами, похожими на проведение сатанинских ритуалов. Видимо боязнь ходить к врачу передалась нам от наших предков, которым было проще умереть, чем жертвовать свое тело врачам, считающим, что в зубной боли виноват зубной червь. Предлагаем вашему вниманию 12 сумасшедших способов лечения из прошлого, некоторые из которых практикуются до сих пор.

Кровопускание

Опираясь на теорию гуморальной патологии, в соответствии с которой, все болезни человека возникали из-за переизбытка «плохой гуморы», проще говоря плохой крови. По этой логике они делали на теле пациента много надрезов, из которых вытекала «плохая» кровь.

Трепанация

Суть лечения заключалась в просверливании большой дырки в черепе пациента. Предполагалось, что с помощью такого метода, можно исцелить пациента от эпилепсии и прочих психических недугов. К сожалению, этот метод лечения приводил к возникновению целого ряда побочных эффектов какие только могут возникнать из-за большой дырки в черепе.

Малярия против сифилиса

Считалось, что малярия в силах убить вирус сифилиса, поэтому врачи прошлого без зазрения совести заражали своих пациентов малярией. У этой методики существовал очень серьезный побочный эффект — смерть от малярии.

Подвешивание

Нет, это не человек отдыхающий в гамаке. Таким способом врачи прошлого пытались лечить своих пациентов от сколиоза

Лучевая терапия

В прошлом врачи вовсю практиковали лечение радиацией. Они даже пытались лечить радиотерапией акне у школьников средней школы. Такое лечение скорее приведет к появлению рака, нежели к чистой коже.

Прививание кожи

На фото не монстр явившийся после приема кислоты, а человек, чей нос пострадал во время Первой мировой войны. Врачи прививали настоящие ножки из кожи к необходимым местам, а когда они приживались их просто обрезали. C развитием медицины эта процедура упростилась и стала называться пересадкой кожи.

Гелиотерапия

Неизвестно почему эти дети стоят, держась за руки в одном нижнем белье, видимо в прошлом никого не беспокоило что дети будут похожи на участников жуткого культа. На фото изображены дети, которые проходят лечение от туберкулеза, стоя вокруг обычной, но очень мощной лампы. Согласно теории гелиотерапии, излучение лампы будет способствовать увеличению Витамина D, который должен помочь в борьбе с туберкулезом.

ДДТ мне в голову

ДДТ это не только знаменитая рок-группа, но также название страшнейшего ядохимиката, которым когда-то опрыскивали голову,чтобы избавить пациента от вшей. На самом деле это было эффективное средство борьбы с вшами, несмотря на то, что ДДТ вызывает рак и прочие страшные болезни

Фекальная бактериотерапия

Суть метода заключается в лечении клостридиальной инфекции, для чего выводятся бактерии из чужого кала, и внедряются в толстую кишку пациента. Данный метод лечения практикуется до сих пор и не смотря на всю свою дикость, является очень эффективным.

Пиявки

Ещё один способ избавиться от «плохой гуморы», практически тоже самое что и кровопускание, которое применяется до сих пор, чтобы избавить пациентов от сгустков крови.

Личинкотерапия

Абсолютно дикий, но крайне эффективный метод очистки ран с помощью личинок некоторых мух. Личинки пожирают омертвевшие ткани, попутно выделяя аллантоин — вещество, способствующее заживлению ран. Данный метод был открыт и применялся в годы Первой мировой войны. Из-за появления мощных антибиотиков широкого действия данный метод потерял актуальность.

Уринотерапия

Ни для кого не секрет, что это за метод. В старину врачи считали, что регулярный прием собственной мочи внутрь полезно для кожи и даже может вылечить аллергию. Древние римляне использовали собственную мочу для естественного отбеливания зубов. Считается псевдонаучным методом, так как в ряде случаев может представлять серьезную опасность для здоровья и жизни больного.

В 2016-м ученые провели георадарное сканирование могилы знаменитого драматурга Уильяма Шекспира в церкви Святой Троицы на его родине, в городе Стратфорд-на-Эйвоне. Прибор обнаружил странное нарушение в области головы. Короче, отсутствует череп. По мистическому совпадению, у автора «Гамлета». В этой пьесе есть безмолвный персонаж - череп бедного Йорика, придворного шута. Его держит в руках Гамлет, принц датский¸ и произносит знаменитый монолог. Словно предчувствуя такой поворот, сам Шекспир просил выбить на могильном камне предупреждение:

Не потому ли археологи Стаффордширского университета под руководством Кевина Коллса не стали этой весной вскрывать могилу, а использовали георадар.

Как видим, даже проклятье не помогло. Прах потревожили. Кстати, печальное открытие археологов лишь подтвердило популярную еще в прошлых веках легенду, что череп драматурга был украден аж в 1794 г.

В МОГИЛЕ ГАЙДНА НАШЛИ ЛИШЬ ПАРИК

Увы, трагическую судьбу праха Шекспира разделило немало останков других великих людей прошлого. Йозеф Гайдн умер в Вене в 1809 г. Знаменитого композитора спешно похоронили на следующий день без почестей. Поскольку город был захвачен Наполеоном. В 1820 г князь Эстергази решил достойно перезахоронить Гайдна в склепе. Когда вскрыли гроб, вместо головы увидели лишь парик!

Обезглавленным лежит в могиле и великий Моцарт. А гению немецкого Просвещения, поэту, драматургу Фридриху Шиллеру, умершему в 1805 г, мародеры в гробу подменили череп. Слухи об этом кощунстве ходили еще в 19 веке. В 2007 г эксперты из университетов Йены и Инсбрука по ДНК доказали: действительно, у Шиллера «фальшивая» голова. Поговаривают про подобное святотатство с останками Гете, Петрарки, Бетховена…

НЕ ПОЩАДИЛИ ГОГОЛЯ

Россию тоже не обошла сия жуткая напасть.

Автор «Мертвых душ» Николай Гоголь скончался в 1852 г. Его похоронили в Москве на кладбище Данилова монастыря. Большевики-атеисты устроили в монастыре приемник для беспризорников, монахов разогнали, некрополь ликвидировали. К классику литературы, высмеивавшему помещиков, коммунисты отнеслись по-божески. Постановили перенести прах на Новодевичье кладбище. Вскрыли могилу Николая Васильевича 31 мая 1931 г. Вот как описал это мероприятие член траурной комиссии писатель Владимир Лидин: "...Работа затянулась. Начались уже сумерки, когда могила была, наконец, вскрыта. Верхние доски гроба прогнили, но боковые с сохранившейся фольгой, металлическими углами и ручками и частично уцелевшим голубовато-лиловым позументом были целы. Вот что представлял собой прах Гоголя: черепа в гробу не оказалось, и останки Гоголя начинались с шейных позвонков: весь остов скелета был заключен в хорошо сохранившийся сюртук табачного цвета; под сюртуком уцелело даже белье с костяными пуговицами; на ногах были башмаки... Башмаки были на очень высоких каблуках, приблизительно 4-5 сантиметров, это дает безусловное основание предполагать, что Гоголь был невысокого роста. Когда и при каких обстоятельствах исчез череп Гоголя, остается загадкой. При начале вскрытия могилы, на малой глубине, значительно выше склепа с замурованным гробом, был обнаружен череп, но археологи признали его принадлежащим молодому человеку...»

Вроде бы Сталин приказал скрыть историю с пропажей. Но слухи быстро распространились по Москве. Кроме Лидина были и другие писатели на вскрытии. (Воспоминания Лидина «Перенесение праха Н. В. Гоголя» были опубликованы лишь в 1991 г в «Русском архиве». ) Потрясенный Михаил Булгаков вроде бы отразил это в «Мастере и Маргарите» сюжетом о пропаже из гроба головы Берлиоза. А уже в наше время режиссер В.Лонской снял фильм «Голова классика». Как некий банкир ищет эту главу в 21 веке. Готов заплатить за нее большие деньги.

Давно ходят слухи, что не все ладно и с могилой Пушкина в Святогорском монастыре. Вроде бы в 50-х, когда начали реставрацию некрополя, поврежденного фашистами, в могиле обнаружили… два посторонних черепа. Мужской и женский. По одной из версий, голова самого Александра Сергеевича похищена.

У Пушкина есть документальное стихотворение в тему. Он вручил его лицейскому приятелю поэту Антону Дельвигу вместе с…. черепом его предка.

Скелет предка Дельвига похитил из церковного склепа Риги для учебы студент-медик, поэт Николай Языков. Пушкину череп барона Дельвига достался от его приятеля Вульфа, который держал в нем табак (!).

Сам Языков, укравший скелет барона, был похоронен в Даниловом монастыре рядом с Гоголем. Их прах вместе перенесли в 1931 г на Новодевичье. Но у поэта голова была на месте, констатировал все тот же писатель-очевидец Лидин.

ОХОТНИКИ ЗА ГОЛОВАМИ

Масштаб мрачного бедствия оценить невозможно. Все покрыто землей. Могильной. И лишь перенос останков, как в случае с Гайдном, Гоголем, позволяет обнаружить пропажу. Но перезахоронения случаются очень и очень редко. Как и исследования георадаром типа юбилейных шекспировских.

Кто эти святотатцы, какую цель преследуют? Ведь есть же жесткое табу – не тревожить мертвых.

Говорят о некоем тайном обществе, которое поставило целью собрать в одном месте черепа всех наиболее значимых людей в истории человечества. Поскольку в них, якобы, содержится ген, отвечающий за сверхспособности. Он достался людям в наследство от цивилизации, существовавшей ещё до потопа. Носители этого гена живут среди нас и по сей день.

Байка о гене сверхспособностей, таящемся в черепах великих – отголосок модной в 19 веке псевдонауки френологии. Изучавшей связь гениальности человека со строением поверхности его черепа. Создал френологию австрийский анатом Франц Йозеф Галль. Он даже расписал участки на голове, отвечающие за те или иные таланты, включая музыкальный. Галль писал:"Шишку гениальности музыканта можно с легкостью обнаружить на костяном черепе немного назад и наружу от внешнего глазного угла." Уж не на похищенной из гроба голове Гайдна изучал он эту шишку?

Так что черепа великих, да и простых людей, пропавшие в Европе в первой половине 19 века, списывают на проделки френологов. Они немало могил осквернили ради торжества своей псевдонауки, позже развенчанной. Когда взбешенный князь Эстергази увидел в гробу вместо головы Гайдна парик, он потянул к ответу местных последователей Галля. Те выдали череп. Но врачи определили, что он принадлежит двадцатилетнему мужчине. А Гайдн скончался в 77. Тогда френологи вручили череп постарше. С ним Гайдна торжественно перезахоронили. Позже выяснилось, что псевдоученые надули князя, отдали фальшивку. А подлинная голова великого композитора тайно переходила из рук в руки, пока не попала в венское «Общество друзей музыки». И только в 1954 г череп и скелет Гайдна торжественно воссоединились, наконец, в могиле.

"ЧЕРНЫЕ" КОЛЛЕКЦИОНЕРЫ

Другие святотатцы - коллекционеры. Череп того же Моцарта спустя десять лет выкопал могильщик Йозеф Ротмайер и передал граверу Якобу Хиртлу. В 1902 г реликвия была подарена Фонду Моцарта в Зальцбурге. В 2005 г медэксперты из университета Инсбрука решили проверить подлинность экспоната. Эксгумировали хорошо сохранившиеся женские скелеты 16-летней кузины Моцарта Жаннет и бабушки по материнской линии Эфрозины Пертл . Увы, ДНК не совпала. То ли череп фальшивый, то ли скелеты оказались неродственными. Самого Моцарта похоронили в общей могиле с бедняками. Она затерялась.

В деле Гоголя грешат на известного московского купца, мецената, коллекционера А. А.Бахрушина. Лидин в мемуарах «Перенесение праха Н. В. Гоголя» писал: "В 1909 году, когда при установке памятника Гоголю на Пречистенском бульваре в Москве производилась реставрация могилы, Бахрушин подговорил будто бы монахов Данилова монастыря добыть для него череп Гоголя.» Говорят, в его собрании было четыре десятка таких могильных экспонатов. Но пролить свет на тайну Гоголя Бахрушин не мог. Он умер за два года до перезахоронения классика. Жуткая коллекция исчезла. А в Москве поныне действует Государственный центральный театральный музей имени А. А. Бахрушина, основанный еще в 1894 г. В нем полтора миллиона экспонатов.

КРУГОМ ОДНИ МАСОНЫ!

Осквернение могил приписывают и адептам тайных обществ, орденов – масонским и чисто сатанинским. Благо, с древнейших времен масоны используют в своих жутких ритуалах гробы, черепа. При Александре I «Виленский генерал-губернатор Римский-Корсаков распорядился истребить масонское имущество так, «чтобы и памяти о нем не осталось». В исполнение этого приказа 25 апр. 1823 г. были сожжены в Вильне в присутствии полиции подсвечники, звезды, мертвые головы и другие ритуальные предметы».

Два посторонних черепа в могиле Пушкина конспирологи также приписывают масонскому обряду «Мертвая голова». Александр Сергеевич по молодости тоже входил в ложу «Овидий». Потом расстался с «братьями-каменщиками».

А в Йельском университете, где учится элита США, с 1833 года действует Орден «Череп и кости». Среди его основателей был отец будущего президента Уильяма Тафта. Президенты Буши – отец и сын - тоже прошли через могильные ритуалы Ордена, как и нынешний госсекретарь Керри, многие другие политики, министры, бизнесмены Штатов.

А вот чету Клинтонов, также учившуюся в Йеле, в масонскую ложу не приняли.

С этой ложей связана нашумевшая история. Вроде бы в 1917 г отец и дед будущих президентов США Прескотт Буш с несколькими йельскими однокурсниками разграбил могилу знаменитого вождя апачейДжеронимо, много лет воевавшего с бледнолицыми и умершего в плену. Студенты выкрали череп и берцовую кость апача для совершения мрачных обрядов родной масонской ложи. Останки якобы до сих пор хранятся в штаб-квартире Ордена в Йеле. В 2007 г немецкий журнал Spiegel сообщил, что медик Харлин Джеронимо, правнук индейского вождя, обратился с письмом к президенту Бушу-младшему, требуя вернуть останки предка. В доказательство привел результаты теста ДНК. "Я твердо убежден в том, что это череп моего прадеда!" - заявил Харлин Джеронимо телеканалу ABC News. Он хотел вернуть останки туда, где вождь родился. Чтобы его душа закончила свои скитания и перешла, наконец, в мир иной.

Реакции Белого дома не последовало.

Прескотт Буш с сокурсниками действительно был в Форт-Силле, где похоронили вождя апачей. Там их готовили к отправке на фронт во время Первой мировой. Следовательно, у него была возможность выкрасть череп. Но автор книги о тайном обществе «Череп и кости» Рон Розенбаум полагает, что сами студенты могилу не грабили: "Они охотно хвастались этим, но, вероятнее всего, местные жители просто обвели их вокруг пальца. Они предложили: "Эй, не хотите ли купить череп Джеронимо?" Те оказались простофилями и согласились.»

В 2012 г пастор Александр Турчинов издал мистический роман «Пришествие», где описал грядущие кровавые события на Украине. Впрочем, он сам их и готовил, после переворота стал одним из руководителей страны. В романе действует жестокая секта «Дети Люцифера». Вот одно из ее дел: «- Голов и сердец жертв на месте преступления не обнаружено, - сухо, без эмоций, чеканил майор.»

В декабре 2012 г, буквально за неделю до широко разрекламированной презентации романа в Харькове произошло подобное преступление. В своей квартире были убиты судья Владимир Трофимов, супруга Ирина, сын Сергей и его девушка Марина Зуева. Все тела обезглавлены, голов на месте происшествия не оказалось. Эта драма еще больше привлекла внимание к книге пастора.

Полагаю, модная версия о связи головы Берлиоза в «Мастере и Маргарите» с обезглавленным трупом Гоголя притянута за уши. Михаил Булгаков был известным мистиком. Воланд-Люцифер фигурирует и в других его произведениях. Знал он и про сатанинский, языческий обычай пить вино из чаши, сделанной из черепа. Как пил на балу Воланд из черепа Берлиоза. Великий киевский князь Святослав, разбивший Хазарский каганат, погиб позже в бою с печенегами. Как гласит «Повесть временных лет»: «И напал на него Куря, князь печенежский, и убили Святослава, и взяли голову его, и сделали чашу из черепа, оковав его, и пили из него.»

В романе Булгакова нет ничего случайного. Отрезанная голова атеиста Берлиоза – антитеза библейской истории Иоанна Крестителя. Его обезглавили по желанию иудейской царицы Иродиады и дочери ее Саломеи. И голову подали на блюде этим дамам. В память этой трагедии установлен церковный праздник - Усекновение главы Иоанна Предтечи. Откуда странная для москвича фамилия Берлиоз? Французский композитор Гектор Берлиоз считался врагом масонов. Похоже, так ему отомстили в романе о Воланде.

Ну, а Голгофа – надгробный камень с могилы Гоголя в Даниловом монастыре - ныне стоит на могиле Булгакова на Новодевичьем.

Гражданская война в США между северянами и южанами была характерна очевидным неравенством сил противников. В северной части страны проживали более 23 миллионов человек (против 9,1 миллиона на юге) и располагались почти все промышленные предприятия. На стороне южан были убеждённость в своей правоте и способность к нетривиальным решениям.

Самый важный боевой участок проходил по устью реки Джеймс, на южном берегу которой располагалась столица Конфедерации Ричмонд и морская база Норфолк. Когда в апреле 1861 года штат Вирджиния вышел из Союза, сохранившие верность Белому дому моряки подожгли и затопили паровой фрегат «Мерримак». Правда, затопили из-за спешки неудачно.

Южане подняли его с мели и переименовали в «Вирджинию». Они обшили корабль в два слоя броневыми плитами толщиной двадцать сантиметров, закрепив их на деревянном корпусе болтами. В верхней части корпуса соорудили бронированный каземат. На судне имелось десять пушек, включая два нарезных орудия, так что теоретически огонь можно было вести во все стороны.

Но располагалась артиллерия в основном по бортам. Кроме того, имелся таран, расположенный на метр ниже ватерлинии. Экипаж «Вирджинии» состоял из 320 человек под командованием Франклина Бьюкенена. Вид у судна был довольно нелепый — современники сравнивали его то с перевёрнутой ванной, то с сараем.

Наверное, задумывая такой корабль, военно-морской министр южан Стивен Мэллори вдохновился примером кобуксонов — бронированных судов, с помощью которых корейский флотоводец Ли Сунсин в конце 16-го века разбил японских захватчиков.

Между тем агенты северян сообщили о новинке своему командованию, которое сразу оценило опасность, тоже решив построить три броненосца. Поскольку время поджимало, начали с самого быстрого в исполнении проекта шведа Джона Эрикссона. Судно, окрещённое «Монитором», было настолько необычным, что многие называли его «причудой» и «стальным гробом».

Экипаж состоял из 49 человек. Корпус незначительно выступал из воды, и даже на небольшом расстоянии противник мог видеть лишь круглую орудийную башню, из-за чего корабль получил прозвище «плот с головкой сыра».

Деревянные борта защищала броня толщиной пятьдесят сантиметров. В башне установили два гладкоствольных 280-мм орудия, притом что на «Вирджинии» самые крупные пушки имели калибр 225 мм. Правда, у противника их было в пять раз больше, зато «Монитор» имел вращающуюся орудийную башню.

Дебют «Вирджинии» состоялся 8 марта 1862 года, когда броненосец решил атаковать вражеский флот, блокировавший Норфолк и Ричмонд. На Хэмптонском рейде, у северного берега реки под прикрытием форта Монро, стояло около 60 судов федералистов. Однако «Вирджиния» не стала нападать на этот «курятник», а занялась находившимися на отшибе фрегатами «Конгресс» и «Камберленд».

Ядра северян отскакивали от броненосца южан, как горох. А вот на «Конгрессе» после ответного залпа «чистая и уютная орудийная палуба в мгновение ока превратилась в место бойни с разбросанными повсюду руками и ногами». «Вирджиния» дважды протаранила «Камберленд», после чего он пошёл на дно. Затем южане продолжили расстрел «Конгресса», который после полуночи взлетел на воздух. На двух кораблях северян погибли 2650 моряков. Южане потеряли убитыми только двоих. Кроме того, капитан Бьюкенен, выйдя на палубу, чтобы посмотреть на горящий «Конгресс», получил пулю в пах, после чего командование судном принял капитан Роджер Джонс. Пытавшийся помочь своим корвет северян «Миннесота» сел на мель, но из-за наступления темноты южане решили разобраться с ним на следующий день.

Утром «Монитор» прибыл к месту боя и для начала прикрыл «Миннесоту», которую предстояло снять с мели. Бой с «Вирджинией» начался около 8:30. Броненосцы открыли огонь, двигаясь на встречных параллельных курсах. Когда торчащая из воды башня «Монитора» приблизилась к напоминавшему «сарай» противнику, показалось, что пигмей собирается напасть на гиганта. Больше всего капитан «Монитора» Джон Уорден боялся, что вражеская бомба, попав в башню, блокирует приводную систему. Но башня даже после всех попаданий вращалась свободно. Конфедераты же кусали локти из-за того, что не пополнили боезапас ядрами, которые в отличие от бомб могли бы пробить вражескую броню при стрельбе из двух нарезных орудий.

В начале двенадцатого противники сделали получасовой перерыв. Уорден вышел наружу и начал осматривать повреждения. Бой возобновился. Главной проблемой на «Мониторе» стало отсутствие связи между башней, где заправлял лейтенант Самуэль Грин, и ходовой рубкой. Обзор из башни был ограничен, а при перезарядке отверстия для орудий наглухо задраивались.

Уорден передавал координаты цели через своего носившегося туда-сюда стюарда, который не всегда был достаточно точен. Южане попытались добить «Миннесоту» и в результате сели на мель. Тогда «Монитор» подошёл к вражескому судну так близко, что оказался в «мёртвой зоне» и начал вести огонь в одну точку, рассчитывая сбить болты, крепившие броневые плиты. На самом же деле стрелять следовало ниже. Израсходовав большую часть боезапаса, «Вирджиния» приподнялась из воды, так что нижнюю небронированную часть корпуса отделяли от поверхности всего 15 сантиметров.

В этот критический момент южане попытались пойти на таран, однако неповоротливая, как Ноев ковчег, «Вирджиния» только задела «Монитор» по касательной, больше навредив себе, чем противнику: на броненосце южан открылась течь.

Правда, ещё оставалась надежда на абордаж. Несколько моряков собрались при очередном столкновении запрыгнуть на борт «Монитора», закрыть отверстия его ходовой рубки бушлатами и заблокировать поворотный механизм башни железными прутьями. Но северяне теперь держались подальше. Очередным метким выстрелом они сбили на судне южан вымпел.

А через несколько минут конфедераты сумели сковырнуть одну из броневых плит «Монитора». Этим же выстрелом был контужен Уорден. Передавая командование Грину, он просил его об одном: «Спасите «Миннесоту», если сможете». На самом деле южане уже не могли приблизиться к «Миннесоте» из-за отлива. К тому же у них заканчивался боезапас.

В начале третьего пополудни Джонс и Грин приняли решение выйти из боя. В своих портах и «Монитор», и «Вирджинию» встречали как триумфаторов.

Лёгкость, с которой «Вирджиния» управилась с двумя вражескими фрегатами, и поединок этого броненосца со внешне непохожим на него, но аналогичным по защите «Монитором» со всей очевидностью показали, что время деревянных боевых парусных кораблей кануло в прошлое.

Наступала эпоха броненосцев.

Непосредственно на ход войны бой на Хэмптонском рейде не повлиял. Уже через месяц получившая двадцать попаданий «Вирджиния» была отремонтирована, но вскоре северяне переправились через реку и, совершив обходной манёвр, сожгли верфь в Норфолке. «Вирджиния» при эвакуации села на мель и была взорвана своим экипажем.

Получивший двадцать три попадания «Монитор» был отведён в Чесапикский залив. В последний день 1862 года этот корабль затонул во время шторма, унеся с собой на дно 16 человек экипажа.

Автор: Олег Покровский @

Традиционными «женскими» колдовскими преступлениями в Русском государстве являлись дела, связанные с ворожбой и знахарством. Так, согласно Псковской второй летописи, в 1411 г. «псковичи сожгоша 12 жонке вещихъ». Весной 1443 г. по обвинению в чародействе князь Иван Андреевич «поймал Андрея Дмитреева и жену его Марью, сжег, на Мироносицы, в Можайске». В январе 1498 г. Иван III, узнав, что к его супруге Софье «приходиша бабы с зелием; обыскав тех баб лихих… велел их казнити, потопитив Москве реке нощию». Приговорной грамотой Троицко-Сергиевского монастырского собора от 31.10.1555 г. предписывалось в принадлежавших ему землях «волхва, или бабу ворожею, бив да ограбив да выбити из волости вон». В августе 1575 г. по распоряжению Ивана Грозного были сожжены «в Новегороди 15 жен [а сказывают, ведуньи, волхвы]». Обвинение в чародействе нередко использовалось в качестве способа разрешения разного рода конфликтов и устранения неугодных людей путем их оклеветания.

Подтверждением тому могут служить женские «ведовские» дела XVII в., большинство которых возникало по «извету» (доносу) либо оговору из-за каких-либо бытовых мелочей, корыстных целей или в качестве личной мести, нередко вовлекая в следствие широкий круг лиц. Подобные дела обычно касались наведения порчи либо иных посягательств колдовскими средствами на жизнь и здоровье людей (любовные привороты, лечение разных хворей, бесплодия и пр.). Часть таких дел приобретала характер государственной важности, так как имела непосредственное отношение к царской семье, благополучие членов которой особо оберегалось.

Так, 30 января 1635 г. Антонида Чашникова, одна из «золотных мастериц» царицы Евдокии, нечаянно выронила в палате у золотошвеек платок, в котором был «заверчен корень неведомо какой». Поскольку женщина была вхожа во дворец, делу был дан ход. На первом «роспросе» обвиняемая показала, что «тот корень не лихой, а носит она его с собою от сердечныя болезни». Но когда мастерице пригрозили пыткой, созналась, что этот предмет для защиты от «лихова мужа» ей дала ворожея «жонка Танька», которая живет на Здвиженской улице и «ходит… к государевым мастерицам». Таньку отыскалии допросили. Вначале она отрицала знакомство с Чашниковой, но когда их поставили «с очей на очи», созналась в том, что дала мастерице корень «обротим», чтобы «муж ее любил». Под пыткой обе женщины повторили прежние показания, но отрицали умысел в наведении порчи «на государя с государынею и их царских детей». Однако «за опалу в ведовском деле» были наказаны вместе с мужьями. «Сын боярский Григорий Чашников с женою» были сосланы в Казань, а Гриша Плотник с женою Танькою – на Чаронду.

Похожее, но более масштабное дело было начато 16 ноября 1638 г. По «извету» царицыных золотошвеек Марьи Сновидовой и Степаниды Арапки была обвинена мастерица Дарья Ламанова в том, что «сыпала песок на след государыни-царицы». В ходе розыска под пыткой Дарья призналась, что таким способом по научению «ворожеи Настасьицы» пыталась избавиться от подозрений мужа в неверности. Последняя на очной ставке сначала все отрицала, но, когда ее стали «огнем жечь», призналась, что рубашечным пеплом велела посыпать «государской след» не для «лихова дела», а для того, «как тот пепел государь и государыня перейдет, а чье в те поры будет челобитье и то дело сделается». Женщина созналась, что ворожить ее научила жонка Манка Козлиха. Последняя на «роспросе» от своих занятий ведовским ремеслом не отказывалась, но утверждала, что «лихим словом не наговаривает» и назвала баб, которые «подлинно умеют ворожить».

В итоге в деле появились три слепые ворожеи: Улька, Дунка и Феклица. На допросах они были изобличены в ведовских занятиях, но, несмотря на пытки огнем, никаких «лихих слов» в адрес государя не открыли. Возможно, на этом бы дело и завершилось. Но в январе 1639 г. умер пятилетний царевич Иван, в марте – новорожденный наследник Василий. Несчастья связали с ворожбой Ламановой, и 1 апреля 1639 г. царь приказал вновь «расспросить и пытать накрепко» мастерицу Дашку и ведунью жонку Настьку. На повторном допросе они показали, что «над государем и над государынею и над их государскими детьми… лихое дело не умышляли» . Пыткам подвергли других колдуний и «допросом оговоренных» мастериц Авдотью Ярышкину и Прасковью Суровцеву. Но ничего нового в деле не открылось.

Вскоре после пыток ворожеи Настька и Ульянка умерли. Прочих подсудимых отдали приставам под стражу до окончания дела. В сентябре 1639 г. было приказано Дарью Ламанову с мужем сослать в Пелым, Манку Козлиху – в Соликамск, Феклицу с мужем – на Вятку, Дуньку – в Кайгород, Авдотью Ярышкину с семьей – в Каргополь, остальных причастных к делу мастериц выслать из дворца и «впредь в царицыну чину не быть».

В XVII в. борьба с колдовством усилилась. Так, царской грамотой 1648 г. в Белгород «Об исправлении нравов и уничтожении суеверий» предписывалось православным людям под страхом наказания, чтобы они «ворожей, мужиков и баб, к болным и ко младенцом, в дом к себе не призывали». Непосредственное осуждение колдовской практики в Соборном уложении 1649 г. отсутствовало, но на чародеев обоих полов могли распространяться статьи этого нормативного акта из глав «О богохулниках и о церковных мятежниках» и «О государьской чести, и как его государьское здоровье оберегать». Запрет на колдовство был введен указом царя от 14.01.1653 г., предписывавшим после его оглашения тем, «хто учнет коренья держать и травы держать и траву чинить и костьми ворожить, хто учнет к ворожом ходить, того б государь великои жестоко казнил без пощады». Царские грамоты с этим указом были разосланы во многие города, включая «украинные и за-московские». В частности, в направленной в Тулу грамоте от 09.02.1653 г. уточнялся способ казни этих «злых людей». Их повелевалось «во обрубех (в срубах), обложивше соломою, жечь на смерть безо всякие пощады и домы ихь велено разорить до основания».

На практике подобные казни совершались и до появления данного документа. Например, в 1647 г. шацкому воеводе Григорию Хитрово поступил указ царя, повелевавший женку Агафьицу и мужика Терешку Ивлева «у пытки расспросить… каких людей они портили и до смерти уморили, и… каким людям килы (опухоль) и невстанихи (половое бессилие), делали, и кто с ними тем мужикам и женкам такое дурно делали». После пытки Агафья созналась, что «к мужикам килы присаживала и невстанихи делала», а также вместе со своей сестрой Евдокией «испортила и уморила до смерти приказного дьячка… Федьку Севергина… крестьянина Степанка Шахова, да испортила земскаго дьячка Шишку… присадила килу сестры своей к Овдотьицыну деверю к Степанку».

Обвиняемая также назвала и своих «учителей»: «тому дурну учила ее Агафьицу сестра ея Овдотьица да сестры ея… свекор… Терешка Ивлев». Последний под пыткой дал признательные показания, а Евдокии удалось избежать наказания. Она до начала расследования «сбежала неизвестно куда». В итоге царь приказал воеводе: «женку Агафьицу и мужика Терешку… причастить святых Божьих тайн… вывесть на площадь и, сказав им их вину и богомерзкое дело, велел их на площади вструбе, оболокши соломою, сжечь».

Во второй половине XVII в. число казней за чародейство возросло. Так, в 1674 г. в г. Тотьме по оговору в порче была сожжена в срубe «при многих людях» женщина Федосья. При казни она объявила, «что никого не портила, но что перед воеводою оклепала себя, не претерпя пыток». В 1676 г. в принадлежавшем боярину Ф.И. Шереметьеву селе Сокольском были преданы огню муж и жена. Царским указом по этому делу повелевалось: «Сокольскому пушкарю Панке Ломоносову и жене его Аноске дать им отца духовного исказать им их вину в торговый день при многих людях, и велеть казнить смертью, сжечь в срубе с кореньем и с травы, чтоб иным не повадно было». В 1682 г. погибла «на огне» жена водопроводных дел мастера Ивана Яковлева, Марфушка, обвиненная в порче царя Федора Алексеевича.

Обвинения в колдовстве нередко становились способом расправы с опасными государственными преступниками, включая женщин. Так, сожжению в срубе была подвергнута активная участница восстания Степана Разина, беглая монахиня старица Алена. В 1671 г. она возглавила оборону города Темникова. После разгрома повстанцев царскими войсками Алена была схвачена по розыску новгородского митрополита Филарета. Митрополичьим судным приказом она была обвинена в колдовстве и подвергнута пыткам. По окончании дела 4 декабря 1671 г. ее вместе с двумя священниками выдали воеводе князю Ю.А. Долгорукову, который распорядился «попов повесить, а старицу сжечь в срубе».

Описание казни Алены (Арзамасской) приведено в 26-м номере за 1677 г. нравоучительного немецкого еженедельника «Поучительные досуги Иоганна Фриша или примечательные и вдумчивые беседы»: «Через несколько дней после [казни] [Разина] была сожжена монахиня, которая, находясь с ним [заодно], подобно амазонке, превосходила мужчин своей необычной отвагой… Ее мужество проявилось также во время казни, когда она спокойно взошла на край хижины, сооруженной по московскому обычаю из дерева, соломы и других горючих вещей, и, перекрестившись… смело прыгнула в нее, захлопнула за собой крышку и, когда все было охвачено пламенем, не издала ни звука».

В декабре 1689 г. был вынесен приговор группе лиц, обвиненных в подстрекательстве стрельцов к бунту с помощью колдовства. Единственной женщиной, осужденной по этому делу, стала Агафья, жена «главного чародея» Андрея Безобразова. За помощь мужу ее предписывалось сослать в ссылку «в Новгородской уезд, на Тихвину во Введенской девичьей монастырь... и быть… в том монастыре по смерть не исходно».

Таким образом, в свете вышеизложенного можно утверждать, что в Русском государстве в XV–XVII вв. колдовство считалось одним из наиболее опасных религиозных преступлений. По этой причине уличенные в любом из видов чародейства женщины наравне с мужчинами подвергались преследованию со стороны как духовной, так и светской власти, а наказание виновных отличалось особой суровостью.

По материалам: Белова Н.А. Наказание женщин за колдовство в Московском государстве в XV–XVII вв.

В Древней Греции услуги секс-работниц и сопровождавших пиры музыканток и танцовщиц были вполне доступны среднему афинянину, а сама секс-работа от других ремесел ничем принципиально не отличалась. Что нам сегодня известно об этом? Рассказывает Рустам Галанин.

Мы начинаем новый цикл материалов, посвященный античной проституции, которую для удобства изучения целесообразно разделить на три вида сообразно с тремя разновидностями оказываемых услуг:

дешевый и общедоступный публичный секс, ассоциируемый с фигурой порнэ (πόρνη);

более утонченные, затратные и сложные отношения, связанные с гетерами (ἑτaίρa); и, наконец,

мужская проституция (ἑτaίρησις), к услугам которой обращались женщины и адепты однополых отношений.

Сегодня мы поговорим о первой разновидности рынка интимных услуг в античной Греции.

Общие положения

Первое, что следует сделать перед тем, как обращаться к тематике проституции в Античности, это прояснить моральный статус не только этой профессии, но вообще любой разновидности труда, и в этом отношении важно понять одну простую вещь: для афинян было важно не то, что ты делаешь, но при каких условиях ты осуществляешь свой труд, а именно — если это рабский или наемный труд за плату и он полностью зависим от другого, то он презирался обществом; если это свободный труд, то есть над тобой нет никаких начальников или хозяев и ты осуществляешь деятельность сам и от своего имени, работая исключительно на себя, то к такому труду афиняне относились либо положительно, либо нейтрально. Каков же вывод?

Проституция тоже была профессией, и осуждалась она лишь в том случае, если являлась частью подневольного наемного труда рабовладельческой экономики; в случае же занятия проституцией по собственному желанию она являлась частью того, что можно было бы назвать свободной профессией/искусством, или ἐλευθέριος τέχνη, то есть ремеслом, достойным свободного человека, или, говоря нашим языком, фрилансом (Cohen 2015: 39).

Вероятно, именно поэтому Платон в диалоге «Хармид» (163b) перечисляет проституток в одном ряду с продавцами соленой рыбы на рынке и сапожниками и хоть и не хвалит их, но говорит, что всякий, кто занят своим делом, является человеком рассудительным.

Другое дело, что существовало традиционалистское (мы бы сказали: реакционное) и аристократическое понимание трудовой деятельности как таковой, согласно которому вообще всё, что не относилось к сельскому хозяйству, политической деятельности, военной (не наемной) службе и отчасти искусству, было предосудительно, так что, как справедливо отмечает Эллисон Глейзбрук, «для элиты пребывание в борделе было не более презренным, чем торговля на рыночной площади (агоре)», потому что элита вообще избегала любой деятельности, связанной с занятиями ремеслом и, следовательно, оплачиваемым трудом (Glazebrook 2011: 35).

Общее негативное отношение к наемному труду породило довольно интересную социально-экономическую ситуацию: многочисленные возможности для самозанятости граждан в ремесле и торговле, в том числе в семейных бизнесах, а также вознаграждения, выплачиваемые государством за отправление общественных должностей (судьи присяжные, члены совета и др.), привели к тому, что наемная рабочая сила в различных сферах (мастерские, магазины, банки, парикмахерские, публичные дома и т. д.) пополнялась исключительно из рабского и (реже) приезжего населения (Cohen 2015: 44).

В этом отношении афиняне обладали потрясающим марксистским чутьем и полагали, что исполнение наемным работником регулярно повторяющихся (рутинных) действий за фиксированную плату является прямым аналогом рабства, и было совершенно неважно, кем в данном случае (и на кого конкретно) ты работаешь — банкиром-миллионером, как вольноотпущенник Пасион (богатейший человек Афин начала IV веке до н. э.), или торгуешь своим телом за обол на пыльных улицах квартала Керамик. Важно было лишь одно: сам ли ты себе хозяин или тужишься и ишачишь на дядю Сэма.

***

В русском языке существует не так уж много слов для обозначения проституции. В английском их, вероятно, немногим более 20. Картина меняется при обращении к древнегреческому — здесь мы находим около 200 (!) слов, обозначающих широчайший и, судя по всему, едва ли обозримый спектр интимных коммерческих услуг, оказываемых обоими полами (Kapparis 2018: 2).

Предельно общим термином для жриц и жрецов продажной любви были πόρνη (продажная женщина) и πόρνος (продажный мужчина), что, кстати, сохранилось и в нашем культурном обиходе в виде таких слов, как порно, порнография и т. д. Далее идут более престижные категории: ἑτaίρa — гетера, πaλλᾰκή — наложница. Что до остальных терминов, которыми в наши дни занимаются обычно только историки, то они были призваны дифференцировать вышеуказанное многообразие сообразно со спецификой оказываемых услуг, распределяя «работников» и «работниц» по особым профессиональным категориям, как, например, следующие: aὐλητρίς — флейтистка, ψάλτριa — певица, ὀρχηστρίς — танцовщица и др. (Kapparis 2011: 223).

Как видно из самих названий, это были женщины (и мужчины), обладавшие специальными артистическими и музыкальными навыками, и когда их приглашали на вечеринки (симпосии), то негласно подразумевалось, что, помимо эстетических утех, они, если это необходимо, будут оказывать и интимные услуги. Подробнее обо всём этом мы расскажем ниже, а сейчас скажем несколько слов о древнейших античных текстологических свидетельствах, посвященных проституции.

Истоки

Первый античный текст, где мы обнаруживаем указание на проститутку, как считается, низшего разряда (πόρνη — порнэ), относится к первой половине VII века до н. э. и принадлежит поэту Архилоху с острова Парос (fr. 42. West), где читаем следующее:

Как фракийский мужик иль фригиец сосет через трубочку брагу,

Так сосала она [и], вперед наклонившись, усердно трудилась.

Точно интерпретировать этот фрагмент довольно сложно, поскольку Афиней, который сохранил его в своем «Пире мудрецов» (447b), написанном восемьсот лет спустя, не цитирует его целиком; тем не менее ученые в большинстве своем согласны, что трубочка для питья (aὐλός) здесь является метафорой фаллоса и женщина эта, стало быть, осуществляет не что иное, как акт фелляции (Gerber 1976).

Принимая во внимание другие фрагменты Архилоха (fr. 327, 328 West), посвященные продажной любви, мы можем с уверенностью сказать, что в прибрежных городах Греции к указанному времени (VII век до н. э.) существовала развитая — вероятно, институализированная — коммерческая деятельность по оказанию интимных услуг.

Что до мужской проституции, то, вероятно, первое упоминание о ней следует отнести ко времени поэта Гиппонакта из Эфеса, который жил веком позже Архилоха и у которого он позаимствовал слово μυσaχνός (fr. 105 West), означающее «уличная девка» (англ. street-walker), применив его, однако, к мужчине.

Вышеупомянутые фрагменты не сообщают нам о социальном статусе вовлеченных в торговлю телом людей: были ли они рабы (скорее всего, так и было), вольноотпущенники или приезжие, была ли эта профессия их личным выбором или они работали как люди, лишенные свободы, по принуждению хозяина. Тем интереснее свидетельство прославленного Анакреонта из Теоса (fr. 82 Gentili), современника Гиппонакта, который в своем инвективном стихотворении, посвященном некоему нуворишу Артемону, упоминает об ἐθελοπόρνοισιν (добровольных шлюхах), что говорит о том, что в это время (VI век до н. э.) существовала прослойка свободных людей обоих полов, сознательно избравших в качестве работы проституцию, чем бы при этом ни был мотивирован подобный выбор: похотью, нуждой либо обещанием гламурной жизни со стороны лживых сводников и сутенеров (Kapparis 2018: 21).

В описанные архаические времена, как считается, центром древнегреческой проституции, помимо ионийских и других прибрежных городов, была Фракия, однако с постепенным развитием Афин love for sale стремительно перемещается в Аттику.

Бордели

В общем и целом наши источники согласны в том, что разновидность проституции, в которую были вовлечены порнэ, бывшие в основном рабынями, чаще всего осуществлялась в борделях.

Существует древняя традиция приписывать создание легальных борделей в Афинах знаменитому законодателю Солону, и, несмотря на то, что большинство современных ученых эти свидетельства оспаривают, древние афиняне, безусловно, верили, что так всё и было (Burnet 2012: 177). Афиней (Пир мудрецов, 569d) сохранил фрагмент из комедии Филемона «Братья», где говорится о том, что Солон закупил обученных женщин, разместил их в борделях и установил на них цену в один обол, а грамматик Никандр Колофонский добавляет, что на доходы с налогов на это ремесло Солон построил святилище Афродиты Всенародной, отвечающей за гетеросексуальную любовь (за однополую отвечала Афродита Урания). Сделано это было для того, чтобы юноши, потворствуя зову плоти, не совершали прелюбодеяний (μοιχείa) с замужними женщинами — и не только ради сохранения их чести, но и ради сохранения жизней, ибо, согласно афинскому законодательству, муж, застигнув прелюбодея со своей женой с поличным, мог убить его на месте без суда и следствия (Лисий. Против Эратосфена, 30).

Бордель часто обозначался словом ἐργaστήριον, то есть мастерская, фабрика или воркшоп, и связано это было с тем, что бордели, особенно небольшие, параллельно функционировали в качестве ткацких мастерских, где при этом работали проститутки невысокого уровня (Davidson 1997: 88–89). Дело в том, что эти женщины, не состоя в официальных браках и будучи в основном рабынями или приезжими, не могли, следовательно, в финансовом отношении полагаться на мужей, в результате им приходилось почти всё свое время посвящать работе: когда не было клиентов, они занимались несложным ткачеством, продукты которого быстро сбывались на рынке (Fischer 2011: 4). Живущие в этих местах порнэ (πόρνη) коротко стригли себе волосы, что должно было особо выделять их как занимающих низший уровень в иерархии продажных женщин. От слова πόρνη происходит еще одно распространенное название публичного дома, а именно порнейон (πορνεῖον), и оба они, в свою очередь, вероятно, восходят к глаголу πέρνημι — продавать, вывозить на продажу (Glazebrook 2011: 35).

Как уже говорилось, работорговля была одним из основных способов рекрутирования людей для подобных заведений; вторым способом были подброшенные дети, от которых по каким-то причинам отказались родители и которых подбирали держатели борделей; и, учитывая масштабы женского инфантицида в классической Античности (не менее 10% от всех рожденных девочек), можно полагать, что попадание в бордель было не худшей участью для этих девиц — утратив честь, они хотя бы сохраняли себе жизнь.

Следует также отметить, что шанс попасть в проститутки или конкубины (πaλλᾰκή) был у тех девушек, которые не успели вовремя — то есть примерно с 14 до 18 лет — выйти замуж: эти женщины и их дети были существенно ущемлены в правах (Golden 1981: 325).

Афины иногда оказывали материальную помощь тем малоимущим семействам, которые не могли снабдить своих дочерей на выданье достаточным приданым, как мы это наблюдаем в случае дочерей Аристида Справедливого, который, несмотря на свой огромный политический авторитет, за всю жизнь, исключительно из-за своей патологической честности и преданности интересам государства, так и не нажил себе хоть какое-то состояние (Плутарх. Аристид, 27).

Не нужно думать, что попавших на воспитание в бордель девочек сразу начинали эксплуатировать — это далеко не так. До наступления пубертатного периода (12–14 лет) хозяйка воспитывала девочек и обучала тонкостям будущей «профессии», в частности танцам и другим видам энтертеймента, причем человеческие отношения между «мадам» и молодыми насельницами бывали порою очень теплые, так что первая даже называла вторых своими дочерями (θυγaτέρaς) (Демосфен. Против Неэры, 19).

Такая «мадам», которая обозначалась словом πορνοbοσκός, что означает «сутенерша» или «содержательница борделя», чаще всего сама была из бывших проституток и рабынь, однако смогла накопить денег, выкупить себя из рабства или просто была отпущена на волю сердобольным хозяином, выбилась в «люди» и твердой рукой держала своих девушек в строжайшей спартанской дисциплине.

Таким образом, бордель становился для этих девушек аналогом школы и дома, и подобно тому, как в обычном доме (οἶκος) девушки должны были быть искусными в рукоделии, так и «падшие» девушки, обучившись, помимо прочего, шерстопрядению и ткацкому ремеслу, активно занимались рукоделием, — именно поэтому археологи до сих пор находят множество вотивных даров, принесенных тысячелетия назад богине ткацкого ремесла Афине женщинами легкого поведения (Fischer 2011: 11).

Здесь нужно сказать несколько слов о символической связи шерстопрядения и ткацкого ремесла с женской сексуальностью вообще. Дело в том, что между женской половой зрелостью и, следовательно, прокреативной функцией и навыками шерстопрядения существовал известный параллелизм, нашедший выражение в интересном религиозном обряде Аррефории, в котором участвовали четыре девушки из лучших афинских семей. В месяце скирофорионе (июнь-июль), ночью, две из них в возрасте 7–11 лет, прислуживающие в течение года в храме Афины, ставили себе на голову то, что им давала жрица Афины, вероятно, какие-то сосуды или корзины, при этом ни девочки, ни жрица, не знали, что в них. Потом девочки несли всё это в огороженную пещеру недалеко от святилища Афродиты, где и оставляли, а взамен брали из пещеры что-то другое и, снова поставив на голову, уносили обратно на Акрополь (Павсаний. Описание Эллады 1, 27, 3). На этом годовое служение заканчивалось. В течение года, предшествующего этой ночной мистерии, две девочки обучались ткацкому ремеслу, чтобы вышить праздничный пеплос для богини Афины к празднику Великих Панафиней, а две другие, вероятно, готовились к ночному ритуалу (Calame 1997: 131–132). Поскольку он считался одним из священных обрядов перехода, то есть приобретения нового статуса, связанного с половым созреванием, то логично предположить, что таинственное содержимое несомых сосудов должно было представлять собой какие-то сексуальные символы. И в самом деле, ряд ученых, принимая во внимание свидетельства древних лексикографов и схолиастов, небезосновательно предполагает, что, среди прочего, в качестве содержимого было печенье в форме фаллосов (Reeder 1995: 248; Cohen 2015: 51). Если допустить, что в конце обратного пути из пещеры девочкам дозволялось увидеть содержимое, то, как отмечает Клод Калам, это посвящение, будучи «первым ритуальным контактом с сексуальностью», заключалось в «зловещем созерцании фаллических образов» и неосознанных «приступах сексуальности, которую она еще не в состоянии полностью принять» (Calame 1997: 132–133).

Возвращаясь к борделям, не будем, однако, забываться и поддаваться прекраснодушию: в подавляющем большинстве случаев они были местом, где тело женщины являлось обычным товаром, и в веселых строчках уже упомянутого комедиографа Филемона чувствуется этот совершенно потребительский и бездушный подход к человеку, пусть и к рабыне:

Открыта дверь, за вход — обол, запрыгивай!

Нет болтовни, жеманства и соперников, —

Немедля все, что хочешь, и как хочется.

А вышел в дверь — забыл, она никто тебе.

Перевод Н. Голинкевича

Джеймс Дэвидсон по поводу социального статуса низших проституток (порнэ), живущих в борделях, пишет:

«Женщины были товаром в самом прямом смысле этого слова, то есть купленными рабынями, которые даже не пытались казаться кем-то иным, нежели просто рабынями, — их деятельность, автономия, воля и осмотрительность были полностью подавлены. Женщины были обезличены, расставлены полукругом для выбора клиента. Их тела были открыты для взоров. Сделка происходила сразу же, будучи основанной на фиксированной системе ценообразования, часто равной стоимости одной монеты» (Davidson 2006: 36–37).

Как отмечает итальянский историк Витторио Читти, ассоциация слова «порнэ» с рабским статусом была столь сильна, что одно его произнесение сразу же вызывало в сознании образ рабыни (Citti 1997: 92).

=AT0VKm5wrgC1IkbVeO4Qin_KKMvkTIk7TR6wZ1lcor5AqTM7Wmp7beABgmqUPQ991J_j6e-Di6DJ6giH67nq-eItcBpFKMSRaEctm9h3poXzsPDc8EsBj-JZO00OQil4RE5ASoy4z_7BbFkZK3eNByHonHCfPOY8zLkKKS62BITi_lh-_H_YLBjb1fdUfJz3rdlbvkgnSiCiXp1I6kR16wHiNVbr"]https://t.me/arch_history_news

В XII веке на больших аравийских базарах иногда можно было найти товар, известный под названием «медовый человек», который представлял собой человеческий труп, пропитанный медом. Его перорально применяли в медицинских целях. Приготовление засахаренного человека требовало неимоверных усилий как со стороны кондитера, так и со стороны ингредиентов. Итак, каков же был рецепт чудодейственного снадобья?

«В Аравии встречаются мужчины, в возрасте от 70 до 80 лет, которые хотят отдать свое тело, чтобы спасти других. Такой человек не ест пищи, он только пьет мед и купается в меду. Через месяц он выделяет только мед (моча и экскременты состоят из меда) и вскоре умирает. Его помощник укладывает его в каменный гроб, заполненный медом, в котором он вымачивается. На гробу записывают месяц и год смерти. Через сто лет гроб открывают. Засахаренное тело используют для лечения сломанных и раненых конечностей. При принятии небольшого количества внутрь боли немедленно прекращаются.

Из справочника «Лекарственные вещества в китайской медицине» (1597)

"В Австралии не хватает женщин. Придется выписывать их из Америки. Им гарантируется оплата жизни в течение года и стоимость переезда. (Из газет)".

Внизу подпись: "Австралийский фермер: — Гляжу я вокруг: в природе кажой твари—по паре, только я один бобылем живу. И скучно, и грустно... Поскорей-бы новый пароход с невестами прикатил. Работница в хозяйстве — прямо до зарезу нужна!!!"

На самом деле газетная цитата больше похожа на фейки желтой прессы 1920-х годов. Спору нет, первые годы существования колонии в Австралии был дикий дисбаланс между женщинами и мужчинами. К примеру, в 1836 году на 25 254 поселенцев-мужчин приходилось только 2 577 женщин.

Однако с открытием золота и началом "золотой лихорадки" в Австралию хлынул поток народа, началось массовое переселение, и в 1840 – 1900 годах ситуация выровнялась. По данным Австралийского бюро статистики с 1902 года соотношение мужчин и женщин достигло пропорции 50 на 50, и с начала XX века никаких преимуществ для заявителей женского пола Департамент иммиграции не предлагал.

Сегодня в Австралии женщин почти на 1% больше, чем мужчин, и шесть из восьми административных единиц (штатов и территорий) испытывают недостаток мужского населения.

Что касается "пароходов с невестами", о которых грезит фермер, то такие в истории и впрямь были.

Имеется в виду знаменитый рейс 1789 года судна "Леди Джулианна", которым отправили в Австралию женщин-заключенных - именно для выправления полового дисбаланса. Основную массу из 226 "пассажирок" составляли лондонские проститутки, но были и профессиональные воровки, скупщицы краденого, магазинные воришки и т.п.

Вот вам гравюра, сделанная незадолго по путешествия, в 1783 году. Она называется "Леди Джулиана" на буксире фрегата "Паллада".

Во время этой "демографической перевозки" "Леди Джулианну" прозвали "плавучим борделем" и совершенно справедливо прозвали. Это было одно из самых долгих "каторжных" плаваний в Австралию - 309 дней.

Мало того, что вся команда весь рейс брала себе кто кого хотел, так они еще бодро приторговывали услугами "пассажирок" на стоянках. Вот и стояли, например, в Рио-де-Жанейро - сорок пять дней, на мысе Доброй Надежды - девятнадцать дней и т.п.

В итоге "Леди Джулианна" прибыла в Австралию как раз в те дни, когда из-за крушения судна "Сириус" у острова Норфолк, колония переживала дикий голод. Поэтому судья-адвокат Дэвид Коллинз деликатно заявил, что "огорчен" прибытием "столь ненужного и столь невыгодного груза, как 222 женщины, вместо груза провизии". Но его быстро поправил лейтенант Ральф Кларк, в речи которого "проклятые шлюхи" было одним из самых мягких выражений. Впрочем, через две недели спустя прибыл грузовой корабль "Юстиниан"и проблема голода решилась.

Ну а женщин разобрали, конечно.

Среди пассажирок "Леди Джулианны" была и 13-летняя Мэри Уэйд, которая за кражу одежды (одно хлопчатобумажное платье, один льняной палантин, один льняной чепец) у 8-летней Мэри Филлипс попала в тюрьму в Брайдуэлле (на рисунке), где за совершенное преступление была приговорена к повешенью, но смертную казнь ей, как и многим другим преступницам, заменили отправкой в Австралию.

На новом месте жительства она, как и практически все ее спутницы, вышла замуж и рожала без остановки. Мэри прожила долгую жизнь и на момент ее смерти в возрасте 84 лет у нее было около 150 живых потомков в четырех поколениях.

Сегодня Мэри Уэйд считается одной из матерей-основательниц европейского населения Австралии, а число ее потомков исчисляется десятками тысяч, включая Кевина Радда - известного политика, ставшего 26-м премьер-министром Австралии (на фото).

В 2017 году правительство Нового Южного Уэльса назвало в ее честь центр предварительного заключения для женщин.

Мне интересно - это был троллинг или на голубом глазу?

RETRO... Sam Haskins...

Позавчера, я заходилк человеку в гости, чай пили. На следующий день, с этим человеком, в одном кабинете, утром часа 3 просидел в 1 метре, в 2-х, общались. Он почуял некую слабость, к вечеру температура 38......короче Корона.

Выяснилось, что он контактировал с зараженным, пару дней с ним кентовался, на тачке ездил. И вот получается прошло 7-8 дней теперь и его накрыло.

Теперь я начинаю переживать, какова вероятность?

Откуда мы знаем о том, что было когда-то давным-давно? Ведь никакая память человеческая этого не сохранит? На помощь приходят исторические источники: древние манускрипты, артефакты – найденные и сохранившиеся в музеях и в различных собраниях предметы старины, барельефы и скульптуры на стенах и надгробных плитах. Последние очень важны. Но миниатюры в манускриптах, как бы хороши они ни были, представляют нам плоское изображение людей и предметов. Под них не заглянешь! Барельеф тоже не очень-то объемен, а вот скульптура – дело совсем иное. К тому же она обычно передает все то, что окружало скульптора в то время, когда он ее создавал. До нас дошли статуи римских императоров, западноевропейских монархов, восседающих на могучих конях, однако наибольший интерес для изучения оружия и доспехов средних веков представляют… эффигии!

Что такое эффи́гия (от лат. effigies)? Всего лишь скульптура лежащая на могильной плите и сделанная из камня или дерева. Есть еще и брасс – гравированное изображение фигуры на плоском металлическом листе. Обычно это была латунь. В средние века эти скульптуры изображали усопших в лежащем и коленопреклонённом виде, либо стоящими, и помещались над могилой рыцарей, духовной особы, других представителей знати или, например, «женщин с положением». Известны и парные эффигии или брассы, изображавшие мужа и жену (а, случалось, и жену вместе с двумя мужьями или мужа сразу с четырьмя женами, разумеется, умершими в разное время!). Известны и парные изображения мужчин в доспехах. Поза была характерной, но зависела от времени и моды: правая рука могла покоиться на рукояти меча, а ладони сложены. Ноги изображали стоящими на фигуре льва или на собаке, либо фигура стояла на коленях с молитвенно сложенными руками, да ещё и в вполоборота к зрителю.

Ценность эффигий очень велика, так как они хорошо сохранились, хотя некоторые из них и сильно повреждены от времени, а то и стараниями неразумных людей. Ведь подлинных образцов оружия и особенно доспехов XII – XIV вв. нашли очень мало, буквально считанные единицы. Кольчугу – всего одну, есть несколько ржавых «больших шлемов», мечей типа фелчен всего три, хотя более традиционных мечей в той же Темзе найдено немало. «Белые доспехи» сохранились в значительно большем количестве, но многие из них это новоделы сделанные намного позднее своего времени, поэтому о самых ранних рыцарских доспехах мы знаем в основном по миниатюрам из рукописных книг. Но картинки эти очень уж малы и там ничего и не рассмотришь. А эффигии, даже поврежденные, все же выглядят нередко много лучше, чем те же статуи рыцарей, стоящие на городских площадях. Ведь рыцарей обычно хоронили под полом церквей и соборов, и понятно, что их эффигии тоже находились под крышей. Кровля охраняла их от капризов погоды, ну а люди в церкви также не очень-то «вандальничали», хотя в той же Франции в годы Великой Французской революции множество эффигий разбили даже в церквях и аббатствах. Зато чуть ли не каждой английской церкви сохранилась хотя бы одна или две эффигии, а наиболее ценные имеют ограждения, так как являются памятникам национальной культуры. И вот как раз глядя на них британские истории рыцарское вооружение-то и изучают, сравнивая находки с каменными изображениями. Давайте-ка «спросим» несколько эффигий и брасов и послушаем их неторопливый рассказ… Впрочем, подчас рассказ этот будет «не совсем рассказ», так эффигии сами нам задают вопросов больше, чем на них отвечают, и, тем не менее…

Считается, что самая ранняя королевская эффигия принадлежит королю Эдуарду II (1327 г.), ну, а затем англичане стали в массовом порядке устанавливать их над могилами всех своих усопших. Но это совсем не так! Например, такой английский историк, как Кристофер Граветт считает, самой старой эффигией фигуру Уильяма Лонгспи из кафедрального собора в Солсбери, которая примерно относится к 1230 – 1240 гг.

Позднее она пострадала, но была реставрирована в XIX в., и хуже от этого не стала. Но есть эффигии Роберта Беркли из бристольского собора, 1170 года, Жоффрея де Мандевиля, первого графа Эссекса, 1185 года (хотя сам он и умер в 1144 г.!), Уильяма Маршала, второго графа Пемброка (там же – 1231 г.) и много других, включая и безымянные, которые считаются более ранними. Особенно много таких надгробных скульптур появилось в XIII – XIV вв., и на них мы видим рыцарей с мечами и щитами. У кого-то голова лежит на специальной подушке, тогда как у других вместо нее используется шлем. Эффигия с головой закрытой шлемом всего одна, и почему она такая, почему скульптор не стал изображать лицо усопшего, неизвестно. Ноги обычно лежат на собаке – символе преданности, или на фигуре льва – символе храбрости покойного.

Хорошо, что эффигий так много, ведь именно их использовал в качестве источника информации вышеупомянутый Кристофер Граветт в своей книге «Рыцари. История английского рыцарства» (издательство «Эксмо», 2010 г.) и также Дэвид Николь в своем капитальном труде «Оружие и доспехи эпохи крестовых походов 105–1350» (первый том, в котором посвящен вооружению рыцарей Западной Европы).

Просто замечательно, что скульпторы в то время очень точно передавали все детали вооружения, и даже кольца на кольчугах. Потом это можно легко сравнить с находками археологов, если таковые имеются либо с рисунками в манускриптах.

Вот, например, эффигия Жоффрея (или Джефри) де Мандевиля, о которой К. Граветт написал, что она относится к 1250 году. Не так важно правильная это дата или нет. Интереснее то, что на голове он носит очень характерный «шлем-кастрюлю», имеющий странный «подбородник» похожий или на металлическую пластину, или на толстый кожаный ремень. Такой же шлем есть на миниатюре, живописующей убийство Томаса Беккета, конца XII или начала XIII столетия. И вот тут загадка: если она из металла, то… этот шлем надеть на голову было бы невозможно! К сожалению, эффигия эта сильно повреждена, и точного ответа на этот вопрос не дает.

Жоффрей де Мандевиль, ок. 1250 г. Несмотря на то, что эффигия довольно сильно повреждена, на ней вполне можно рассмотреть и шлем-котелок и его странный «подбородник»

Эффигия (ок.1270-1280 гг.) из Пешеворского аббатства в Вустершире тоже безымянная, но известна тем, что в прорези сюрко, отчетливо видна кираса на застежках. То есть, в то время их уже носили, хотя неизвестен материал из которого они были сделаны, так как это мог быть не только металл, но и кожа. Похожая кираса заметна и на эффигии Гилберта Маршала, четвертого графа Пемброка (ум.1241 г.), что позволяет сделать вывод о распространении таких доспехов в Англии уже в середине XIII в. На коленях фигуры хорошо видны наколенники, и, значит, что в это время их уже носили. А вот в Дании, судя по скульптуре Биргера Персона (ум.1327 г., собор г. Упсала) в то время одеяния из кольчуги были весьма старомодны и без каких-либо дополнительных пластин. Очень важно, что эффигии позволяют нам рассмотреть покрой тогдашних кольчуг. На одних, например, ряды колец на рукавах шли поперек тела, но встречались и кольчуги с долевым плетением. Интересно также, что иногда мастера передавали мельчайшие детали плетения, а иногда лишь намечали ряды колец, что даже основание некоторым историкам придумать на этом основании разного рода удивительные кольчуги из полос кожи, с надетыми на них кольцами и иные, столь же фантастические конструкции. Сегодня британские историки единодушны, что кольчуга была одна, хотя и с разными видами плетения, а вот скульпторы либо торопились, либо просто халтурили, от этого-то и получилось такого вот рода «кольчужные фантазии».

В конце XIII в. в рыцарскую моду вошли цепи, прикреплявшиеся к рукояткам мечей и кинжалов, видимо, чтобы рыцарь не мог их потерять. Обычно противоположный конец такой цепи прикреплялся у рыцаря на груди. Но вот в чем вопрос – к чему? И на брассе сэра Рожера де Трампингтона (Трампингтонская церковь в Кембриджшире, ум. ок.1326 г.) мы видим, что от его шлема цепь идет к… веревочному поясу – и это самый ранний пример этой моды. На шлеме делался крестообразное отверстие, на конце цепи крепилась бочкообразная «пуговица» – вот на ней-то он за спиной у рыцаря и держался!

На эффигии Джона де Абернона II (ум.1327 г.) таких цепей нет. Но зато мы видим у него очень объемный кольчужный капюшон, что говорит о том, что под ним было… много всего надето. Недаром многие рыцари в сражении (что показывают нам миниатюры!) шлемов не надевали. Под этим капюшоном можно было бы и небольшой шлем типа сервильера спрятать запросто!

Джон де Нортвуд (ок.1330 г., Минстерское аббатство на острове Шеппи, Кент) имел цепочку к шлему, крепившуюся за крючок на груди, выступающий из металлической розетки. На более поздних эффигиях такие розетки уже парные, или цепочки проходят через прорези на их сюрко и уже там, под ним, они закреплялись у рыцаря на кирасе. Почему на кирасе, а не на кольчуге? А потому, что никаких складок в местах крепления этих цепей не видно! Забавно, что с начала XIII в. и до конца XIV в., эти цепи встречаются чуть ли на каждой статуе, причем судя по скульптурам они особенно нравились рыцарям Германии. Там их популярность была так велика, что здесь их было не три, а четыре, хотя понять, зачем нужна была четвертая сложно. Трудно себе вообразить и то, как человек мог сражаться, держа в руке меч с цепью длиной в четыре фута (к тому же нередко золотой!), которая тянулась от рукоятки его меча к розетке у него на груди. Ведь она же могла обмотаться вокруг его руки, могла зацепиться за голову его коня либо оружие своего противника. К тому же, цепь могла легко запутаться у него в стременах? Но, рыцари все это либо игнорировали, либо знали, как сражаться так, чтобы все эти цепи не перепутать. Возможно, что с «молнией» на джинсах у них было бы хлопот не меньше!

На брассе Уильяма Фицральфа, (ум. 1323 г.) цепей тоже нет, видимо, в Англии они все-таки такого распространения не получили, зато поверхность кольчуги у него и на руках, и на ногах закрыты металлическими пластинами, от которых было недалеко и до «белого» доспеха!

Известна раскрашенная эффигия сэра Роберта дю Бойса (ум. 1340 г., городская церкви в Ферсфильде, Норфолк) все одеяние которого покрывает геральдический горностаевый мех. И тут же возникает вопрос: что, и шлем и перчатки у него обтягивала вышитая ткань, или же они были просто так раскрашены? А многие модники ходили, закрыв доспехи практически полностью, щеголяя яркими и дорогими тканями!

Именно эффигии позволяют понять, что рыцари носили на голове не один шлем, а нередко по два, один поверх другого. «Большой шлем» с прорезями для глаз и отверстиями для дыхания, закрывал голову целиком, а вот другой – сервильер, а затем и бацинет, покрывали макушку, поэтому поразить рыцаря ударом по шлему было очень трудно! Позднее бацинет получил назатыльник, а его верхушка вытянулась вверх, и он приобрел самостоятельное значение. Причем, могло быть, что бацинет носили постоянно, а для участия в конной атаке оруженосцы помогали рыцарю его снять и надеть на голову «большой шлем», с гербовой фигурой причудливого вида. Интересно, что на гербе у рыцаря могло быть одно изображение, а вот нашлемная фигура могла изображать нечто совсем иное!

Что же касается «шлемов с рогами», то эффигии позволили выяснить, что крепились они вовсе не к самому шлему, а на что-то вроде покрышки, которая была на нем сверху. Понятно, что делали их из чего-то совсем легкого, например папье-маше или тонкой кожи, но они должны были иметь и прочный каркас, чтобы не сваливаться с него при скачке!

Эффигия Альбрехта II, 1350 г. демонстрирует кольчужный наносник-бреташ, прикрепляющийся на шлем-бацинет и большой шлем с короной и разноцветными рогами. На сюрко имеются три цепи: одна для шлема и две для меча и кинжала

Интересно, что шлемы бацинет получили забрала даже раньше, чем в моду вошли цельнокованые доспехи, а металлические воротники-подбородники, защищавшие шею от удара копьем, рыцари получили уже в середине XIV в. По брассу сэра Хью Гастингса (церковь Св. Марии в Элсинге, Норфолк), можно судить, что подбородник – бувигер и шлем-бацинет с забралом закрепленном на двух петлях, он носил уже в 1367 году, и, значит такие доспехи его тогда вполне устраивали, а ведь он был приближенным короля, человеком не бедным и мог выбирать. Правда бувигер крепился у него поверх кольчужного воротника! То есть новое и тогда соседствовало со старым!

Известная надгробная бронзовая фигура – брасс Хьга Гастингса, ум. 1347 г. в доспехах с выпуклыми наколенниками, в подбитых пластинками набедренниках, и шлеме-бацинете с забралом. Особенностью доспеха является укрепленный на кольчужном авентайле пластинчатый воротник-бувигер

В 1392 году в практику украшения надгробных плит вошли брассы или «латунь» – то есть плоские гравированные листы латуни, крепившиеся на такую плиту с изображением покоящегося под ней рыцаря.

Изучая эффигии и брассы, можно заметить, что показанные на них образцы вооружения, обычно представляли собой один единственный экземпляр, то есть «серийного производства» доспехов не существовало, хотя, конечно, кольчуги с капюшонами могли быть очень похожи одна на другую. В тоже время среди доспехов встречаются свидетельства того, что людская фантазия никогда не знала пределов. Так, у рыцаря Бернардино Баранзони (ок. 1345 – 1350 гг.) из Ломбардии различим не только кольчужный наносник-бреташ, но и короткая кольчужная бармица, свисающая со шлема. Зачем она была ему нужна? Ведь, шею-то у него и так закрывает кольчужный капюшон?! Кольчуга у него имела широкие, словно у халата, рукава до локтей, но под ними виднеются еще одни рукава, узкие, с выпуклыми налокотниками, то есть, одет он в многослойные доспехи!

Например, Джон Беттесхорн (ум.1398 г., Мере, Уилдшир) имел «белые доспехи» на ногах и на руках, шлем-бацинет с кольчужной бармицей, но сам торс был затянут либо тканью, либо кожей, а вот что под ней, увы, не разглядеть.

То есть опять же эффигии наглядно показывают, что был период, когда рыцари носили «голые» кольчужные доспехи, потом поверх них стали носить сюрко, затем под ним оказалась кираса, которую было принято почему-то закрывать и наступила «эпоха рыцарей в многослойных доспехах», которую в итоге сменила эпоха цельнокованых «белых доспехов». Но и здесь все было не так просто. Многие рыцари продолжали носить налатные одежды даже поверх своих прекрасных миланских доспехов!

Одну из самых необычных эффигий можно увидеть опять же в Англии, в церкви в Кенгсингтоне, хотя в ней вроде бы и нет ничего особенного. Но эта фигура неизвестного рыцаря поверх своих доспехов одета в монашеский клубок. И тут же возникает вопрос: это он так постоянно в этом ходил или сделался монахом перед смертью, и этим его нарядом это хотели подчеркнуть? Увы, но ответа на этот вопрос мы не получим уже никогда.

В 1410 году мы видим эффигии, показывающие нам рыцарей, которые уже не имеют на своих латах даже клочка ткани. Но если «белые доспехи» в это время уже существовали, то все равно брасс Джона Уидевала (ум. 1415 г.) показывает нам старый тип бронезащиты на руках и опять же кольчужное оплечье-авентайл… под оплечьем из цельнометаллических пластин! На голове у него типичный бацинет, а вот под головой – огромный «большой шлем», который вполне можно было бы носить прямо поверх бацинета!

Брасс Ричарда Бошана, эрла Варвика, относящийся к 1450 г., показывает нам полные «белые доспехи» миланского образца. Подголовником ему служит турнирный шлем «жабья голова», украшенный короной и головой лебедя. Доспехи Уильяма Уодгэма (ум.1451 г.) фламандской работы. Левый наплечник намного больше, чем правого и заходит на кирасу, и это доказывает, что щитов в то время рыцари уже не применяли! Ричард Квотермейн (ум. 1478 г.) имел на своих латах прямо-таки огромный левый налокотник, что также это подтверждает.

Уильям де Грей, 1495 г. Мартон, Норфолк. Рядом с ним хорошо виден шлем салад с усиленным бронированием лицевой части

Мечи у рыцарей на эффигиях и брассах, обычно показаны висящими на портупее идущей наискось, а кинжал на «белых доспехах изображен так, как если бы к латной «юбке» он был просто приклепан, чтобы уж не потерялся ни при всех обстоятельствах. Вначале, когда у рыцарей пояс было принято носить на бедрах, кинжал висел на нем. Мы видим это у эффигии Джона де Лайонса 1350 года, и у него кинжал как раз висит на поясе, на шнурке, который виден очень хорошо. Однако впоследствии, от него отказались и заменили его портупеей, а кинжал стали прикреплять прямо на латную «юбку».

Ну, а самая известная эффигия в Англии, это, без сомнения, скульптура Эдуарда, принца Уэльского, старшего сына короля Эдуарда III, прозванного «Черным Принцем», умершего в 1376 г. и погребенного в Кентерберийском кафедральном соборе. Интересно, что на его саркофаге видны черные щиты с изображением трех белых страусовых перьев. Это так называемый «щит мира», специально для турниров и это именно ему, а совсем не черному цвету своих доспехов, он был обязан возникновению этого прозвища. Тем более, что их практически и не было видно, так как он носил геральдический джупон, расшитый леопардами Британии и лилиями Франции!

Эффигия «Черного Принца»

Удивительно, но кольчуга в качестве средства защиты продолжала использоваться и позднее. Так, на брассе Джона Левенторпа 1510 года (церковь св. Елены, Бишопгейт, Лондон) хорошо видна кольчужная юбка, виднеющаяся из под тассетов – пластин, прикрепленных к кирасе для защиты бедер. Причем во всем остальном доспехи у него вполне современные и вдруг на тебе – вновь почему-то кольчуга!

Брасс Генри Станлея, 1528 г. с кольчужной юбкой и тассетами поверх нее

Аналогичная юбка из кольчуги показана и на брассе 1659 года – Александра Ньютона из бразервортсткой церкви в Суффолке! И опять же если типичная «валлонская шпага висит у него на бедре на двух ремешках, то… «почечный кинжал» (с двумя шишками на месте гарды) скорее всего, просто прилеплен к этой его кольчужной юбке! Причем обратите внимание на год! Даже на более ранних брассах, например, Эдуарда Филмера 1629 г. (Восточный Саттон, Кент) доспехи уже, как правило, закрывают только бедра, а ниже мы видим штаны и высокие кавалерийские сапоги!

Брасс Александра Ньютона – на ней заслуженный ветеран в старомодных доспехах

Часть брассов показывают нам воинов в полном кирасирском снаряжении в «три четверти», то есть латах до колен, а ниже на ногах у них опять же сапоги с отворотами. Причем набедренники, обычно, очень массивные чтобы прикрывать «пухлые, набитые ватой штаны!

Некоторые эффигии были просто огромны. Например, вот эта из замка в Каркассоне во Франции

Эффигии опять же показывают, что многие рыцари поверх доспехов носили налатные одеяния. Сначала сюрко, затем более короткий джюпон, и часто покрывали их геральдическими изображениями.

Например, этим отличался Ричард Фицльюис (ум. 1528 г.) изображенный на брассе в церкви Ингрейва, Эссексе сразу с четырьмя женами! Он носил опять-таки «белые доспехи», но с кольчужной юбкой, тассетами и кафтан не хуже, чем у Черного Принца, весь расшитый его гербами его семейства. Были брасы и в других странах, например, брасс Лукаса Горки (ум. 1475 г.) в познаньском кафедральном соборе в Польше, и Амбруаза де Вилье (ум. 1503 г.) в аббатстве Нотр-Дам дю Валь во Франции, причем он тоже показан в геральдическом одеянии!

В общем, изучение рыцарского снаряжения Западной Европы без тщательного исследования эффигий и брассов в качестве источников сегодня попросту невозможно.

Автор: Вячеслав Шпаковский

https://topwar.ru

«Россия не избегнет судьбы своей. Перейдем через Неман, внесем оружие в пределы России», — так Наполеон обратился к Великой армии в июле 1812 года, почти сразу после вторжения. Подобный призыв звучал бы как сущая демагогия, если бы не предшествовавшая многолетняя пропагандистская кампания. Среди французов загодя формировалось представление о Российской империи как о «прирожденном, историческом агрессоре». Для продвижения этой концепции при их МИДе было создано спецподразделение, состоявшее из... историков.

Его руководитель Шарль-Луи Лезюр выпустил весной 1812-го объемистый фолиант под названием «О возрастании русского могущества с самого его начала и до XIX столетия». Сей претенциозный труд представлял собой пересказ так называемого завещания Петра Великого, документа (или, скорее, «документа»), якобы выкраденного в 1757 году у российской императрицы Елизаветы Петровны. В преамбуле книги утверждалось: важная бумага полвека пролежала под сукном, чтобы наконец-то пролить свет на «загадочный русский характер». Говорилось также, что Петр Великий будто бы завещал преемникам вести непрерывные войны, а геополитической целью «русской экспансии» должно было стать завоевание Европы и Азии, и в первую очередь Индии.

«Свободный французский народ, уважаемый всем светом, принесет Европе достойный мир», — провозглашал Бонапарт в одном из своих первых манифестов. Когда-то он был бойким журналистом и энергичным издателем, но впоследствии именно Наполеон, позакрывавший большинство изданий, оставивший в Париже лишь четыре газеты, создал практикуемую и по сей день систему управления прессой с простыми, как штык, принципами: плохие новости не сообщать, про врага — только негатив. Не зря австрийский канцлер Клеменс фон Меттерних в свое время отметил: «Для Наполеона пресса стоит трехсоттысячной армии».

После перехода российской границы для солдат и офицеров начали выпускать печатаемые в походных типографиях бюллетени. Автором являлся сам император Франции, который иногда диктовал агитки своим секретарям на поле боя. Помимо Великой армии, бюллетени отсылались в Париж, где новости из них перепечатывались в газетах. Цензура была настолько жесткой, что доходило до абсурда. Например, когда союзники заняли Париж, они с удивлением узнали, что французы и понятия не имели о битве при Трафальгаре в 1805 году, в которой адмирал Нельсон разгромил франко-испанский флот. Был и такой случай: не дождавшись окончания битвы при Ватерлоо, Наполеон 18 июня 1815-го послал в свою столицу победную реляцию, но попасть в газеты она не успела, поскольку через считаные часы после сообщения о «разгроме английских войск» Великая армия перестала существовать.

Всего за 1812 год было издано 29 армейских бюллетеней. Эти издания оперативно доставлялись в войсковые соединения, где зачитывались перед строем капралами. Любое упоминание какой-либо боевой части воспринималось солдатами и офицерами с неподдельным энтузиазмом. И тем не менее поговорка «Врет, как бюллетень» вошла в армейский лексикон и жива по сей день. Чем дальше от родных рубежей уходили воины, тем явственнее они осознавали несостоятельность информации, записанной под диктовку Бонапарта. Важную роль в ее дезавуировании сыграли усилия российского агитпропа.

«Французские солдаты!.. Не верьте больше обманчивым заверениям, будто вы сражаетесь за мир, нет, вы сражаетесь ради ненасытного честолюбия вашего повелителя... Возвращайтесь к себе или примите пока убежище в России...» — призывали листовки, которые гренадеры-оккупанты находили на всем протяжении пути до Москвы. «Германцы! Вы, коих завоеватель пригнал к границам России, покиньте знамена рабства, соберитесь под знаменами отечества, свободы, народной чести...» — взывали русские прокламации к немцам и австрийцам, сражавшимся в наполеоновских войсках. Подобные воззвания уже на вторую неделю войны находили и у солдат итальянского корпуса. Как позже признает в мемуарах один из адъютантов Бонапарта Филипп де Сегюр, русские листовки, регулярно забрасываемые казаками и партизанами, производили на солдат и офицеров «развращающее» действие.

Если бы не извилистая петербургская дипломатия, Россия была бы подготовлена к ведению контрпропаганды куда лучше французов. А так братание двух императоров — Александра и Наполеона — на плоту в Тильзите летом 1807 года спутало все карты. Возглавлявший министерство иностранных дел России Адам Чарторыйский двумя годами ранее представил царю секретный план, согласно которому в Санкт-Петербурге создавалась антигалльская газета LeJournaldеNord (впоследствии преобразованная в LeJournaldeSt.-Petersbourg). Ради этого из Брауншвейга привезли типографию Александра Плюшара. Почти за полгода до вторжения Великой армии военный министр Михаил Барклай-де-Толли направил Александру I доклад, в котором поднимал вопрос о начале антинаполеоновской пропаганды в Европе.

«Самое благоприятное воздействие будут иметь прокламации», — убеждал Михаил Богданович, предлагавший воздействовать по двум направлениям — на жителей европейских стран и «на дух самого русского народа». С этим докладом связан и проект развертывания пропагандистской работы в армии от 16 апреля 1812-го. Предлагалось издавать военные ведомости, чтобы «смешивать все расчеты неприятеля» и «утверждать вообще во всех подданных Его Величества усердие к благу империи». Однако дальше благих намерений ничто не пошло. Видимо, русский монарх либо считал военную пропаганду делом вторичным, либо опасался того, что чрезмерно возбужденный «дух самого русского народа» окажется неподконтрольным властям: от освободительной войны — два шага до пугачевщины.

Основания для подобных опасений были. В начале 1812 года в российских губерниях прогремели крестьянские восстания, и шпионы Наполеона об этом ему доносили. Французский историк Эдуар Дрио о своем императоре писал: «Он думал поднять казанских татар; он приказал изучить восстание пугачевских казаков; у него было сознание существования Украины... Поднять революцию в России — слишком серьезное дело!» Нечто подобное выскажет позже и сам Бонапарт, признавшись в том, что его приближенные предлагали ему подготовить манифест к русским крестьянам, но он не пожелал «разнуздать стихию народного бунта».

Насчет низкой эффективности французской пропаганды есть и такая версия: не разрушение России было сокровенной целью Наполеона, а примерное наказание Александра I; воинственный корсиканец хотел лишь откорректировать политический курс нашей страны, придать ему большую антибританскую направленность, а вовсе не рушить здание русской государственности. Дескать, ограниченность этой программы обусловила скудость аргументов агитпропа в завоеванных областях, посему акцент сместился в сторону воздействия на своих, французов и Великую армию, а на данном фронте очень скоро появились сильные оппоненты.

«Часто один печатный листок со стороны неприятеля наносит больше вреда, нежели блистательная победа может принести нам пользы», — писали Александру I два профессора Дерптского университета Андрей Кайсаров и Фридрих Рамбах, предложившие царю организовать при армии походную типографию и издавать в ней «ведомости на двух языках, то есть на русском и немецком. Если почтется за нужное, то можно прибавить к тому и польский язык». На этот раз государь дал согласие, с его одобрения Барклай-де-Толли выделил Кайсарову и Рамбаху двенадцать типографских рабочих, два печатных станка и шрифты, а также «денег из экстраординарной суммы». Вскоре у дерптских профессоров нашелся влиятельный единомышленник — Михаил Кутузов, благо адъютантом полководца и начальником его канцелярии был генерал Паисий Кайсаров, младший брат ученого из Дерпта.

Профессорский тандем видел сильные и слабые стороны наполеоновской пропаганды. Наши листовки («летучие листки») печатались на русском, немецком, французском и испанском, газета «Россиянин» — на русском и немецком. Самая слабая часть проекта была польской, тут требовался в качестве редактора природный поляк. Император привлек к работе Михаила Огинского, да-да, того самого автора знаменитого полонеза!..

Команда новоиспеченных спецпропагандистов была поистине звездной. Воззвания писали адмирал Александр Шишков и главнокомандующий Москвы граф Федор Ростопчин, поэты Василий Жуковский и Александр Воейков, историки Дмитрий Ахшарумов и Александр Михайловский-Данилевский, генерал, беллетрист Иван Скобелев (дед будущего полководца) и стихотворец Федор Глинка. А рисунки художника Ивана Теребенева призывали русского мужика сопротивляться оккупантам иногда даже красноречивей любых слов.

Начали выходить «Известия из армии». Издание предназначалось для российского населения и стало важнейшим источником информации о положении дел на театре военных действий. Новости оттуда перепечатывались в столичных газетах — уже после царской цензуры. С приходом Кутузова стали издавать Nouvelles officielles de l`armee («Официальные новости из армии») с сообщениями о том, что происходило не только в России, но и на Пиренеях, где французы терпели одно поражение за другим. Особенно активно типография Кайсарова и Рамбаха действовала после ухода Наполеона из Москвы. С «летучими листками» в руках французы, испанцы, португальцы, итальянцы, не говоря уж о германцах, сдавались тысячами. Из 15 000 испанцев и португальцев, находившихся в составе Великой армии, четверть осенью перешла на русскую сторону. Уже в середине октября из пленных немцев формировали Российско-германский легион.

Деятельность походной типографии, издававшей практически бесцензурные материалы, вызывала едва скрываемое раздражение у Александра I: не имея под рукой в столице никого, кто мог бы поставить дело военной информации должным образом, царь ревниво воспринимал успехи кутузовских изданий и особенно «Россиянина», в котором вместо слова «подданный» слишком часто писали «гражданин». Не случайно сразу после переезда государя императора в Главную квартиру (правительственное учреждение в составе Военного ведомства) и смерти Кутузова (16 апреля 1813-го) работа походной типографии хоть и не прекратилась вовсе, однако стала гораздо менее интенсивной...

Андрей Кайсаров вместо пера взял в руки карабин и стал майором конного отряда, благо партизанами, «охотящимися» в Германии, руководил младший брат Паисий. 28 мая 1813 года под городом Ханау наши бойцы попали в окружение. Чтобы не оказаться в руках французов, профессор Кайсаров поджег артиллерийский обоз. Первый российский пропагандист погиб, подорвавшись на пороховом ящике. Как напишет о его смерти соратник Александр Михайловский-Данилевский: «Он имел в Главной квартире много неприятностей и, желая показать подлецам, какая разница между ним и ими, пошел и, храбро сражаясь, пал».

https://portal-kultu...BXETyLCRJffZ8Uc

Войска хана Батыя разрушили почти все древнерусские города, но они вскоре восстали из пепла. И только столица Руси — Киев — пришла в полный упадок. Почему?

Я уже писал в одной из предыдущих статей, что название «Киевская Русь» придумал только в XIX веке московский историк Михаил Погодин. До него никто даже не подозревал, что она «киевская». Современники называли эту страну просто Русью или Русской землей. Когда Киев после нашествия Батыя превратился в развалины, и в таких же дымящихся руинах лежали Рязань, Суздаль, Галич и Чернигов, некий древнерусский публицист, имя которого поглотила история, создал «Слово о погибели Русской Земли». Заметьте — просто «русской». Без каких либо прилагательных.

Душу несчастного очевидца краха великой державы терзала безмерная скорбь, перетекавшая через порушенные границы отечества. Наши сегодняшние переживания не в силах сравниться с ней. По крайней мере, по широте охвата.

«О светло светлая и красно украшенная земля Русская! — писал этот печальник. — Многими красотами дивишь ты: озерами многими, реками и источниками, горами крутыми, холмами высокими, дубравами частыми, полями дивными, зверьми различными, птицами бесчисленными, городами великими, селами дивными, боярами честными, вельможами многими, — всего ты исполнена, земля Русская, о правоверная вера христианская!

Отсюда до венгров, и до поляков, и до чехов, от чехов до ятвягов, от ятвягов до литовцев и до немцев, от немцев до корелы, от корелы до Устюга, где живут тоймичи поганые, и за Дышащим морем, от моря до болгар, от болгар до буртасов, от буртасов до черемисов, от черемисов до мордвы — то все покорил Бог народу христианскому поганые страны: великому князю Всеволоду, отцу его Юрию, князю Киевскому, и деду его Владимиру Мономаху, которым половцы детей своих пугали в колыбели. А литва из болота на свет не показывалась. А венгры каменные города укрепляли железными воротами, чтобы на них великий Владимир не ходил войной. А немцы радовались, что они далеко за синим морем. Буртасы, черемисы, веда и мордва бортничали на князя великого Владимира. И сам император Мануил Цареградский, страх имея, затем и великие дары посылал к нему, чтобы великий князь Владимир Царьграда его не взял»...

РУСЬ ДО ДЫШАЩЕГО МОРЯ. «Слово о погибели». сохранилось всего в двух списках. Древнейший из них — Псковский, датированный XV столетием. Его обнаружили в Псковско-Печерском монастыре. Монах-переписчик, сохранивший нам его, присоединил небольшой отрывок «Слова» в качестве вступления к «Житию Александра Невского». К тому времени уже стало очевидно, что Земля Русская не погибла, что она снова оживает. Времена хана Батыя остались в далеком прошлом. Со дня падения Киева прошло уже два столетия! Монгольское иго доживало последние годы. Потихоньку складывался культ Александра Невского — прямого потомка Владимира Святого и Ярослава Мудрого.

Благоверный князь Александр, отбивший в 1242 году немецких рыцарей на Чудском озере (на это хватило сил) и смиренно отправившийся договариваться с ханом монголов в далекий Каракорум, (так как для борьбы с его державой, включавшей в себя не только Монголию, но и Китай, время еще не настало) превращался в образец политической мудрости. В отличие от своего современника Михаила Черниговского, отказавшегося пройти между двух очистительных костров в ставке хана (мол, неприлично сие христианину!) и растерзанного за это, Александр Невский и кострами не брезговал, и кумыс со степняками пил. И, как показало будущее, оказался прав. Его хитрое упорное потомство победило в борьбе с другими линиями Рюриковичей, страдавшими неизлечимой гордыней, и теперь потихоньку прибирало к своим рукам наследие святого Владимира.

И пусть Киев еще находился под властью Литвы, а Галичина — в руках поляков, некий таинственный псковский инок чуял, что былая сила Руси возвращается, что, по сути, она неистребима. С полуистлевшего пергаментного листа, помнившего времена Батыя, монах-переписчик, сидя в прохладном скриптории, переносил в новый кодекс и печаль современников монголо-татарского нашествия и их память о былом величии.

Дышащее море — это Ледовитый океан. Тоймичи — племя, жившее на берегах притоки Северной Двины — Тоймы. Буртасы — мордва. Черемисы — марийцы. С немцами, венграми и чехами — все и так ясно. Широко мыслил древнерусский книжник из Пскова! Куда шире многих наших современников! Недаром и идею Третьего Рима выскажет вскоре тоже псковский инок Филофей — примерно в тех же местах, где когда-то Русь начиналась во времена Рюрика и первых русских князей. Монах-переписчик помнил, что западная граница Руси — Карпаты, а северная — студеное Белое море. И на том скромно, но упорно стоял, напоминая своим государям о свершениях их державных предков — о тех временах, когда «немцы радовались», что сидят «за морем».

КРЕПКИЕ ОРЕШКИ. Почему же Псков и Новгород даже после нашествия Батыя устояли (хан даже не штурмовал их каменные крепостные стены), а Киев пал перед монголами, потеряв былое политическое значение? Почему в северных монастырях и во второй половине XIII-го и в XIV веках продолжалась летописная традиция, а о том, что происходило в прежней столице Руси на берегах Днепра, мы можем судить только по отрывочным записям иностранных путешественников? (Свои летописи тут перестали составлять.) Почему уже в 1251 году митрополит Киевский Кирилл Третий оставил Даниила Галицкого, готовившегося принять от Папы королевскую корону, и уехал — догадайтесь, куда? Правильно — опять в Новгород! Там он впервые встретился с Александром Невским и, разделяя его антизападную политику, уже в следующем 1252 году отправился на Волгу к Батыю и получил от хана ярлык, гарантирующий свободу и неприкосновенность православной церкви.

Всю свою последующую долгую жизнь митрополит Кирилл провел в основном в разъездах по городам северной и восточной Руси, окормляя паству и стремясь поднять ее дух. Это он учредил епископию в Твери и основал епархию в столице самого хана — Сарае. Он же в 1274 во Владимире-на-Клязьме созвал собор епископов Русской православной церкви, восстановивший церковное законодательство, и принял новую Кормчую — так называемую Сербскую — свод законов, по которым жила Русь. Напомню, что Русская Правда — юридический кодекс Ярослава Мудрого — уцелел только потому, что сохранился в списке Синодальной Кормчей, хранившейся в храме Св. Софии Новгорода — библиотека Софии Киевской, как известно, погибла в дни Батыева нашествия.

Русь Новгородская и Русь Владимирская сохранили нам духовное наследие рухнувшей под ударом монголов Руси Киевской. И митрополит Кирилл сохранению этого ковчега немало поспособствовал. Он умер в Переяславле-Залесском 6 декабря 1281 года — это в нынешней Ярославской области, в 140 км от Москвы. Надолго пережив Александра Невского и исходатайствовав у внука Батыя — Менгу-Тимура — очередной ярлык на неприкосновенность православной церкви. Вдумайтесь, какой силы духа был этот человек, не убоявшийся ехать в логово победителей-степняков и отстаивать свою веру и родину. Только после смерти прах Кирилла перенесли в Киев, чтобы похоронить там, где покоились его предшественники, начиная с первого митрополита всея Руси — Михаила, направленного на Русь из Константинополя еще во времена князя Владимира. Ибо Святая Русь едина, что бы кто ни говорил.

Но для церковной свечи, беззащитной на ветру, нужны стены. Дух веры может жить безбоязненно только в крепком государстве. Что же случилось с Киевом, что он потерял в XIII веке статус столицы Руси? И светской, и церковной. Ведь присланный из Константинополя митрополит Максим, который сменил Кирилла, грек по происхождению, в 1299 году окончательно переселился во Владимир-на-Клязьме, побыв некоторое время в маленьком Брянске, что ныне забыто, а его наследник Петр Ратенский, родившийся на Волыни, впервые выбрал местом митрополичьей кафедры Москву.

Если киевский митрополит вынужден был оставить столицу Владимира Святого и некоторое время держать кафедру в маленьком Брянске, значит с Киевом было совсем плохо, и ближайшего улучшения в его судьбе не предвиделось.

Киев действительно стал тогда не только бедным, но и просто опасным для жизни местом. Монах-францисканец Плано Карпини, посланный римским папой в 1245 году в Каракорум, проехал через Киев и оставил такое описание его взятия монголами: «Они пошли против Руссии и произвели великое избиение в земле Руссии, разрушили города и крепости и убили людей, осадили Киев, который был столицей Руссии, и после долгой осады они взяли его и убили жителей города; отсюда, когда мы ехали через их землю, мы находили бесчисленные головы и кости мертвых людей, лежавшие на поле; ибо этот город был весьма большой и очень многолюдный, а теперь он сведен ПОЧТИ НИ НА ЧТО: едва существует там ДВЕСТИ ДОМОВ, а людей тех держат они в самом жестоком рабстве».

Сарай-Бату. Столица Золотой Орды тянулась вдоль левого берега Волги на 15 км. Ее населяло 75 тыс. человек

Карта Золотой Орды. Батый взял под свой контроль степи от Дуная до Иртыша и путь из Европы в Азию.

СПАСАЙСЯ, КТО МОЖЕТ! Если кости жителей Руси лежали просто в поле, значит, их даже некому было хоронить. Все, кто уцелел, прятались в лесах — как можно дальше от проезжих дорог и обжитых мест. В «Сказании об убиении в Орде князя Михаила Черниговского и его боярина Феодора» нашествие Батыя описано так: «В лето 6746 (1238), по гневу Божиему за умножение грехов наших, было нашествие поганых татар на землю христианскую. Тогда одни затворились в городах своих, другие убежали в дальние земли, а иные спрятались в пещерах и городах своих… Те, кто затворился в городах, каялись в своих грехах и со слезами молились Богу, и были они погаными безжалостно ПЕРЕБИТЫ; из тех же, кто скрывался в горах, и в пещерах, и в расселинах, и в лесах, мало кто уцелел. И этих через некоторое время татары расселили по городам, переписали их всех и начали с них дань брать. Услышав об этом, те, кто разбежался по чужим землям, возвратились снова в земли свои, кто остался в живых, князья и иные люди. И начали татары насильно призывать их».

По словам Плано Карпини, тогда татары «сражениями опустошили всю Руссию». Если быть точным, почти всю — кроме Новгорода и Пскова. За три года, предшествовавшие взятию Киева, орда Батыя опустошила Рязань, Владимир, Суздаль, Москву, совсем маленькую еще тогда, и множество других городов. Однако жизнь в них скоро восстановилась. В некоторых даже начался бурный рост. А «столица Руссии» пришла в полный упадок, и даже митрополит покинул ее.

Обычно считается, что ханы специально стремились унизить значение Киева. Слава великого русского города якобы раздражала их. Но мне ситуация видится несколько иначе. Обратите внимание на место, которое ханы из рода Чингизидов выбрали для своей столицы. Город Сарай-Бату (Дворец Батыя) или Сарай-ал-Махруса (Дворец Богохранимый), как его реже называют, был построен сразу же после татаро-монгольского завоевания Руси на Волге в 80 км от нынешней Астрахани выше по течению. В лучшие времена его населяло до 75 тысяч человек.

Почему Батый выбрал для размещения своей ставки Волгу, а не Днепр? Ведь во времена первых Рюриковичей именно по Днепру шел знаменитый путь «из варяг в греки». Неужели татарам не хотелось взять его под контроль, заперев путь экспорту из Руси в Константинополь? В конце концов, почему бы Батыю не избрать для своей столицы местом тот же Киев, как это сделал новгородский князь Олег в IX веке? Вся-то разница, что Олег пришел с севера, а Батый с юга. С разрывом в три столетия. Один вышел из лесу, другой — из степи. И для того, и для другого Киев не был родным. Варяг Хельги имел на него такие же права, как и монгол Бату. Прекрасный климат. Широкий Днепр. Самая граница лесной и лесо-степной зон… Что еще надо человеку, чтобы спокойно встретить старость?

Но Хельги-Олег назвал Киев «матерью городам русским», а Батый-Бату просто разорил дотла «столицу Руссии» и вернулся в Заволжье, откуда и начался в 1237 году его поход на Русь.

Как интересно было бы представить альтернативный вариант истории — Бату-хан все-таки делает Киев своей столицей. Его наследники, приняв ислам, как это сделал хан Узбек в 1321 году, возводят мечети рядом с православными храмами. Или сами становятся христианами (был же христианином сын Батыя — Сартак!), постепенно смешиваются со славянами, переходя на русский язык. Золотая Орда со столицей в Киеве… Могло такое быть? Никогда! И не только потому, повторим известную фразу, что история не знает сослагательного наклонения, но и по куда более банальной причине. Чисто экономической.

Легко заметить, что Сарай-Бату возник почти в том же месте, что и хазарская столица Итиль, располагавшаяся в дельте Волги. Всего сотней километров выше по течению. По сути, он реанимировал экономическую систему Хазарии, контролировавшей, прежде всего, Волжский торговый путь из Балтики в Каспий — то есть, из Европы в Персию и Индию. Волга близко подходит к Дону. Находясь в Сарае, Батыю было легко перехватывать поток товаров по Дону. А вот путь «из варяг в греки» его попросту не интересовал, так как его давно не было. В Греции (в Византии) сидели крестоносцы, сделавшие Константинополь столицей своей Латинской империи. Именно они и уничтожили дорогу «из варяг в греки», а заодно и экономическое значение Киева накануне монгольского завоевания.

ПРОКЛЯТЫЕ КРЕСТОНОСЦЫ. И тут самое время пришло вспомнить о Четвертом крестовом походе. Когда в 1204 году латиняне-крестоносцы взяли Константинополь — тоже, между прочим, христианский город — столицу православия, на Руси известие об этом вызвало стон. «А наутро, с восходом солнца, — писал древнерусский книжник в «Повести о взятии Царьграда крестоносцами», — ворвались фряги в святую Софию, и ободрали двери и разбили их, и амвон, весь окованный серебром, и двенадцать столбов серебряных и четыре кивотных, и двенадцать крестов, находившихся над алтарем… и все это серебряное… А прочие церкви в городе и вне города и монастыри в городе и вне города все разграбили… Монахов, и монахинь, и попов обокрали, и некоторых из них поубивали, а оставшихся греков и варягов изгнали из города… Вот так и погибло царство богохранимого города Константинова и земля Греческая из-за распрей цесарей, и владеют землей той фряги».

Случилось это ровно за тридцать шесть лет до штурма монголами Киева, когда падет уже наша София. Но Четвертый крестовый поход погубил не только Царьград. Он нанес также смертельный удар по экономическим интересам Киева. Бизнес-проект римского папы победил тогда бизнес-проект патриарха Востока. А заодно — и варягов, изгнание которых из Константинополя зафиксировал наш летописец.

Олесь Бузина

https://buzina.org/povtorenie/3994-pochemu-ruhnula-klievskaya-rus.html?fbclid=IwAR36jSpICnF8IZKWEQmwIhKPn9gtqy-QEMXj3p-Kfu4_xcgmNuUv6CWdVaU

А было так, что несколько лет тому назад в одной из пензенских газет была опубликована статья… пожарного из Мокшана (это у нас есть такой районный центр) о том, что вот «он интересуется» историей Древнего Египта, и пришел к выводу, что египетские пирамиды (причем он искренне считал, что их всего три!) - это… волноломы от потопа! А «потоп» должен был произойти из-за того, что в пустоты, образующиеся на месте выработки угля и нефти, рано или поздно зальется морская вода, и земной шар… опрокинется набок! Прочитав «это», мы долго думали, зачем газета такое опубликовала? А потом написали ответный материал, где популярно «товарищу пожарному» рассказали и о количестве пирамид, и о геофизических особенностях нашей планеты. Словом – пусть уж лучше теорию пожарного дела изучает.

Пирамида фараона Джосера. До нее и царей, и их сановников хоронили в мастабах.

Однако даже на ВО нет да нет и попадаются комментарии, хорошо, что хоть не статьи, о том, что пирамиды в Египте построили русские, что в них зашифрованы «тайные знания», что построить их египтяне не могли и что золотой гроб Тутанхамона - подделка археолога Картера. В общем, как и раньше, довольно многие считают, что пирамид в Египте всего три, что главные наши знания о нем почерпнуты… непонятно откуда, и все это вымыслы заговорщиков-ученых, однако зачастую все это следствие очень поверхностного знания предмета. Совсем иная картина возникает, когда какой-то темой вплотную занимаешься, ну скажем, лет двадцать, и когда уже даже твои студенты работают менеджерами туристических компаний, что возят людей к тем же пирамидам…

Мастаба фараона Шепсескафа в Саккара. Он правил после Хеопса и почему-то построил мастабу. Почему?

Мы последовательно расскажем вам о войнах древнего Египта (ведь войны – это рабы, которые… «строили пирамиды»), о найденных в них артефактах и о самих пирамидах, которых, как выяснилось, ну просто очень много. Ну, а начать рассказ о пирамидах придется с рассказа о… мастабах – начале начал древнеегипетской погребальной культуры.

Мастаба (по-арабски «скамья») была прямой предшественницей пирамид и представляла собой гробницу для знати. Известно несколько сотен (!) таких мастаб, построенных до пирамид, одновременно с пирамидами и даже после пирамид. Каждая мастаба, хотя они и очень похожи – оригинальное архитектурное сооружение. Все так же, как и с рыцарскими доспехами – все похожи, но двух одинаковых вам не найти! Внешне это… сооружение из камня или обложенное камнем с наклонными стенами прямоугольной формы, чем-то напоминающее современные золотые слитки. В ней было три отделения: подземное, где находился саркофаг из известняка или гранита, всегда в западной стороне погребальной камеры («уйти на Запад» - значит умереть!). Вторая часть – склад погребального инвентаря, и третья – молельня. Некоторые мастабы были очень велики. Например, мастаба Птахшепсеса имела 40 помещений!

Берлинский музей. Вход в мастабу Мерида.

Понятно, что все мастабы были уже в древности ограблены. Но… чего не могли унести грабители, так это фрески на стенах. Стены молельни и камер, как правило, украшались раскрашенными рельефами, представлявших собой древние «комиксы» из земной либо загробной жизни усопшего. На них в мельчайших подробностях изображался труд земледельцев, домашний быт, музыка, танцы, игры, военные походы и загробный мир. Сами картины сопровождаются пояснительными текстами.

Сводчатый потолок и роспись на стене в помещении гробницы Имери в Гизе. На росписи изображен процесс изготовления виноградного вина.

На стенах сотен мастаб тысячи фигур, десятки тысяч мелких деталей. Подделать все это физически невозможно – это работа для тысяч людей на многие годы, осуществить которую, ко всему прочему, было бы немыслимо дорого, да и зачем? Первыми проник в мастабы еще Шамполион. Тогда подобные «акции» смысла вообще не имели.

Мастаба Нефербауптаха. Плато Гизе.

Мастаба строилась на века. В нее был вложен труд сотен людей, трудившихся годами. Размер самых больших мастаб 50 на 30 метров, а их высота 7-8 метров. Многие мастабы были ограждены стенами толщиной до 3 метров. Шахты, ведущие в погребальные камеры, были засыпаны щебнем и камнями. То есть, если бы не мастабы, мы и половины не знали бы того, что сегодня мы знаем о Древнем Египте. Можно даже сказать, что пирамиды для египтологов вещь куда менее ценная, чем мастабы. Причем по ним видно, как по мере того, как богател Египет, увеличивались и размеры мастаб!

Фрески на стене гробницы Нефербауптаха.

Однако прошло целых три столетия с того момента, как Египет стал единым государством, прежде чем очередной царь III династии по имени Джосер, видимо, настолько преисполнился чувством собственной значимости, что решил построить себе мастабу невиданных до того размеров. Уже тогда Египет вел войны, о чем нам рассказали все те же мастабы, но приток рабов, если и был, то невелик. И сами войны были тоже невелики по масштабу. Ведь воины в походы шли пешком. И также на «своих двоих» и воевали. Соответственно главной добычей был скот, который можно было гнать и кормить травой. А пленных надо было кормить тем же, что ели и воины. Вот почему древнее название рабов в Египте «живые убитые», то есть изначально всех пленных просто убивали.

Джосер, задумав создать небывалую мастабу, начал с того, что решил строить ее не из кирпича-сырца, а целиком из каменных блоков. Случилось это около 2700 г. до н.э., причем архитектором был назначен высший придворный сановник Имхотеп. Изучать то, что у него получилось, начали еще в 1837 году, после чего «пирамиду Джосера» не изучал разве что ленивый. В итоге изучили ее доскональнейшим образом, и на сегодня это одна из самых изученных «от и до» пирамид Египта.

Погребальный комплекс Джосера.

Выяснилось, что сначала это была просто квадратная мастаба в 63 метра длиной и высотой в 9 метров, сложенная из камня и обложенная плитами известняка. Тут Джосеру показалось, что она мала (видимо, присвоил чужую и решил что-то к ней добавить от себя), и он приказал добавить во все стороны еще по 4 метра кладки. Потом добавить еще 10 метров на восток, и стала его мастаба традиционно прямоугольной. И вот только теперь Джосер приказал прежнюю постройку сделать шире еще на 3 метра во все стороны и поставить на нее три террасообразные ступени высотой в 40 метров. Так его мастаба стала четырехступенчатой. Но и этого ему показалось мало. Он приказал продлить ее основание на запад и на север и добавить две ступени наверх. Наконец, пирамиду еще и облицевали плитами (шестая фаза строительства), после чего размеры ее основания составили 125 на 115 метров, а высота 61 метр. Таким образом, его гробница стала самым высоким сооружением, которое было тогда известно.

Подземелье под пирамидой Джосера.

Более поздние пирамиды строились по правилу: одна пирамида – один царь. Но пирамида Джосера была семейной усыпальницей для всех жен и детей царя, поэтому в ней было целых 11 погребальных камер! Причем располагалась гробница царя прямо под центром первоначально задуманной мастабы, а не в самой пирамиде. Археолог Конейм по поводу внутреннего устройства пирамиды Джосера сказал, что это какая-то «гигантская заячья нора».

Плитки, которыми покрыты стены в подземелье пирамиды Джосера.

Понятно, что все помещения этой «норы» были ограблены еще в древности, но в одном из помещений нашли два саркофага из алебастра, в одном из которых – разбитый позолоченный деревянный саркофаг с останками мумии ребенка лет восьми. Но самой удивительной находкой был 60-метровый коридор, заваленный просто невероятным количеством погребальной утвари. Число каменных сосудов, по подсчетам археологов, в нем составило 30-40 тысяч!!! Несколько сотен были из алебастра и порфира, причем они прекрасно сохранились, а из остальных, битых, примерно 7 тысяч они сумели склеить! Если это подделка, то просто феноменальная по своей глупости, так как она ничего не доказывает, а изготовить 40 тысяч сосудов, чтобы большую часть из них разбить, это вообще идиотизм.

Эти же плитки в Метрополитен музее, Нью-Йорк.

Самое интересное, что пирамида Джосера, как и многие мастабы, была ограждена стенами, причем очень высокими – 10 м высоты. Украшалась она выступами и символическими воротами, но настоящий вход был только один. Стена ограждала прямоугольник размером 554 на 227 метров, в котором находились заупокойный храм и два культовых дворца – Северный и Южный, в которых находились символические троны «Обеих Земель», колонные залы и алтари. Словом, это было целиком и полностью культовое сооружение, не имеющее ничего общего с «волнорезом» и вообще с какими бы то ни было зашифрованными знаниями древних.

Вид на пирамиду и остатки храмового комплекса.

Изучение пирамиды позволило также выяснить, что каменные блоки для нее вытесаны из крупнозернистого известняка, взятого из местной каменоломни, а вот облицовка была из мелкозернистого известняка, и ее привозили с другого берега Нила. В обеих каменоломнях нашли и следы работы древних мастеров, и их орудия труда. Камни поступали на строительство грубообработанными. Поэтому внешние поверхности блоков выравнивали уже после укладки медными долотами. Контролировали качество работы при помощи деревянных досок, намазанных красной краской, которые прикладывали к плитам так же, как сегодня дантисты прикалывают к нашим зубам кусочки черной копировальной бумаги.

«Путеводитель» по погребальному комплексу Джосера.

Размеры блоков пирамиды Джосера невелики, так что никаких трудностей с их доставкой не возникало. Двух человек было бы вполне достаточно. Интенсивность работы была сезонной. В разлив Нила камни, приготовленные заранее, можно было транспортировать на плотах и барках чуть ли не к основанию пирамиды.

Рельеф гробницы Ти. XXV—XXIV вв. до н.э. Фрагмент. Штукатурка на камне, резец, темпера. Саккара.

Опять же не надо думать, что вот есть пирамида Джосера, а затем фараоны тут же начали строить «истинные пирамиды». Ничего подобного! Второй ступенчатой пирамидой стала пирамида Сехемхета, найденная в 1952 году археологом Гонеймом. То, что от нее осталось, было раскопано, и выяснилось, что ее уже с самого начала строили как ступенчатую. Блоки из известняка на ней были того же размера, что и у Джосера, но конструкция ее совершеннее. Внутри у нее ядро из грубых каменных блоков, кладка которых сужается от основания к вершине. Если бы она была завершена, то имела бы высоту на 9 метров выше, чем у Джосера, имела семь ступеней и размер 120 на 120 метров. Погребальная камера располагалась точно под центром пересечения диагоналей. Работы остановились на уровне второй ступени, по-видимому, из-за его внезапной смерти.

Статуи на западной стене мастабы Иду в Гизе.

Затем ступенчатая пирамида была построена в Медуме, в пятидесяти километрах на юг от Каира. Считается, что построил ее фараон Хуни – последний царь III династии. Вся она развалилась, но будь построена, то при квадратном основании имела бы размеры 146 на 146 метров и высоту 118 метров. Но самое важно, что около этой пирамиды обнаружили остатки строительных насыпей, по которым каменные блоки затаскивали наверх. Так что современные исследования подтвердили то, о чем сообщал еще Диодор – «пирамиды строили при помощи насыпей».

Так что… никаких «особых» приемов древние египтяне при строительстве пирамид не использовали. Точно известно, как медленно, шаг за шагом, увеличивались размеры гробниц знати – мастаб. Потом произошел качественный скачок – пирамида Джосера, за которым последовал этап «прогресса», когда происходил рост ступенчатых пирамид, а сама конструкция их становилась все совершеннее.

Ну, а теперь как добраться до пирамиды Джосера, которая вместе со всем комплексом построек, сохранившейся статуей царя в молельне и всеми своими подземельями, во всяком случае, не менее интересна, чем Великие пирамиды.

Изображение на стене одного из коридоров подземелья пирамиды Джосера.

Находится комплекс Джосера в деревне Сакара, и добраться до него можно на поезде от Каира, но от станции, скорее всего, придется идти пешком более 3 км. Можно – для любителей экстрима, верхом на лошади или на верблюде от пирамид в Гизе, но это 3-4 часа под египетским солнцем! Можно заказать экскурсию из любого популярного для россиян отеля в любом месте, но… не очень много людей туда ездит. Можно на маршрутке от Каира до Саккара вилидж, но… надо знать, где она останавливается, и суметь объясниться с местными. Наконец, проще всего сесть в такси и сказать – Саккара, Джосер - и вас туда привезут. Но это дорого, дороже, чем экскурсия, и надо торговаться, но зато вас там и повозят, а то тащиться от одной тамошней пирамиды до другой тяжело. Цена входа в некрополь 30 египетских фунтов, но в саму пирамиду Джосера нужно разрешение Министерства древностей Египта в Каире. Можно получить его, просто предъявив карточку члена союза журналистов России – мол, хочу написать комплементарную статью. Вот, собственно, и все ваши хлопоты, но зато вы побываете в самой первой пирамиде Египта.

Автор: Оксана Милаева, Вячеслав Шпаковский

https://topwar.ru/99328-voyna-zoloto-i-piramidy-chast-pervaya-chto-bylo-do-piramid.html

Самураям с детства прививали не только верность воинскому долгу и учили всем тонкостям военного ремесла, но также их учили и релаксации, ведь не может человек только тем и заниматься, что думать о смерти или убивать себе подобных! Нет, в них воспитывали ещё умение видеть прекрасное, ценить его, любоваться красотами природы и произведениями искусства, поэзией и музыкой. Причем любовь к искусству была точно также важна для самурая, как и военное мастерство, тем более, если воин самурай хотел стать в мирное время хорошим правителем. Из его дома, как правило, открывался красивый вид на природу, необычный сад, например, а если таковой отсутствовал, то садовнику особыми приемами следовало создать в нем иллюзию далекого пейзажа. Для этого маленькие деревья и большие камни располагали в особом порядке, сочетая с прудом или ручьем с небольшим водопадом. В свободное от ратных дел время самурай мог наслаждаться музыкой, например, слушать игру на биве (лютне), и также песни и стихи какого-нибудь бродячего музыканта, зашедшего к нему в усадьбу. Сам он при этом просто сидел на татами и попивал чай, наслаждаясь покоем и понимая, что нет ни прошлого, ни будущего, а только всего лишь одно единственное «сейчас». Нельзя было и не знать поэзии известных поэтов, хотя бы уже потому, что, совершая сэппуку, самурай был просто обязан оставить свои собственные предсмертные стихи. А если он этого сделать не мог, то значит… умирал некрасиво, а «некрасиво» – значит недостойно!

Вы думаете, что эти женщины играют в карты? Нет, они играют в… стихи! И эта игра остается любимой среди японцев до сих пор.

Поэтому неудивительно, что в рассказах о самураях, как и во многих других японских повествованиях, присутствуют стихи. Кстати, отличительной чертой буддийских сочинений, как, впрочем, и китайских трактатов тоже являются стихи, которые их авторы вставляли в их ключевые места. Ну, а поскольку японские авторы многое заимствовали из Китая, понятно, что именно у них они и позаимствовали этот старый риторический прием. Ну, а в результате и воин-самурай, и поэтическое творчество стали точно также практически друг от друга неотделимы.

Впрочем, нечто подобное наблюдалось и с рыцарями Западной Европы, да и витязями Руси. Там были в почете песни менестрелей, а многие рыцари слагали баллады в честь своих прекрасных дам, либо… посвящали свою музу Христу, особенно те из них, кто отправлялся в крестовые походы. При этом разница заключалась даже не в содержании (хотя в нем она также присутствовала), а в размере поэтических произведений.

Как и многие другие самураи Уэсугэ Кэсин был не только прекрасным полководцем, но и ничуть не менее хорошим поэтом. Цветная ксилография Утагава Куниёси.

В VII веке, а некоторые исследователи считают, что и еще раньше, японское стихосложение основывалось на длине строк в 5 и 7 слогов. Сначала их комбинацию использовали произвольным образом, но к IX веку правилом стал ритмический рисунок, выглядевший так: 5-7-5-7-7. Таким образом и появилась танка, или «короткая песня», сделавшаяся очень популярной. Но как только танка сделалась стандартом стихосложения, появились люди, предложившие «разбить» ее на два неравномерных полустишия - 5-7-5 и 7-7. В стихосложении участвовало два поэта, каждый из которых составлял свое полустишие сам, после чего они соединялись, причем при этом их порядок мог меняться: сначала 7-7, а потом уже 5-7-5. Такая форма получила название рэнга – или «соединенный стих». Затем эти два полустишия начали связывать друг с другом до пятидесяти раз, и таким образом даже появились целые поэмы, состоящие из ста частей, а участвовали в их написании до десятка поэтов.

Самый простой способ постичь рэнга (то есть как эти полустишия комбинировать) – это представить, что вы и ваш друг играете в… загадки, но только в стихах; вы произносите первую строку, он – вторую. То есть по сути это такая «игра в слова». Так, в «Хэйкэ моногатари» присутствует рассказ о Минамото-но Ёримаса (1104 – 1180) - самурае, убившем из лука некоего фантастического зверя, который на черном облаке спускался на самую крышу дворца императора и навевал ему кошмары. Император, естественно, отблагодарил Ёримаса и подарил ему меч. Этот меч, чтобы передать его Ёримаса, взял Левый министр (а был, понятно, еще и правый!) Фудзивара-но Ёринага (1120 – 1156) и направился к нему по лестнице. И тут вдруг прокуковала кукушка, предвещая таким образом начало лето. Министр, не задумываясь, прокомментировал это стихами (5-7-5): «Кукушка кричит над облаками». Но и Ёримаса не сплоховал. Он встал на колени и соответственно ему ответил (7-7): «И серп луны исчезает».

Интересно, что если бы это стихотворение написал один поэт, то оно бы называлось танка, и танка получилась бы просто замечательная. Но тоже самое стихотворение, но сложенное двумя разными людьми, превратилось в рэнга, при этом игра слов, конечно же, ее украшает. Ёринага вообще был мастером рэнга и очень наблюдательным человеком, о чем свидетельствуют многие его стихи.

Возникла забава на пирах составлять длинные рэнга, которая в XIV веке стала подлинной страстью для многих самураев. Соответственно правила стихосложения все усложнялись, но несмотря на это данная забава продолжала пользоваться большой популярностью, даже в эпоху «Сражающихся царств».

Хотя и поэзия танка продолжала пользоваться популярностью, а умение передать в ней традиции было так же очень важным. Так, в 1183 году, спасаясь бегством от армии клина Минамото, клан Тайра бежал из столицы на запад, захватив с собой юного императора Антоку (1178 – 1185). При этом один из командующих армией Тайра – Таданори (1144 – 1184) вернулся лишь затем, чтобы попрощаться со своим наставником, Фудзивара-но Сюндзэю (1114 – 1204), обучавшего его поэзии. «Хэйкэ моногатари» рассказывает, что, войдя к Сюндззя, он сказал: «Долгие годы вы, учитель, благосклонно вели меня по пути поэзии, и я всегда считал ее самым важным. Однако последние несколько лет в Киото волнения, страна разорвана на части, и вот беда коснулась и нашего дома. Поэтому, никоим образом не пренебрегая обучением, я не имел возможности все время приходить к вам. Его величество покинули столицу. Наш клан погибает. Я слышал, готовится собрание поэзии, и думал, что, если вы проявили бы снисходительность ко мне и включили в него одно мое стихотворение, это было бы величайшей честью всей моей жизни. Но вскоре мир обратился в хаос, и когда я узнал, что работа приостановлена, то очень огорчился. Когда страна успокоится, вам суждено продолжить составление императорского собрания. Если в том свитке, что я принес вам, вы найдете что-нибудь достойное и соблаговолите включить в собрание одно стихотворение, я возрадуюсь в своей могиле и оберегу вас в отдаленном будущем».

На его свитке было записано более 100 стихотворений. Он извлек его из-за нагрудника панциря и передал Сюндзэю. И тот действительно включил в антологию «Сэндзай сю», над которой он работал по повелению императора, одно единственное стихотворение Таданори, причем имени его не указав, ибо он, пусть уже и погибший, числился врагом императора. Так вот о чем оно было? О жизни и подвигах воина-самурая? О смятении чувств при виде того, как от его клана вдруг неожиданно отвернулась сама судьба? О страданиях людей в кровопролитной войне кланов? Совсем нет. Вот оно:

Сига, столица журчащих волн, опустела,

но вишни в горах остаются прежними*.

Само же это стихотворение было всего лишь откликом на события 667 года, когда император Тэндзи (626 – 671) из города Сига перенес столицу в город Оцу, только и всего! В переводе с японского языка иносказаний Сига – это «дела давно минувших дней», но несмотря не краткость в нем заложен глубокий философский смысл: брошена столица, созданная трудом людей, но вечна природная красота. То есть, по мнению Сюндзэю, это было лучшим стихотворением Таданори, а ведь и все прочие тоже были написаны в рамках сюжетов и языка, считавшихся приличными придворной поэзии. То есть требовательность к образности, стилю и содержанию были у Сюндзэю исключительно велики!

На этой гравюре (Цукиока Ёситоси, 1886 г.) самурай в полном вооружении играет на биве.

Другое похожее стихотворение написал Хосокава Фудзитака. И оно очень злободневное, хотя и старо:

В мире, что и ныне неизменный с древних времен,

листья-слова сохраняют семена в человеческом сердце**.

А написано это им было в 1600 году, когда замок его окружили превосходящие силы врага. Он послал это стихотворение к императорскому двору, причем написал все, что он знал о «тайном смысле» известной императорской антологии японских поэтов «Кокинсю». Составлена она была в начале X века и полна всяких недомолвок и намеков, смысл которых к тому времени люди стали уже забывать, и вот Фудзитака, хотя он и являлся воином, написал обо всех этих трактовках и разночтениях императору, то есть провел своего рода сложный и тщательный контент-анализ. Император Гоёдзэй (1571 – 1617), прославившийся своей ученостью, сильно опечалился, когда узнал, что такой знаток древних текстов должен погибнуть; более того, он решил спасти Фудзитака, и ему (хотя и не без труда) это удалось. Дело в том, что Фудзитака сначала отказывался сдаваться в плен, но император через своих посланцев сумел его убедить поступиться самурайской честью.

Заповеди секретов жизненного успеха, составленные Токугава Иэясу. Из коллекции храма Тосегу.

Но важно вот что: стихотворение, хотя оно и написано при совершенно чрезвычайных обстоятельствах, было лишено даже малейшего намека на военную тему. Невозможно и предположить, что его написал самурай, да еще и осажденный в собственном замке! То есть этот воин видел в поэзии нечто больше, чем средство излить в стихах свою душу, или просто рассказать всему миру про свои злоключения! Хотя, разумеется, как и во всяком обществе просто лихих рубак, пьяниц, и людей не слишком благородных и достойных среди самураев было гораздо больше, нежели талантливых поэтов, знатоков искусства и подлинных «мастеров меча».

Хорошими поэтами были и многие японские полководцы. Например, Уэсугэ Кэнсин после взятия замка Ното решил дать своим воинам немного отдохнуть. Он приказал раздать им сакэ, собрал командиров, после чего в разгар пира он сложил следующее стихотворение:

В лагере холодно, осенний воздух свеж.

Чередой пролетают гуси, полночная светит луна.

Горы Этиго, теперь вот взята Ното.

Все равно: возвращаясь домой, люди помнят о походе***.

Затем он отобрал воинов с хорошим слухом и велел им спеть эти стихи! Более того, можно сказать даже так, что без стихов не обходилось ни одно сколько-нибудь значимое событие в истории японских самураев. Например, убийца объединителя Японии Ода Набунага сделал свое дело после соревнования в стихосложении, причем обнаружил свое тайное намерение именно в страхах, хотя в тот момент их тайного смысла не понял никто. Зато после пышных похорон, устроенных Ода Нобунага после его гибели, в его честь было опять-таки устроено состязание рэнга, в котором каждый из участников написал по следующей строчке:

Окрашенный в черное вечер покрывает росой мой рукав.

Фудзитака

Над полем скорбят и луна, и осенний ветер.

Рёго-ин

Когда возвращаюсь, в тени горько рыдают сверчки.

Сёхо****

Ну, а потом японцы решили: зачем много слов, если «краткость сестра таланта»? Поэтому они сократили форму рэнга до одной только «начальной строфы», и вот так-то и родилась поэзия «хокку» (или хайку). В эпоху Эдо (XVII век) хокку представляли уже самостоятельную поэтическую форму, а сам термин «хайку» предложил использовать поэт и литературной критик Масаока Сики в конце XIX века, чтобы эти две формы можно было различать. Правда, это время пришлось уже на закат самурайства как социального института, но сами-то самураи ведь никуда не пропали и многие из них поневоле сделались поэтами, пытаясь прокормиться хотя бы продажей собственных стихов.

Великая битва. Утагава Ёсикадзу. Триптих 1855 г. Обратите внимание, какой поистине огромной палицей канабо сражается её центральный персонаж. Понятно, что таких воинов можно было прославлять и в живописи, и в стихах.

Но так ли уж сильно отличалась японская поэзия от поэзии европейской? И если самураи писали стихи, готовясь к самоубийству, а то и просто так, ради развлечения, то разве не занимались тем же самым и рыцари Западной Европы? Ведь там тоже были поэты и певцы, причем известно, что некоторые из них настолько мастерски владели искусством стихосложения, что разъезжали по замкам Европы и себе на жизнь зарабатывали тем, что в гостях у того или иного графа или барона читали свои стихи. А в итоге получали за это и кров, и звонкую монету, а то и признательность знатной госпожи, владелицы замка! Все это так, однако, сравнивая их поэзию, поневоле замечаешь, что, хотя любовь и в Европе, и в Японии воспевалась примерно одинаково (хотя японцы не были столь многословны, как европейцы!), о своих ратных делах самураи в стихах особенно-то не распространялись. Тогда как на Западе поэмы, в которых воспевались рыцарские доблести, были в большом почете. А вот какие, например, стихи слагал о рыцарских боях поэт Бертран де Борн:

Мне пыл сражения милей

Вина и всех земных плодов.

Вот слышен клич: «Вперед! Смелей!»

И ржание, и стук подков.

Вот, кровью истекая,

Зовут своих: «На помощь! К нам!»

Боец и вождь в провалы ям

Летят, траву хватая,

С шипеньем кровь по головням

Бежит, подобная ручьям...

Бертран де Борн. Перевод В.Дынник

Не были для самураев характерны и стихи религиозного содержания во славу Будды, не говоря уж тем более во славу Христа. Или, например, такие, в которых живописались переживания рыцаря-крестоносца, готовящегося отправиться в Палестину отвоевывать Гроб Господень. Так что никто из японских поэтов-самураев выспренним слогом Будду не славил и не говорил, что «без него ему не мил белый свет». Подобного «душевного стриптиза» самураи просто не допускали! А вот европейские их собратья по мечу – да сколько угодно!

Смерть нанесла мне страшный вред,

Отняв Христа.

Без Господа не красен свет

И жизнь пуста.

Утратил радость я свою.

Кругом – тщета.

Сбылась бы разве что в раю

Моя мечта.

И я взыскую рая,

Отчизну покидая.

Пускаюсь я в дорогу.

Христу спешу я на подмогу.

Гартман фон Ауэ. Перевод В. Микушевича

----------------------------------------------------------------------------------------------------

О, рыцари, вставайте, настал деяний час!

Щиты, стальные шлемы и латы есть у вас.

Готов за веру биться ваш посвященный меч.

Дай сил и мне, о боже, для новых славных сеч.

Богатую добычу я, нищий, там возьму.

Мне золото не нужно и земли ни к чему,

Но, может быть, я буду, певец, наставник, воин,

Небесного блаженства навеки удостоен.

Вальтер фон дер Фогельвейде. Перевод В. Левика

На этой цветной ксилографии Мигата Тосихидэ знаменитый полководец, Като Киёмаса изображен в умиротворяющей обстановке собственного дома.

А теперь посмотрите на образцы поэзии эпохи Эдо, эпохи мира (хотя они мало чем отличаются от тех, что были написаны, например, в период Сэнгоку!), и без преувеличения – расцвета японской культуры. Например, это стихи Мацуо Басё (1644 – 1694), признанного мастера рэнга и создателя жанра и эстетики поэзии хокку, родившегося, кстати сказать, в самурайской семье.

На голой ветке

ворон сидит одиноко.

Осенний вечер.

--------------------------------------------

Как стонет от ветра банан,

Как падают капли в кадку,

Я слышу всю ночь напролет.

Женщины пьют чай и играют в стихи. Художник Мицуно Тосиката (1866 – 1908).

Хаттори Рансэцу (1654 – 1707) – поэт школы Басё, о котором тот высоко отзывался, так же родился в семье сильно обедневшего самурая, в конце жизни стал монахом, но писал отличные стихи в жанре хокку.

Вот листок упал,

Вот другой летит листок

В вихре ледяном*.

Что тут можно еще добавить? Ничего!

**** Хироаки Сато. Самураи: История и легенды. Перевод Котенко Р.В. – СПБ.: Евразия, 2003.

Автор: Вячеслав Шпаковский

https://topwar.ru/112150-samurai-i-poeziya.html

Миниатюра из манускрипта Уолтера де Милимета 1326 года. Британская Библиотека.

Примеры? Да сколько угодно!

Известно, например, что некий нобиль, желавший изменить политику Венеции, составил заговор против дожа и, обрядившись в полные рыцарские доспехи, вместе со своими товарищами отправился его убивать на галере. Галера причалила возле Дворца дожей, на берег была переброшена сходня, он по ней пошел и… сходня веса рыцарских доспехов не выдержала и сломалась, а сам он полетел в воду и моментально утонул. Среди заговорщиков началась паника! Другой сходни не было, никто не решался взять дело в свои руки, а тут еще с берега, заподозрив неладное, подбежали алебардисты их охраны. Кончилось все тем, что заговорщики вернулись назад, поскорее разбежались и тут же отправились каяться и друг друга предавать. А причиной неудачи была всего лишь гнилая доска!

А вот другой пример, связанный с покушением на В.И. Ленина. Шесть офицеров царской армии создали так называемую «Охотничью бригаду» и начали на него «охотиться». Случай им представился 1 января 1918 года, когда Ленин должен был выступать на проводах добровольцев в Михайловском манеже. Напасть было решено на мосту через Фонтанку, а, чтобы «дело» не сорвалось, от Манежа до моста были расставлены сигнальщики. После митинга Ленин с охраной сел в автомобиль и поехал прямо к мосту. И вот тут-то все и началось. Почему-то бросить бомбу у офицеров не получилось, и они начали стрелять по автомобилю. Двигатель заглох, автомобиль или «мотор», как тогда говорили, остановился, и это дало возможность одному из офицеров подбежать к нему вплотную и стрелять в упор! Что, вы думаете, он хоть в кого-нибудь попал? Ни в Ленина он не попал, ни в заслонившего его собой охранника. А тут шофер сумел-таки завести мотор и увел свое «авто» в переулок, хотя кузов его и был прострелен в нескольких местах. Интересно, что всех этих офицеров тут же и поймали, судили и приговорили к расстрелу. Но так как немцы в это время прорвали наш фронт под Нарвой и Псковом, Ленин их помиловал, при условии, что они отправятся воевать с немцами, на что они, конечно, с радостью согласились!

Подобных примеров в истории тьма, но мы сейчас ведем речь о технике, где их, в общем-то, тоже хватает.

Реконструкция «пушки» Уолтера де Милимета в Королевском Арсенале в Лидсе.

Вот, например, старинная английская миниатюра из манускрипта Уолтера де Милимета 1326 года, которому учили короля Эдуарда III. На ней мы видим старинное орудие, заряженное не ядром, а оперенной стрелой! То есть это, по сути, аналог бриколи вот только с пороховым приводом. А теперь посмотрим на арбалет примерного того же времени. Его конструкция была достаточно совершенной, имела спусковой механизм. Но… как воспламенялись заряды первых ручных пороховых орудий? При помощи раскаленного прута, который в запальное отверстие втыкал помощник «наводчика». Потом, правда, прут заменили фитилем, однако механизм, «подносивший» горящий фитиль к запалу, появился далеко не сразу, хотя «орех» арбалета был у всех перед глазами! При нажатии на спусковой крючок тяга, преодолевая сопротивление пружины, опускала курок с тлеющим фитилем на запальное отверстие, в которое засыпался порох. Интересно, что у японцев курок двигался от себя, а у европейцев – к себе!

Арбалет XVI в. с «нюрнбергским воротом».

А что пули? Их начали очень быстро отливать из свинца (хотя из пушек предпочитали стрелять каменными ядрами!), хотя это было очень опасно, прежде всего, для самих стреляющих. Дело в том, что в то время уже было известно, что свинец ядовит и считалось, что раны, нанесенные свинцовыми пулями, именно поэтому-то и воспаляются. То, что воспаляются они от грязи, тогда еще просто никто не знал. Но зато раны, нанесенные свинцом, врачи рекомендовали либо прижигать раскаленным железом, либо поливать кипящим маслом (!) – «удовольствие» явно не из приятных, вот руки-то им за это все и отрубали!

Однако посмотрите, люди почему-то не додумались до очевидного: пропускать через круглую или цилиндроконическую свинцовую пулю стрелу с металлическим же оперением. Ведь были же у римлян похожие дротики – плюмбаты, и в данном случае только и нужно было, что уменьшить их размер. Такая оперенная пуля и летела бы точнее, и пробивная ее сила была бы намного больше! И главное – ведь стрелами-то из примитивного порохового оружия стреляли, но сделать на них «ведущий свинцовый поясок» так вот никто из наших предков и не догадался, хотя известны шаровые пули, завернутые в полотно и напоминавшие в полете волан для бадминтона! И вот интересно, а как бы пошел прогресс, прежде всего, ручного огнестрельного оружия, если бы такие пули-стрелки были бы приняты уже тогда? Понятно, что они были бы технологически более сложными и дорогими, но и эффективность их была бы значительно больше.

А теперь давайте вернемся к запальному механизму. Все знают, что вскоре после того, как огнестрельное оружие с фитильным замком распространилось, появился так называемый колесцовый замок, изобретенный в Германии или Австрии в первой четверти XVI века. Примерно тогда же (ок. 1525 года) появился и «снепхонс» – ударный замок с кремнем и огнивом, воспламенявший заряд не в результате вращения зубчатого колеса, а при резком и коротком ударе. Замки этого типа распространились по всему миру, но… одновременно с ними появились и так называемые терочные замки, которые, однако, «не пошли». Конструктивно они имели запальное отверстие не сбоку от ствола, а позади него. Там же располагалась «терка» вроде напильника, по которой кремень двигался назад силой пружины и давал мощный сноп искр, бивший вперед и попадавший на порох в запальном отверстии. Неудачным он оказался, прежде всего, потому, что кремень в нем шел назад, то есть искрам приходилось преодолевать большее, чем в ударном замке, расстояние, и в полете они «остывали»!

Рис.#1

Однако примерно тогда же, а именно в XVII – XVIII вв., появились и проекты ружейных кремневых затворов скользящего типа. Посмотрите на рисунок №1. Устройство затвора показано на нем вполне наглядно и нельзя сказать, чтобы он был слишком уж сложен. Это стержень внутри цилиндрической пружины. По бокам две рукоятки, взводить затвор можно как левой, так и правой рукой. На конце стержня «губки» для кремня и… все! В задней части ствола имеется прилив с запальным отверстием и выступом, который выполняет функцию огнива. Причем сверху запальное отверстие закрывается крышкой, что очень удобно! При заряжании такого оружия, все операции, связанные с порохом и пулей, аналогичны оружию с ударным кремневым замком. Затвор перед этим оттягивался и удерживался спусковым крючком. При нажатии на последний затвор шел вперед, ударял кремнем по выступу запального отверстия. При этом его крышка открывалась, и на находящийся там порох падал сноп искр и происходил выстрел.

На рисунке №2 практически та же самая конструкция, но только в ней взвод затвора осуществляется отводом назад специального рычага назад, а располагался он перед спусковым крючком. Ведь очевидно, что очень уж мощной пружины для привода такого механизма в действие просто не требуется, и, таким образом, его вполне можно было бы взводить всего одним пальцем!

Рис. #2

Интересно, что обе эти системы были изготовлены и испытывались, о чем сообщает нам Ярослав Люгз в своей книге «Handfeuerwaffen» (1982 г.), но почему-то так и не получили распространения. Что помешало? Чисто технические сложности, к примеру, связанные с изготовлением витых пружин или это была просто инерция мышления, сказать сложно. В любом случае интересно представить, что было бы, если бы они «пошли». Логика подсказывает, что путь до заряжания винтовок с казны и к созданию унитарных патронов в этом случае был бы намного короче. Но так ли это на самом деле, мы, конечно, не узнаем теперь уже никогда!

Рис. А. Шепса Автор: Вячеслав Шпаковский https://topwar.ru/92143-alternativnaya-istoriya-strelkovogo-oruzhiya.html

Реальную опасность, исходящую от механизации производства первыми почувствовали надомные работники текстильных производств, когда механические прялки создали диспропорцию между выделкой пряжи и производством тканей, на которые в восемнадцатом веке был высокий спрос. В 1733 году ткач-механик Джон Кей изобрел «самолетный челнок», который лег в основу будущих ткацких станков. Всего за двадцать лет новинка лишила работы такое число ткачей, что в 1753 году это привело к настоящему бунту: толпа разрушителей машин уничтожила дом Кея, и сам он едва спасся бегством во Францию.

В 1764–67 годах Джеймс Харгривс сконструировал первую прядильную машину, известную как «прялка Дженни», которая позволяла благодаря одновременному вращению нескольких нитей, нарастить количество хлопковой пряжи, производимой одним работником. Но если один работник мог благодаря машине выполнять работу за нескольких человек, то остальные автоматически оказывались за бортом!

Технический прогресс в отрасли остановить уже было невозможно: в 1775 году Эдмунд Картрайт получил патент на более совершенный ткацкий станок, к тому же в 1789 году он догадался приводить его в действие с помощью парового двигателя. Первая крупная фабрика с 400 станками должна была встать в строй в 1791 году, но прежде, чем успели установить двигатели, ее сожгли ткачи. При этом изобретатель получил от разрушителей машин письмо следующего содержания:

«Мы поклялись поддерживать друг друга, чтобы разрушить вашу фабрику, хотя бы нам пришлось поплатиться за это своей жизнью, мы поклялись снять вашу голову за то зло, которое вы причиняете нашему ремеслу».

В 1768 году атаку со стороны луддитов пришлось выдержать и изобретателю «прялки Дженни»: большая толпа возбужденных ткачей напала на мастерскую Джеймса Харгривса в Блэкберне и переломала его станки. То же самое произошло и с изобретателем чесальной машины для шерсти Ричардом Аркрайтом, когда разъяренная толпа луддитов вдребезги разнесла все оборудование и подожгла здание его фабрики в Кромфорде. В возникшем хаосе два человека были убиты, еще несколько получили серьезные ранения.

Позже борьба с техникой переросла в борьбу с государственной машиной, в движение чартистов в Англии и восстания лионских ткачей во Франции, которые по версии Энгельса «ознаменовали выход рабочего класса на арену истории». Впрочем, и буржуазия быстро наша способ решить конфликт, возникший между прогрессом и перенаселением. В индустриальную эпоху избыток безработных сбрасывался в колонии. В постиндустриальную - противоречие было решено через переход основных финансовых потоков из сферы производства в сферу обслуживания, которая оказалась достаточно емкой для того, чтобы вобрать в себя массу людей, оставшихся без работы из-за механизации.

И все же фантомный страх перед машинами сохранился. Фильм Чарли Чаплина «Новые времена» это его симулякр начала 20-го столетия. К концу столетия страхи изменили вектор: в «Космической одиссее 2001» Стэнли Кубрика поднимается уже вопрос, может ли компьютер сам посчитать человека излишней деталью для выполнения своей программы. Наверное, старая советская юмористическая миниатюра про новую японскую пилу и бородатых сибирских мужичков тоже имеет под собой похожую основу.

Но что мы имеем в 21-м веке?

А то, что параллельно с прогрессом техники эволюционировали и формы борьбы с ней. Современные луддиты не разрушают станки, зато они используют бюрократические рычаги и общественное мнение, против которых бессильна любая техника. Методика более изощренная и более надежная. Классический случай — когда беспилотник, предназначенный для спасательных операций в шахтах, доверили тестировать профессиональным спасателям-людям. По мере того, как эксперты убеждались, что новое оборудование составляет им серьезную конкуренцию, отзывы о работе дрона менялись с положительных на резко критические. Мелочные поправки, которые можно было бы исправить при нормальном уровне коммуникации с разработчиками аппарата, преподносились, как непреодолимые трудности. В итоге коллективными усилиями людей проект дрона-спасателя не реализован.

То же самое произошло и с попыткой использования в полиции Нью-Йорка собаки-робота производства Boston Dynamics. Планировалось, что робот, оснащенный камерами, источниками света и системой связи, сможет работать в точках, опасных для офицеров, или в труднодоступных местах. После нескольких удачных операций полицейские достаточно быстро распознали в роботе конкурента, от которого решили избавиться с помощью общественного мнения.

В социальных сетях против диджидога от Boston Dynamics была проведена масштабная кампания от имени беднейших жителей Нью-Йорка, дирижировали которой, как принято считать, из полицейского управления. Механическое устройство называлось агрессивным символом разрушения, направленным специально против бедняков. Члены городского совета Кори Джонсон и Бен Каллос потребовали от полиции предоставить данные и записи, связанные с устройством, которое они назвали «устрашающим» под тем предлогом, что в эпизоде сериала «Черное зеркало» похожий механический пес изображен, как орудие убийства. В конце концов, обитатели городского дна, ранее никогда не питавшие особой симпатии к копам, внезапно стали писать петиции против механического пса под тем предлогом, что он «мешает строить доверительные отношения с полицией». Потому что мелкие преступники, как и их оппоненты-полицейские, сосуществующие в Нью-Йорке в режиме специфического симбиоза, почувствовали одинаковую угрозу для своего существования, исходящую от роботов и объединились в борьбе с ними.

Причем борьба с робопсом с помощью общественного мнения в 21-м веке оказалась намного эффективнее, чем сожжение «прялки Дженни» в 18-м. Медиа сообщают, что из-за вала отрицательных отзывов 22 апреля контракт на аренду робопса с Boston Dynamics был расторгнут – хотя по первоначальному плану он должен был продлиться до августа.

1. В Санкт-Петербурге в три раза больше мостов, чем в Венеции. По количеству каналов и мостов над ними, гораздо уместнее не Петербург называть Северной Венецией, а Венецию — Южным Петербургом.

2. Россия — единственное в мире государство, территория которого омывается сразу 12 морями и 1 море-озеро.

3. Уральские горы — самые старые горы на планете. В нынешнем Кусинсом районе у деревни Александровка находится гора Карандаш, примерный возраст которой оценивается в 4 миллиарда лет. Сама гора на данный момент высотой всего 600 метров, и это действительно удивительно, как за столько времени её не разрушили ветер и вода.

4. Московский Кремль — это самая большая в мире средневековая крепость из всех, сохранившихся до наших дней. Подлинная длина кремлёвских стен — 2235 метров.

5. Площадь Сибири — 13,1 млн км² (около 77% территории России).

6. Ни для кого не секрет, что автомат Калашникова является очень популярным оружием во всех без исключения странах. Однако, не многие знают, что на данный момент в мире автоматов Калашникова больше, чем всех других автоматов вместе взятых.

7. Вопреки расхожему мнению, Иван Грозный не был кровожадным тираном. При одинаковых на тот момент размерах Европы и России Грозный за время своего царствования казнил в 100 раз меньше людей, чем его европейские коллеги за этот же период — 3–4 тысячи человек против 300–400 тысяч человек в Европе.

8. Удивительно, но японское блюдо суши у нас в России гораздо популярнее, чем у себя на родине в Японии.

9. В России есть как минимум 15 секретных городов. Их нет на картах, к ним не ведут дорожные указатели и к ним даже близко не подпускают иностранцев.

10. Дача — сугубо русское явление, во многих европейских языках она так и называется — dacha. Дачи появились во время Петра Первого, который давал подданным загородные участки, чтобы те, не стесняясь, экспериментировали в архитектуре. Данное царём, так и называлось — дача.

11. Пример, как бы сказали современным языком, выдающегося менеджмента: каждый монарх династии Романовых оставлял своему наследнику страну большего размера, чем получал от предшественника.

12. При Иване Грозном в России содержание алкоголя в различных хмельных напитках составляло от 1% до 6%. Вино, по греческому обычаю, разбавляли водой. Пили по праздникам не чаще двух раз в месяц.

13. К вопросу о легализации оружия: в царской России вплоть до 1917 года любой желающий мог купить револьвер в лавке так же свободно, как буханку хлеба.

14. Половина Челябинска расположена на Урале, половина — в Сибири. При этом на гербе Челябинска изображён верблюд. Казалось бы, почему верблюд, ведь в Челябинске нет верблюдов? Сейчас нет, а 200 лет назад были. Челябинск часто принимал торговые караваны из навьюченных верблюдов.

15. В России 103 заповедника, 43 гигантских национальных парка и 70 заказников. Общая площадь особо охраняемых природных территорий России — почти 600 тысяч квадратных километров, что составляет 4% от всей площади страны.

16. Якобы древнюю русскую матрёшку умелец Василий Звёздочкин придумал в 1900-м году. В том же году хитрые купцы показали её на Всемирной выставке в Париже в качестве древнерусской игрушки и получили бронзовую медаль в номинации «игрушки».

17. В 2005-м году весёлый ульяновский губернатор Сергей Морозов объявил 12 сентября Днём зачатия (официально — Днём семейного общения) и выходным днём. Горожане не подкачали, успех инициативы превзошёл все ожидания: в июне 2006-го года рождаемость в Ульяновске подскочила втрое.

18. В Москве есть бродячие собаки, которые ездят в метро ежедневно по одному и тому же маршруту. Они знают, где и когда можно вкусно поесть.

19. Россия никогда не знала рабства в его истинном понятии. Период наиболее полно выраженной формы феодальной зависимости, крепостного права, в России был короче, чем, например, в Англии и большинстве стран Европы. К тому же крепостное право в России имело более мягкие формы. Россия отменила крепостное право в 1861 году, США отменили рабство в 1865 году.

20. В 2002-м году по рейтингу ЮНЕСКО Екатеринбург вошёл в список 12-ти идеальных городов мира.